Меня зовут Томас Генбергер

POV Wilhelm Silver.

      — Что ты со мной сделал? — я крутился около зеркала, разглядывая свои уже светлые волосы, некоторые пряди которых не полностью осветлились и выглядели темнее остальных. — Я выгляжу ужасно!       — А мне кажется, что довольно-таки мило, — Джеки улыбнулся, восседая на спинке кресла. — Тебе так идёт. С тёмными волосами ты выглядишь совсем уж депрессивным.       — О, спасибо, мистер Стилист! — я вскинул руками и деланно улыбнулся, а затем повернулся к мужчине. — Только вот, не думаю, что, перекрасив волосы, мы изменимся до неузнаваемости.       — Это ещё не всё, — Ман сел на корточки и начал рыться в коробке, которую вытащил из подвала. — Знаешь, этот дом создан для того, чтобы я мог спокойно уехать из города, не опасаясь того, что меня узнают. Конечно, никогда бы не подумал, что попаду в психушку, но… я попал туда, — брюнет поднялся, держа в руках какие-то маленькие коробочки. — Вот. Наденешь это.       Я молча взял из рук Джеки небольшие упаковки и увидел, что это разноцветные линзы для глаз.       — Только не вздумай использовать неестественные цвета, это слишком рискованно, — мужчина посмотрел на меня каким-то не читаемым взглядом, а затем продолжил. — Вся перекись ушла на твои волосы. Может, скажешь, как мне измениться?       — Побрей голову, — с обиженным видом я сел на стул и сложил руки на груди.       — Да ладно тебе, я серьёзно, — вскочив с места, Джеки за одну секунду оказался возле меня.       Легонько держа двумя пальцами мой подбородок, он заставил меня посмотреть ему в глаза.       — У меня до одури болит всё тело, я мирюсь с тем, что ты считаешь меня Джеки Маном, и за мной гонятся самые опасные люди в этом городе, — я видел, как брюнету трудно не расчувствоваться; он пытался держаться изо всех сил. — И, пожалуйста, просто помоги мне хоть что-нибудь сделать с этой чёртовой внешностью.       Я непроизвольно приблизился к Джеки, всего на несколько сантиметров. Этот порыв был таким сильным, что я не смог с ним совладать. Медленно выдохнув, мужчина нагнулся ко мне. В его глазах я не мог прочитать ничего, кроме мольбы о помощи. Но в то же время, в этом взгляде присутствовало столько силы, что можно было с ума сойти. Внезапно мне захотелось поцеловать этого психа. И я видел, что это взаимно. Но это невозможно. Мне нельзя поддаваться чувствам, особенно в такой ситуации. Ему — тем более.       — Как на счёт французских косичек по всей голове? — я закрыл глаза, отвернувшись, лишь бы не чувствовать эти губы столь близко.       — Пойдёт, — вздохнув, Джеки встал позади стула, на котором я сидел. — Думаю, можно начинать…

POV Thomas Genberger.

      — Где ты этому научился? — я трогал свои косички и улыбался, как довольный ребёнок.       — Моя сестра любила такие, — ответил Билл, стоящий позади меня. — Вечно заставляла делать эту причёску.       — Любила? — я обернулся.       — Да… — санитар опустил взгляд, теребя полы своей майки. — Она умерла от передозировки. Её так и похоронили с этой причёской.       — Мне жаль…       — Спасибо, — Билл чуть улыбнулся. — Но это было давно. Что мы будем делать дальше? — я заметил, что теперь уже блондин вообще перестал меня как-либо называть.       — Уедем из города, а потом… — я тяжело вздохнул. — Там решим, — у меня язык не повернулся сказать о том, что я убью этого юношу.       — Решим что? Как меня прикончить? — у Билла начали шалить нервы и он, вскочив с места, стал ходить из стороны в сторону и активно жестикулировать. — О, я придумал. Давай скормим меня свиньям? Или как тебе такой вариант: убьёшь, а потом сбросишь в реку, чтобы меня сожрали рыбы?       — Замолчи…       — А, ещё есть отличное место под названием бетономешалка! — на глазах парня начали наворачиваться слёзы, но он никак не мог заткнуться. — Представляешь, кладёшь туда человека, а потом вообще непонятно, кто это…       — Билл… — я поднялся с места, нервно двинув головой вбок.       — Или… Нет, я придумал точный план! — блондин занёс указательный палец руки над своим лицом. — Ты поместишь мой труп в ванную с какой-нибудь кислотой! Извини, в химии не разбираюсь, но ты там сам разбе…       Билл не успел договорить, так как я влепил ему увесистую пощёчину, и на этот раз это была действительно пощёчина. Громкий хлопок раздался на всю гостиную. Мы стояли, тяжело дыша и злостно глядя друг на друга. Щека блондина постепенна покрылась розовым цветом, а мне вдруг стало страшно.       Я упал на колени, разглядывая свои руки.       От кончиков пальцев до локтей моя плоть покрылась чёрным цветом. Я смотрел на всё это и испытывал такой страх, что сердце сжималось с неимоверной силой.       — Твою мать, что за хрень? — истерически хихикая, я пытался стряхнуть с себя всё это. — Мои руки…       — Что с руками, Том? — встревоженный Билл сел возле меня и схватил мои запястья. — Что ты видишь?       — Они довели меня… — рвано дыша, я быстро поднялся и закрыл лицо руками.       — Кто тебя довёл? — спросил блондин, будто разговаривает с пятилетним ребёнком.       — Они, блять! Они, эти чёртовы санитары вместе с Лолой! — я толкнул парня в плечо. — Выйди из дома!       — Зачем? — опасаясь моей агрессии, Билл стал отходить к двери. — Что ты хочешь сделать?       — Убирайся отсюда! — я вытолкнул парнишку за дверь, после чего лёг на пол и сжался в клубок.       Я больше не могу. Моё тело умирает. Всё болит. Всё угнетает. Билл был прав. Зачем жить, будучи в вечных бегах и страхе? Зачем жить, если отравленный мозг сам же наводит на тебя ужас? Для чего я сбежал, если свобода не радует? Я рыдал на чёртовом дворе, потому что мне некуда и не к кому идти. Для чего всё это? Чтобы доказать, что я являюсь Томасом Генбергером? Какой в этом толк, если меня всё равно убьют, а на надгробии вообще ничего не напишут, кроме чужого для меня имени и поддельной даты рождения?       Пора с этим заканчивать. Наверное, эта возможность была дана мне для того, чтобы я прикончил самого себя. Не иначе.       Трясущейся рукой я взял с подоконника тяжёлую штурмовую винтовку. Один выстрел — мозги на стене. Чего ещё можно желать? Главное, чтобы не было осечки, потому что потом я не смогу решиться на всё это. По крайней мере, в этот день.       — Том… — обеспокоенный Билл показался в дверном проёме в тот момент, когда я приставил ствол винтовки к своему виску.       — Почему ты до сих пор не уехал? — часто и коротко задышав, я пытался набраться смелости, чтобы совершить то, что задумал.       — Я хотел… — блондин слегка откашлялся, после чего посмотрел на меня. — Хотел подойти к тебе.       — Не стоит… — внутри себя я начал обратный отсчёт от десяти.       Десять.       — Не вздумай, — Билл начал медленно приближаться ко мне.       Девять.       — Заткнись и стой там, где стоишь, — я отдалился на пару шагов.       Восемь.       — Винтовка у тебя классная…       Семь.       — Ты уже говорил, — я отходил от Билла до тех пор, пока не столкнулся спиной с холодильником.       Шесть-пять-четыре.       — Опусти оружие, — блондин оказался вплотную со мной.       Он положил ладонь на винтовку, глядя на меня столь соблазнительно, что устоять было невозможно.       Три.       — Тотальный пиздец, — с этими тихими словами Вильгельм коснулся моих губ своими.       Два.       Звуки сирен раздались откуда-то из леса. Я резко отстранился от Билла, прислушиваясь ко всему, что происходит вокруг.       Один.       — Собирайся, — я толкнул санитара в сторону комнаты. — Они здесь.