***
В это же время, в кабинете Хокаге полыхнуло мощное пламя свечи. Сарутоби перевел свой усталый взгляд от просмотра очередного доклада с миссии на разыгравшуюся свечу. Долго всматриваясь в нее, он почувствовал легкий укол волнения. Многолетний опыт и интуиция шиноби подсказывали, что что-то не так. Не успев обдумать, в чем дело, в его кабинет ворвался запыхавшийся джонин клана Яманака. - Господин Хокаге. Печать «Хако» была активирована в секторе B14 в 21:16, – неподдельный страх читался в глазах мужчины, однако он быстро собрался и продолжил, - помимо этого я почувствовал сильный всплеск чакры с того места. Я считаю...- не успел договорить шиноби, как его прервал старик. - Я понял тебя, Иноичи, можешь идти,- дождавшись, когда молодой мужчина согласно кивнет и удалится, Хокаге, шурша по полу своим длинным одеянием, подошел к окну и произнес в пустоту, - значит, сектор B14...- нахмурившись, Хирузен вновь заговорил, - ты все слышал. Созвать совет АНБУ. Из дальнего, темного угла комнаты, словно тень призрака возник человек. Одетый в длинный коричневый плащ, капюшон которого скрывал полностью лицо, шиноби произнес сухое «Хай», исчезая с хлопком дыма. - Грядут великие перемены... - словно в трансе произнес старик, сжав сильнее в зубах трубку с табаком. Ему вдруг вспомнилась важность того сектора и его специализация, боясь представить, что же там могло скрываться, раз кто-то целенаправленно проник туда. Не смотря на тесное сотрудничество Страны Огня со Страной Водоворота, и в их кругах были люди, занимающиеся далеко не несущие миру открытиями. И пускай сейчас уже нет некогда великой страны, с ее не менее великими шиноби, отголоски того времени до сих пор остаются в сердцах людей. А тем временем в одной из комнат разрушенной лаборатории, покрытой мраком и смертью, за толстыми стенками льда, маленькое сердечко, впервые за долгое время, пропустило удар, ставший началом новой истории.Пролог.
26 ноября 2015 г., 19:42
Переписано.
Легкой поступью, петляя по витым коридорам, шел человек. Пахло сыростью и смрадом. Кое-где валялись полуразложившиеся тела былых шиноби разных деревень; эхом разносился гомон крыс, устроивших пир, поедая гнилые внутренности. По голым, каменным стенам стекала сырая вода, в конце своего пути переплетаясь с остатками почти засохшей крови и разложившимися тканями организма.
Некогда знаменитая своими экспериментами лаборатория Узушиогакуре, представляла собой ничто иное, как руины, а тоннели, по которым вышагивали великие умы былого времени, превратились в помойную яму для трупов. Помимо старых костей, коих было полно, свежие, мертвые тела говорили о том, что до него здесь уже были засланные шиноби Облака и Камня.
Но незнакомца это вовсе не волновало, он уверенно вышагивал по направлению к едва виднеющейся в тени коридора двери, желая получить то, что было надежно спрятано за ней. В кромешной тьме коридора невозможно было что-либо увидеть, однако, его глаза видели все. Остановившись у двери, мужчина заметил прикрепленную на ней пожелтевшую бумагу, на лицевой части которой была заметна выцветшая временем пентаграмма.
- Печать, значит,- ровным голосом проговорил он, оценив уровень ее сложности и переведя свой взгляд на мертвые, в неестественной позе раскиданные по всему тоннелю человеческие трупы, - и последствия весьма печальные. Но не для меня.
Произнеся последние слова, незнакомец прошел сквозь дубовую дверь внутрь, оказавшись в просторном помещении, освещенным тусклым светом лампы, неизвестно по какой причине еще не потухшей в этом Богом забытом месте. Вокруг, в хаотичном порядке, были разбросаны лабораторные столы со стульями, а вдоль стен, словно колонны, возвышались большие, наполненные кислотно-зеленой жидкостью капсулы для экспериментов. Не находя для себя ничего полезного, шиноби заметил в дальнем углу комнаты то, ради чего проделал столь долгий путь. В том месте, скрытым под толщей бетонных плит, которые, судя по всему, обрушились во время войны, выделяясь своей тучностью и неровными линиями, возвышалась глыба льда, светящаяся изнутри голубоватым свечением, отбрасывая широкую тень на свалившейся перед ней шкаф. Подойдя ближе, ногой отбрасывая мешающие гнилые доски серванта, шиноби пристально вглядывался в фигуру человека, закованного во льдах. Его тело было идеально выпрямлено, и можно было смело судить, что он был не большого роста, а угловатые формы направляли на определенного рода выводы. Сомнений не оставалось, внутри льда находился ни кто иной, как ребенок. Удовлетворенно хмыкнув, незнакомец прикоснулся рукой к твердой, неровной поверхности.
- Вот я и нашел тебя. Ты сослужишь мне большой ролью в моем плане, - проговорил тот, всматриваясь в черты ребенка,- но не сейчас.
Уничтожив по бокам чудом сохранившиеся морозильные камеры, он шел по направлению к выходу из помещения. Вновь оказавшись в коридоре, мужчина повернул голову в сторону по-прежнему нетронутой печати. Потянув за край бумаги и сорвав ее полностью, помещение озарило вспышка неяркого света техники. В эту же секунду из нее выползли тени, разом понесшиеся в сторону нарушителя.
- Я буду править миром...- последние его слова растворились в стенах помещения, оставив после себя пустоту и недосказанность.