Осколки Ада

      Ей казалось, что она знает, как сходят с ума. Как обезумела, когда-то Беллатриса. «Огонь горит, но в котелке пусто» - услышала она от кого-то. В первый раз она не поняла всю ту глубину фразы, но сейчас… Сейчас, стоя возле зеркала в туалете, проливая слезы и смотря на себя в отражение, она желала самой ужасной смерти для Малфоя. Его задание было хуже чем Круцио, от которого хочешь, чтоб тебя быстрее убили. Морок оказался сильнее. С каким бы бесстрашием и улыбкой она тогда не посмотрела на Драко, внутри всё летело к чертям. Это как броситься с Астрономической башни. Только в её варианте, она жива и смотрит на свое заплаканное лицо в отражении зеркала, прокручивая момент смерти своего призрачного отражения. - Странно увидеть свою смерть и не умереть? – раздался голос сзади. Гермиона оборачивается и видит застывшую на входе Луну. - Что? – Гермиона не может отстраниться от собственных переживаний и плача, чтоб услышать чей-то голос ещё, кроме собственного. Который сейчас завывает по-волчьи, от всего пережитого. - Твое отражение в зеркале размыто, ты видимо почувствовала смерть совсем близко, не так ли? – Полумна в своей излюбленной манере говорить странно и с загадками, подошла поближе к Гермионе. Та, склонившись над раковиной, всматривалась в свое отражение, которое казалось всё таким же. - Ты знаешь, что бы ты ни рассказала, я тебя выслушаю, - для убедительности, Луна положила ей руку на плечо. Грейнджер на секунду застыла. Легкое головокружение заставило её осесть на пол. Где-то в груди непроизвольно зарождался истерический смех. Девушка поджала ноги и закрыла лицо руками. Плечи содрогались не то от смеха, не то от слез. - Знаешь, ты должна стать сильнее того, что мучает тебя… - Луна присела рядом с Гермионой, продолжая успокаивать.       Как бы Грейнджер ни хотела, но что-то внутри неё не позволяет всего рассказать Луне. Словно, если она произнесет это вслух, то подвергнет подругу опасности. Единственное, что она может, так это стать сильней.

***

      Гермиона идет, словно крадется. Её можно было бы сравнить с вором, но тут одна загвоздка – девушка ничего не воровала. Тихо без единого скрипа, она открыла дверь Слизеринской гостиной и замерла на месте. Казалось, что её поместили в вакуум. Возле камина сидел с закрытыми глазами Малфой, слегка откинув голову назад.       Она подошла к нему. Её душила злость, а в сознании назойливо всплывала фраза: «Ты должна стать сильнее того, что тебя мучает». И она готова стать сильней. И в её случае месть не должна быть холодной. Её жажда мести бурлит в ней с момента, когда он начал задавать эти тупые задания.       Как опрометчиво засыпать без палочки в руке. Во время того, как Драко тренирует одну из самых умных, он забывает, что формирует человека готового убивать.       Грейнджер нависает над ним, отмечая про себя спокойствие, застывшее на лице парня. Никаких движений, полное умиротворение удава. Змеи, которая насытилась её слабостью. Изумрудная обивка дивана ярко контрастирует с почти белоснежной кожей Малфоя. Бледность и белизна кожи аристократа, под которой течет гнилая голубая кровь. Гермиона морщится.       Видимо Малфой почувствовал, что над ним кто-то стоит и резко открыл глаза, будто внезапно услышал громкий звук. Он смотрит на девушку изучающим взглядом. - Грейнджер? – Драко отметил про себя, что она выглядит неважно. Красные, чуть припухшие глаза, палочка в дрожащей руке и растрепанные волосы. В эту минуту ему показалось, что все его опасения, которые он представлял – сбылись. Он теперь не сомневается, что если Гермиона захочет – она его, если не убьет, то покалечит. - Ненавижу тебя… - шепчет одними губами, поднимая палочку.       Из её глаз начали литься слезы. Не теряя ни минуты, парень резким движением выбивает палочку из её рук. Но, кажется, её ненависть можно сравнить только с цунами.       Словно, и нет больше выхода из её никчемной жизни, только как любым способом убить Драко. И она со всей силой, которая у неё есть, хватает Малфоя за горло. Её холодные руки контрастируют с его горячим горлом, а Малфой пытается разжать ее крепкие пальцы, что сцепились мертвой хваткой. Становится тяжелее дышать, он с последних сил сжимает её руки, пытаясь отодвинуть от себя, бросает её рядом на диван и вдавливает в спинку, что бы усмирить сумасшедшую. Теряя точку опоры, Драко падает на неё, прижимая всем весом. Гермиона всё так же пытается ударить его посильнее, заезжая коленом в живот. На секунду в глазах Малфоя появляются красные круги. С его уст вырывается рычание, по-прежнему держа её руки. - Твою мать, приди в себя, Грейнджер! – говорит он ей в самое лицо. Девушка отворачивает голову и тяжело дышит. Пятиминутный порыв внутренней слабости и физической силы прошел, оставив лишь мерзкую липкую пустоту где-то в районе души. Словно вся жизненная энергия улетучилась, даже не оставив записку на прощанье.       Драко поворачивает её лицо к себе, зажимая двумя пальцами. Гермиона еле подавляет в себе желание плюнуть ему в лицо. Она получает кайф от мысли, как бы исказилось его лицо. Ей кажется, что она больше хочет вернуть его простую ненависть к ней, чем эти чертовы задания. Чтоб он всё так же смотрел на неё как на мусор, а не прижимал к стенке, прячась от Поттера, делая её сообщницей. - Заканчивай истерить Грейнджер! Когда же ты, блять, закончишь?! – он не может даже понять, злой он или нет. Но заплаканное лицо Грейнджер его бесит. Наводит его на мысль, что Темный Лорд, всё-таки, ошибся на её счет.       Она слабачка.       Он встает, пытаясь не смотреть на слишком высоко задравшуюся юбку и следы его пальцев на её щеках. Растрепанная, безжизненная Грейнджер. Она сердито смотрит на него из-подо лба. - Я не хочу больше в этом участвовать, я передумала… - тихо произносит она, убирая с лица волосы. Драко фыркает. - Когда ты встретишься с Темным Лордом, его не будет интересовать, хочешь или нет. Тем более, запустив в меня заклинанием, пару дней назад – ты сделала свой выбор, - Драко усмехается. Он видит, как к Гермионе приходит понимание того, что она на самом деле жестока. Ведь она могла только отбиваться, или вообще убежать. У неё был выбор, а она выбрала ответить заклинанием в ответ. Шесть лет не прошли даром, разбудив в ней злость. - Знай, Малфой, что бы не случилось дальше, я не упущу возможности убить тебя! – она взирает на него, уверенная в том, что с легкостью это сделает. Особенно после сегодняшнего дня , особенно сейчас, когда он называет её слабачкой. - Не будь такой уверенной, Грейнджер! – парень снисходительно смотрит на неё, словно на ребенка, сказавшего глупость. Он уверен, что как только она узнает всю проблему Пожирателей Смерти, её мнение поменяется. Никто добровольно не идет выполнять указы Темного Лорда. По-настоящему все боятся за свою жизнь и жизнь близких. И как бы Грейнджер ненавидела его сейчас и плакала – потом она поймет, что он лишь непроизвольно помог ей, подготовил к ужасным событиям, которые могут убить её в реальности, а не с помощью Морока.

FLASHBACK

      Грейнджер никогда не признается, что тогда по её спине текла холодная капля пота, опаляя горячую кожу. Когда Клювокрыл поцарапал Драко, первое, что она почувствовала – испуг. Страх, что крылатая тварь его ещё и затопчет. И правильно бы сделала. И пусть потом увольняют Хагрида. Хоть он и хороший учитель.       Скулеж Драко про пораненную руку – это была самая прекрасная симфония для её ушей. Тогда Гриффиндорцы хоть на немного, но смогли получить возможность издеваться над Малфоем. Но сначала, как бы она не отнекивалась, был испуг. И сжимающие до судороги Маховик времени, пальцы. - Хагрид, как ты думаешь, всё будет в порядке? – лесник, поджав губы, утвердительно кивает головой. Второе о чем она никому не расскажет, это про посещения коридора возле лазарета. Где она будет слушать и замирать, когда донесется очередной вскрик Драко.