Легенда об альвах.

Тепло, удобно и приятно. Попытка перевернуться не увенчалась успехом. Начинаю шевелиться и понимаю, что кому-то не жить! И этот кто-то лежит рядом и держит меня в жестких объятиях. Пытаюсь извернуться и посмотреть на наглеца. Вот чёрт, это же… - Не-е-е-ет! - Ну зачем так кричать! Можно на пол-октавы пониже. Этот кто-то открывает глаза и смотрит на меня, словно я призрак. Ощупывать-то зачем? - Ты чего меня лапаешь? - Извини. Я не хотел. Просто еще не поверил, что ты вчера сказал мне "да". Прости, я не спросил, как ты себя чувствуешь? Где-нибудь болит? - Болит, - глупо хлопаю глазами, конечно, болит. Если вот так держать и пережать все вены, то можно через некоторое время и тела не почувствовать. - Что? Где? – с заботой в глазах и нежностью в голосе спросил мой жених. Не привыкну к этому слову, но меня отвлекают его движения, ласковые круговые движения по спине, от которых я стал растекаться, тихо мурлыкая. - Если ты и так дальше продолжишь, то перестанет болеть... Самое неприятное, что я сначала сказал, потом подумал. Вот это надо же так лохануться! Открыв глаза и встретившись с ним взглядом, не заметил ни усмешки, ни чувства превосходства. Только нежность и доброта, разве такое бывает? Чтобы тебя всю твою сознательную жизнь не понимали, а тут раз - и вот оно, счастье! Так, это куда меня понесло? Как учила бабушка? Делать глубокий вдох и… - Чёрт! Чёрт! Чёрт! - Где? Кто? Я черт? Нет, мой милый, я не чё… - Конечно, не ты! – перебив его, воскликнул я. - Меня же, наверное, потеряли! Там, наверное, отправили на мои поиски спасателей, а я тут! Мне нужно срочно домой! - Ты что сейчас сказал? Куда тебе надо? – глаза горят, губы превратились в тонкую линию, того и гляди, пар из ноздрей пойдет. Вот что я такого сказал? Зачем так шипеть и грубо меня прижимать к постели? - Я тебе что, плохо объяснил вчера? Теперь твой дом, – тычет в постель своим когтем, - здесь. И если вздумаешь сбежать от меня, обещаю - это будет последним твоим собственным решением. Ты меня понял? Кивнув, как мамин любимый китайский болванчик, лишь бы меня отпустили и перестали так крепко держать. Ни слова больше не сказав, он отпустил меня и вылез из постели. У меня такое чувство складывается, что это я виноват. А особенно в том, как сильно он изменился по отношению ко мне. Но долго копаться в себе я не люблю и потому решил, что лучше заявить о себе, пока не сдох с голоду. Кинув в спину теперь уже, наверное, вряд ли жениху, подушку, произнес: - Извини меня. Я не подумал. Может, мы сначала позавтракаем, а потом ты мне объяснишь, какие тут правила игры? - У меня нет времени объяснять твое поведение в качестве моего будущего супруга, – даже не повернулся и голос, как из могилы. Нет, верните мне того ласкового и нежного!- В твоем распоряжении библиотека и учителя. Я распоряжусь, чтобы завтрак принесли сюда. Дальше он в молчании одевался и даже не взглянул на меня. Захотелось удавиться! Пока предавался унынию, в комнату вошла девушка и начала прибираться. Как же стыдно, когда твое нижнее белье трогает кто-то незнакомый! Наблюдая за ней сквозь челку, заметил, что почти все девушки в доме одинаковы и похожи. Но всё же есть одно различие: она не шипит, не корчит рожу, не сверлит злым взглядом и даже не пытается укусить, а просто прибирается и напевает песенку; заметив, что я наблюдаю за ней, она мне приветливо улыбнулась. - Милорд, Вы уже проснулись? Надеюсь, это не я Вас разбудила! Если это так, то прошу искренне меня простить, – низко поклонившись, тихо произнесла она своим мелодичным голосом. - Нет. Я не спал. А ты кто? - Ох, простите меня. Я не представилась. Меня зовут Хельга. Мне восемьсот два года и моя семья отдала меня в этот дом почти триста лет тому назад. Для меня честь прислуживать Вам, будущему мужу нашего любимейшего принца. От последних слов я невольно поморщился. Похоже, его тут все любят; теперь понятно, почему меня ненавидят. Вон с какой любовью заливает о принце. Стоп! Он же вчера сделал мне предложение! Так, успокаиваемся и начинаем соображать. Всё же стоит сначала наполнить желудок, а то думать тяжело. Прочищаю горло и пытаюсь перекричать ее монотонную болтовню: - Эм, Хельга, ты не знаешь, а тут кормят будущих мужей принцев? Удивленные глаза девушки и открытый рот были ответом: как это я не дослушал все подвиги ее дражайшего принца и мог потребовать еды? Словно поняв, что от нее ждут ответа, она опустила голову и вдруг выдала: - Я думала, вы сначала примете ванную и под мои баллады ещё сильней воспылаете любовью к принцу. Тут бы мне впору удивляться, но в комнату вбегает тот волшебник с таким чудесным снадобьем, что поил меня. И, воскликнув, начинает бегать по комнате; такое ощущение, что я должен был понять чего ему надо. -Ты… ты… ты придурок! – завершает предложение он. - Кто придурок? Я придурок? Почему придурок? Ты чего обзываешься? Чего я тебе такого сделал? - неудомевал я. Чего он меня наехал, да еще с утра! Но он ходил туда-сюда, мелькая перед глазами, словно маятник. Он явно либо хочет вывести меня из себя, либо хочет меня усыпить своим монотонным бормотанием. Ладно, подождём, когда сам расскажет. Ждать пришлось ровно шесть моих вздохов. Он вдруг повернулся ко мне лицом и тихо прошептал служанке: - Выйди. Послушно поклонившись, она тихонько прикрыла за собой дверь. В этой тишине я отчетливо слышал мерное дыхание волшебника. - Давай сначала познакомимся. Меня зовут Берси, я сын Альфалдра Вегарда. Если мои братья в основном занимаются политикой, охраной и другой чепухой, то я – маг. Пока еще слабенький, но я учусь. Старший брат давно женат и живет в глубине леса за озером, который, кстати, женат на подобном тебе. Мой второй брат - твой жених, в чем я уже сомневаюсь, так как вы вступили в связь раньше и найдутся недруги, которые будут против связи с таким… как бы мягче сказать… подстилкой. -Что-о-о? - тут уже впору мне возмущаться. Меня обозвали подстилкой! Возмутительно! - Как бы тебе объяснить попроще… Вы сначала должны были пройти обряд, а затем уж-же-е… то, что у вас был-ло этой ночью, – всё это он произносил явно краснея и слегка заикаясь. Смысл сказанного доходил до меня долго. – Ты понял, что я тебе сейчас сказал? Я слабо кивнул. Значит, вот откуда эта холодность, не мои слова виной его поведению. Он меня просто использовал, ведь он не мог не знать, к чему это все приведет. Я просто подстилка. Его игрушка на ночь. Слезы сами потекли, глаза были словно за пеленой. Кое-как встав, я направился в ванную, спотыклся на каждом шагу, но всё же упрямо шёл к намеченной цели. Открыв кран с холодной водой, пытался хоть на секунду вернуть себе потерянное равновесие. Мысли стали приходить в порядок. Во-первых, он еще не отказался от своих слов. Во-вторых, о сегодняшней ночи вряд ли кто еще знает. Подняв голову, заметил грустные глаза мага, а ещё он что-то шептал. И это всё, что я помню, дальше темнота накрыла меня. *** Аль сидел, прислонившись спиной к дереву. Ночь была прекрасна. Впрочем, как и всегда. Темнота прекрасно скрывала его от ненужных глаз. Где-то в дали прекрасно был слышан тихий шёпот реки, она пела о своей былой силе и красоте. Деревья, словно вторя её песне, тихо шелестели кронами деревьев. Раньше в этих местах обитали самые настоящие духи, теперь их осталась лишь горстка. Аль сам видел, как последняя из мира духов родилась - эта прекрасная река. Он видел, какая она была тогда, сильная и прекрасная. А сейчас то, что от неё осталось… всё кругом умирает. Даже они умирают. Народ альв был сильным и мудрым, но за последние пятьсот лет его стали истреблять: сначала войны, потом болезни, сейчас помогают люди. И вот в одного из них он влюбился и даже предложил стать его супругом, а он… захотел вернуться домой. Нет. Не бывать этому! Он найдет подход к такому неуступчивому малышу. Он забудет свою старую жизнь и будет с ним рядом. Навсегда.