Savages

Это признание. Признание в моей женской глупости, которой я так опрометчиво дала волю. Если бы не роковое влечение, если бы не алкоголь, если бы соблазн не был столь велик, то я бы сейчас не сгорала от стыда, а жила бы спокойно дальше. Не представляю, как мне после случившегося есть, пить, заниматься делами без зазрения совести... Я лежала в одной постели с двумя мужчинами, красная как помидор, и мечтала о том, чтобы все, что произошло прошлой ночью, оказалось кошмарным сном. Это был пятничный вечер. Конец рабочей недели, когда большинство людей радостно покидает свои осточертевшие офисы и отправляется либо домой к любимому телевизору, либо в ночные бары, либо загород, чтобы хорошенько отдохнуть на природе. Последний вариант большего всего понравился нам с Тэхеном, и мы решили рвануть на дачу. — Родная? — он подошёл ко мне, пока я паковала все необходимые вещи в сумку, и бережно обнял сзади. — Да? — Ты не станешь возражать, если с нами поедет Чимин? Я замерла и испуганно посмотрела вперёд себя. Слава Богу, что Тэхен не заметил мою реакцию и продолжил гладить меня по талии и животу, оставляя на шее тёплые следы от нежных поцелуев. Чимин был лучшим другом моего возлюбленного. Они часто проводили вместе время, отрывались на полную катушку, а потом мне приходилось забирать их, пьяных вдрабадан, на машине и развозить по домам. Или же они любили устраивать мини-мальчишники у нас в квартире, после которых меня ждала генеральная уборка, ибо повсюду были раскиданы пустые бутылки пива, крошки, пачки от чипсов и коробки от пиццы. Вот она, женская участь... И все бы ничего, если бы Чимин не был чертовски сексуален. Я любила Тэхена и была верна ему, но от пошлых мыслей при виде его друга, за которые мне дико стыдно, меня никто застраховать не мог. Всякий раз, когда он расхаживал по нашему дому с обнаженным торсом, моё сердце визжало и убегало в пятки, но я контролировала свои эмоции и ни разу не показала то, что творилось у меня внутри. А там полыхал настоящий пожар. Я всегда боялась встречаться с Чимином, и поэтому сейчас, когда Тэхен сказал, что его лучший друг, от которого моё сердце предательски трепетало, едет с нами, мною овладело чувство страха. Рано или поздно мой любимый заметит чертят в моих глазах, и тогда всем придётся туго. Меня заживо сжирала совесть. Я ничего не могла поделать с собой и ненавидела себя за ужасные, грязные мысли. Чимин действовал на меня как самый сильный афродизиак. Эти случайные касания, мимолетные взгляды тайком, а потом я готова была повеситься от мучительных страданий из-за своего грешного увлечения. — Да, конечно. Как я могу быть против? — улыбаясь, я повернула голову к Тэхену и поцеловала его в губы. — Отлично! Тогда надо заехать по дороге в магазин и взять побольше пива! — мой возлюбленный воодушевлённо распахнул глаза, теснее прижимая меня к своей груди. — Только сейчас позвоню Чиму: узнаю, какое он будет. — А он что, с нами не поедет? — Нет, он ещё на работе. Сказал, что ближе к ночи приедет сам. Тэхен поспешил на кухню за телефоном. Я радовалась тому, что Чимин приедет позже нас. Почему? Потому что я успею сделать вид, что очень устала, и лягу спать. Тогда мне не придётся вновь договариваться с совестью, которая с каждым разом раздирала мою душу все сильнее. Ехали мы на дачу дольше обычного: пятница, бесконечные пробки, которые раздражали Тэхена, сидящего за рулём, и толпы людей, желающих поскорее вырваться из городской суеты. Я редко слышала, чтобы мой возлюбленный матерился, но за сегодняшний вечер он излил годовой запас нецензурных слов и выражений — настолько сильно его выводил из себя затор. Пытаясь его хоть как-то отвлечь, я включила музыку и подпевала популярной певице, хватая Тэхена за руку и строя ему рожицы, но он продолжал испепелять злобным взглядом красные фары вокруг стоящих машин и шипеть себе под нос отборную ругань. Автомобиль заехал на территорию нашего загородного дома, и лишь тогда Тэхен успокоился. Улыбка вновь весело заиграла на его лице, чему я была искренне рада. Меня, как любую нормальную девушку, всегда напрягало отсутствие настроения у любимого человека. Когда Тэхен был мрачнее тучи, я автоматически заражалась его душевной серостью и гармонично вписывалась в это пессимистическое болото. Сейчас же он снова стал тем солнышком, которое грело моё любящее сердце, и я смогла вздохнуть с облегчением. — Тэ-Тэ! — я забежала в дом следом за своим парнем, таща в руках сумки с едой. — Помоги мне. — С ума сошла такие тяжести таскать?! Давай сюда быстрее! — Тэхен недовольно цокнул языком и с крайне возмущённым лицом забрал из моих рук шуршащие пакеты. Что я особо ценила в нем, так это его прекрасное воспитание: хоть он и дурковал частенько, но не забывал про манеры истинного джентльмена. Тэхен никогда не откажет в помощи, всегда подставит сильное плечо и докажет всем, что он настоящий мужчина. И этот настоящий мужчина целиком и полностью принадлежал мне одной. Ну не огромное ли это женское счастье? Пока я разбирала еду и одежду, раскладывая все на свои места, бегала из одной комнаты в другую, Тэхен развалился на диване в гостиной и, жуя хрустящее яблоко, смотрел американский футбол. При этом он громко комментировал либо свое недовольство, либо восхищение от игрового процесса. Я не хотела мешать ему или, как сварливая жёнушка, пилить его по поводу того, что он мне не помогает в хозяйских делах, ибо понимала, как он устал после дороги. Тем более скоро приедет Чимин и точно не даст ему отдохнуть. Черт, а ведь он и правда скоро приедет... Я поспешила поскорее закончить свои дела. Нужно успеть до приезда нашего друга закрыться в спальне и запрыгнуть в кровать. Да, я не хотела видеть Чимина, потому что у меня не было ни малейшего желания снова мучиться от угрызений совести, с которой я не умела договариваться. — Тэхен, я что-то устала очень... Я пойду лягу, а ты встреть Чимина, хорошо? — подойдя к любимому, который продолжал проминать своим телом несчастный диван, я нагнулась к нему и поцеловала его в висок. — Как это? А я думал, мы успеем немного пошалить... — Тэхен коварно изогнул уголок губ в усмешке и потащил меня за руку к себе, но я состроила недовольную гримасу, заставив его обиженно отвернуться. — Ладно, иди, только знай, что ты упускаешь шанс на миллион, детка. Толпы девчонок хотят затащить меня в кровать, а я верен только тебе. Я засмеялась, потрепав свою любовь по волосам, и двинулась в сторону лестницы, что вела на второй этаж. Знал бы он причину моей усталости, которая была сущей бутафорией, то не стал бы так шутить... Мне и самой было не до смеха. Почти час я провалялась в постели, пытаясь нагнать на себя сон, но безуспешно. В голову лезли ненужные мысли, от которых я так хотела избавиться, и заставляли меня сгорать от ненависти к самой себе. Мне было стыдно перед Тэхеном за своё запретное влечение к его лучшему другу. Всякий раз, когда Тэ-Тэ смотрел на меня влюблёнными глазами, я готова была под землю провалиться или захлебнуться в горьких слезах. Это было действительно невыносимо... Сжимая взмокшими пальцами одеяло и подушку, я жмурилась и проклинала свой организм за подобную реакцию на присутствие Чимина. Стоило ему появиться передо мной, как сердцебиение отчаянно набирало скорость, а низ живота сковывали жаркие спазмы. По мне точно плачет психушка, ибо нормального объяснения своему поведению я не могла найти, если учесть, что я безумно любила Тэхена и была довольна им во всех смыслах. Ближе к полуночи мне удалось задремать. Я боялась лишний раз пошевелиться, чтобы ненароком не согнать постепенный наплыв сна, и уже спокойно лежала, укутанная в пуховое одеяло, наслаждаясь отсутствием мучительной работы своего больного воображения. Я не слышала, как приехал Чимин, чему была крайне рада. Пока они с Тэхеном во всю развлекались на первом этаже, мне снились горы: величественные, неприступные и такие одинокие. Их вершины, покрытые белоснежным снегом, гордо упирались в холодные небеса, пронзая пушистые облака острыми пиками, но вот одна гора внезапно дёргается как при мощном землетрясении и буквально раскалывается на мелкие кусочки. Мои уши сковывал оглушительный рёв, из-за которого я просыпаюсь. Как оказалось, «оглушительным ревом» была дверь, которой кто-то по неосторожности хлопнул. — Можно потише? — прохрипела я, еще не отойдя ото сна, и потерлась лицом о подушку. — Прости-прости, я не хотел тебя напугать, — знакомый голос заставил меня окончательно проснуться. Это был не Тэхен. Распахнув широко глаза, я приподнялась на локти и ошарашенно посмотрела на своего гостя. Передо мной стоял Чимин и приветливо улыбался, махая рукой. По его блестящим глазам и шатаниям можно было с лёгкостью догадаться, в каком он находится состоянии. Боюсь представить, что с Тэхеном... — Ты что тут делаешь? — я потёрла глаза, старательно изображая равнодушный вид. — Устраиваю тусу с твоим парнем, — Чимин энергично начал двигать бёдрами, строя из себя великого танцора, а после захохотал во весь голос. — Я зашёл поздороваться, а то нехорошо было бы с моей стороны приехать в гости и проигнорировать прекрасную половину этого дома. — Я бы не обиделась. Усмехнувшись, я упала обратно на спину и с головой укрылась одеялом. Хоть бы он ушёл, хоть бы он ушел... Во-первых, я не могла смотреть на него, пьяного и весёлого, так как в моей голове снова замелькали жуткие картинки, а во-вторых, мне было крайне неловко общаться с ним, лёжа в постели в одной футболке и нижнем белье. — Зато обижусь я! — Чимин схватил одеяло и стянул его с меня так, чтобы видеть моё лицо. Он склонился надо мной, и я смогла почувствовать «восхитительное» амбре. Кажется, кто-то нашёл спрятанный на Новый год коньяк. — Ну же, Стейша, вставай. — Лучше скажи, где Тэхен. — Он в туалете и скоро придёт. Я подожду его здесь. Дальше случилось то, чего я вообще не ожидала. Чимин, шатаясь и напевая под нос мотив какой-то песни, обошёл кровать и бухнулся рядом со мной. На моем лице можно было жарить яичницу: от стыда я залилась краской и получше спряталась под одеялом. Как же мне было неловко... Этот Казанова лёг на бок, чтобы видеть меня, и растянул губы в самодовольной, нахальной улыбочке. — Ты чего, стесняешься меня? — искренне удивился он, вскинув брови. — Нет, с чего ты взял? — хмыкнув, я нахмурилась и бросила на Чимина негодующий взгляд. — С того, что твоё лицо краснее помидора, — он приглушённо засмеялся и мягко ткнул пальцем в мою щеку. — Эй! — я сдвинула брови и хлопнула его по запястью. — Не трогай меня. Чимин поднял руки в примирительном жесте, показывая, что он сдаётся, перевернулся на спину и закрыл глаза. Может, он уснёт, а я смогу сбежать от него в гостиную на первый этаж? И где вообще Тэхен? Мои мысли были услышаны. Через несколько секунд, которые показались мне бесконечностью, дверь в спальню раскрылась, и показался Тэхен. Признаться, меня удивило то, что он никак не среагировал на лежащего рядом Чимина, и спокойно подошёл к постели. Он был пьян, но пытался скрыть это от меня. Неужели думает, что я буду ругаться? — Забери своего дружка обратно в гостиную, — я старалась говорить шёпотом, так как мне казалось, что Чимин и правда задремал, — и дайте мне нормально... — Я хочу тебя, — Тэхен перебил меня и начал забираться на кровать, постепенно нависая надо мной. Смущение только усилилось. Он с ума сошёл, раз хочет заняться любовью прямо здесь и сейчас — при своём лучшем друге, который лежал рядом? Я округлила глаза и удивлённо уставилась на Тэхена. Мне пришлось упереться руками в его грудь, когда он потянулся за поцелуем. — Ты сдурел? — зашипела я. — Прекрати сейчас же. Я не собираюсь делать это на глазах твоего друга. — Да, я сдурел. Сдурел от страсти, — Тэхен убрал мои руки от себя, прижав их к постели, блокируя тем самым любые попытки вырваться из его сладкого плена, и заставил меня потерять голову нежным, глубоким поцелуем. Он целовал меня медленно, ласково, вовлекая наши языки в ленивую борьбу. Я слышала, как возбужденно он дышит, и чувствовала бедром напряжение в его спортивных штанах сквозь ткань одеяла. Боже, и как в таком положении трезво соображать? Я понимала, что совершаю роковую ошибку, но ничего не могла с собой поделать... Тэхен накрыл ладонью мою шею, слабо сжимая её длинными пальцами, и стал ещё глубже проникать языком в мой рот. Я задыхалась, воздуха катастрофически не хватало. Издав жалобный стон, намекая на желание получить порцию кислорода, я царапнула руку возлюбленного, и тот нехотя разорвал горячий поцелуй. — Посмотри на него, — жарко зашептал мне на ухо Тэхен, блуждая по нему губами и языком. — Посмотри-посмотри. Сначала я не поняла, что он имеет ввиду, но вскоре до меня дошёл ход его мыслей... Повернув голову в сторону, я заметила, что Чимин уже не спит и с нескрываемым вожделением наблюдает за нами. Мне стало до такой степени некомфортно, что я дёрнулась вперёд, желая убежать как можно дальше от надвигающейся волны греха, но Тэхен крепко вжал меня в постель всем своим телом. — Думаешь, я не замечал, как ты смотришь на него? — мой возлюбленный продолжил изучать языком мою ушную раковину, потираясь окрепшим органом о мою ногу. — Я знаю, что ты хочешь его, милая. Я нервно сглотнула. Мы с Чимином смотрели друг другу в глаза, и я понимала, что похоть одурманила меня безвозвратно. Куда бежать? Куда деваться? Ах, если бы я только могла хорошенько ударить Тэхена по башке и высвободиться из его пленительных тисков, но дьявол установил свои правила игры, в которых я оказалась безвольной пешкой в руках двух профессиональных игроков. Моё внимание снова было направлено на Тэхена. Он оторвался от моего уха, и наши глаза встретились. Я не узнавала его... Я вообще не понимала, что происходит, и мне было страшно подумать о том, что может произойти этой ночью. Тэхен взялся пальцами за одеяло и с лёгким неврозом стянул его с меня, лишая моё тело хоть какой-то защиты от прямого контакта. Я тут же сжала ноги, все ещё надеясь на иной исход событий, но мой парень недовольно покачал головой и просунул руку между ними, как бы случайно касаясь ею моей промежности. — К чему это, дорогая? Сегодня можно все. Обещаю, это останется между нами... — Тэхен ненавязчивым движением распахнул мои ноги. Краем глаза я заметила какое-то движение сбоку: похоже, Чимину надоело лежать просто так, и он подвинулся ещё ближе к нам, блуждая глазами по моему телу. — Сделаешь ему приятно? — слова Тэхена заставили меня затрепетать. Я смущаюсь или возбуждаюсь? Ох, черт, я готова убить себя за свою природную дурость. Мой парень заметил, что я бездействую от шока, и подарил мне нежный поцелуй. Пока его губы мягко массировали мои, его пальцы погладили меня между ног, из-за чего я тихо простонала. — Не бойся, Стейша. С этими словами Тэхен слез с меня и сел возле моих ног, блуждая по ним своими тёплыми, сильными руками. Я все ещё не могла поверить в происходящее, но когда пальцы Чимина коснулись моего подбородка и повернули мою голову к нему, я окончательно поняла, что попала. Вот он, роковой момент, который перевернёт всю мою дальнейшую жизнь. Мы с Чимином целовались прямо на глазах Тэхена. И это был не обычный поцелуй, а чрезвычайно желанный и страстный. Наши языки сплетались в горячем танго, наше громкое дыхание отзывалось развратной мелодией в моей голове. Чимин был слишком сладким, и я никак не могла остановиться. Его язык творил невероятные вещи, заставляя меня представлять нечто большее, чем просто поцелуй. — Будь с ней осторожен, — Тэхен умело массировал мои ноги, зная, как это заводит меня, и внимательно следил за процессом. — Разумеется... — Чимин первый разорвал поцелуй и встал на колени так, чтобы я смогла дотянуться до его выпирающего сквозь джинсы достоинства. Я ощущала на себе взгляды двух парней, которые были мне по-своему дороги. Тэхена я действительно любила, а Чимина просто хотела, но это желание затуманило мой разум до боли в сердце. И если это сон, то я не хочу просыпаться... Стоны Чимина заполнили всю комнату. Он шипел сквозь зубы, кусал свои губы и в грешном бреду шептал моё имя, пока я приносила ему удовольствие оральной лаской. Я старалась быть предельно нежной и осторожной, мне почему-то не хотелось срываться на бешеную страсть. Его пальцы судорожно путали мои волосы, надавливая на голову, и я послушно брала его член все глубже и быстрее. Я ощущала каждую напряжённую венку на его твёрдом детородном органе, ощущала, как головка скользит по языку и попадает прямо в горло, и мне хотелось выть от стыда, но похоть липкими пальцами гладила меня по плечу и успокаивающе шептала, что все хорошо. Пока я заставляла Чимина жмуриться и запрокидывать голову назад, Тэхен устроился между моих ног, раздвигая их пошире, и стащил с меня нижнее белье. Теперь он с лёгкостью мог видеть результат моих эротичных игр с его другом. Дьявольская улыбка застыла на его губах. Сначала он полюбовался женскими прелестями, что были так маняще и непристойно раскрыты перед ним, а затем наклонился вниз и прильнул к ним губами. Я оторвалась от своего занятия и издала стон, полный наслаждения. Язык Тэхена сводил меня с ума... То, как он им двигал, вознося меня к небесам, заставляло меня изгибаться, сжимать член Чимина еще сильнее пальцами и чуть ли не плакать — настолько сильно мне было хорошо. Спустя ещё несколько минут обоюдных ласк мощные руки Чимина приподняли меня и усадили к себе на колени. Тэхен не терял времени и моментально пристроился сзади, стянув с меня совершенно ненужную футболку. Две пары мужских рук блуждали по моему телу, вырисовывая подушечками пальцев невидимые, горящие линии. Я теряла голову и забывалась под напором двух профессиональных любовников. Их губы оставляли следы от влажных, жадных поцелуев повсюду: шея, плечи, ключицы, грудь, спина и даже поясница — все блестело и пылало после мокрых языков. Тэхен нашептывал мне на ухо слова любви, которые сейчас казались частичкой Бога в этой адской яме, и водил пальцами между моих ягодиц. Чимин же наслаждался моей грудью, которая была в полном его распоряжении, целуя её, кусая, массируя длинными пальцами и поочерёдно втягивая в себя затвердевшие соски. — Сейчас мы войдём в тебя, — Тэхен положил ладони мне на плечи, зарывшись носом в мои волосы. Я взволнованно посмотрела на Чимина, который оставил мою грудь в покое и поднял голову выше. Он подарил мне мягкий поцелуй, томно заглядывая в мои глаза, и приставил готовый к активным действиям член к половым губам. Тэхен тоже дал о себе знать: я ощутила, как его истекающий смазкой орган прикоснулся к моим ягодицам, направляясь к заднему проходу. Стало слишком волнительно. Мы с Тэхеном всего лишь раз практиковали анальный секс, когда переборщили с алкоголем на его дне рождения, и мне не особо понравилось, но сейчас совершенно иной случай. Закрыв глаза, я максимально расслабилась. Секунда, другая, и в моё тело проникают два крепких мужских органа. С моих раскрытых губ сорвался громкий, протяжный стон удовольствия, смешанного с острой болью. Она обязательно пройдёт, сменившись на наслаждение, но пока что я не могла привыкнуть к столь необычному ощущению. Чимин начал медленно, осторожно двигаться, будто бы изучая моё тело, ведь оно и правда было для него чем-то неизведанным. Он держался за мои бёдра, совершая плавные, мягкие толчки, и стонал мне прямо в губы. Тэхен пока не решался начать движения: он дал мне привыкнуть, лаская руками мою вздымающуюся грудь, и только лишь через минуту погрузился в меня поглубже, постепенно набирая скорость. Это невероятное, неописуемое наслаждение... Я чувствовала, как два члена в унисон двигаются во мне, соблюдая плавный, мягкий ритм. Мне не хотелось, чтобы наше соитие носило жёсткий, грубый характер, и посему я была благодарна своим любовникам за их нежность, если можно так выражаться в данной ситуации. Откинув голову на плечо Тэхена, я вцепилась пальцами в руки Чимина, и попробовала самостоятельно двигать бёдрами. Они оценили мой жест и стали активнее проникать в меня, сохраняя при этом волнообразность движений. Я понимала, что пошла на то, на что ни одна разумная женщина никогда не согласится, но мне было уже плевать. Оргазм накрыл меня с головой. Вздрагивая и срываясь на звонкий крик, я покрылась мурашками и размякла в четырёх заботливых руках. После этого смутно помню, что было дальше, и это, наверное, даже хорошо. Это признание. Признание в моей женской глупости, которой я так опрометчиво дала волю. Если бы не роковое влечение, если бы не алкоголь, если бы соблазн не был столь велик, то я бы сейчас не сгорала от стыда, а жила бы спокойно дальше. Не представляю, как мне после случившегося есть, пить, заниматься делами без зазрения совести... Я лежала в одной постели с двумя мужчинами, красная как помидор, и мечтала о том, чтобы все, что произошло прошлой ночью, оказалось кошмарным сном. В голове не укладывалось, как мы смогли пойти на это. Мы — взрослые и адекватные люди, которые тщательно прятали внутри себя самых настоящих дикарей, что в одну роковую ночь вырвались на свободу. Мы — дикари.