Одна доза на двоих

Всегда, когда я оказывалась в безвыходной ситуации, я начинала паниковать, понимая, что у меня нет выхода из этой жуткой ситуации. Я начинала цепляться за свое сознание, за крохотный кусочек света, хоть за что-нибудь, чтобы не погрязнуть в беспросветной тьме. Я знала, что сейчас была не лучшая ситуация, чтобы паниковать и биться в истерике, но я не могла просто оставаться равнодушной к тому, что со мной произошло. Мне было ужасно страшно. Мне было до безумия тревожно от осознания того, что я в данный момент не в безопасности. Я знала, что я не в безопасности. Я слышала хриплое дыхание перед собой, но не могла открыть глаза. Под веки словно насыпали песка. Мне очень жгло глаза. Попытавшись пошевелить руками, я почувствовала, что они связаны за спиной. Вопреки всему, я постаралась подвигать ногами или любой другой частью тела, но не могла этого сделать. Все тело затекло. В голове стоял такой шум, что невозможно было сосредоточиться на чем-то одном. Скорее всего, это последствия сильного удара каким-то тяжелым предметом. Затылок просто раскалывался от боли, и я могла поклясться, что мои волосы были в моей собственной крови. Из последних сил я пытаюсь разомкнуть веки и вижу перед собой лишь темноту. Слышу тяжелое хриплое дыхание и снова пытаюсь пошевелиться, но каждое движенме отдается ноющей болью. Глаза привыкли к темноте, и я смогла разглядеть перед собой тело. Это был парень, но я не смогла рассмотреть, кто это был. Мне было слишком страшно, чтобы начать мыслить рационально. Я понимала, что должна взять себя в руки и перебороть свой чертов страх, но когда увидела в темноте Джастина, сидящего передо мной со связанными за спиной руками, меня одалел приступ паники. Я задергалась, пытаясь освободить руки от тугих веревок, но как бы ни старалась, они были крепко привязаны к железной трубе. Я оглядела помещение, в которое мы были помещены. Это было похоже на подвал. Со стен стекала вода, от чего по помещению раздавалось журчание. Вокруг было пусто, лишь голые стены и невысокий потолок. Джастин был привязан к тонкой железной трубе так же как и я. И он был без сознания. По виску стекала темная кровь, кофта в некотоых местах разорвана, из чего я сделала вывод, что он участвовал в драке. И теперь встал вопрос: какого черта произошло? Я не могла игнорировать того факта, что мы были похищены. И от этого мне становилось невыносимо страшно и тревожно. — Джастин, — пытаюсь я дозваться парня, чувствуя жжение в горле. Он не реагирует. Его голова опущена вниз, а грудь мерно вздымается. Осознание того, что он жив, приносит мне некое облегчение. — Джастин, пожалуйста... Никогда мне не было так страшно. С ним я всегда чувствовала себя в полной безопасности, но сейчас, когда он без сознания и абсолютно обездвижен, я чувствую, как к горлу подступает желчь. В мыслях я молю бога, чтобы Джастин очнулся. Уверена, он бы придумал, как нам выбраться отсюда. Его ноги выпрямлены навстречу моим, и я понимаю, что могу дотянуться до него. Превозмогая ноующую боль, я стараюсь дотянуться до него ногой, чтобы попытаться привести его в чувство. Толкаю его, но он по-прежнему не приходит в себя. Мне до безумия страшно, но я должна что-то делать. Без его помощи нам не выбраться. В любой момент сюда может кто-нибудь зайти, и кто знает, что произойдет потом. Снова толкаю Джастина ногой, глазами ища что-нибудь, что бы могло помочь развязать мне руки, но на холодном полу нет ничего, кроме слоя пыли. Не знаю, сколько проходит минут, пока я сижу и молю бога о помощи, но потом я слышу протяжный стон, отражающий боль. Поднимаю глаза и вижу, что Джастин шевелится. Он пытается выпрямить руки, но из-за толстых веревок не может этого сделать. Он обескуражен и сбит с толку. Его глаза мечутся по темгому помещению. — Джастин, — зову я, толкая его ногой, чтобы он посмотрел на меня. В его глазах смятение и растерянность. А еще непонимание происходящей ситуации. Он смотрит на меня, пытаясь привыкнуть к темноте. — Ширли? — его голос очень охрипший, будто он не пил воды целую неделю. Он очень слаб. — Да, это я, — с облегчением отвечаю я, отмечая, что я безумно рада слышать его голос. Он снова осматривается, а его брови сходятся на переносице. — Какого черта? Где мы? — слабым тоном спрашивает он и корчится от боли, пытаясь освободить руки. — Не знаю, — я смотрю на него, не в силах оторваться от его измученного лица. Он слишком бледен, это можно заметить даже в темноте. — Голова болит, — корчившись, говорит он, зажмурив глаза. — Нам нужно что-то делать, — говорю я, все еще ощущая жжение в горле. Джастин тяжело дышит, переодически постанывая. Он снова оглядывает помещение, в попытках найти что-нибудь. — Здесь ничего нет, — говорю я, пресекая бесполезные попытки поиска. Он снова жмурит глаза от боли и дергается, от чего железный столб, к которому он был пивязан, издает шумный звук, разносящийся по подвалу эхом. — Как ты? — неожиданно для меня спрашивает Джастин, переводя взгляд на мое лицо. Я вздыхаю. — Не знаю, — честно отвечаю я и начинаю кашлять от недостатка жидкости во рту. — Кажется, в моем заднем кармане был нож, — тихо говорит он. Снова ерзает на месте, шевеля ногами. — Сомневаюсь, что он остался, — с сожалением говорю я, хмуря брови. Запястьям ужасно печет от туго стягивающих веревок. Джастин снова пытается выпутаться из веревок, но ничего не выходит. Тогда он выгибает спину и пытается дотянуться до заднего кармана, чтобы проверить наличие ножа. В темноте я вижу, как что-то блеснуло. Это действительно был чертов нож. Бибер, съежившись, пытается разрезать веревки, и когда у него это получается, он отбрасывает нож в сторону. Разминает запястья, прежде чем подойти ко мне и развязать веревку. Оглядывается назад и прислушивается, показывая мне жестом молчать. На моих запястьях красные следы, а голова начинает болеть еще сильнее. Я дотрагиваюсь до своих волос на затылке и чувствую что-то засохшее. Кровь. Внезапно Джастин делает рывок и моментально находит железную дверь. Дергает за ручку, но она заперта. Я замечаю, что дверь довольно старая и ненадежная, поэтому не составит труда выбить ее ногой, что Джастин и делает, создавая много шума. Он приказывает мне ждать, а сам выходит. Через секунду я слышу его шепот: — Иди за мной. И я слушаюсь, стараясь не шаркать ногами. Мы выходим в темный длинный коридор с голыми стенами. Джастин идет медленно, потирая затекшие от веревок запястья, а я все еще не могу прийти в себя после случившегося. Я не понимаю, какого черта происходит, но следую за ним, держась за его спиной, словно он стена, которая сможет защитить меня в любую минуту. Когда мы дошли до конца коридора, Джастин остановился, осторожно выглядывая из-за угла и рукой показывая мне ждать. Кажется, я где-то услышала мужские голоса, и Джастин, видимо, тоже, потому что он приложил указательный палец к своим губам, говоря мне этим вести себя тихо. Он делает шаг и выходит в просторную комнату, похожую на бывший офис. Здесь абсолютно все было разрушено. Через окна попадал тусклый ночной свет, из чего я сделала вывод, что на улице еще ночь. Здесь было множество столов, за которыми обычно сидят работники офисов, но все, абсолютно все было разрушено. Скорее всего, это заброшенное здание. Помещение было обширным, стены голые, на полу огромный слой пыли и сажи. На окнах также была грязь. Я снова услышала отдаленные голоса, пока мы с Джастином шли до выбитой двери, что была в противоположном конце комнаты. Мы старались идти очень тихо, чтобы не привлечь внимание и остаться в живых, но это было трудно, учитывая то, что на полу валялось много мусора: разбитые бутылки, бумага, канцелярские предметы и много другого. Джастин подошел к проёму, где раньше была дверь, и аккуратно выглянул в еще один коридор, а я осталась стоять позади него. Внезапно для нас обоих в этом коридоре послышались шаги и голоса. Они становились все ближе, и Джастин тут же прижал меня к стене, нависая надо мной всем своим телом. Он приложил ладонь к моему рту. Люди прошли мимо, и я почувствовала облегчение, когда Джастин отстранился от меня. — Нам не пройти там, — едва слышным шепотом говорит Джастин, поворачиваясь ко мне. Я съежилась, и по моему телу побежали противные мурашки. — Что нам делать? — таким же шепотом спросила я. Не смотря на то, что мы говорили едва слышно, наши голоса все равно раздавались эхом по помещению. Джастин выдохнул, снова выглянул в коридор и снова вернул свой взгляд на меня. Могу поклясться, что выглядела я довольно напугано, учитывая ситуацию, в которой мы оказались. Это было похоже на чертов боевик, где за нами охотится банда преступников. Уже в какой раз за все наше прибытие в Нью-Йорке я чувствовала себя героиней фильма, и это ни сколько не радовало меня. Бибер стал искать глазами что-то в этом помещении, но у него был только нож, который в этой ситуации вряд ли бы смог нам помочь. Мне захотелось кашлять от пыли, но я понимала, что если издам хоть один громкий звук, то нас обнаружат и скорее всего, убьют. Но я не могла больше держать это в себе. Я прикрыла рот ладонью, жмуря глаза. — Что с тобой? — подошел ко мне Джастин, хватая меня за плечи. Это сделало еще хуже. Здесь было так много пыли, что невозможно было не закашлять. Люди, что были совсем недалеко от нас, могли в любой момент нас услышать, но я не могла больше держаться. У меня потекли слезы, когда я побежала обратно к подвалу, в котором мы были. Шаги звучали громче, чем я могла представить. Я сбила Джастина с толку. Он остался стоять на месте, а я отчаянно кашляла, стараясь делать это как можно тише, но эхо распространялось по всему помещению. — Черт, Вуд! — злобно зашипел Бибер, скривив лицо. Он шумно выдохнул, а потом вдруг оцепенел. Рукой показал мне стоять на месте, а сам подошел к выходу. Я даже взвизгнуть не успела, как он быстро понесся в мою сторону и прижал к стене. — Они идут, — могла поклясться, что его голос был напуган. Взгляд судорожно метался по разрушенному помещению. Джастин с силой оторвал меня от стены, и мы быстро забежали за один из столов, садясь на пол. Джастин прижал меня к себе, одной рукой закрывая мне рот, а второй надавливая на живот. Мне было так страшно, как не было никогда. Я ничего не могла поделать, лишь тихо проливать слезы и скулить ему в руку. Я не видела ни одного выхода из этой ситуации, мы могли только сдаться добровольно, а потом все равно быть убитыми. Мы не могли выбраться отсюда живыми, потому что засада была со всех сторон. Теперь я была уверена, что похитил нас именно О’Брайен, и у него все было схвачено наперед, и он был готов, чтобы поймать нас в ловушку. Да, мы были в ловушке, это не назвать по-другому. И Джастин тоже это понимал. Я медленно убрала его руку от моего рта и обернулась к нему, слыша глухие шаги неподалеку. Я могла представить, что их было несколько. Заглянув в глаза Джастину, я увидела чистое зло. Оно подобно ауре окутало его. Я буквально видела, как в нем кипит ярость, и мне стало страшно за него. Я никогда не видела такой ярости. Она будто жила, дышала. Я клянусь, что он был готов сейчас разорвать в клочья всех, кто попадется на его пути, а затем сожрать и не подавиться потрохами. Я даже боялась подумать, что у него в мыслях, но перед глазами так и бежали картины убийств и жестоких расчленений. — Это ты имел в виду, когда говорил мне, что я не знаю, что меня ждет? — нервно усмехнулась я, обводя разрушенное помещение взглядом. Джастин едко усмехнулся. — Это еще цветочки, — шепотом ответил он, крепче прижимая меня к себе. — Боюсь представить, что будет дальше. — Лучше и не представляй. В следующую секунду мы услышали, как кто-то вошел в это помещение. Я всхлипнула, боясь быть обнаруженной, а Джастин сильнее стиснул меня и снова закрыл мне рот рукой, чтобы я не выдала нас. Мы затаились, в голове обдумывая, что нам делать дальше. Честно говоря, я не знала, что нам делать. Нас в любом случае найдут, и этого не избежать. Шаги людей раздавались едва слышно, но в пустом и тихом помещении это было слышно довольно громко, как если бы человек, что ходил сейчас здесь, был в подъезде. Из моих глаз снова потекли слезы. Я зажмурилась, пытаясь не думать о том, что будет, если нас найдут. Я старалась сосредоточиться на каких-то хороших воспоминаниях, и почти во всех них был Джастин. Это помогало, но не так сильно как мне хотелось бы, а шаги все приближались. — Я точно слышал шум отсюда, — сказал кто-то из мужчин, и Джастин стиснул зубы, зажмурив глаза. Он обхватил меня обеими руками, наклонившись к моему уху, и прошептал: — Ты останешься здесь. Я резко дернулась, желая повернуться к нему и узнать, что это значит, но он не позволил этого сделать, сильнее сдавливая в своих руках. — Выходи, Бибер. Мы знаем, что ты тут. В любом случае мы тебя найдем. Лучше сдайся добровольно, — воскликнул внезапно грубый мужской голос. — Что бы ни случилось, сиди здесь, — говорит Джастин мне на ухо. — Нет! — гневно шиплю я. Мне хочется вырваться, но тогда это чревато тем, что нас тут же найдут. — Да, Вуд. Оставайся здесь, — Джастин говорит сквозь зубы. Кажется, я задержала дыхание, пока всматривалась в его глаза, развернувшись в его руках. Они были темными и наполнены гневом и решимостью. — Ну же, Джастин. Выходи. Или будем играть в прятки? — послышался еще один голос. Он был моложе, чем предыдущий. — Я должен выйти, чтобы мы остались в живых, — констатирует Бибер, а мне ничуть не легче от его слов. Если он выйдет, возможно, его убьют. А потом и меня. Глубоко вздохнув, он расцепил свои руки и вышел из-за стола, оставляя меня задыхаться слезами. — Я здесь, — уверенно говорит он, стоя на месте. — Ну вот и прекрасно. А где твоя подружка? — говорит насмешливый голос, и я слышу перезарядку оружия. У Джастина не было ни пистолета и ничего другого, что помогло бы ему выиграть будущую схватку. — Она сбежала, — я горда тем, что Джастин держится беспристрастно, в отличие от меня, трясущейся в двух шагах от него. Мне действительно страшно, и не столько за себя, сколько за него, хотя он и может постоять за себя сам. Но в данной ситуации преимущество не на его стороне. Я не знала, зачем он вышел из-за стола, зачем вообще пошел на это, и зачем вообще решил отомстить О’Брайену. Мы оказались здесь благодаря ему, но я не смею винить его, потому что, я уверена, он хотел как лучше. — И не думаешь же ты, что я поверю этому? — усмехнулся молодой голос, а Джастин сделал несколько шагов вперед, и теперь я не могла его видеть. Такое ощущение, что он собрался сдаться, а меня оставить здесь. — Твое право не верить мне, Дилан, — спокойно отвечает Бибер. Мои глаза начинают искать что-нибудь на полу и, — черт! — я клянусь, что вижу пистолет у соседнего стола. Но незамеченной мне не добраться до него. Уверенности теперь во мне прибавилось вдвое. Оставалось надеяться, что в нем есть пули. Я никогда не стреляла, но сейчас ситуация вынуждает меня сделать это. Я должна хоть как-то помочь Джастину, потому что он один не справится. — Признаться, я удивлен, что ты добровольно решил сдаться мне, — бьюсь об заклад у Дилана сейчас гадкая усмешка на лице. — Интересно, как ты сумел выбраться? — в голосе парня не было даже намека на серьезность. Он насмехался над Джастином, и я боялась, что если Бибер сейчас сорвется, то его тут же убьют. О’Брайен, скорее всего этого и добивался. — Я никогда не сдамся, — уверенно отвечает Джастин, а после его слов следуют хлопки в ладоши. О’Брайен фальшиво аплодирует. — Браво! А ты хороший актер. Тебе нужно сниматься в кино, — по-прежнему с усмешкой в голосе говорил Дилан, и это коробило меня. Подначивало схватить тот пистолет и сиюсекундно выстрелить в него. — О, не нужно драмы, О’Брайен. Просто сделай то, зачем я здесь. Что? Какого черта ты несёшь, Джастин? Ты задумал сдаться? Вот так просто сдаться ему? Ты же не такой, Бибер. Ты же… У меня задрожали руки. Я постаралась очень тихо пересесть ближе к соседнему столу, чтобы попробовать дотянуться до оружия, пока Джастин вел диалог с Диланом. Я услышала быстрые шаги, а потом какой-то шорох. — Так-то лучше, Джастин, — одобрительно сказал Дилан, а я не могла даже представить, что сейчас там происходит. Что они сделали с ним? Боже, у меня начинается паника, но из последних сил я стараюсь держать себя в руках, чтобы окончательно не зарыдать. Оружие буквально в двух метрах от меня, но я буду замечена, если попробую схватить его. Но нужно что-то делать. Собрав всю силу в кулак, я рванула вперед и подхватила пистолет, прежде чем меня могли заметить. Я быстро встала на ноги, направляя пистолет на одного из мужчин. Я не знала, кто именно из них был Дилан, но уже ненавидела их всех. Мое дыхание сбилось еще больше, когда я увидела Джастина, стоящего на коленях, и двух мужчин, держащих его за плечи. У одного из них был пистолет, приставленный к голове Бибера. А потом ко мне повернулся еще один. Парень. Это был молодой парень, возрастом схожий с Джастином. Его глаза были карими с темными синяками под ними. Как только он увидел меня, его губы расплылись в улыбке, а я не могла оторвать взгляд от Бибера. Его лицо исказилось злостью от того, что я не исполнила его слова оставаться на месте. Он был слишком удивлен и зол, чтобы что-нибудь сказать. — И снова здравствуй, Ширли, — теперь я узнала этот голос. Этот голос я слышала, когда меня похитили. Я всегда представляла О’Брайена взрослым мужчиной, и теперь, когда я вижу его молодым, я сбита с толку и растеряна. Моментально наставляю дуло пистолета на него. Он притворно испугался, приоткрыв рот, а потом едко засмеялся. — Не трогай ее, — прорычал Джастин, пытаясь встать на ноги, но двое сильных мужчин усадили его обратно на колени. — Уведите его, парни, — приказывает Дилан мужчинам, и те начинают поднимать Джастина за шиворот кофты. Времени ждать больше нет, но палец никак не хочет нажимать на курок. — Я выстрелю! — выкрикиваю я отчаянно, крепче сжав оружие в своих руках. Дилан усмехается. — Выстрелишь – и он умрет, — он указывает рукой на Джастина. У меня нет другого выхода. Я потеряна, сломлена. Я слаба. Тем временем двое мужчин поднимают Бибера, пока тот пытается вырваться, рыча и смотря на меня с дикой злостью за то, что посмела ослушаться его. Всю дорогу, пока его выводили, он смотрел только на меня, тяжело дыша, а я не могла сказать ни слова, глотая комья в горле. А потом мне в голову пришла до ужаса глупая идея. — Я выстрелю не в тебя, а в него, — подавляя слезы, я стараюсь выглядеть уверенно, указывая пистолетом на Бибера, которого еще не успели вывести. Дилан изогнул бровь и склонил голову на бок. Джастин, кажется, окаменел. Он резко оборачивается на меня и смотрит прямо в глаза. А я прокручиваю дальнейший план действий, пытаясь собраться с силами и не зарыдать от безысходности. О’Брайен разворачивается к мужчинам и говорит: — Свяжите его наручниками, а то веревки были плохой идеей, — его тон стал твердым. Он достал из кармана наручники и кинул одному из мужчин. Тот сразу принялся выполнять приказ Дилана, а Джастин, скрипя зубами, пытался вырваться, не сводя с меня взгляда карих и злых глаз. Мужчина отдал маленький ключик от наручников обратно Дилану, и он положил его в задний карман джинсов. А после Джастина вывели из помещения. Я понимала, что у меня не было выбора. Ни крошки надежды, и поэтому я решилась на отчаянный шаг. Что бы мне ни пришлось сделать, это будет ради Джастина. Я засмеялась, смотря на О’Брайена надменно, затем убрала пистолет за пояс и медленным шагом подошла к нему, кладя руки ему на плечи. Он внимательно следил за моими движениями, кривя губы в ухмылке. Я наклонилась прямо к его губам. — Если бы ты знал, что именно я вывела его на твой путь, ты бы заговорил по-другому, — я говорила едва слышно, дыша ему в губы. О’Брайен смотрел на меня с недоумением, но потом оно очень быстро сменилось насмешкой. — И ты действительно думаешь, что я тебе поверю? — его глаза стали злыми. Я проклинала его сейчас за то, что этот гаденыш был привлекательным. Он был чертовски привлекательным даже с этими темными кругами под глазами. — Я знала, что ты хочешь поймать Бибера, поэтому сделала вид, что хочу помочь ему, тем самым втеревшись ему в доверие. А твой ум до этого не додумался, Дилан, — нагло врала я, уверенно улыбаясь и обходя парня по кругу. Он смотрел на меня изумленно, но все еще с недоверием. — Ты лжешь, — говорит. Смотрит на меня неотрывно, а я продолжаю лгать. Я должна сделать это, чтобы освободить Джастина, потому что сам он не справится. Я отчаянно надеялась, что он все еще жив. Только сила воли помогала мне не разреветься прямо тут. Я лезла из кожи вон, чтобы внушить Дилану, будто я на его стороне. — Не веришь мне? — я улыбалась. Голосу через силу придавала уверенности. Дилан усмехнулся, давая понять мне, что конечно он не верит. С какой стати незнакомой девушке помогать ему? Я решила действовать путем, который знаю от Джастина. Все, что он рассказал мне про Дилана, я решила использовать в свою пользу. — Я узнала о тебе от Алека Брунски. Он многое рассказал про тебя, и тогда я решила, что твоя помощь мне не помешает. Я хочу быть в твоей банде. Неужели я не заслужила быть здесь, когда привела к тебе твою самую желанную добычу? — я усмехнулась, медленно проводя ладонями по плечам О’Брайена, пытаясь заставить его потерять бдительность. Мне не раз приходилось делать это. Вспомнить хотя бы недавний поход в казино, где я глазами раздевала мужчин. Дилан улыбался ленивой улыбкой, смотря на мои губы. Я знала, что ключ от наручников, в которые заковали Джастина, в его заднем кармане, поэтому мои руки медленно переместились вниз, пока я неотрывно смотрела в карие глаза Дилана. Я видела его жадный взгляд и слышала сбитое дыхание и решила действовать еще рискованнее. Мои губы перешли на его шею. Он расслабился из-за моих действий и, как я и хотела, потерял бдительность. Моя рука ловко скользнула ему в карман джинсов. Поддернув ключ пальцем, я медленно достала его из кармана парня и так же медленно отстранилась от Дилана, незаметно положив ключ себе в карман. — Я знаю, как ты мне докажешь, что ты на моей стороне, — заговорил Дилан. Я уже догадывалась, о чем он мог меня попросить, и я не была готова к этому. Понимая, что я в тупике, я застыла, ожидая дальнейших слов О’Брайена. — Ты убьешь Бибера.