История Луки Коулмана и Натаниэля Хейли

И ведь Натаниэль все равно ждал. Много отвлекался от учебы и постоянно поглядывал на часы. Вечером демон не объявился, но зато ночью сделал визит. Парень так и заснул с учебником в обнимку. Глядя на эту картину, Лука не сдержал смешка. — Ну и ну. Такое чувство, что попали на место своих персонажей. Что скажете, господин? — усмехнулся демон, осторожно поднимая спящую красавицу на руки и перетаскивая в постель. Почувствовав знакомое тепло, Натаниэль инстинктивно сжал в руках кофту демона, а сам прижался к нему теснее. Пусть это всего лишь сон, но его не хотелось отпускать.

***

На следующее утро Хейли проснулся, чувствуя тяжесть чужого тела. Кровать предназначалась совсем не для двух человек, пришлось потесниться. Лука устроился у стеночки, обнимал парня со спины, и мало этого, еще и навалился сверху, наполовину собой закрывая. Натаниэль не сразу сообразил что происходит, а когда сообразил, чуть не закричал. Но, осознавая, что демон все-таки к нему пришел, поумерил свой пыл и даже попробовал повернуться к Луке лицом. Тот не проснулся, что дало шанс обнять любимого демона, прижавшись к нему сильнее. Тепло. Хорошо. И хотелось, чтоб это было вечно. Но Натаниэль смертен, когда-нибудь они все равно расстанутся. — Эсмеральда… Услышав эту кличку, Натаниэль резко поднялся, совсем не заботясь, что демон может проснуться. Обида больно резанула по сердцу. — М-м, — недовольно замычав, Лука перевернулся на живот, когда стало больше места. Уткнувшись носом в подушку, на которой спал Ниэль, брюнет глубже вдохнул чудный запах. Все же шампунь с травами нравился ему гораздо больше. Это была наглость. И чтобы хоть как-нибудь напакостить, Натаниэль с невероятной силой выдернул свою подушку из лап мужчины. — Да чтоб тебя!.. — спросонья выругался Лука, приподнимаясь на локтях. С хмурым выражением он стал выискивать того смертного, что посмел разбудить его столь варварским способом. Нашлась маленькая дрянь, прямо напротив стояла, со злостью прижимая к груди подушку. — Что ты тут делаешь? — зловредно поинтересовался Натаниэль. — Сплю. — Почему здесь, а не со своей любимицей? — А, так Эсмеральда отправилась на охоту. Видимо, совсем плохо кормили. Да и соскучилась она по охоте. Такие вот дела. — И ты решил, что тогда для времяпровождения сойду я? — обида так и скользила в голосе, а взгляд наполнился ревностным огоньком. — А ты против? Вернув себе былое обаяние, Лука растянулся на постели во весь рост. Ночью, перед тем как завалиться с Хейли в одну кровать, он переоделся. Так что сейчас без стеснения красовался в одних боксерах. Натаниэль старался не смотреть на обнаженного мужчину в его постели. — Да, я против быть чьей-то заменой. — С чего такие выводы, золотце? И неужели я слышу в твоем голосе ревность? — Я не ревную, — проворчал Натаниэль, — просто обидно, что если бы она не уползла на охоту, ты бы был с ней. — Я все равно бы к тебе вернулся, — улыбнулся Лука, прикрыв глаза. — Гораздо приятнее спать с теплым любимым комочком, чем с любимым, холодным и скользким. — Кто тут еще комочек? — придрался Натаниэль, лишь бы не поддаться искушению поверить. — Ты, кто ж еще, — приподнявшись, Лука неожиданно обхватил его за талию и утянул к себе в постель. — Мой теплый комочек. Не храпишь во сне и не пинаешься, просто чудо. — Тогда купи себе плюшевую игрушку, — Натаниэль выставил защиту в виде подушки, которую все еще держал в руках. — Зачем? Мне живая больше нравится. — А живой не нравится быть только игрушкой на ночь. — Если бы ты был только игрушкой на ночь, я не стал бы тебя исцелять, — куда серьёзнее ответил демон, убирая чертову преграду в виде подушки. — В чем проблема, Натаниэль? — Ни в чем, — отвел глаза от пристального взгляда. — Тогда какого черта ты выеживаешься? Если что-то не нравится, так и скажи. — Ты эту змею лелеешь больше, чем меня, — пробурчал Натаниэль, неожиданно резко обнимая демона и утыкаясь носом ему в грудь. — Я ее лелею только потому, что не думал, что когда-нибудь отыщу, — усмехнулся Лука такому детскому порыву. — Она долго разгоняла мою скуку, с ней мы путешествовали по всему свету и только три года назад решили засесть в Лондоне. Натаниэль не нашелся, что ответить, поэтому оставался в той же позе и с выражением обиженного хомячка. — Если к кому-то привязываешься, потом сложно его отпустить. Ты же понимаешь? — как маленькому ребенку разжевывал мужчина, поглаживая по голове. — Угу… — Тогда прекращай дуться. — Я не дуюсь, — ворчал парень. — Я не собираюсь тобой с кем-то делиться. — Какой же ты наглый, — резко перевернувшись, Лука подмял под себя парня, устраивая руки по обе стороны от его головы. — Собственник. — Имеешь что-то против? — Натаниэль вполне серьезно посмотрел в глаза мужчине. — Ты демон, которого я люблю. И я хочу хоть какой-то взаимности. Опять. Опять это странное чувство. О боязни уже и не заходит речи, но он начинает наглеть. Слишком сильно. Стоило только сказать, что демон больше не сможет его убить. И все равно у них слишком много общего с их персонажами. Как и Себастьяна его господин не переставал удивлять, так и Луку Натаниэль. «Чертов мальчишка…» — И вообще, — вновь надул губки Натаниэль, — где мой утренний поцелуй? И правда же… Досадное упущение. Лука поспешил это исправить, завлекая в утренний, слишком страстный поцелуй. Так сильно, жарко, мокро, что вызывает не слишком приличные мысли и возбуждение. Натаниэль, обвив шею мужчины руками, заставил того упасть на себя. Приятная тяжесть. Хейли старался укусить демона посильнее во время поцелуя. — Натаниэль, ты уже проснулся? За дверью раздался женский голос. Мама пришла, постучав в дверь. — Я переодеваюсь! — крикнул парень, с неохотой разрывая поцелуй. — Завтрак уже готов, так что переодевайся скорее и к столу. — Хорошо! — ответил маме парень. — Черт! Чуть не попался Ромео в покоях Джульетты. — Я слышал ее шаги и знал, что она пойдет сюда, — с улыбкой, совершенно не нервничая, ответил Лука. Он отстранился, позволив парню подняться с постели и начать одеваться. — Ты так желаешь им раскрыть наши отношения? — несколько скептически произнес парень. — Она бы не зашла. Дверь-то заперта. И в подтверждении слов, по щелчку пальца послышался звук открывающегося замка. Ночью Лука предусмотрительно заперся. — Я тебя тресну, — Натаниэль застегнул штаны и надел футболку. — Одевайся давай и пригоняй в гости. На этих словах он вышел из комнаты. — Конечно, золотко, — сказал уже закрытой двери. Как только оделся, так и выпрыгнул в окно, а у подъезда уже позвонил в домофон. — Слушаю, кто это? — Миссис Хейли, это Лука. — О, Лука, доброе утро! Ты как раз вовремя, заходи. Удивительно быстро открыли. Да и такое хорошее гостеприимство. Как только мужчина дошел до двери, его словно поджидали, открыли дверь и с улыбкой впустили в дом. — Мы как раз собираемся к столу. Ты завтракал? — Если только кофе, — с очаровательной улыбкой ответил Лука. — Чудно, значит, позавтракаешь с нами. — О, Лука, — Александр приветливо улыбнулся, махнув рукой, — Ты как раз вовремя. — Привет, — спохватился Натаниэль. Родители же не в курсе, что они уже хорошо друг друга поприветствовали. — Доброго всем утречка, — махнул рукой с улыбкой. — Чудная погода. Решил заскочить к вам и пригласить Натаниэля немного прогуляться. С вашего позволения. — Только поешьте хорошо, — Александр пододвинул Луке блюдо с пирожками. — Натанилю нужен свежий воздух. Парень молчал. Знал он, какие прогулки в голове у демона. За милыми беседами, еда оказалась куда вкуснее. Мама Натаниэля чудная домохозяйка. А пирожки ее просто объедение. Даже демон оценил. После завтрака Натаниэль уже официально утащил демона к себе в комнату, под предлогом важного разговора. Стоило двери закрыться и щелкнуть замку, как он вновь впился в губы мужчины, возобновляя то, на чем их прервали. Он еще не укусил демона как следует. Доминирование приятно удивило Луку, он и не сразу успел отреагировать. Все же теперь предугадывать действия мальчишки не получится. Но оно, возможно, и к лучшему. Укус за нижнюю губу вывел из потока мыслей. Коулман улыбнулся, позволяя проявить инициативу до конца. Пусть творит с ним, что захочет. И Натаниэль наслаждался возможностью немного поиграть. Не все же демону делать из него плюшевых медвежат. Не разрывая поцелуя, Хейли повел своего парня к постели, опрокидывая его на нее. Натаниэль сел сверху, с новой силой впиваясь в губы демона. — А ты разошелся, золотце, — усмехнулся Лука, когда его губы перестали терзать. — Не нравится? — хмыкнул Натаниэль, возвышаясь над демоном. Хотя он сам не ожидал, что ревнуя, сам набросится на мужчину. А руки того уже зажили собственной жизнью. Всегда нравилось щупать податливое тельце, еще когда их отношения держались только на уровне поцелуев. Сейчас же демону дано больше возможностей. Сейчас они забрались под футболку, поглаживая по бокам и пояснице, но еще не спускаясь к стратегически важной части. — Я этого не говорил. — Тогда к чему было про разошелся? — нахмурился Натаниэль. — Не забывай, что по животным меркам, я тоже самец. И право доминирования у меня от природы. — Но ты впервые набрасываешься на меня, — поцеловал небольшую складочку на лбу. — И по нашим меркам, если переводить в нормальную пару, ты являешься самкой. — Самки тоже неплохо доминировать могут. — О да, поза наездника это показывает как никогда лучше. Руки поползли вниз, с боков до бедер. Сегодня вечером они непременно дойдут до конца. Откладывать и дальше нет смысла. Лука дал последний срок, после выписки больницы. — Я вообще-то говорил про игрушки, — подколол Натаниэль, смотря на демона несколько надменно. — Вот уж спасибо, массаж простаты мне не требуется, — нервно улыбнулся брюнет. Он ведь не ослышался? Мало мальчишке на него права качать, так теперь еще и трахнуть можно? — А что так? — Натаниэль склонился над демоном, опираясь руками, как он сегодня. — Столько сотен лет живешь. Уже простатит должен был замучить. — У меня регенерация, золотце. Никаких болезней и недугов. — Но даже твоей регенерации нужно время, — Натаниэль склонился ниже и куснул за ухо. — А профилактика заболевания дает возможность этого избежать. — Так не терпится вставить инородный предмет мне в зад? — чуть склонил голову, чтобы мальчишка прекратил кусаться. — Почему сразу инородный? — Ты же говоришь о игрушке. Или решил устроить мне массаж своим агрегатом? Вроде бы просто игра… Но так странно, чувствовать себя не в своей тарелке. Глаз едва не стал дергаться. От мальчишки можно ожидать многих выкрутасов. И ведь что бы он не сделал, Лука все равно его не тронет. — Сам же говорил, что он у меня не такой большой, — Парень скользнул губами по щеке. — А игрушки — к слову о самках. А я все-таки самец. — С последнего раза он подрос, — и теперь уже по наглому Лука дотронулся до достоинства парня и слегка сжал на нем ладонь. — Действительно, с чего бы ему не подрасти, — тихо выдохнул в самые губы. И как им не стыдно заниматься таким под носом у родителей парня? — Гулять-то пойдем? — сменил тему Лука, лизнув нижнюю губу мальчишки. Не удержался. — Немного отдышимся только, — улыбнулся Натаниэль. — Я люблю тебя. — Любовь у тебя очень уж глубокая, — тонкий намек на засаживание игрушки-своего агрегата по самые гланды. Иначе на признание Лука не мог ответить, а молчать — невежливо и оскорбительно. — Дурак ты, — вздохнул парень. — Я немного поиграл с ним, а он… эх. — Ну, прости, золотце. Что я должен тебе сказать? — Обычно на такие признания говорят, что чувствуют, — сложил руки на груди Натаниэль. Обидчивый взгляд, скрещенные ручки, надутые губы. Одним словом — чудо. Наверняка выражение у Луки стало тем же, когда приходилось изображать в роли Себастьяна обожание к семейству кошачьих. — Чувствую, что готов затискать тебя. Ты такой лапочка, когда злишься. — И это все? — немного обреченно. Нет, Натаниэль уже не рассчитывал услышать слово «люблю» из уст демона, но хоть что-то приближенное все-таки еще надеялся. Усмехнувшись, Лука все же приподнялся, заставив парня съехать с его ног. — Мне все ясно. Не жди от меня признаний в любви, Ниэль. Ты их не получишь. А хочешь знать, что я чувствую? Потребность в тебе, привязанность, собственичество в конце концов. Меня будут бесить все, кто когда-нибудь будет иметь на тебя виды и пытаться соблазнить. Я их уничтожу. Можешь считать это проявлением любви, как хочешь. А ведь этого было вполне достаточно. Пока что… Натаниэль засиял и крепко обнял Луку. И тот осторожно обняв в ответ. Как, оказывается, нужно мало, чтобы из угрюмой колючки парень превратился в сияющую звездочку. — И все-таки у людей это и называется любовь, — с тихим ласковым смешком поддел парень. — Но, думаю, перед своей смертью я все-таки добьюсь нужные три слова. — Ты не умрешь. И не будешь стареть, пока я этого не захочу. — Ты же не можешь сделать меня демоном, — не понял парень. — Но я смогу продлить твою жизнь. Не обязательно становиться подобием меня или другой твари. — И какая тебе выгода таскаться с человеком не один десяток лет? — Ты единственный, с кем мне действительно интересно. И я уже не сомневаюсь, что ты выкинешь еще что-нибудь удивительное. Ты стал для меня загадкой, и только я начинаю думать, что знаю о тебе все, как происходит непредвиденное, и я ошибаюсь. Нет уж, такой экземпляр не упущу. Этим ты и привлекаешь меня. — Но за много лет, — невесело усмехнулся Натаниэль. — Ты можешь выучить меня всего. — А как ты видишь наши отношения? — неожиданно спросил Лука. И правда было интересно послушать его версию. — Пока не стану выглядеть старше тебя, я бы стал твоим любовником, а потом, — пожал плечам Натаниэль. Не самая веселая перспектива планировать будущее с бессмертным существом. — Ты бы нашел себе кого помоложе. — А разве ты не планировал стать демоном? — Сам же говорил, что надо умереть для этого, — Натаниэль прикрыл глаза. — Никто не дает гарантию, что и это сработает. Не станет же каждый им поголовно. — Я говорил, что для этого нужно заниматься черной магией и только затем умереть. После чего сотни лет пыток в аду. — Вот, а для меня пытка быть разлученным с тобой на такой срок. — Значит, остается продлевать тебе жизнь, — вновь усадив парня себе на бедра, Лука стал гладить по спине и бедру, то ли пытаясь возбудить, то ли успокоить. Только когда он стал осыпать шею горячими поцелуями, стало ясно, что поглаживание относилось к первой причине. — Делай со мной все, что хочешь, — тихо усмехнулся Натаниэль, прикрывая глаза от удовольствия. — Только не под носом у родителей, пока они не в курсе наших отношений. — Тогда переодевайся и пойдем гулять. Оставив десерт на потом, Лука убрал руки и позволил парню подняться на ноги. — Продолжаем меня лечить? — Натаниэль, совсем не стесняясь Луки, принялся раздеваться. — Ну, свежий воздух еще никому не вредил, — пожал плечами мужчина, растягиваясь в постели во весь рост. — У тебя войдет в привычку жить со мной, как домовенок Кузя? — Натаниэль решил слегка подразнить, слишком эротично наклонившись к ящику за носками. А ведь он в одних трусах-плавках. — Еще ниже, — совершенно проигнорировав вопрос, Лука заинтересовался упругой задницей, что так сексуально обтягивало бельишко. — Ниже у меня шапки и перчатки, — Натаниэль медленно поднялся. — Захвати перчатки, на улице прохладно становится. — А ты меня не согреешь? — Тогда меня примут за педофила. — Я же уже взрослый, — печальный взгляд, тихий вздох, и парень наклоняется за перчатками. — Прости, золотце, но на совершеннолетнего ты не тянешь, несмотря на то, что через полгода уже будет восемнадцать. Личико слишком смазливое. Разве что рост спасает. — Хорошее у меня лицо, — Натаниэль подошел к демону. — Ты еще меня с девчонкой повторно сравни. — Может, для конечного подтверждения статуса извращенца, сшить тебе школьную японскую форму для девочек? — Мне не пойдет, — сразу обломал все планы парень. — Ты ведь даже не знаешь, а я уже вижу весьма заманчивые перспективы, — не поднимаясь с постели, демон изобразил на руках объектив камеры. — Был бы я чуть более миниатюрным, — фыркнул Натаниэль, разворачиваясь к демону спиной и начиная переодеваться. — Не принижай свои достоинства. Решено, вечером вернусь к друзьям своим верным — к иголке с ниткой. — Мы с тобой еще нормально не спали, — Натаниэль бросил первое попавшееся в мужчину — футболку. — А ты уже о ролевых играх думаешь. Футболка попала прямо на лицо, но Лука не спешил ее убирать. Одежда хорошо пахла стиральным порошком, но было бы гораздо приятнее, кинь парень уже ношенную. — А что нам помешает сделать первый раз в ролевых костюмчиках. — Это как-то не нормально, — Натаниэль наконец натянул штаны. — Или ты меня окончательно девчонкой решил заделать? — Ах да, как там на фронте эротических снов? — поинтересовался Коулман, проигнорировав вопрос парня. — Познай птичку обломинго, — хмыкнул Натаниэль. — Все также по нулям. — Нужно скорее поставить единичку впереди. Как думаешь, десять сцен за одну ночь, не слишком много? — поиграл бровями Лука с опасной улыбкой. — Себе поставь, — хмыкнул Натаниэль. — Проснусь раньше после такого сна и хана твой заднице. Она ведь сейчас тоже девственная? — хитрый прищур и веселье во взгляде. — Единственное, что не опорочено за сотни лет, — согласился Лука, прикрыв один глаз. — Как иронично, все-таки, — Хейли тихо рассмеялся. — Просто не было таких безумцев, как я, к примеру. — Таких храбрецов я распотрошил бы быстрее, чем они вынули достоинство из своих штанов. — Я бы на это глянул, — Натаниэль не мог скрыть широкой ехидной улыбки. — Твое лицо, которое обещает семь кругов Ада. Или руки, — парень стал подходить к постели пока не навис над демоном, — которые не оставляют от человека и мокрого места. — Ты же видел мой портрет, — напомнил Лука, не спеша касаться мальчишки. На второй день, как Хейли очнулся, мужчина показал ему себя человеком и истинный облик. В обоих случаях был дикий кошмар. — Видел, — Натаниэль закатил глаза. Он тогда не испытал какого-либо отвращения. Наоборот, сам того не понимая, принялся зацеловывать правую сторону лица Луки. — Как это связано? — Вот такая страхолюдина будет разрывать несчастных людишек в порошок, а ты будешь наблюдать. — Буду. — Натаниэль вновь склонился к лицу Луки, оставляя невесомый поцелуй на щеке. — Но глаза у тебя все равно были красивыми и с выразительным взглядом. — Какие глаза? — усмехнулся Лука, а после моргания вернул истинный цвет. — Вот эти? — И они тоже, — Натаниэль нагло лег на мужчину. — Они мне напоминают потоки вселенной к черной дыре. — Если долго всматриваться в бездну — бездна начнет всматриваться в тебя. Глаза демона подтверждали это как ничто лучше. С побочными эффектами Хейли давно ознакомился. — Знаю. Но они все равно завораживают. — В этом их сила, — моргнув еще раз, Лука вернул привычный цвет. — Раньше люди столбенели от ужаса. Один взгляд и человек уже не двинется. Инстинкты самосохранения будут вопить об опасности, и он их услышит, но не послушается. А этого достаточно, чтобы избавиться быстро и без труда. Сейчас же люди в восторге от всякой чертовщины. Разве что старшее поколение может шарахаться в сторону. А вот молодежь тащиться. — Мой демон чем-то обеспокоен? — Натаниэль потерся носом о грудь любимого мужчины. — Будущем возможно. Не удивлюсь, если через сотню лет, покажи прохожему свою силу, он похлопает в ладоши и пойдет дальше. — А, может, — Натаниэль улыбнулся, — это хорошо? Демоны станут поспокойнее. К ним будут относится, как и ко всем. — Нет, совсем не хорошо. Помимо всего прочего, они смогут создать оружие, способное искоренять нечисть. Тогда мы станем ничем не лучше обычных людей, которых так просто сломать и уничтожить. Единственное, что будет нас отличать, наличие определенных способностей. — Не создадут, — махнул головой парень. — Людям не дано понять природу сверхестественного. Если бы мы могли что-то такое творить, то давно бы стали бессмертными, к примеру. Говорили бы с душами и не забывали бы их. — Время меняется, золотце, — с улыбкой сложил руки на талии парня. — Утверждать с уверенностью, что не создадут нечто подобное, глупо. Говорю тебе, как создание, прожившее на этой планете достаточно много времени и повидавший эволюцию. — Тогда я буду тебя защищать, если доживу, — Хейли поцеловал подбородок Луки, дальше просто не дотянулся. — Все, хватит взглядов на будущее, пора на свежий воздух. Поднявшись вместе с дополнительным на себе грузом, Лука так и вышел из его комнаты. Александр, проходивший мимо, застыл на месте. Сын его висел на Коулмане, как обезьяна, пытавшаяся стащить банан на дереве. — И что вы делаете? — осторожно поинтересовался Хейли-старший, замечая, что Натаниэль слезать не собирается. — Отправляемся на прогулку, — как ни в чем не бывало отозвался Лука. Его, как и парня, не смущала поза. Совсем стыд потеряли. — Думаю, — Александр кашлянул в кулак. — Это лучше делать на своих двоих, — сказав это, мужчина отправился в сторону гостиной. — Отцепляйся, не видишь, папа недоволен, — шепнул на ушко. Мало ли, Александр еще услышит. — Еще чуть-чуть и нам ничего не придется рассказывать, — Натаниэль опустился на ноги. — Сами догадаются. — Расскажешь, как пройдет разговор за ужином. Наверняка же припомнят, что сегодня произошло. — А ты послушай сам или пригласи родителей к тебе, женишок, — тихий смех Натаниэля. — Ах да, по поводу гостей. Сегодня ты точно не отвяжешься, до вечера погостишь в моей доме. А там Эсмеральда ползает. В лес не исчезнет. — Если она будет при мне держаться от тебя подальше, то я не против, — Натаниэль спокойно обулся и протянул ложку демону. По истине гениальное творение. Особенно когда выглядит, как лопата — длинная и не пластмассовая. — Рад, что ты уже почти к ней привязался. Последний раз даже не шарахнулся, когда она мимо проползала. Я горжусь тобой. — А вот правда, — неожиданно в голову пришел каверзный вопрос, — если бы она была ядовитой и укусила меня. Что бы ты делал? — Высосал яд, — спокойно ответил демон, убирая ложку на место. Как только за ними закрылась дверь, предстал выбор: спуститься по лестнице или по-ленивому воспользоваться лифтом. — Хм… помощь зала. — По лестнице, — Натаниэль взял демона за руку. — Значит, спас бы? А если бы она это сделала повторно? — Не ставь ее в разряд тупых созданий, второго раза не произошло бы. С ней можно договориться. Так же, как с обычным человеком. — Понимает она только тебя, — закатил глаза Натаниэль. — Но все же. Что бы ты сделал при повторном разе? — Если ты ждешь слов «убил бы», то не дождешься. За Эсмеральду я сам кого угодно закатаю в асфальт. При повороте со второго этажа на первый произошло непредвиденное: Хейли чуть не навернулся, наступив на что-то скользкое. Похоже на растительное масло. А кеды с лысой подошвой творят страшные вещи. Реакция демона помогла избежать катастрофы. Прижав парня к себе под бок, он поднял его на руки, сам прыгнул на перила, и они прокатились вниз. Натаниэль крепко ухватился за демона. Все произошло слишком быстро. Он и не понял ничего. — Я не этого ждал, — прошептал Хейли. — Но если она будет рядом с тобой, когда и я, то в асфальт тебе придется закатывать меня. Долгий-долгий взгляд Коулмана, которому позавидовал бы рентген, заставлял чувствовать неловкость и желание скрыться. — Ты что-то замышляешь против нее? — Пока она не претендует на твое внимание при мне, абсолютно ничего не имею против ее существования, — фыркнул Хейли, слезая с рук демона. — У меня к вам одинаковая привязанность. Из этого следует, что мне предстоит самое сложное за всю жизнь задание: сделать вас друзьями. — Мы оба ревнуем тебя друг к другу. Пара вышла на улицу, вдыхая свежий воздух. — Это нереально. Просто нереально. Я даже не знаю, что должно произойти, чтобы мы поладили. — Но ведь фобия твоя прошла. Чудеса случаются, — обняв за плечи, Лука, со своей непредсказуемостью, ошарашил поцелуем. Наплевать на прохожих. Натаниэль краем глаза словил удивленные взгляды прохожих. Кто-то из соседних домов. И Хейли даже знал их поименно. И расскажет ведь кто-то его родителям. И тогда пиши пропало. Хотя… При свете дня, посреди улицы, не просто прикосновение к губам и отстранился, а настоящий, сногшибательный, чувственный, долгий и глубокий поцелуй. Однако Натаниэль отстранился. — Родители в окно могут увидеть, — Хейли положил ладонь на губы демона. — Потерпи до вечера. И впервые демон ослушался его, сжав ладонь парня в своей и вновь завладев чужими губами. Натаниэль опешил, но ответил на поцелуй. А ведь Лука сам изначально не спешил раскрывать их отношения. Что же изменилось за такой короткий срок? — Узнают в нас актеров — пиши пропало, — усмехнулся Лука, как только отстранился. — Но вот теперь разговора с родителями тебе не избежать. Как думаешь, твой папа попытается избить меня? Натаниэль вскинул голову, замечая в окне отца. Весело. Ничего не скажешь. — Думаю, что он воздержится, — парень схватил демона за руку и повел в сторону парка. — Помни, после их благословения я смело могу делать тебе предложение. — До восемнадцати не можешь, — хмыкнул Натаниэль. — Но, думаю, благословение мы получим. Хотя не знаю, сразу или время пройдет. — Как будет лучше, при всем честном народе или в романтической обстановке, где только ты, я и прекрасная луна? Сегодня фонтан так и не хочет прикрываться. — Слабо на съемочной площадке? — хитрый прищур. Натаниэль в принципе поддерживал идею поиграть в этом русле. — Как не фиг делать. Ошарашу сладкой речью, стоящим на одном колене с бархатной красной коробочкой в руке. А внутри? — И что же там внутри? — поддерживал представление Хейли. — Колечко голое, без камешков красивых. Ты не девушка, чтобы было больше блестяшек. — Фух, я уж думал готовится к худшему, — Натаниэль невольно улыбнулся от представленной картины. Он ждал этого. — А демоны вообще когда-нибудь женились? — Я знал вервольфа, который взял в жены вампиршу, — припомнил чудоковатую парочку, которую Лука встретил в России в девятнадцатом веке. — А демоны именно? — удивился такой паре Натаниэль. Сумерки какие-то, где тот оборотень влюбился в дочь вампиров. — Был случай с двумя демонами, да только их брак был недолгим. Они поубивали друг друга. — Это ж из-за чего? — хохотнул парень. — Жена истеричка? — Я же говорил, что демоны по природе своей одиночки. Один с другим не уживется, это факт. Но бой их был занятным. — Я так понимаю собратьев они собрали много на такое шоу, — задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Но демон на человеке еще ни разу не женился выходит? — Нравится выйти исключением, да? — подмигнул Лука, резко заворачивая вправо и утаскивая за собой парня. Вот и добрались за разговорами до парка. — Очень нравится, — улыбнулся Хейли, прижимаясь к боку Луки. — Тебе ведь тоже это нравится. Признайся. — Раскусил. Вещь довольно занятная. Чувствую, будет весело. Но постой, разве ты не будешь переживать о продолжении рода? Наследников, увы и ах, не сострогать тебе. — Если мы не умрем, то с продолжением рода повременим. — Останешься последний в своей роде. Приметив лавочку, недалеко от фонтана, Лука удобно на ней устроился и Хейли усадил рядом, продолжая обнимать за плечи. — А вот я очень удивился, когда узнал после перерождения, что у меня осталась родня. У людей, что якобы зовутся родителями, я был не единственным отпрыском. — Не отслеживал потом их? — Хейли положил голову на плечо мужчине. — Отследил. А позже убил. Только племянника оставил в живых. — Почему убил? — Потому что ненавидел свою родню. Так называемые родители выкинули меня, словно мешок с дерьмом. А младший брат жил в любви и тепле. Завел собственную семью. Но дети неприкосновенны, потому я оставил его сына в живых. — Зато теперь у тебя есть я, — Натаниэль ласково погладил демона по щеке. — Я тебя люблю. — Ты удивишься, золотко, — брюнет перехватил руку, целуя подушечки пальцев. — Даже сейчас я не единственный в своем роде. Коулманы живут и по сей день. — Вот удивились бы твои родственники, когда увидели бы твою фамилию в титрах сериала. — В мире полно однофамильцев, так что сомневаюсь. — А вы похожи? — заваливал вопросами парень. — С братом оказались очень похожи, оба пошли в отца. Только и без того некрасивую рожу мне портил ожог в пол лица. А вот племянник симпатичный был. Сразу видно, в мать пошел, — со слабой улыбкой вспоминал свое прошлое Лука. И как сейчас помнил взгляд ребенка, наполненный злобой. Увидев смерть родителей, он уже никогда не станет прежним. И его душа изменилась, утратив былой свет. — А кем они были по статусу? — Натаниэль с интересом слушал историю. — Обычными крестьянами. Семья не была особой крови. — Злюка же ты, — тихо рассмеялся Натаниэль. — Сломал детское сердечко. — Это дитя прожило довольно неплохую жизнь. Его семью я не стал трогать, что позволило жить следующему поколению, пока не добрались до двадцать первого века, — усмехнулся Лука, закидывая голову назад. Небо, жаль, не чистое, собирались тучи и скрывали солнце. — Но когда ты убил, тебе стало легче? — Натаниэль осмотрелся по сторонам, замечая знакомую девичью фигурку чуть вдалеке. — Викки? Девочка шла совсем одна и не отрывала взгляда от телефона, что-то строча. Она бы и прошла мимо, так и не оглянувшись, если бы Хейли не остановил ее. Накрыл плечо рукой. Дернувшись от неожиданности, Виктория обернулась. Она и не сразу поняла, что перед ней стоит знаменитость. — Что вам нужно? — Привет, — парень улыбнулся. — Ты ведь тоже лечилась в центральной больнице? Я, кажется, тебя видел там. — Н-натаниэль Хейли?! — от удивления девочка заикнулась и отступила на шаг. Не каждый день встречаешь человека, игру которого сильно полюбила. Еще как только она вышла из комы, что-то подтолкнуло ее на просмотр сериала «Темный дворецкий». И в отличии от многих, кто больше предпочтение отдавал красавцу-дворецкому, Викки больше полюбился граф Сиэль Фантомхайв. Актер, играющий его, был прекрасен. Он идеально передал суть персонажа. И ей даже казалось, что когда-то снился сон с участием этого человека. А теперь она встретила его посреди улицы. — Да, — Натаниэль кивнул. — Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, спасибо, — все еще удивленно и не совсем понимая к чему эти вопросы, ответила девочка. — Прости за любопытство, просто я тоже лежал в этой больнице буквально в трех палатах от тебя. — Я слышала об этом. Викки немного страшилась смотреть парню в глаза, хотя она была рада его увидеть. Это не та радость, как если фанат встречает своего кумира. Тут что-то… родное. — Говорили, Вы были тяжело больны. Но я рада, что Вы здоровы. — Если будет желание, мы можем еще как-нибудь встретиться, — Натаниэль улыбнулся девочке. — Я думаю, мы бы поладили. — Простите за вопрос, но… зачем Вам это надо? — все же рискнула спросить Викки. Несомненно, она была бы счастлива. Узнать не столько, как актера, но еще и человека, но какой смысл предлагать это самому Хейли? — Скажем так, — Натаниэль хитро улыбнулся. — Я успел дать обещание, хотя ты о нем и не помнишь. Непонимание еще больше отразилось на лице девочки. Выглядела она потерянно и будто не знала, куда себя деть. Так мило, что нестерпимо захотелось обнять. Что Натаниэль и сделал. Он ведь помнил, как девочке это нравилось. Авось, что-то всколыхнется в памяти его потерянной названной сестрички. Это самая непредсказуемая вещь, что могла случиться. Со стороны, возможно, все смотрелось… очень двояко. Викки не обнимала в ответ, для этого ей нужно было отойти от ступора. Сердце застучало слишком сильно и руки задрожали от волнения. Но в душе она была рада. И даже больше, счастлива. Не зря она чувствовала в нем что-то родное. С неожиданными объятьями это чувство усилилось. — Думаю, — Натаниэль разорвал объятия. — Мы бы стали друзьями. — Аг-га… — немного тормознуто ответила девочка, кивнув головой. Но, верно, подумав, что выглядит по меньшей мере глупо, замотала головой, приводя мысли и себя в порядок. И уже после заговорила нормально: — Это покажется сумасшествием, но у меня такое чувство, словно Вы меня уже обнимали раньше. Так знакомо… — Все может быть, — Натаниэль засиял. Взяв из рук опешившей девочки телефон, он быстро написал свой номер. — Напишешь вечером. Скину свою страничку в интернете. — Хорошо, — забрав из рук парня мобильный, девочка слабо улыбнулась, — пока. — До встречи, Викки, — Натаниэль произнес то, что произнес в последнюю их встречу. Не раз еще девочка обернулась. Сначала парень так и стоял, провожая ее взглядом, а потом она увидела, как тот подходит к какому-то мужчине, сидящему на лавочке. Издалека не разглядеть лица. — Я уже и не думал, что вновь ее увижу, — счастливо улыбался Натаниэль. — Есть шанс, что она вспомнит тебя, — добавил хорошей новости Лука. — В ее душе я заметил изменения. — Это было бы замечательно, — Натаниэль вновь прижался к теплому боку любимого демона. — Судьба или случайность? — с усмешкой спросил мужчина. Интересно было услышать ответ. — Не знаю, — Натаниэль вздохнул. — Она была для меня, как маленькая сестричка. Она первая меня встретила и все объяснила. — И сегодня ей нужно было пройти именно по этому парку, чтобы ты встретил ее и дал возможность начать вспоминать. Грань между судьбой и случайностью призрачна. — Я обещал сделать ее почетной гостьей при съемках, когда мы очнемся, — Хейли внимательно следил за демоном. — А не слишком много чести? Ты же знаешь, что посторонним вход запрещен. — Знаю, — Натаниэль хитро улыбнулся. — Но, я думаю, в сериале и ей найдётся второстепенная роль. Ты бы знал, как у неё неплохо удавалось играть. Мы порой устраивали остальным такие весёлые сценки. — Какие например? Самое запоминающееся, — поинтересовался мужчина. — Она продюссер, — припоминал Натаниэль. — А я пришел пробовать танцевать Джигу-Дрыгу. Только представив, Коулмана пробрало на смех. — А после этого я ей спел, — Натаниэль вспоминал тот момент с теплой улыбкой. — А мне ты никогда не пел, — сменил веселье на грусть. И где-то в глубине души действительно стало обидно. Какая-то смертная девчонка получила больше, чем он сам. О том, что Хейли поет, он впервые слышит. — Мама в детстве водила меня к своей коллеге на занятия музыкой и пением, но я быстро бросил, — Натаниэль улыбнулся, заметив изменения в демоне. — Я тебе потом спою, если хочешь. — Еще как хочу, — слишком ревностно демон обхватил мальчишку двумя руками, заставив того буквально разлечься на своей груди. — С меня живая музыка.