The devil inside of you

Япония 1885 г. Поместье Сакамаки. На каминной полке догорала одинокая свеча, мимолетно угасая на глазах. — Пол одиннадцатого, — с некой грустью произнесла молодая девушка, отложив старую книгу на комод.  — И что я… здесь делаю? — тонкие пальцы скользили по обложке, очерчивая на ней круги. Прикоснувшись к краям книги, ей невольно захотелось вновь прочесть ее. Но глаза предательски смыкались, и медленный удар часов навевал сон. Спустя пару минут за дверью послышались едва уловимые шаги. Такие осторожные, похожие на шаги серийного убийцы, которых, кстати сказать, было очень много в Японии. Они, не спеша и молча, прокрадывались в дома богатых семей, а затем беспощадно убивали своих жертв. В большинстве случаев убийцами были крестьяне. В то время они находились в феодальной зависимости у своих хозяев, почти не имея никаких прав. За неповиновение хозяину их жестоко карали, били плетьми, а иногда даже устраивали публичные казни. Впоследствии все это и побудило их к массовому восстанию и противостоянию буржуазной политики Японии. Крестьяне стали устраивать бунты, забастовки против своих господ. И конечно все это не сулило аристократам ничего хорошего. Часы перестали тикать. В какой-то момент все стало казаться ей мрачным и пугающим. У бедной девушки едва хватало духу оставаться здесь. Протяжный рык послышался со стороны двери. Свеча потухла.  — Что происходит? — Разум перестал подчиняться логике. Казалось, будто стены особняка давили, картины двигались, а тени перешептывались за спинами друг друга.  — Ну же, не будь трусихой, Адэгил! — говорила она себе, отступая назад ближе к балкону. Зажмурившись, девушка с силой распахнула окно и облегченно вздохнула.  — Воздух, — сияли ее как ночь черные глаза, переливаясь в лунном свете. — Как красиво… Молодой полумесяц ярко освещал владения семьи Сакамаки. Адэгил открывался вид на зеленые луга, застилающие густые леса и мощные реки. Удивительно, но страх сразу исчез, стоило ей увидеть это великолепие. Она позабыла о том, что испытывала секунду назад. Ах, если бы у юной охотницы были крылья, то поднявшись ввысь, она могла бы взлететь, как птица и парить над Землей. Радоваться солнцу и не грустить ни о чем. Но, увы, все эти сказки о волшебных мирах, хорошей жизни были обычной выдумкой написанной смертными. Ведь если бы все оказалось правдой, то сейчас Адэгил бы не находилась здесь. — Что вы здесь делаете, мадам? — Дверь приоткрылась, и на пороге возник пожилой мужчина невысокого роста, — Я просил вас оставаться в холле. — Прошу прощения. — Слегка улыбнулась она, заметив дворецкого. — Я просто хотела осмотреться и немного заблудилась. «А потом, увидев, что одна из дверей открыта мое любопытство взяло верх. Увы, но эту черту характера я не способна изменить» — глубоко вздохнула она. — Смею вас предупредить, что бы впредь вы не вели себя подобным образом. — Мужчина потянулся за связкой ключей, прикрепленных к внешнему карману жилетки. Найдя нужный ключ и прокрутив его в замочной скважине, дворецкий плотно закрыл дверь.  — Вы еще не представлены семье Сакамаки, поэтому разгуливать одной по большому особняку было весьма опрометчиво с вашей стороны. — Да. Я понимаю. — Чувствуя неловкость всей ситуации, она отвела взгляд вниз. — Право не стоит извиняться, юная леди. Это мое упущение, — признался слуга. — Я не должен был оставлять вас одну. А теперь, прошу, следуйте за мной. Я отведу вас в вашу комнату. Дворецкий подошел к канделябру, зажег свечу и почтительно поклонился. — Располагайтесь. Девушка зашла в просторную и светлую комнату. Она молча присела на край кровати, осматриваясь вокруг. Интерьер был весьма необычный. Если холл и библиотека были выполнены в готическом, мрачном стиле, то эта витальница* предстала перед ней в розовых тонах. Покрывало, шторы, ковер — все было розового цвета. Исключение составляла лишь мебель древесной окраски, гармонично сочетавшееся с обстановкой. — Если вам будет что-нибудь нужно, просто позвоните в колокольчик, который висит на стене и слуги придут к вам. — Мужчина отвесил очередной поклон и удалился прочь, оставляя девушку наедине с собой. — Надеюсь, дядя успеет приехать. — Она откинулась на мягкие подушки и прикрыла глаза. В голове сразу возник его образ. Вспомнился отчий дом и родные края. — Нет. Я ведь поклялась, что никогда больше не буду показывать свои эмоции.- Одинокая слеза скатилось по щеке, падая на розовые простыни. «В этом доме нельзя показывать свои слабости, иначе тебя просто начнут использовать» — вспоминала девушка слова близкого человека перед отъездом. — Я уезжаю в соседний город и вернусь через четыре дня. А ты поедешь в особняк Сакамаки к будущему супругу. Позже мы встретимся на балу в поместье графа. Если обстоятельства сложатся иначе, и я не смогу приехать, то ты получишь от меня письмо, где будут указаны дальнейшие инструкции. — Ох, однако, скверная погода, — бормотал он, всматриваясь в густые тучи. — Вот-вот дождь пойдет. — Но я не хочу выходить замуж дядя! — плакала Мари, обнимая его еще крепче, умоляя не оставлять ее одну. — Неужели нет другого выхода?! — Мари, — ласково говорил мужчина, поглаживая ее по голове. — Ты ведь понимаешь, что дела нашей семьи плачевны. Твой отец проиграл все деньги, влез в карточные долги и, в конце концов, спился. Он не оставил тебе в наследство ни единого цента! А твоя мать, моя сестра, умерла еще, когда тебе было семь лет. Наш клан постепенно исчезает. Охотники больше не могут противостоять вампирам. Вся власть находится под их контролем. Деньги. Положение. Ты понимаешь, что мы бессильны против них?! — Но должен же быть другой способ! — искала она выход из последних сил. — Я пытаюсь образумить тебя дядя! Они чудовища! — сжимались ее руки на его пиджаке. — Сколько людей вампиры сожгли в деревне?! Думаешь, они остановятся?! — Я сказал, хватит! — последовал крик и шлепок чудовищной силы. Мужчина ударил племянницу по лицу. — Пойдем против них, и в живых вообще никого не останется! Ваш брак одобрила церковь! Ты выйдешь замуж за старшего сына семьи Сакамаки! И это не обсуждается! — Да дядя, — боль мгновенно распространилась по всей щеке, но из глаз не брызнули слезы. Больно было секунду и даже не от его поступка, а от того, что единственный и родной человек предал ее, наплевав на чувства, оставив одну. — А до того момента, чтобы вела себя как подобает леди. — Он надел шляпу, взял чемодан и еще раз посмотрел на племянницу. — Пойми же, все это ради твоего блага. — Прощайте, дядя, — ярко сверкнули ее глаза и раздался гром молнии, — Мне больше нечего вам сказать. — Присмотрите за ней и подготовьте вещи к отъезду молодой госпожи. — Бросил он взор на двух служанок, которые стояли подле Мари. Он еще раз посмотрел на нее, а затем скрылся вместе с проливным дождем»

***

Слезы медленно капали на покрывало. Оно становилось влажным. — Сколько времени? — потирая глаза, опомнилась Мари, вставая с постели. Ей так и не удалось уснуть. Девушка подошла к настенным часам и увидела, что уже половина третьего. Потом ее взгляд упал на туалетный столик, который находился в углу комнаты. Взяв с тумбочки зажженную свечу, она подошла к нему и посмотрела в зеркало. — Боже, я ужасно выгляжу. Все лицо красное. Мари открыла верхний ящик. Там оказались помады разных оттенков, дорогие духи, две пудреницы французского производства и румяна. — Кровососы, — фыркнула Адэгил. — Видимо они часто приминают у себя женщин. — Припудривала она розовые щечки, а затем мягко проводила кистью под глазами, чтобы скрыть покраснение. Внезапно послышался глухой стук со стороны двери. — Кто это? — тихо спросила девушка. Час был поздний, поэтому Мари слегка насторожилась. — Мадам, вы еще не спите? — Что вам угодно? — узнала она голос дворецкого. — Я принес вашу сменную одежду. Могу я войти? — мужчина держал в руках красивую черную коробку с золотой лентой. — Одежду? — Прошу простить мою грубость. Не спорю, ваше кимоно очень красивое, но боюсь, в нем будет неудобно танцевать. Для вечернего бала нужен другой наряд. — П-постойте, бал? В столь позднее время? — удивилась девушка, все еще держа дверную ручку. Сейчас она выглядела не лучшим образом, чтобы предстать перед будущим мужем. «Это кимоно моей матери. Я не хочу одевать что-то другое!» — Хозяин устраивает ночной бал-маскарад, — пояснил мужчина. — И как будущая жена моего господина вам стоит привыкать к ночному образу жизни. — Простите, но я плохо себя чувствую и не смогу выйти и поприветствовать хозяина. — Мой господин не потерпит отказа, — хладнокровно молвил дворецкий. — У меня приказ переодеть вас и сопроводить на бал. «Если сейчас мне отказать ему, то любое пусть даже маленькое происшествие может пошатнуть договор… — испугалась Мари. — Придется согласиться» — Хорошо. Войдите. Дворецкий мирно вошел в опочивальню девушки, оставив большую коробку на кровати. — Вам помогут переодеться. — После его слов в комнате появились три девушки одетые в легкие черные платья с белыми передниками. — Поторопитесь! — приказал он служанкам, которые возникли из ни откуда. Девушки буквально облепили Мари со всех сторон. Одна принялась расчесывать волосы, другая начала помогать с кимоно, а третья открыла черную коробку и достала оттуда бальный наряд. — Оставляю молодую госпожу на вас, — напоследок сказал мужчина и его глаза хищно сверкнули красным. Когда Адэгил уложили прическу и переодели ее, то после повели в главный зал. — Прошу аккуратней, — предупреждал ее дворецкий, спускаясь по ступенькам винтовой лестницы. — Здесь легко упасть. — Да, — кивнула Мари, подбирая подол платья, чтобы увидеть куда идти. Туфли на узкой шпильке были очень неудобными. Они натирали, и с каждым шагом становилось все труднее идти. А корсет, который стягивал грудь и талию, еще сильнее зажимал и не давал возможности дышать. Адэгил никогда не нравились европейские платья. Как-то побывав в Лондоне, ее дядя привез оттуда шикарное желтое платье, украшенное белым жемчугом. Но наряд был настолько непривычен и неудобен девушке, что она предпочла этому подарку простое, традиционное кимоно. Соседи ее семьи говорили, что это уже прошлый век и так ходят лишь бедные девушки. Но Адэгил не обращала внимания на эти глупые сплетни. Особенно она очень ценила кимоно своей покойной матери. Поэтому в поместье она приехала именно в этом наряде. В нем она чувствовала себя защищенной, уверенной в себе. По крайне мере ей хотелось в это верить. В то время как платье, надетое сейчас, казалось девушке очень открытым и вызывающим. — Вы в порядке? — обернулся мужчина, посматривая на слегка уставшую госпожу. — Да. Все хорошо. — Сквозь зубы улыбнулась Мари и последовала за ним дальше. Она не имела право жаловаться. Не могла махнуть на все рукой и снять эти проклятые тесные туфли и неудобное платье. Здесь каждый поступок и сказанное ей слово могли отразиться не только на ней, но и на репутации всего клана. Возражать сейчас было просто нельзя. «Придется потерпеть. Только этот вечер» — подбадривала она себя. Наконец миновав лестницу и пройдя еще пару коридоров, Адэгил очутилась в большом бальном зале, который был полон танцующих пар. «Интересно сколько же тут этих тварей?» — присматривалась охотница к гостям. Почти все они молодо выглядели. Это сразу бросалось в глаза и наводило ее на соответствующие мысли. Но это лишь поспешные выводы. Неужели все здесь вампиры? Пока они не пьют кровь и не нарушают договор, но это пока. «А может быть это не вино, а кровь?» — рассуждала девушка, приближаясь к заинтересовавшей ее компании гостей, которые мирно беседовали у фуршетного столика. — Не стоит этого делать, — сильная мужская рука схватила ее выше локтя. — Что вы себе позволяете?! — легкий испуг и возмущение тут же возникли на ее лице. Девушка резко обернулась и увидела светловолосого юношу высокого роста. Адэгил небрежно попыталась высвободиться, но незнакомец по-прежнему продолжал удерживать ее. — Отпустите меня! — Как вам угодно, — ответил мужчина в маске, но покидать ее общество не собирался. — Могу я пригласить вас на танец? «Да как у него наглости хватает?!» — молодой человек вызывал у нее массу недовольств. Мало того, что резко схватил за руку, не представился так еще и приглашает на медленный танец! Ну почему Мари вечно не везет с мужчинами? — Вам знакомо чувство такта? — она слегка поднимает голову вверх. Смотрит на атласный черный галстук, туго завязанный вокруг шеи. Сейчас он находится чуть ближе положенного к ней. А когда мужчина был так близко к незамужней девушке, то ей не положено было смотреть ему в глаза. Поэтому Адэгил видела лишь верхнею часть костюма и была удостоена довольной ухмылкой юноши. — Прошу… — протянул он руку в красной перчатке молодой даме. — Вы же не хотите, чтобы у этих молодых господ возникли дурные мысли на ваш счет? — незаметно указал незнакомец в сторону той самой компании, к которой Мари хотела приблизиться минуту назад. — Доверьтесь мне. Девушка повернула голову в сторону гостей, что стояли у столика. На их лицах выражалась явная злоба и презрение. Мари мысленно схватилась за сердце. Она не могла понять, чем были вызваны эти косые взгляды в их сторону. «Точно! — чуть было не выкрикнула Мари, но вовремя остановила себя. — Их глаза! Они горят красным!» — Как вас зовут? — прервал ее мысли незнакомец. — Мари Адэгил. — тихо сказала девушка, судорожно протягивая ему свою изящную и крохотную ручку. — Красивое имя. — Улыбнулся в ответ юноша и закружил ее в прекрасном вальсе. Его движения были плавными и точно попадали под грациозную скрипку. Впервые ей было так легко танцевать с кем-то. Все становилось таким незначительным. Она словно плыла по течению, стремясь к чему-то иному, совершенному. Время, люди все замирало. И только его дыхание возле ее шеи обжигало и словно подчиняло чему-то новому. В какой-то момент девушке показалось, что руки мужчины опускаются ниже, сильно сжимают ее талию, притягивая к себе. В беспамятстве Мари подняла голову вверх и увидела сквозь прозрачные прорези в маске холодные и полные желанием голубые глаза. — Наконец вы посмотрели на меня, мисс Адэгил, — его глаза слегка прищурились. Она не помнит, как закончилась музыка. Не помнит, как попрощалась с этим странным юношей. Словно не она только что танцевала у всех на виду. Сон это был или все происходило на самом деле, но так или иначе она все еще находится на балу с вампирами и тут лучше не стоит расслабляться. — Слава богу! — поспешный полный тревоги голос окликнул ее. — Дядя?! — не веря своим глазам, обрадовалась Мари. Он здесь! Да здесь. Самый дорогой сердцу человек здесь. Он сдержал обещание. Сейчас она позабыла всю обиду и просто подчинилась порыву чувств. — Как я рада тебя видеть дядя! — обняла его Адэгил, слегка смущая старика. — Ну, полно, Мари, полно. — Успокаивал ее мужчина. — Похоже, я приехал вовремя. Ты в порядке? — Да дядя.- Вспомнила она о знаках приличия и поклонилась. — Скажи, когда прибудут наши люди и где члены семьи Сакамаки? Ведь они должны были давно объявить о себе. — Вампирам это не нужно, — презрительно посмотрел тот в сторону знати у дверей танцевального зала. — Но разве ты уже не познакомилась с одним из них? — Что?! — оцепенела Адэгил. Когда она успела это сделать? Она ведь весь вечер была одна. Ни с кем не разговаривала. — Я не понимаю тебя дядя. — Я видел, как ты танцевала с юношей в маске, — тревожно смотрел на нее старик. — Он твой будущий супруг. Господин Шу Сакамаки. Он не назвал тебе свое имя? — Нет, — в глазах тут же потемнело. Голова сильно закружилась, и слова застряли как комок в горле. — Не может быть! «Он околдовал меня!» — Мари! — успел подхватить ее дядя, прежде чем она впала в бессознательное состояние. — Кто-нибудь! Воды! Дорогая держись! Перед глазами девушки мелькали какие-то быстрые тени, очертания предметов. Но ее взгляд так и не смог сфокусироваться на чем-то одном. Решаясь последних сил, она заметила тот самый взгляд, который видела на балу. Рука беспомощно скользнула с теплых ладоней старика. Вампир.