"Наваждение" или сон в летний день

Эллана осторожно приоткрыла дверь. В комнате было темно, она прислушалась. Ни одного звука. Каллен, должно быть, еще на собрании. Девушка медленно выдохнула и скользнула внутрь, прикрыв за собой дверь. В ту же секунду ее схватили. Нападавший обвил ее одной рукой, зажав огромной ладонью рот и нос. Эллана совершенно не могла сопротивляться и не могла сделать вдох. Паника охватила ее, и девушка забилась в руках мужчины. Несколько мучительных мгновений они боролись, точнее она пыталась противостоять горе мышц - безрезультатно. Горячее дыхание опалило ее ухо, и знакомый голос тихо прорычал: - В следующий раз я сверну тебе шею раньше, чем узнаю! Каллен выпустил эльфийку из стальных объятий, и казалось, растворился в темноте. Эллана тщетно пыталась разглядеть или нащупать его. Наконец, рука ее задела свечу, стоявшую на тумбочке у входа. Она наспех зажгла ее магической искрой, и услышала тихое ругательство. Обернувшись, она увидела, что шемлен замер, прижавшись спиной к стене в двух шагах от места, где удерживал ее несколько секунд назад. Все лицо его излучало бешенство. - Как ты смеешь?! - прошипел Каллен - Вламываешься ко мне и используешь магию? - Прекратите! Я всего лишь зажгла свечу! Что было делать, если вы решили тут в прятки играть? - Эллана, я не играю в игры. Немедленно уйди! Ты и так нарушила с десяток правил. Эльфийка вздрогнула, почти растеряв всю решимость. Но не отступила. - Не уйду. Пока не п-поговорю. На лице храмовника отразилось что-то похожее на раздражение, сменившееся усталостью. - Эллана, нам не о чем говорить. - Вот как? Но вы же, вы понимаете, что это не правда. То, что произошло... - Я храмовник, ты - маг. На этом все. Ты должна уйти - он расстроенно потер переносицу, облокотившись о стену и отвернувшись от нее. Она уставилась на него, не веря своим ушам. Глаза наполнились слезами против воли. Они жгли и мешали видеть, заволакивая солено-горькой пеленой. Сморгнув слезы, девушка зажмурилась на секунду и вздохнула, собирая крупицы решимости. - То есть, вы играете в "ничего не было"? Иначе не назвать. Могу я узнать правила? Потому что совершенно запуталась. Он устало вздохнул. Или раздраженно? - Никаких правил нет. Мы просто должны забыть и точка. Ничего и правда не было, кроме досадного всплеска эмоций. Неудачный момент. Все. - Он чеканил слова, словно робот. Заученный текст без каких-либо интонаций. Эллана видела, что Каллен смотрит мимо нее, имитируя прямой взгляд. Она разозлилась. Метнувшись к нему, девушка закрыла любой путь к отступлению, зажав его между столом и кроватью. - Тогда почему бы не относиться ко мне, как раньше? Но ты же словно ненавидишь меня! Избегаешь, кричишь, наказываешь! Выходит, что-то да было? Только, прости мне мою недогадливость, но никак не пойму, что же такого я сделала? И смотри мне в глаза, когда говоришь всю эту чушь! На секунду ей показалось, что она перешла границу. Он метнул в нее яростный взгляд , сделав еле уловимое движение в сторону девушки, замер. Словно выключил двигательные рефлексы. Не смотря на страх, Эллана не могла не восхититься его владением собственным телом. Великолепный воин, Каллен стоял перед ней без рубашки, без вечной брони, потрясая мощью рельефного тела. Мышцы бугрились под гладкой кожей, особенно четко вырисовываясь в тусклом свете свечи. Адреналин зашкаливал, эльфийка слегка дрожала под его напором. Она его боялась! Боялась услышать то, что слышать не хотела, увидеть холодную машину, палача Мередит, того, кто не знал о страсти, сжигавшей их неделю назад. Храмовник из последних сил сдерживал себя. Эта девчонка имела какую-то непонятную возмутительную власть! Он хотел ее с бешеной силой, а в следующее мгновение готов был свернуть тонкую шею. Но стоило ему увидеть слезы в золотых глазах, чуть подрагивающий рот, как он уже раскаивался во всех резких словах и не мог думать ни о чем, кроме утешений. "Сосредоточься! Твое тело - всего лишь инструмент, ты можешь им управлять. Не думай о рефлексах, не думай о тепле, исходящем от нее, необходимо мыслить ясно, нужно прекратить это здесь и сейчас. Попробовать зайти с другой стороны, вразумить ее." - Эллана, я лишь пытаюсь спасти твою голову. То, что случилось, если откроется, погубит нас обоих. Только я выживу, а с тобой... У меня не будет права принимать решений. Куда же ты лезешь? Девушка удивленно взглянула в янтарные глаза. Тепло неукротимой волной накрыло ее всю, заставив пошатнуться. Он дернулся поддержать, но рука замерла в воздухе. Он не мог. Не мог позволить себе ее коснуться. Она как зачарованная смотрела на его руку, медленно перевела взгляд на его лицо, плотно сжатые губы, нахмуренные брови. Он - не угроза. Он пытался защитить ее, как мог. И это имело значение. Это давало надежду на невозможное, надежду, которая стремилась затопить все ее сознание. - То есть, ты... Это все не от того, что ты меня презираешь? Каллену стало нечем дышать. Как-то резко все слова перемешались, сделавшись неподходящими. Он утонул в золотом взгляде, из которого лилось бесконечное тепло, надежда и беззащитность. Он просто не мог поверить, что подобная мысль пришла ей в голову. Но, Создатель! Он не готов обсуждать это с ней. - Я... Дыхание Андрасте, за что? - За то, что я воспользовались ситуацией, склонила тебя к нарушению клятвы. - Он покраснел, не зная, как и что нужно говорить в таком случае. Он не должен сейчас уступить, но и позволить ей винить только себя он тоже не мог. Отчаянно пытаясь подобрать слова, храмовник совсем смутился. Рука в бессознательном жесте устремилась к затылку, разминая затекшие мышцы, он старательно отводил взгляд, мысленно проклиная затянувшуюся паузу. - Тогда почему? -выдохнула Эллана. - Нам не стоит это обсуждать. Если для тебя это важно, то нет, я не испытываю к тебе презрения. И не считаю, что ты воспользовалась ситуацией. Это глупость, я - не маленький, все понимал, что делал. - Но ты жалеешь... - Эллана, дело не в тебе. - Я не жалею, - она смахнула непрошеную слезу, запоздало понимая, что собирается сказать то, чего говорить не надо - со мной никогда ничего подобного не случалось. Я просто не могу стереть это из памяти, не могу хотеть это забыть. В отличии от тебя. Я должна была остановиться. Так было бы лучше, но когда ты... - девушка споткнулась. Волнение отражалось в дрожи ее голоса, в расширившихся зрачках. - Я не могла, не могла ничего с собой поделать. Каллен смотрел на хрупкую эльфийку, которая так безыскусно раскрывала перед ним свои чувства. -Не надо, не надо объяснять. - Он мягко взял ее за плечи, допустив первую ошибку. - Это я должен был остановиться, но теперь, мы не можем этого изменить. Можем только поступить правильно. - Я хочу! Хочу, чтобы ты знал, что я никогда не испытывала ничего подобного! Ни один мужчина... Она не успела договорить. Шемлен закрыл ей рот рукой, в немой мольбе зажмурив глаза. - Я прошу тебя. Не продолжай. Это... Мы не должны это обсуждать. Слава Создателю, я не совершил ничего непоправимого. Мы... Эллана, что ты делаешь?- просипел он. Взяв его руку своими, девушка развернула ладонь, что закрывала ей рот и поцеловала ее. Мягко, долго, закрыв глаза. Она не хотела видеть немой укор в его лице, она хотела вновь ощутить эти руки. Эллана даже не догадывалась о силе своего желания, пока не почувствовала их на себе. Каллен зачарованно смотрел, как девушка доверчиво прижимается щекой к его ладони, снова возвращается к ней губами, целуя пальцы. Его трясло от пронизывающей нежности этих прикосновений. - Зачем? - его голос выдавал нестерпимое желание. - Потому что, как ты сказал, я не умею думать о последствиях. - Щеки Элланы заалели в свете свечи. Она прислонилась лбом к мозолистой ладони, закрыв глаза и выдыхая слова шемлену в запястье. - Когда ты прикасаешься, я не могу думать ни о чем и делаю глупости. Прости меня, этот разговор... Наверное, не стоило. Не здесь. Плохая идея, я не думала, что будет так сложно контролировать... Девушка отвернулась, сделала шаг. Легкий аромат вербены щекотнул ноздри. В мягком свете свечи он, словно загипнотизированный, смотрел на золотые волосы, хрупкие плечи, варварскую алую ткань, такую тонкую, что угадывалась фарфорово-белая кожа под ней. Хриплый, еле слышный стон разорвал напряженную тишину, и сильные руки против воли потянулись, возвращая, прижимая к груди. Удивленно вздохнув, она прильнула к теплому телу, запрокидывая голову на плечо и подставляя шею для жгучих поцелуев. Каллен потерял голову. Он гладил худенькие плечи, упругую грудь, прижимал к своим бедрам, давая в полной мере почувствовать эрекцию. Рука девушки запуталась в его волосах, она притянула его для поцелуя. Голодные, жадные их губы нашли друг друга, чуть сухие от желания. Второй рукой эльфийка сминала его бок, притягивая к себе сильнее. Ее бедра хаотично двигались, доставляя обоим острое, почти болезненное удовольствие. Он развернул ее к себе, резко, почти грубо, прижал к стенке, задирая подол, шептал что-то, глухо застонал, когда Эллана интуитивно закинула ему ноги на бедра, плотно обвивая его в кольцо. Страсть забирала так, что она всхлипывала при каждом вздохе. Слезы жгли глаза, в которых было только искаженное желанием лицо Каллена. Он сделал встречное движение бедрами, но мешала одежда, и мучительная пытка продолжилась. Девушка в его руках металась, пытаясь достигнуть кульминации, но ничего не выходило. Ее руки потянулись к тесемкам на замшевых штанах. Он перехватил ее руку в почти бессознательной попытке остановить происходящее. Но в следующий момент сдался. Сам помог освободить его от одежды. Маленькая ручка нетерпеливо обхватила его, вырывая хриплый стон. Его пальцы потянулись к сосредоточию ее страсти. Он гладил, слегка надавливая поверх белья, пока не почувствовал, как желанная влага просочилась сквозь тонкий хлопок. Одним резким движением Каллен сорвал трусики, прижимаясь уже мокрой головкой ко входу в тесное лоно. Глаза его были закрыты, челюсти стиснуты. Он еще пытался контролировать инстинкты, надсадное дыхание выдавало его напряжение. Эллана вскрикнула, почувствовав очередное давление, забилась в его руках, пытаясь притянуть его бедра ближе, но он был слишком большой для субтильной эльфийки. Лоно тесное, жаркое, Каллен боялся причинить боль, медленно надавливая, удерживая неспокойные бедра девушки. Он едва мог дышать, жар расходится нестерпимыми волнами по телу. Наконец, головка протиснулась на каких-то пару сантиметров. Девушка охнула от необычного, слишком сильного ощущения. На секунду ей показалось, что ничего не выйдет, но он вышел из нее, в отчаянии прижавшись лбом к худенькому плечу. Она издала звук протеста, пытаясь заставить его вернуться. Пальцы Каллена устремились к маленькому узелку, он нежно массировал клитор, проходя между складочками до влагалища, ввел палец. От осознания ее миниатюрности, его начинало потряхивать. Даже один палец она обхватывала так плотно! Он продолжал ласкать ее, целуя губы, подбородок, шею, глаза, слизывая соленые слезы. Эллана почти рыдала от удовольствия и невозможности получить разрядку. Она хотела больше, требуя, умоляя его сделать ее своей. Второй палец медленно зашел в нее, растягивая до приятной болезненности, она замерла, но удовольствие было таким сильным, несмотря на дискомфорт, ее бедра непроизвольно начали двигаться, насаживаясь на пальцы храмовника. Она забылась в близком экстазе, и вот уже пальцы заменила твердая, горячая плоть. В этот раз чуть легче. Каллен медленно качался, входя лишь головкой. По его вискам струился пот. Он сдерживался из последних сил, издавая тихое рычание. - Создатель! Ты такая узкая, такая хрупкая. Я... я не подхожу тебе! Это безумие, мы не должны! - он сам не верил в то, что говорил. Никогда еще ему не было так хорошо, до сумасшествия, до агонии. Маленькая золотая магесса, пахнущая солнечным светом, травами и радостью - всем, чего была лишена его израненная скованная душа. Он чувствовал себя так, словно на ней был сосредоточен мир, которого он так искал. Он готов был убить каждого, кто посмел бы причинить ей боль. - Ты знаешь, что это не так - единственная связная фраза среди череды стонов и всхлипов. Бесконечного шепота имени Каллена. Он, не переставая, ласкал ее клитор, легко покачиваясь, продвигаясь мучительно медленно. Эллана цеплялась за его плечи, впиваясь ногтями в кожу, она чувствовала, как пружина внутри нее закручивалась, и легкие спазмы начинали разносить экстаз где-то внутри, глубоко. Каллен толкнулся сильнее, теряя контроль, но от этого лучше не вышло. Девушка резко достигла пика, так и не приняв его полностью. Бурные сокращения ее лона лишили храмовника всякой выдержки. Несмотря на неполноценное соитие, он ускорил ритм, судорожно вжимаясь бедрами, чувствуя, как оргазм ослепляет его, пронзая все тело сладкими молниями. Он чуть не кончил прямо в нее, едва успев вытащить вздрагивающий член. Не в силах оторваться, он с глухим стоном целовал ее плечи, шею, скулы - все, до чего мог дотянуться, оседая вместе с ней на кровать. Прошло пять, десять минут. Переплетенные тела постепенно расслабились, и голову девушки полезли странные мысли о том, что она практически полностью одета, тогда как Каллен обнажен. От жгучего желания почувствовать его наготу, по телу пробежала дрожь, но тревога не позволила предпринять что-либо. Он молчал, глаза его были прикрыты, и она видела сквозь ресницы ленивый взгляд расплавленного янтаря. Эллана силилась прочесть его мысли, но уверенность покинула ее после прошлого раза. Не в силах терпеть неизвестность, она попыталась встать, но сильные руки вернули ее назад, бескомпромиссно прижимая к горячему телу. Она замерла, не веря своему счастью, услышав только одно жесткое тихое слово. -Нет. Тишина. Еще несколько минут они лежали, наслаждалась близостью, которой не хватило в прошлый раз. И снова тихий шепот: - У тебя был шанс уйти, но теперь поздно. Сердце эльфийки дрогнуло. Она не сразу поняла, о чем говорил Каллен, но уже в следующее мгновение тревога отпустила, сменяясь приятной истомой. Храмовник лениво скользнул по ее бедру, легко касаясь пальцами внутренней стороны. Словно по клавишам, его рука мягкими массирующими движениями прошла от колен вверх по линии сжатых ног, упираясь в мягкое затененное местечко, где замерла в нерешительности. Эллана не знала, чего он хочет, но инстинктивно подалась ягодицами к руке, чуть разведя колени, пытаясь возобновить приятный контакт. Призывное движение не оставило сомнений, и Каллен продолжил интимную ласку. Когда девушка начала ощутимо дрожать, шемлен перевернул ее на спину, медленно коснулся губами ее губ, углубляя поцелуй, заставляя ее постанывать от удовольствия. Эллана чувствовала, как его руки развязывали корсет, расстегивали многочисленные ремешки. Он поднял ее, нашел застежку на шее, мучительно долго спускал платье с плеч, позволяя себе в полной мере насладиться видом острых ключиц и небольшой груди с дерзко торчащими сосками. Эллана смутилась от этого взгляда, сделав попытку прикрыться, но Каллен отвел ее руки. Неумолимая решимость в его взгляде лишала ее сил сопротивляться. Его глаза спорили по жадности с губами и руками, которыми он ласкал ее грудь чуть грубовато, немного суетливо, но до замирания сердца чувственно и горячо. Эллана прижала к груди голову храмовника, перебирая тонкими пальцами светлые волосы, осторожно потянула за короткие пряди . От удовольствия Каллен издал приглушенный вибрирующий звук, похожий на урчание большого кота. Наконец, он осторожно стянул с девушки платье и отбросил его в сторону. Его готовность бросалась в глаза и у нее вырвался возглас удивления. Руки ласково коснулись лица, она осторожно огладила его щеки, поднимаясь к векам, легко порхнула кончиками пальцев по ресницам, спустилась по прямому носу, остановившись на шраме, пересекающем губу. Задержав дыхание, она любовно проследила тонкую линию до чувственной верхней губы. У него были на удивление мягкие, нежные губы, так не сочетающиеся с жесткой щетиной, волевым подбородком и хмурыми бровями. Она приблизилась к его губам, заметив, что Каллен едва позволял себе дышать, пока девушка продолжала свою робкую ласку. Маленький язычок прошелся по нижней, затем по верхней губе, пока он не разомкнул их, приглашая скользнуть внутрь. Эллана прижималась, льнула к нему, обвивая руками шею. Страсть нетерпеливым ключом бурлила в юном теле. Он слышал нарастающий темп ее сердцебиения, участившееся дыхание, и это действовало на него словно искра на порох. Но он не намерен был поддаваться, вновь совершать эту ошибку. Когда руки девушки скользнули по его телу в попытке добраться до подрагивающей от напряжения плоти, он ловко перехватил тонкое запястье, возвращая на шею. Она издала недовольный возглас и удивленно посмотрела в янтарные глаза. Каллена позабавил этот капризный вид, вместе с тем, распаляя еще больше, как и все в ней. На секунду взгляд ее наполнился тревогой. - Почему? Тебе не нравится, когда я...- она споткнулась, заливаясь краской, не зная, как спросить. - Мне слишком нравится, когда ты это делаешь. - Просто ответил он. - Но моя мужская гордость не перенесет третьего провала, потому, ты держишь свои волшебные пальчики подальше. Пока. - В ее взгляде мелькнуло непонимание. - Провала? О чем ты? - О своей несдержанности, не позволяющей довести дело до конца. - Одному Создателю известно, чего стоили ему эти слова. Но он понимал, что Эллана должна знать, потому что ее скромная и неуверенная натура была склонна делать выводы не в свою пользу. - Каллен, это не так! Тебе ли говорить о несдержанности, ведь я получаю удовольствие каждый раз, ты щедрый и ... Я думаю, дело во мне, я слишком маленькая, может, от того, что моя раса... - Она не успела закончить, потому что он закрыл ей рот поцелуем. - Ты совершенство. Я не умею говорить такие вещи. Но я точно знаю, что надо быть еще более щедрым, более терпеливым, и, дыхание Андрасте! - он в смущении отвел глаза - куда более опытным и искусным, чтобы получить такой дар. Я лишь солдат, служивший во имя Церкви... Настала очередь Элланы прервать его отчаянным поцелуем. Слезы снова жгли ей глаза. Она покрыла горячими поцелуями его лицо, сжимая его ладони своими, притянула их к губам, вновь припадая к каждому пальцу, не зная, как выразить свои чувства. Понимая, что не смеет говорить о любви. - Никогда, слышишь, никогда не говори так. Ты же видишь, что делают со мной твои руки? Это мне надо говорить о несдержанности! Он посмотрел в распахнутые большие глаза магессы, и в расплавленном янтаре его взгляда вспыхнуло не сдерживаемое желание, мужское, грубое, отметающее любые попытки сопротивления. Не смотря на это, его руки были нежными, осторожными. Но взгляд! От него у Элланы закончился воздух, возбуждение, смешанное с адреналином накрыло сильнее, чем от любых поцелуев. Ее смущал этот прямой открытый взгляд, столь нехарактерный для Каллена. Он всегда избегал смотреть ей в глаза. Все знали, что природное смущение делало его неловким в общении с женщинами. От того, что только она видела его таким, эльфийке хотелось кричать и смеяться, хотелось прыгать от восторга, и в то же время сжаться, прикрывшись руками, потому что это слишком сильно! Она чувствовала, как он ласкает ее этим взглядом, делая то, на что, возможно, еще не решались его руки. Каллен медленно развел ее бедра, устраиваясь между ними. Эллана полулежала, откинувшись на локти в абсолютно безоружной позе, открытая этому хищному взгляду. Легкая дрожь пронеслась по ее телу вместе с горячими волнами возбуждения. Румянец смущения заливал от кончиков ушей до груди. Но она покорно ждала, гадая, что будет дальше. Храмовник неожиданно взял ее ногу, нежно массируя ступню, тонкую щиколотку, вызывая мурашки. Не отрывая взгляда от лица девушки, он прижался к ней губами, целуя, мягко лаская языком. Горячая волна затопила ее... Он поднимался выше, не пропуская ни одного сантиметра стройной икры, замедляясь в районе подколенной впадинки, зная о том, что там особенно чуткое место. Наконец, его жадные губы перешли на внутреннее бедро. Дыхание Элланы сбилось, когда она почувствовала, как руки задели нежную кожу между бедер, где начиналась интимная зона. Здесь храмовник остановился, чтобы заняться второй ножкой. Эллана разочарованно вздохнула, вызвав веселые искорки в янтарных глазах. Он начал пытку снова, массировал, гладил, целовал. Когда его руки вновь добирались до верха, эльфийка уже изнемогала от желания. Ее природная страстность быстро брала над ней контроль, играя на руку Каллену. Он с удовольствием созерцал вид извивающейся и тихо постанывающей девушки, отмечая, что бедра ее совсем мокрые от смазки. Крепко сжав ее маленькие ягодицы, Каллен припал к изнывающей от желания девушке в интимнейшей ласке. Он забылся на несколько мгновений, окутанный свежим запахом ее тайны. Ему нравилось доставлять ей удовольствие таким образом. Здесь она была наиболее беззащитна, он остро чувствовал ее женственность, ее неподдельную страсть, поражавшую раз за разом. Он никогда не думал, что существует женщина, способная так желать его, человека, которого все боялись, не смотря на все, что их разделяло. Он не должен был принимать подобный дар, но, Создатель, он возьмет и выпьет его весь без остатка! Каллен начал свою игру, медлительно работая языком, губами, позволив слегка прикусить нежную горячую плоть. Эллана взорвалась несдержанными стонами, получая очередную разрядку. Ее колотило от бесконечных взлетов, второй оргазм забрал столько сил, но оставил все еще неудовлетворенной. Истома разливалась по ее телу, раскрепощая до конца, делая ее податливой словно масло. Она откинулась на подушки, разметав волосы. Храмовник в восхищение наблюдал за этой переменой. Глаза эльфийки сверкали расплавленным золотом, щеки и грудь покрывал румянец, губы припухли, а широко разведенные бедра поблескивали следами ее страсти. Эллана осторожно завела ноги ему на талию и резко дернула на себя. Каллен почти упал на нее, в последний момент успев подставить руку. -Хватит мучит себя, - прошептала она, добираясь до его набухшей плоти, смело лаская его, пока храмовник не начал двигаться навстречу ее руке. Сладостная пытка длилась несколько долгих секунд, но ему удалось взять себя в руки. Он перехватил тонкое запястье и завел за голову ее руки. Эллана выгнулась ему навстречу, дерзко выпятив грудь, дразня и подставляя ее для поцелуев. Каллена не приходилось просить, он и сам не мог оторваться от упруго покачивающихся холмиков. Эльфийка заерзала под ним, пытаясь усилить трение мужской плоти. Она была более, чем готова, и ему не составило труда скользнуть в уже немного растянутое влажное лоно. Эллана была расслаблена, мышцы ее наконец пустили Калена, обхватывая плотно, словно перчатка. Он даже не заметил, как тонкая преграда разлетелась под его натиском, только взрыв наслаждения от того, что он так глубоко в ней. Кровь зашумела в ушах, мешая сосредоточиться на реакции Элланы. Но она лишь тихо вздрогнула, без боли расставшись со своей невинностью. Это все не имело значения, она уже давно принадлежала ему. Каллен замер, пытаясь прийти в себя, вернуться к реальности. Сердце с бешеной скоростью билось в груди, словно пытаясь вырваться на волю. - Создатель! - выдохнул он - Это даже лучше, чем я мог себе... - он не договорил, стискивая зубы, начиная медленно двигаться. С растрепавшихся волос капал пот. Эллана тоже взмокла от жарких всепоглощающих ощущений. Казалось, он заполнил ее всю, без остатка, она отзывалась на малейшее движение горячей пульсирующей плоти, содрогаясь от каждого толчка. Глаза девушка закрылись, голова запрокинулась. Руками она терзала простынь, сминая и дергая ее маленькими кулачками. Ее тело изменяло ей, подстраиваясь под этого большого и сильного мужчину. Ноги сами собой рванулись выше, взлетая на влажные плечи Каллена, он быстро подхватил ее под бедра, ускоряя и без того размашистые движения, проникая глубже, чем можно было представить. Эллана кричала, не в силах совладать с разрывающими тело ощущениями. И эти крики лишь сильнее уводили Каллена за границу реальности. Он не думал о том, успеет ли довести ее до оргазма, его тело впервые имело такую власть над разумом, он ускорял ритм, упиваясь тугим жадным скольжением. Весь мир сосредоточиться на близком финале, который он не мог оттягивать и не хотел. И все же она успела. Резкие сокращения, пульсация, сжимавшая его член довели его до предела. С протяжным стоном храмовник кончил, содрогнувшись всем телом, долго, обильно, очертя голову вонзаясь в ослабевшую эльфийку.