Строя воздушные замки на камне

Лили пробудилась под еле слышное треньканье, которое все повторялось и повторялось, и поначалу решила, что все еще видит сон – из-за зелья Сева ей снилось огромное золотое пшеничное поле, полет на гиппогрифе и ветер в лицо. Но потом дремота растаяла, а треньканье никуда не делось – открыв глаза, Лили все еще продолжала его слышать. Весточка от Сева – кольцо тепла вокруг сердца, маленькая черная коробочка в изножье кровати... Лили подняла ее и положила на колени – вещица оказалась теплой, будто нагретый на солнце металл. Дотянулась до прикроватного столика, нашарила палочку. Прикоснулась к стенке коробочки. Мне нужно с тобой увидеться. Я зайду к тебе – прямо сейчас. Лили нахмурилась; со сна все казалось таким нечетким. Сообщение повторилось снова; голос Сева – хриплый, настойчивый... Сердце пустилось вскачь. Что-то не так – он никогда не приходил к ней домой, говорил, что встречаться у него куда надежнее. А вдруг он в опасности? Если Тот-Кого-Нельзя-Называть каким-то образом узнал... Если так, то она может его спрятать. Отвести в одно из тайных убежищ Ордена. Лили отправила ответ – без слов, просто коротенький сигнал, означающий, что она уже не спит. Затем накинула поверх ночной сорочки пальто, натянула старые кроссовки и, прихватив маггловский фонарик, отправилась в тот закоулок за домом караулить Сева. Она понятия не имела, который теперь час, но на улице все еще было темно – той безмолвной утренней темнотой, когда кажется, что ты остался один в целом свете. Лили стояла рядом с пустыми мусорными контейнерами; несмотря на то, что на ней было пальто, ее била дрожь, по голым ногам бежали мурашки. Через минуту или две она достала палочку – просто так, на всякий случай. Ожидание заняло минут пять от силы. Сев появился в нескольких шагах от нее – возник в воронке чернильно-густых теней. Лили уловила запах магии – дымно-искристые нотки заклинаний, защищающих от слежки; затем повеяло знакомой пустотой, характерной для Темных искусств. - Что стряслось? - Лили бросилась к нему – его лицо было перекошено от страха и чего-то, очень похожего на горе. Она никогда не видела его таким – разве что совсем давно, еще в Хогвартсе. - О чем ты... - Лили, - он схватил ее в охапку, притянул к себе. Уткнулся носом ей в шею. - Я думал, ты мертва. - Что? Но почему ты... - Мне приснился сон, - один поцелуй, другой, третий... В губы, в лоб, в щеку – куда придется. - Ты вышла замуж за Джеймса Поттера и погибла. Лили уже хотела возмутиться – черт возьми, так ты поэтому меня разбудил? Из-за того, что тебе примерещилось, будто я вышла замуж за этого придурка? Но и рта не успела раскрыть: он приник к ее губам, целовал так долго и жадно, что она поняла – что-то и правда стряслось. И сны тут ни при чем. - Нам нужно зайти в дом, - Сев схватил ее за руку, переплетая свои пальцы с ее, и потянул к подъезду. - Поторопись. - Что, за тобой следят? - Не думаю. - Тогда почему... - Не хочу тут торчать. Они дошли до подъезда – Сев открыл замок магией, и Лили нахмурилась: - В этом не было нужды. У меня есть ключ. - Но так быстрее. Они вошли внутрь; дверь щелкнула, закрываясь, и Сев немного расслабился и позволил Лили самой отпереть квартиру. - Погоди, - сказал он, едва переступив через порог. - Твои охранные чары слишком слабые. Лили бросила фонарик на софу – и, скрестив руки на груди, стала следить за тем, как Сев ставит защиту по всему периметру ее жилища. И первые же чары, с которых он начал, оказались темными. - Сев, - с нажимом произнесла она, - какого черта, что вообще происходит? Он не ответил – только продолжал повторять печально звучащие слова на темном языке; из его палочки струились бледные лучи и, сплетаясь в сеть, оседали на стенах. - Сев! Ноль внимания. Вздохнув, она побрела к кухонному уголку. Ее била дрожь – и от холода, и от того, что ей передалась нервозность Сева. Значит, чашка чего-нибудь горячего точно придется кстати. Поставив чайник кипятиться, Лили убедилась, что в нем хватит воды и на долю Сева. Хотя ни о чем его не спросила – уж слишком он был поглощен своим занятием. Он наложил на стены очередные защитные чары – обычные поверх темных. Одно из двух заклинаний Лили даже смутно опознала: кажется, они проходили его в школе. Квартира замерцала от магии. Засвистел чайник. Из его носика пошел пар. Сев плюхнулся на софу, привалился к подлокотнику. Лили принесла ему чаю, присела рядом, но он даже не пошевелился – только уставился на чашку. Лицо его казалось более напряженным, чем обычно. - Сев, - тихо сказала она. - Что случилось? Расскажи мне. Он поднял глаза – и перед ней на какое-то мгновение будто бы возник тот мальчишка из Паучьего тупика, испуганный, одинокий и неуверенный в себе, и Лили осознала, что должна его поддержать, как он все это время поддерживал ее, когда она сталкивалась с очередным ужасом. Все опять как в Хогвартсе: его надо защитить, и неважно, что она сама боится – и Того-Кого-Нельзя-Называть, и за своего ребенка... Сейчас это не имело значения. Никакого. - Сев... - она отставила чашку в сторону. Прижала ладонь к его щеке: - Позволь мне помочь. - Это не в твоих силах. - Его голос был холодным и жестким, но без тех безжизненных ноток, которые придавала ему окклюменция. Она забрала у него чай, поставила чашку на столик рядом со своей – и лишь тогда осознала, что у Сева трясутся руки; притянула его к себе, прижала лицом к груди – он не вырывался; обняла за плечи и держала так – и почувствовала, что все его тело колотит мелкая дрожь. Точно сквозь него пропускают ток. - Расскажи мне, что случилось, - уткнувшись ему в макушку, прошептала она. Он не ответил, но она этого и не ждала. И не стала настаивать – просто прижимала его к себе, а он не вырывался из ее объятий. Потом его дрожь унялась. Он пошевелился, поднял голову, повернулся к Лили лицом – она легонько чмокнула его в кончик носа. - Я больше не могу, - сказал Сев. - Не могу быть Пожирателем. Лили замерла, потеряв дар речи. Как же давно она ждала от него этих слов – с того самого знойного летнего дня, когда он отвернулся от нее и пошел прочь от дома ее родителей. - Но если я попытаюсь сбежать, - продолжал он, - они меня убьют. - Сев... - Устрой мне встречу с Дамблдором. Лили так и похолодела – словно все ее тело обратилось в лед. - Нет. Нет, Сев, не надо... - Другого выхода нет, - в его голосе снова послышались эти пугающие холодные нотки. Будто он потерял всякую надежду. - Ни за что. Нет, я не стану... - она замотала головой, глаза наполнились слезами. - Ты же знаешь, что случилось с последним, кто пытался?.. - Да, знаю. По щекам потекли слезы – горячие, безнадежные слезы, и Лили обняла его крепче, прижалась изо всех сил, отчаянно мечтая коконом обернуться вокруг него и не выпускать до конца войны. - Черт возьми, да пойми же ты, - произнес он сдавленно. - Это все ради тебя. И нашего ребенка... - Но ты же умрешь! - вскричала Лили – это прозвучало глупо и по-детски, но ей уже было плевать. - По-настоящему умрешь, не понарошку... помнишь, ты это видел, когда заглянул в мои мысли, как я весь год убеждала себя, что тебя больше нет, - она утерла слезы. - Я не хочу такое – снова и по-настоящему... Сев взял ее за подбородок – заставил повернуть голову и встретиться с ним взглядом. Его черные глаза странно блестели. Казались чужими и бездонными, как ночное небо. - Нет, я не умру. Если сбегу – тогда да, как и любой дезертир. А если... если я выберу это, то нет. Он не узнает – у меня от него много тайн. И уже давно – появились еще до тебя, до всего этого... Он коснулся ее живота – накрыл всей ладонью, широко растопырив пальцы над пупком, и Лили едва подавила всхлип. - Я никогда этого не хотела. Никогда, - повторила она. - Даже когда Альбус попросил меня... тебя убедить. - Знаю, - откликнулся он. - Я это видел, - указал на ее висок, улыбнувшись нервно и бледно. - Устрой мне встречу с Дамблдором. Клал я и на него, и на его Оппозицию, - он смахнул большим пальцем слезинку с ее щеки. - Но строить мир, в котором тебя уничтожат... я не могу этого допустить. Так что другого выхода нет.