Скажи,что это было?

      Проснулась я рано утром, что немного ошеломило меня. Обычно за 15 минут до звонка просыпаюсь и как заведённая начинаю бегать.       Чувствую себя хреново—подумала я, когда пыталась дождаться кофе.-- Да ну его, пойду пока что одежду выберу. Напялила на себя белую футболку с енотом, а поверх неё черный пиджак. И мои любимые черные обтягивающие джинсы, которые изящно смотрелись на мне. Я вернулась на кухню, осознав, что я не включила кофеварку, плюнула на эту затею. Достала сок и пошла прочь из дома.       По пути в школку, я выпила мой запас нектара и даже подумывала стрельнуть сижку, чтобы не думать. Но мой внутренний голос отговаривал меня от этой затеи, ибо я уже давно поняла, что если сигарет у меня нет, меня и не тянет к ним, но как только я начинаю владеть хотя бы одной штукой, то всё, зависимость ON.       Зайдя в школу, меня встречает завуч, со словами «Зубреева! В мой кабинет, живо!» — И вам доброе утро. Что случилось-то? — Придёшь и узнаешь. — Так секретно? — Настя! —уже повысив голос отвечала Наталья Алексеевна. — Да всё-всё поняла я.       Завуч ушла из поля видимости. А ко мне подошел парень из параллельного класса: — Эт чё она так с тобой? –поинтересовался он. — А черт её знает… Стоп, а ты кто? — раздеваясь, отвечаю я. — Ахах, ответить даже не зная кому, в твоём стиле! Я Дэн. Из 9 «б» — Ааа, я Настя. — Да я знаю, про тебя учителя много чего говорят — Да? и что же? — тут приходит дежурный учитель и «гавкает» на нас: » Тебя ждут, а ты тут с мальчиком флиртуешь, а ну–ка быстро отседа!» Я с печалью в глазах повесила одежду в гардероб и пошла к кабинету Завуча.       Стучу. Вхожу. — Наталья Алексеевна, вызывали? — Да Настенька, заходи, присаживайся. Я послушалась её и села на шикарное кресло перед столом, вот он — кабинет элиты. — Дело в том, что твой классный руководитель изъявил желание, чтобы тебя перевели в другой класс… — Как это изъявил? Это его работа — учить меня! –с недоумением говорю я. — В общем-то да, но ты сама посуди, у тебя и в классе отношение с одноклассниками не очень, может тебя всё –таки перевести в другой класс? — спокойным ровным голосом отвечает завуч. — Ой, да как хотите—с долей сарказма бурчу я. — Вот и славно, тогда давай тебя переведём в «Б»? — Ага. А сегодня мне куда идти? — Дак сразу в «Б». Я с тобой пойду, чтобы известить учителей, а по поводу документов, то с твоими родителями я уже связалась все, что нужно они пришлют по факсу.       Не ну нормально? Значит если бы я отказалась по своей воле, меня бы сразу поставили перед фактом, что документы уже подписаны, вот она — свобода выбора. Мда уж, ну ладно, не всё так печально. Нужно только узнать расписание на сегодня. Вместе с Завучем я подошла к расписанию, и мы пошли в кабинет географии.        Дальше рассказывать нет смысла, потому что было всё как всегда. Приветствие, знакомство, и посадка за парту. Мне повезло, 5 парта была свободна и я угромоздилась за неё. Сзади меня сидел Дэн, немного удивлённый. — Эй, а кто ваш классный? —спрашиваю я. — Наша от нас отказалась, так что теперь у нас Виктория Алексеевна.— отчеканивает он. — ЧТО?! — Ору на весь класс, а так же роняю рюкзак с парты. На меня все посмотрели, но никто не сделал замечания, даже завуч, который стоял в двух метрах от меня. — А ты не знала? — с интересом спрашивает Дэн. — Я сегодня, можно сказать, была поставлена перед фактом, что тут буду учиться.—ответила я немного печальным голосом. — Итак, дети, начнём урок. Открываем тетрадь, пишем число….        Час от часу не легче. Стоит ли мне идти на английский? Но она ж всё — таки теперь моя классная. Но черт, я же ж теперь не могу смотреть в глаза ей! В её ярко-зелёные глаза, наполненные жизненным опытом. Смотря в них, можно ощутить себя в изумрудном городе. Они завораживают, и ты уже не хочешь уводить свой взгляд. Эээ, че за? Куда-то меня понесло, не нужно мне такого!       Так, сегодня у них английский есть? Достаю листок, чтобы посмотреть расписание, а тем временем урок идёт своим чередом. За окном бушует ветер, срывая последние листочки с деревьев, и они (листочки) в унылом танце падают на землю. Наконец, я нахожу этот бедный клок бумаги, где записала распорядок занятий. И даже не удивляясь, убираю лист в карман пиджака.       4 урок, ну что ж, я могу посидеть в кабинете у медика. Но телефон, рано или поздно всё же придётся возвращать… Ну я как всегда! Найду приключений на задницу, а еще и денег на хавчик не взяла, вообще здорово… Прошел первый урок, за ним и второй. Некоторые ребята из класса проявили ко мне интерес. Они были весёлые, и уж явно не гопники. Я подружилась с одной девчушкой—Наташей, милая особа, не обделённая саркастическими наклонностями.       Мой желудок гудел от голода, издавая стоны кита с примесью других весьма неприятных звуков.  Эх, была — не была. Я прокралась в столовку и села за самый дальний стол, вычисляя жертву моих попыток спастись от голода. И вауля, жертва найдена. Через 3 стола от меня стояла никому не нужная порция плова, ну не пропадать же добру, правда?       Вскоре я отправилась на 3 урок, шел он монотонно и скучно. У мня в голове уже разыгралось воображение, и я летала в космосе в разгар самой большой войны. Под конец занятия у меня уже начали шалить нервишки и я не могла сидеть на попе ровно, то и дело, роняя ручку или линейку.       Прозвенел звонок и я собралась с силами и пошла прогуливать урок к медику. Я думала, что мой план весьма продуман, но опять жизнь готовит мне отворот — поворот. На двери в мед кабинет висела записка » фельдшер на больничном.» — Нормально?! И что теперь? —возмутилась вслух я—Вот когда нужно, то на больничном, а когда не надо, дк «проходите на прививки». Тьфу. Но у меня всегда есть туалет как запасной план.       Пол урока всё было нормально. Я, запершись в кабинке, читала литературу. Но всё было не так гладко. Какой-то придурок пришел в туалет и бросил петарду прямо в него! Это же сколько нужно ума-то иметь? Она взорвалась и был бульк, я даже не посмотрела, что было там. Взяла сумку и выбежала из дамской комнаты… А на выходе врезалась в… Завхоза.       Ох, этот человек хуже дьявола. Я думаю, жизнь его обделила второй половинкой и поэтому он отыгрывается на детях. Большой мужик с животом в два арбуза, хватает меня за руку и тащит обратно в туалет. — Что вы делаете? —спрашиваю я, пытаясь выбраться из его стальной хватки. — Это я должен у тебя спрашивать! Что ты сделала? —Он ещё крепче начал сжимать мою руку. — Я не знаю! Я была в боковой кабине, вдруг кто-то прибегает, открывает соседнюю дверь, а через секунду быстро захлопывает её и убегает. А я слышу приглушенный взрыв. Это была не я! Правда! — Да-да-да. А выбежала, потому что испугалась, ага, конечно.— С усмешкой сказал завхоз. — Но так и было! И отпустите мою руку, там уже не то, что синяк будет, как бы до перелома не дошло. Антон Валерьевич ослабил хватку, и я вырвала свою руку. — Так или иначе, пойдём к директору, там будем разбираться. Из какого ты класса? — 9 «А», ой нет 9 «б» меня недавно перевели. — Что-то подозрительно! —он нахмурил брови и почесал затылок—Ну чего стоишь? Пошли!       Да что не так?! Как только появилась эта особа, я начала влипать чуть ли не во все страсти школы. Вот мы стоим у дверей директора, за все 9 лет я там не была ни разу. Дневального (ребёнок на побегушках) послали за моим классным руководителем. Я же прокручиваю самые печальные варианты развития сюжета. Уже спустя 2 минуты, парень пришел вместе с Викторией Алексеевной. Она подошла ко мне и шёпотом спросила: — Как можно короче, что произошло? — Туалет, шаги, взрыв, я бегу, завхоз, дверь в кабинет директора—так же шёпотом ответила я. — А, вот вы и пришли, проходите.—зазывала нас Оксана Николаевна. Мы зашли в кабинет директора. Я была готова выпрыгнуть с окна. Во первых—мне было стыдно, что я прогуливала урок. Во-вторых, меня могут обвинить в том, чего я не делала. В-третьих, я нахожусь с НЕЙ на расстоянии 20 см, что очень дурит мне мои мысли. — Ну что же, рассказывайте, что произошло? —говорит директор. Завхоз начинает говорить свою версию событий заключая свой монолог словами: — … Да она по-любому хотела всё там разнести, но услышала, как я иду и пыталась убежать! Исключить её из школы—Начал орать он—И-С-К-Л-Ю-Ч-И-Т-Ь- проголосил он, одаривая своими слюнями меня и Викторию Алексеевну. — Так, спокойно.- Начала директор—вы видели её когда это произошло? — Нет, но…-тут его перебивает директриса. — Никаких но! Я… — её перебивает завхоз. — Но она же была единственной кто оттуда вышел! — Перебивая директора, взахлёб проговорил он. — Это не правда—Начала я! Тут меня локтем ударила в бок Англичанка, мол, заткнись и не вмешивайся. — Да врешь ты—он уже покраснел, но все же продолжал орать. — Сеньор-помидор. Бе бе бе, — пробормотала я, что никто, кроме Виктории не услышал меня. Она же издав смешок, вмешалась в беседу. — Скажите пожалуйста, она отпиралась что это не она? —спокойным голосом, начала Англичанка. — Да! Она говорила, что мол, услышала шаги, потом произошел взрыв, и она побежала, потому что испугалась. — Вы это называете отпиранием? По-моему она разъяснила, почему оказалась на месте случившегося. Всё весьма логично. Не думаю, что вы, будучи в туалете, услышав взрыв в соседней кабинке, будете доделывать свои дела, присвистывая и читая газету. Плюс, мне бы хотелось узнать, где же петарды? Или то, чем их поджигать? — Но ведь, она была там! — Уже весь бурый, но уже не так громко, говорил Антон Валерьевич. — Посмотрите на себя со стороны. Вы услышали взрыв, и пошли в направлении шума. Там в вас врезалась перепуганная девочка. Вместо того, чтобы выяснить что произошло, вы хватаете её за кисть, где, как мы уже видим, оставляете неплохой синяк и тащите на место происшествия. Там она объясняет почему оказалась в таком положении, но вы не слушаете, так как убеждены, что тот кто пойман рядом с местом, обязательно должен быть причастен к тому, что произошло. Проанализировав, рассказ Анастасии, можно задать только 1 вопрос, что она дела там во время урока. Но на этот вопрос могу даже я ответить, она предупредила меня, что у неё болит живот и её подташнивает, и я разрешила ей побыть некоторое время в туалете, чтобы если что не нужно было бы бежать. Т.к. у нас фельдшер находится на больничном. Я вообще поражена, как она может еще сохранять спокойствие в такой ситуации.— Рассудительным тоном продолжила диалог Виктория Алексеевна — Но она единственная кто там был! — ворчал Антон Валерьевич. «Ась?! Ну вы даёте»-- Думаю я. — Опять вы за своё! Упрямый как ребёнок! Итак, вчера было разбито окно около поста охраны. И судя по вашей чудо –логике, то это именно вы разбили его, потому что кроме вас там никого не было. — Нет, это другое! — Плюясь чуть ли не на метр, продолжал спорить Завхоз.—Я взрослый, мне нужно верить, а она ученица е…-- тут уже вступаю я. — Чего? Ей нельзя верить, вы хотели сказать? Ой, ну да правда что! Мне же 15, значит я постоянно вру! Может уже сказки начать писать? Не, ну, а что, раз я, точнее мы—ученики, постоянно врём, тогда у нас и фантазия неплохая. — С долей сарказма говорю я. — Ты вообще молчи, скотина безграмотная! — Он уже был на пике своих возможностей. — А вот это уже оскорбление! —Проговорила директор. — Она это заслужила! —Ответил на замечание Завхоз. — Я поняла суть всей истории, но чтобы уж точно быть уверенной в Настиной невиновности, не могла бы ты показать, что у тебя в сумке? — Без проблем—отозвалась я, а в голове проскочила мысль «Хоть бы у меня с собой не было зажигалки, путь она была бы дома, или хотя бы в куртке!» Судорожно достаю рюкзак и вытаскиваю всё содержимое на стол.        С учащенным пульсом открываю все карманчики. Виктория Алексеевна стоит прямо около сумки и немного перегораживает обзор другим. Удача явно не на моей стороне, зажигалка была со мной.        Я подняла свои напуганные глаза и увидела не мене напуганные глаза учительницы. Расстёгиваю и вспоминаю, что у меня в подкладке дырка, если получится, то туда можно затолкать зажигалку, только нужно чтобы внимание было отвлечено. Какое чудо! заело молнию, пока я копаюсь с молнией. Виктория кажется, поняла мой план, и как только я освободила собачку от ткани, она как бы случайно задела учебники и уронила пару книг на ногу завхозу. Отлично, вы просто гений! — Извините, я ненароком! — Проговорила англичанка. — Все вы такие, ненароком! — потянулся за книгами он. — Хорошо что не все сразу, а то ещё бы ногу повредили—вмешался директор.       Пока они беседовали, я пыталась запихнуть в подкладку зажигалку, и у меня это получилось, я вздохнула с облегчением, но тут же до меня дошло, что нужно же сделать дырку незаметной, но я не успела. Взгляд Завхоза прожигал меня до костей. Он подошел. — Дай сюда, что ты копаешься?! — вырвал из рук у меня рюкзак и начал небрежно вытряхивать содержимое. — Эй, поосторожнее! Это мои вещи! Я за них в ответе вообще-то! —Протестовала я. Но он продолжал всё вытаскивать, пока не опустошил всё что было. Я уже боюсь вздыхать, сердце всё ещё бешено бьётся. Кажется не заметил. — Карманы выворачивай! —Приказал он. — Можно и повежливее.—Пробормотала я. Вывернув все карманы и положив всё содержимое на стол я вопросительным взглядом посмотрела на директора. — Как я и думала. Всё вы свободны. А вас, Антон Валерьевич, я попрошу остаться!        Мы с викторией Алексеевной вышли из кабинета директора и зашагали в кабинет иностранного языка.