Одна доза на двоих

Открыв глаза, я поняла, что не выспалась. Боль во всем теле не давала нормально двигаться, а гудение и писк приборов, подключенных ко мне, не давали нормально сосредоточиться. За окном было темно, что говорило о том, что на дворе ночь. Как же угораздило нас попасть в аварию? И почему мне кажется, что это было не случайно? Я больше чем уверена, что эта авария была запланирована, потому что по славам Стива на машине был установлен жучок отслеживания. А еще меня интересовало, кто доставил нас в больницу. Все эти многочисленные вопросы вертелись у меня в голове подобно вихрю, и если я не перестану думать и спрашивать себя о чем-то, то голова просто взорвется. Я должна увидеть Джастина. Он наверняка что-то знает или ему уже доложили о ситуации. Я быстро встала с кровати, вытащив иглу из вены, и тут же ледяной холод линолеума пронзил одну голую ступню, а так как вторая была в гипсе, то холода я не почувствовала. Я огляделась в поисках одежды, но так и не нашла своих вещей. Плевать. Я подошла к двери, хромая, и прислушалась. Затем приоткрыла дверь и осторожно выглянула в коридор, чтобы удостовериться, что никого нет. Убедившись в этом, я юркнула в темное помещение и свернула направо. Врач сказал, что Джастин на третьем этаже в отделении хирургии, но я ведь даже не знаю, на каком я этаже. Положившись на свою интуицию, которая подсказывала идти мне вперед, я подошла к ближайшему окну и прикинула, на каком я могу быть этаже. Кажется, четвертый, значит, мне нужно спуститься вниз. Я увидела лестницу впереди себя, и на цыпочках пробежалась, если это можно так назвать, по коридору, превозмогая боль в ноге. На стене красной краской была нарисована цифра четыре, обозначающая номер этажа, и я была права, когда подумала, что я именно на этом этаже. Быстро спустилась вниз и увидела светящуюся табличку «Хирургическое отделение». Мысленно возликовав, я быстро сиганула за дверь, предварительно осмотревшись по сторонам. На удивление, в коридорах было тихо, только лишь едва слышны были пиканье и жужжание приборов из палат. Я шла около стены, заглядывая в каждую приоткрытую дверь. Найти палату Джастина было не самым лёгким заданием, беря в расчет то, что на этом этаже было больше двадцати палат. Впереди меня горела лишь одна люминесцентная лампа, а дальше были два поворота, и я не знала, что там было, но боялась, что оттуда мог кто-нибудь выйти, и тогда мой план по незаметному проникновению к Джастину накроется медным тазом. Внезапно я услышала, как дверь чьей-то палаты медленно со скрипом открывается, и тут же остановилась, прижимаясь к стене, будто она могла спрятать меня. Я затаила дыхание, смотря, как кто-то медленно, озираясь по сторонам, выходит из палаты, тихонько прикрывая за собой дверь. И когда я узнала этого человека, с души свалился огромный камень. Если бы я не пряталась сейчас от врачей, я бы закричала на весь коридор, но лишь громко шепнула. — Джастин! Тот резко обернулся ко мне, снимая черный капюшон кофты. В тусклом свете я увидела, что он сильно удивился, увидев меня здесь, да еще и в таком виде. Его взгляд опустился на мою загипсованную лодыжку и снова на лицо. Он снова посмотрел по сторонам и быстро, почти бегом подошел ко мне. Оглядел с ног до головы и усмехнулся, прикрывая рот рукой, чтобы не создать громких звуков. — Не плохо нас потрепало, — говорит с улыбкой, смотря на мою загипсованную ногу. Я тоже осмотрела его с головы до ног, но не увидела ни одной повязки или гипса, лишь лицо его было все в ссадинах и порезах. Еще бы. По словам доктора, что я слышала, Джастин вылетел в лобовое окно, но к моему удивлению, у него не была сломана ни одна конечность. — А ты, я смотрю, почти здоров, — сощурив глаза, с улыбкой ответила я, облизывая треснутые губы. Он лишь пожал плечами и проговорил что-то вроде «я живучий парень». — Куда ты собирался? Да еще и в одежде? В отличие от него я была в больничных тряпках и босиком, а он уже был полностью одет. — Мы уходим отсюда. Я не собираюсь валяться тут еще хоть пару дней, — едва слышно пробормотал он, хватая меня за локоть и таща вслед за собой к лестнице, откуда я только что спустилась. Когда я ступала по полу, гипс на ноге громко шаркал, и Джастину пришлось взять меня на руки, чтобы я не выдала нас шумом. — Как мы это сделаем, когда по всей больнице ходят врачи? — спросила я, пока мы спускались по лестнице. — По пути ко мне ты встретила хоть одного? — вскинув бровь, спросил парень, поджав губы. Я помотала головой, отрицая, и Джастин усмехнулся. — Но ведь у входа всегда сидит дежурный врач, как ты собрался проскользнуть мимо него? — не смотря на то, что мы говорили шепотом, он эхом разливался по коридору первого этажа, разбиваясь о стены. — Я разве сказал, что мы выйдем через главный вход? — Джастин ехидно улыбнулся, опуская меня на пол и беря за локоть. Я округлила глаза, не понимая, что он имеет в виду. — Через окно? — удивилась. Джастин фыркнул. — Это запасной вариант, на случай если черный выход будет закрыт. И тут мы оба услышали, как впереди по коридору кто-то идет. Джастин быстро осмотрелся в поисках хоть какого-нибудь выступа, чтобы спрятаться, и по счастливому стечению обстоятельств, сзади нас оказалась каморка, как я поняла, для уборочного инвентаря. Бибер быстро распахнул дверь и затащил меня в до ужаса тесное помещение, а затем втиснулся и сам, тихо прикрывая дверь. Места было настолько мало, что мы были сильно прижаты друг к другу, и я даже ощущала дыхание Джастина на своем лбу. И почему-то мне стало неловко. Я захотела хоть немного отодвинуться от него и…. что-то со звоном упало. Это было чертово ведро. И шум был таким громким, что не услышать мог только абсолютно глухой человек. — Вуд, блять! — зашипел Бибер, дергая меня на себя, — Ты что, идиотка? В следующий момент открылась дверь, и мы застыли словно статуи. Джастин уставился на медбрата, что стоял по ту сторону двери с расширенными глазами, явно удивленный, застигнув нас тут. А мне захотелось смеяться от нелепости ситуации. Я представляла, что мог подумать мужчина, и в следующий миг я разразилась в хохоте, потому что только Джастин мог сказать такое: — Привет, — с улыбкой помахал он рукой сбитому с толку мужчине, — Мы немного постоим тут, ладно? — он старался быть дружелюбным или он просто идиот? Я не могла угомонить своего хохота, прикрывая рот ладонью. Воспользовавшись замешательством медбрата, Джастин схватил меня за локоть и оттолкнул мужчину, выбираясь из тесной каморки. — Бежим, Вуд! — он тоже засмеялся. Любой бы упал от смеха в такой нелепой и глупой ситуации. Он резко взял меня на руки, так как быстро бежать я просто физически не могла из-за гипса и боли в ноге, а потом быстро сиганул по коридору. Мужчина, видимо, пришел в себя, потому что закричал: — Эй, а ну стоять! — в этот момент из каморки повалились все швабры прямо на голову мужчине, и я еще громче засмеялась, крепче держась за шею Джастина. — Черт, где этот черный выход? — рычал Бибер, останавливаясь у каждого плана эвакуации и высматривая путь к выходу. Я уже слышала множество голосов за нашими спинами, это значило, что тот мужчина поднял на ноги всю больницу. — Джастин, быстрее! — сквозь смех кричала я, оглядываясь назад. — Тебе смешно, Вуд? — Джастин запыхался, пока сворачивал по коридорам к запасному выходу. — Это такая глупая ситуация! — не могла угомониться я, уткнувшись в волосы парня. — Глупая ситуация будет если нас поймают, — бурчал он, хмуря брови. — «Если», Джастин. Хорошее слово, не правда ли? — усмехалась я. — Я сейчас оставлю тебя здесь, а сам убегу, — пригрозил он. Сзади слышались хлопки дверей и громкие голоса. Кто-то кричал, что мы побежали туда, кто-то говорил, что видел, как мы пробегали. А мы ведь действительно бежали мимо палат, откуда высовывались любопытные лица больных. А идиот-Бибер еще умудрялся приветливо махать зевакам рукой и улыбаться. Говорю же, идиот. — А потом будешь сидеть и думать: «А если она сдаст меня полиции?» — с ехидной усмешкой сказала я, облизывая губы. Джастин фыркнул, усмехнувшись. — «Если», Вуд. Хорошее слово, не так ли? — повторил он мои же слова, отплачивая той же монетой. Наконец, мы увидели впереди железные двери выхода, и Джастин ускорился, так как врачи догоняли. Тьма тут же окутала нас, как только мы выбежали на улицу, и я удивилась, почему дверь была не закрыта. Джастин рванул вперед, завидев деревья, где мы и скрылись, затаившись в кустах. Он опустил меня на землю и присел, велев мне сделать то же самое. Я видела, как выбежали из больницы врачи с фонариками. Они что-то кричали и ругались меж друг другом, а я не могла успокоить хихиканье. — Вуд, замолчи, если не хочешь, чтобы нас поймали, — упрекнул Бибер, усаживаясь на холодную землю. — Мы будем торчать здесь всю ночь? — спросила я, последовав примеру парня и усаживаясь на сухую листву. — Если ты только хочешь, чтобы тебя нашли. Не знаю как ты, но я собираюсь сматываться отсюда, как только они уйдут, — прошептал он, выпрямляя ноги. Я замолкла и продолжила следить за докторами и охраной, которая тщетно пыталась разыскать нас. Ночь играла нам на руку, так как в темноте невозможно было что-то рассмотреть. Больничная одежда, что была одета на мне, была светло-голубого цвета, и я уверена, что если врачи подойдут ближе, они смогут увидеть меня. Джастин же был одет во все черное, и поэтому его было не разглядеть. Деревья и кусты выгодно прятали нас от света фонариков в руках докторов и охранников. Через несколько минут голоса стали утихать, и я поняла, что врачи уходят, наплевав на сбежавших, то есть на нас. Джастин вдруг зашипел, приподнимая свою кофту, и даже в темноте я смогла разглядеть бывший когда-то белым бинт, по которому сейчас расползалось алое пятно крови. Я чуть не закричала от ужаса, когда Джастин стал разматывать его. — Зачем ты снимаешь его? — я попыталась оттянуть руки Бибера от бинта, но тот тут же отбросил их. — Убери руки, идиотка, — в его голосе я отчетливо услышала боль. Ему было больно, и я могла только представить, что за рана у него на боку. Он полностью размотал бинт, и я прикрыла рот рукой в ужасе. Под ребрами была огромная кровоточащая рана. — Господи! — воскликнула я громче, чем нужно было, и Джастин тут же зло вскинул глаза, мысленно упрекая. Я пискнула, поджав губы, и не смогла отвести глаз от его раны. Это было похоже на глубокий порез от стекла, который в больнице ему зашили, а теперь швы разошлись, и кровь просочилась наружу. — Посвети мне телефоном, — тихо попросил Джастин, нахмурив брови от боли. Я взяла из его рук сотовый и включила экран. Джастин полез в кофту и достал оттуда бинты, которые, видимо, прихватил в больнице. — Свети выше, — попросил, открывая одну упаковку за другой. — Давай лучше я, — возразила, облизав губы. Джастин хмуро посмотрел на меня, но ничего не сказал, начав обматывать бинт вокруг тела. Он тут же пропитался кровью, и поэтому Джастин стал обматывать еще один бинт вокруг своего тела, что-то бормоча под нос. Я поймала себя на мысли, что ошиблась. Он вовсе не был невредим, просто самые ужасные раны были спрятаны под кофтой. Под светом экрана телефона я смогла рассмотреть еще несколько маленьких свежих ран, которые нужно было обработать. — Тебе нужно обработать остальные раны, — заметила я, когда Джастин забрал свой телефон и уселся поудобней. — Да что ты? — с сарказмом спросил он, вызвав у меня раздраженный выдох. — Откуда у тебя телефон? Мне нужно было разговаривать, а не сидеть в молчании, чтобы не сойти с ума от страха, а Бибер явно не желал этого, бросая на меня упрекающие и раздраженные взгляды. — Мне оставил его Стив, чтобы я смог связываться с ним, — с едким раздражением прошипел парень, отворачиваясь. Я помолчала с минуту, но внутри меня распирало любопытство, а еще боязнь неизвестности, поэтому я спросила: — Что мы будем делать дальше? — Вуд! — громким шепотом крикнул он, посмотрев на меня так, будто я куча дерьма, валяющаяся на дороге. — Ты знаешь, что такое сидеть молча? — Да иди ты, — обиделась я, отворачиваясь. Мы просидели так до того момента, пока голоса возле больницы совсем не утихли, а потом Джастин встал, хватаясь за свой бок и морщась. — Идем, — приказал он, подавая мне руку. Я проигнорировала его жест и встала сама, отвернув лицо. — Ты что, обижаешься? — спросил с издевкой, вскинув брови. — На придурков не обижаются, — хмуро ответила я, идя вслед за ним по сухой листве, что шуршала под ногами. — Боже мой! — вдруг воскликнул он в притворном удивлении, — Ширли Вуд обижается! — притворился, что расстроен, поворачиваясь ко мне лицом, — Что же мне делать? — театрально всхлипнул носом, закидывая голову назад, будто молится. — Да иди ты к черту, Бибер! Что еще можно от тебя ожидать кроме льющегося из твоего рта дерьма? — вскрикнула я, взбесившись, а этот придурок засмеялся, останавливаясь. — Ну и что ты встал? Уже передумал идти и решил переночевать тут? — недовольно развела я руки в стороны. Бибер покачал головой, ухмыляясь. — А знаешь, я буду только рада! — всплеснув руками, воскликнула я, обгоняя парня и идя вперед. — Смотри, не заблудись, Вуд, а то я не хочу потом вытаскивать тебя отсюда умирающую от страха, — продолжал насмехаться Бибер, догнав меня и идя сбоку. Я молчала, внутренне перебарывая свою злость. — О, ну перестань. Ведешь себя как маленькая, — завыл он, хватая меня за локоть, но я тут же вырвала его, уставившись злым взглядом на парня. — А ты ведешь себя как кретин, — я ткнула в него пальцем, упрекая. — Мне просто нравится тебя злить, — снова едко усмехнулся, идя следом. Я снова промолчала, желая быть умнее и не уподобляться этому придурку. Слава Богу, он решил больше ничего не говорить, а то мне бы не хотелось тащить за собой тело трупа. Клянусь, если бы он хоть что-то еще сказал, я бы не удержалась и хорошенько его треснула. Мы вышли на дорогу, и Джастин стал кому-то звонить. Как позже я поняла – это был Стивен. — …Да, все отлично. Мы недалеко от больницы стоим на шоссе, заберешь? — спросил он, оглядываясь по сторонам. По другую сторону от нас были сплошные фермы, и ни одной машины на дороге. Даже фонарей не было, и я с трудом могла различить силуэт Джастина рядом с собой. — Отлично, тогда жду. Он сбросил вызов, убирая телефон обратно в карман кофты, а я начала замерзать. Тонкая больничная рубашка и такие же штаны совсем не согревали меня, а ног я уже вообще не чувствовала, ведь была босиком. Джастин заметил, что я смотрю на его кофту, и усмехнулся. — Хочешь, чтобы я дал тебе кофту? Я отвернулась от него, не дав ответа, а он засмеялся, запрокидывая голову к черному небу. — Попроси, Вуд, я тогда я, может быть, сжалюсь над тобой и дам тебе ее, — насмехался он надо мной, испытывая мое терпение. Я продолжала молчать, смотря вперед на фермы. Как я поняла, больница, в которой мы были, была на окраине Нью-Йорка, потому что на центр города местность явно не походила. Я стояла и пускала облака пара изо рта, обнимая себя руками, а в следующую секунду почувствовала, как на плечи накидывают кофту. Я была слишком гордой, чтобы просто так принять ее, поэтому тут же сбросила вещь, хмыкнув. Услышала, как Бибер цыкнул языком, подбирая кофту с земли и вновь накидывая на мои плечи. Я снова попыталась сбросить ее, но Джастин не дал мне этого сделать, прижимаясь ко мне всем телом и крепко держа за плечи. — Ты хочешь меня позлить? — хрипло прошептал он мне прямо на ухо. Вдобавок к холоду, по телу пробежались мурашки от его уж слишком низкого голоса. — Иди к черту, — плюнула я, на что Бибер только усмехнулся, проводя руками по моим плечам. Взял меня за руку и вдел ее в рукав кофты, потом сделал тоже самое со второй. На этот раз я не стала отпираться, чувствуя, какая кофта была теплая, а плотнее укуталась и отошла от Бибера, больше не проронив ни слова. Вскоре я увидела приближающийся свет фар и была уверена, что это едет Стив. Джастин оживился, поднимаясь с земли, на которой он сидел до этого, и помахал рукой. Машина остановилась возле нас, и я тут же в окне увидела усмехающееся лицо Стивена. Почему они все усмехаются? Это до ужаса бесило меня, и дабы избежать словесной перепалки, я молча забралась на заднее сиденье. Бибер уселся на переднее, пожав руку Стиву. — Хорошо выглядите, — засмеялся Боуэн, поворачиваясь ко мне. — Спасибо, — едко ответила я, закатив глаза. Джастин поддержал смех Стива улыбкой. — Поехали уже. Не могу оставаться здесь больше ни минуты.