Пока дремали боги.

Через два дня кончится лето, и множество полубогов уже собирают свои вещи. Некоторые уехали уже пару дней назад. С каждым днем становится все меньше народа. В обеденном павильоне больше нет огромной шумной толпы за едой, на трибунах у костра каждый вечер собирается все меньше и меньше людей. Я решила, что уеду на пару недель, нужно приехать к маме, извиниться за мое поведение. Она, наверное, уже с ума сошла от беспокойства. Какая я ужасная дочь. Нико поедет к Хейзел на две недели. Не хочется с ним расставаться, но у каждого из нас свои планы на ближайшие две недели. Зато потом, мы весь год проведем вдвоем. Я сладко улыбнулась, собирая волосы в высокий хвост. Было время обеда, Нико в домике не было, он тренировался с Уиллом. Я же совсем недавно пришла с боя на мечах с Финном. Он очень сильный. Такой же, как Уилл. Правда совсем не разговорчив, и ужасно саркастичен. Прямо как я. Ну, знаете ли, когда вы бледный худой подросток, сарказм становиться вашей единственной защитой. Я накинула красную теплую кофту с капюшоном поверх футболки лагеря. На улице холодало. Даже магический купол лагеря пропускал немного холода, чтобы напомнить ребятам, что осень совсем близко. Деревья в лесу красиво желтели. На тумбе у меня в стакане с водой стояло пять ярко-красных, оранжевых, желтых и зеленых листиков клена. Я вышла из домика и почти сразу же услышала, как кто-то кричит мое имя. Я повернула голову. Ко мне направлялась самая красивая девушка лагеря – Дафна Волтерс. Ее белые локоны казались золотыми, переливаясь на солнце. Девушка была одета в джинсы, оранжевую футболку лагеря и легкую голубую рубашку, что была ей очень велика. -Это футболка Коллина или одного из твоих братьев? – усмехнулась я. Щеки Дафны немного покраснели, и она стала казаться еще милее. Ответ был очевиден. -А я-то что вижу!? – притворно воскликнула девушка, - все меньше черного! Ух ты! – я засмеялась, Дафна мне вторила. -Когда ты уезжаешь? – спросила я. Мы направлялись в павильон, из которого доносился чудесный аромат запеченных овощей. -Сегодня вечером. Нужно еще собрать вещи дома и взять билет на самолет в Хьюстон. -Сколько лететь? -Не знаю, часа три-четыре наверное, - пожала плечами девушка,- нужно еще разобрать всю волокиту с документами и обосноваться в комнате. Ты точно не можешь поехать со мной? – заныла Дафна, - А если ко мне подселят какую-нибудь ненормальную? -Серьезно? – усмехнулась я. Блондинка преобняла меня за талию. -Да, ненормальней тебя уж точно никого не существует. -Коллин будет учиться с тобой, да? – поинтересовалась я, хотя и так знала ответ. Они еще в июле решили, что вместе пойдут в какой-то престижный пансионат в Хьюстоне. Жаль будет так надолго расставаться с ними обоими. Я не увижу их целый год. -Ага, - грустно сказала дочь Афродиты, - Рики, обещай мне звонить! Я посмотрела на нее. Дафна была похожа на обиженного ребенка, который вот-вот заплачет. Что-то больно кольнуло в груди, и я сама чуть не расплакалась. -Конечно, - я обняла высокую блондинку. Мы пообедали, и я пошла в домик Афродиты, чтобы помочь Дафне собрать ее вещи. Все ее братья и сестры либо уже разъехались, либо где-то гуляли. Мы были в домике одни. -Рики? -М? – я оторвалась от рассматривания небольшой полки с игрушкам. -Я как никто понимаю тебя, - спокойно начала Дафна, я нахмурилась. -О чем ты? -О тебе и Нико, - я дернулась, а она взяла меня за руку. -Ты о чем? – девушка тихо засмеялась. -Мне то ты можешь не врать. Я дочь Афродиты вообще то. Все хорошо, - она подняла мое лицо за подбородок и пристально посмотрела в глаза. В ее взгляде не было ни осуждения ни насмешки. Это и заставило меня расслабиться, - Я тебя понимаю. Как никто другой. Но должна предупредить, когда большинство полубогов уедет из лагеря, контроль за ним чуть возрастет, ведь богам не нужно будет присматривать за таким огромным количеством детей. Тут останется всего человек десять – двадцать. -И что значит? – спросила я. Дафна не выпускала мою руку из своей ладони. Казалось, она собиралась с силами, чтобы сказать мне. -Рики, отношения между родственниками запрещены по правилам богов. -Что… но они же сами все друг другу родственники! – возмутилась я. -Это немного другое, - девушка нахмурила светлые брови, - они не связанны кровно, как ты и Нико. -Что будет, когда они узнают? -Я не могу даже представить. Это запрещено, как я уже сказала. Боги, я думаю, сделают все, чтобы помешать вашим отношениям. -Но они не могут, это абсурд, - нахмурилась я. -Рики, ты давно видела Нико? -Сегодня утром, - чуть помедлив, сказала я. -А за обедом ты его видела? -Нет, но он же вечно где-то гуляет, - пожала плечами я. Дафна встала с кровати, отпустила мою руку и подошла к фонтанчику. Как я поняла, такой был в каждом домике. Взяв зеркало, она поставила его так, что солнечные лучики отражались прямо в воду и образовывали радугу. Затем, чуть загнув рукав рубашки, она опустила руку на дно раковины и достала монетку. -О Ирида, богиня радуги, покажи нам Нико ди Анджело, - девушка кинула драхму в радугу и она тат же растворилась. В следующее мгновение в радуге появилось темное пятно. Я встала и подошла к фонтанчику. В темном пятне увидела место, которое видела до этого лишь однажды. Дафна отошла чуть в сторону, открывая мне обзор. Я ахнула. Рядом с троном Аида и Персефоны стоял третий, поменьше. Именно на нем со скучающим видом сидел Нико. -Нико! –вырвалось у меня. Два остальных трона были пусты. Нико вздрогнул и обратил внимание на послание, которое, видимо, повисло над его головой. Он соскочил с трона. -Рики, - прошептал он. -Что ты там делаешь? – спросила я. -Рик…отец забрал меня сюда. Нам пока нельзя видеться. В горле застрял ком. -О чем ты? – хрипло спросила я. -Он хочет защитить нас обоих. Боги не должны узнать о нас, понимаешь? Потому что, если узнают, то это не закончится хорошо. -Да мне плевать, если они узнают, - рявкнула я. Одна слеза скатилась по щеке, - я не хочу терять тебя. -Не потеряешь, я обещаю, - сказал Нико, и послание растаяло. -Иди сюда, - тихо сказала Дафна и крепко меня обняла. У меня не было сил, чтобы поднять руки и обнять ее в ответ. Я просто стояла и смотрела в стену, которая была выкрашена в цвет, который я ненавидела больше всего на свете. Ну, началось. *** Парень зашел в свою старую комнату. В ней как всегда пахло книгами и едой, запах доносился из кафе, которое находилось на первом этаже его общежития. Академия святого Патрика находилась прямо через дорогу. Весь студенческий дворик был очень большой. Здесь находилась и библиотека, и учебные корпуса, пара кафе, три общежития, различные игровые площадки, большой спорт зал, здание бассейна и даже свой кинотеатр. Блондин бросил большую сумку на кровать. Чемодан доставят чуть позже. Завтра уже начнется вся эта суета. Парень подошел к окну. Множество такси толпились перед общежитиями, доставляя учеников и их багаж. Уилл видел знакомые машины учителей и новые, пока еще не знакомые. Он видел, что несколько ребят обосновались на зеленой поляне недалеко от фонтана и что-то увлеченно обсуждали. Седьмой этаж общежития дает хороший вид на все, что происходит вокруг. Парень взглянул в зеркало и провел рукой по светлым волосам. Некоторые прядки выгорели в лагере и казались скорее белыми, чем золотистыми. Комната была убрана, как всегда перед его приездом. Парень не спеша стал разбирать свои вещи. Когда вся одежда была разложена по ящикам и повешена на вешалки, парень взглянул на стену над кроватью. Каждый год он вешал туда новые и новые фотографии с лета, проведенного в лагере. Самые лучшие фотографии, которые несли в себе море воспоминаний. На стене висело около пятидесяти фотографий. Парень провел длинными пальцами по самой первой фотографии, которую повесил сюда. На фотографии он стоял в окружении своих братьев и сестер. Это был его самый первый год в лагере. Рядом стоял кентавр Хирон и сидел в кресле мистер Ди. Блондин улыбнулся, вспомнив, сколько усилий они приложили, чтобы заставить Диониса сфотографироваться. Дальше тонкие пальцы скользнули по фотографии, на которой он стоял с Перси Джексоном, героем лагеря, его подружкой Аннабет, и большим добрым циклопом по имени Тайсон. Перси скривил рожицу, Аннабет нахмурила брови, глядя на него, сам парень смеялся, а Тайсон весело наблюдал за камерой. Следующим снимком было фото с Нико ди Анджело. Это было его любимое фото. Оно висело прямо в середине вихря из остальных фотографий. Кто-то незаметно сфотографировал их тогда. Этому человеку парень был благодарен. Нико отвернул голову в сторону от блондина, на фотографии были видны его покрасневшие щеки и то, как он закусил нижнюю губу. Сын Аполлона же наоборот, повернул голову в его сторону, улыбаясь. Самым любимым в этой фотографии был момент, когда Нико потянул свою бледную руку Уиллу. Сначала блондин этого не заметил, но потом покраснел так же как ди Анджело. На фотографии было видно лишь то, что рука Нико тянется к его, Уиллу, руке. Блондин улыбнулся и провел пальцами по фотографии Нико. Старый сосед не задавал вопросов типо: «Хэй, это что, кентавр?!» , «Этот парень может управлять водой?!» или «Почему у этой девчонки глаза светятся зеленым?!» Уилл частенько брызгал стену туманом, поэтому его сосед видел лишь фотографии обычных людей, ничего лишнего. Парень достал около семи фотографий, которые распечатал по приезду в Нью-Йорк. На первой фотографии Он стоял рядом с Дафной, Коллином и Нико. Они все улыбались, потому что Рики с другой стороны камеры опять ляпнула что-то смешное. На второй фотографии девочки сфотографировали его и Коллина. Они играли в баскетбол в последний день отъезда Коллина. Коллин прыгнул, защищая кольцо, но Уилл оказался проворней и забил данк. На следующей фотографии ребята расстелили покрывало на берегу озера и проводили там один из замечательных вечеров. Нико сидел, Рики лежала на его коленях. Он высунул язык от усердия, пытаясь заплести ей косички. Рядом Дафна кидала Коллину в рот виноградинки, пытаясь попасть. Уилл на переднем плане улыбался в камеру, закрывая собой воловину Коллина. На паре фотографий были девушки, на одной Дафна и Рики дрались на мечах, на другой Рики сталкивала Дафну с моста в озеро. За дочерью Афродиты полетел и сын Аполлона. Еще пару фотографий Рики сделала, забрав фотоаппарат у Уилла. На одном он теребил волосы Нико, а тот закрыл глаза и смеялся. А на другом всем выдавали бусины лагеря, и девушка сфотографировала все четыре ниточки. Лишь на ее веревочке висела одна пуговица. Парень прикрепил фотографии на стену, встав на колени на кровать. Звук ключей в замке оповестил Уилла о том, что пришел его новый сосед. Он нервно провел по волосам и выглянул в проход. Да так и упал с кровати, когда увидел, кто зашел в комнату. -Что ты здесь делаешь? – рявкнул парень, смотря на того, кого ни как не мог встреть здесь. -Что, Солас. Не ожидал? – комнату наполнил приятный низкий смех. Уилл медленно встал и подошел к парню, который был на голову выше его. -Этого просто не может быть, - прошипел Уилл, прищурившись. -Еще как может. Теперь я твой сосед, - усмехнулся брюнет и, бросив большую спортивную сумку к шкафу, улегся на кровать. Вот это начало учебного года. Ничего не скажешь.