Воспоминания связиста

Вся эта обстановка давила на нейросеть. Саундвейв не был любителем подобных заведений, да и вообще каких-либо шумных мест, для него само нахождение в такой обстановке было тягостным. Захотелось поскорее покинуть этот шлаков бар и улететь домой, но желание избавиться от Борда было сильнее. К их столику подошёл невысокий официант с тёмно-сиреневой бронёй, при таком ужасном освещении он смотрелся скорее даже тёмно-фиолетовым. — Что-нибудь заказывать будете? — буднично спросил мех, его высокий голос слегка напрягал, и без того напряжённые, аудио-рецепторы. — Скорее нет, чем… — Конечно! Пару кубов сверхзаряженного, желательно не очень крепкого! — договорить связисту Фариборд не дал, перебив его на полуслове. — Хорошо, в течении десяти брийм будет. — Официант развернулся и пошёл дальше по своим делам. Саундвейв заметил, что какой-то боевикон вольготно сцапал этого самого официанта за талию и посадил к себе на колени, к чему светло-сиреневый довольно спокойно отнёсся. Тряхнув шлемом тёмный мех посмотрел на кадета, сидящего напротив, всё с той же раздражающей улыбкой. Юникрон побери, какого шлака эта заноза в бампере так лыбится? Ему что, больше делать нечего? — Саунд, ну чего ты такой напряжённый? Расслабься, мы же отдыхать сюда пришли! — Как можно отдыхать в таком шуме? Объясни мне, — не унимался беспилотник, откинувшись на спинку небольшого диванчика и скрестив манипуляторы на грудной пластине. — Ну, — мехлинг потёр затылок, — здесь можно здорово провести время — выпить сверхзарядки, послушать неплохую музыку, посмотреть на… Танцовщиков… И вообще, чего ты такой скучный? Прямо как старик какой-то! Всё бубнишь и бубнишь! .. Всё также скептически глядя на коллегу, Вейв лишь хмыкнул и одарил стажёра грозным взглядом. — Мне не по Искре такие места — я не люблю шум. — Признался сине-фиолетовый. — Я бы меньше возмущался, пойди мы в какой-нибудь парк… — Стой, ты же немногим старше меня, почему же ты так не любишь веселье? — снова перебил Борд, облокотившись на стол локтями. — Еще не должен был успеть настолько повзрослеть и поскучнеть!.. — Фариборд, я работаю в архиве, я отучился на связиста в академии, мне не составит труда вскрыть большинство зашифрованных правительственных файлов и остаться незамеченным. Но для большей эффективности, мне нужно лишь одно — тишина. — Я же не… — в этот раз уже связист перебил кадета: — А здесь этой самой тишины не наблюдается, что, кстати говоря, меня напрягает и создаёт весьма напряжённую атмосферу для моих систем. На лицевой колёсника резко подспала улыбка, но не надолго, всего на пару нанокликов, связист же сохранил раздражённое выражение фейсплейта. Но Борд не сдавался и пытался хоть как-то расслабить товарища, но все попытки были напрасны. Связист относился скептически практически ко всем темам для разговора, что предлагал мехлинг в броне цвета ржавчины. Даже сверхзарядка не принесла должного эффекта — Саундвейв оказался к ней более устойчив, чем предполагал наземник. Несмотря на довольно частое употребление сверхзаряженного, Фариборда «сносило» куда раньше, чем большинство его друзей, и хотя сейчас кадет был более или менее адекватен, в его процессоре уже возникали ненормальные мысли. К примеру, этот недобитый предположил, что связист такой нервный потому, что его недоконнектили, и он, Фариборд, просто обязан это исправить, естественно, на благо обществу и самому Саундвейву! — Ладно, Саунд, — приподнимаясь из-за стола заговорил стажёр, — с тобой не повеселиться! Пошли домой… Назло связисту и на радость Фариборду, им было по пути. Да и колёсник весьма умело притворялся, что не совсем твёрдо стоит на серво — он всё время пошатывался и наровил упасть. Чувствуя своеобразную ответственность за ветреного мехлинга, Вейв согласился проводить того до кварты, чтобы тот не потерялся по пути. И вот, в поле зрения наконец появилось многоуровневое жилое здание, в котором, по запутанным рассказам Борда, и находилась кварта, что наконец спасёт связиста от этого маловорнового придурка. Поняв, что подъёмный лифт не работает, а отправлять кадета одного по лестнице рисково, сине-фиолетовый тяжело провентелировал и потащил ржаво-синего на нужный уровень. Всё это время, хитробамперный оплавок простраивал у себя в процессоре план дальнейших действий. Он даже придумал кодовое название своей «операции» — «Хорошее настроение, или, Прощай раздражённый Саундвейв!». Как оказалось, чем больше выпьешь, тем сложнее думать, и тем более, придумывать, как затащить коллегу на платформу! Дотолкав стажёра до указанной кварты и выслушав весь его наэнергоненный бред, связист, с отсутствующим видом, сказал: — Доставай ключ-карту. Кое-как нашарив в суб-кармане то, что велели, Фариборд нарочно уронил карту себе под ноги и начал, было наклоняться, как тёмный мех, злобно фыркнув, поднял её и поднёс к замку. Только дверь кварты открылась, мехлинг втолкнул беспилотника внутрь, быстро заскакивая за ним и блокируя дверь. — Что ты творишь, шарк недоразвитый?! — выругался мех, в упор глядя в оптику наземника. — Догадайся с трёх раз, — промурлыкал кадет, прижимая связиста к стене и заламывая ему один манипулятор. Несмотря на то, что мехлинг был младше и немного ниже работника архива, его физические данные были намного выше, ведь слабаков не берут в патруль стажёрами. Саундвейв хотел было дёрнуться и оттолкнуть наглеца свободной рукой, как тот зажал и второй манипулятор. Осознавая всю свою беспомощность в сложившейся ситуации, и понимая, как здорово провёл его этот оплавок, тёмный решил, что сделает вид, что сдался, а когда мехлинг почувствует, что связист не сопротивляется, сделать всё, чтобы вырубить кадета и свалить из его кварты. Примечая слабые места в корпусе Борда, что настойчиво пытался поцеловать связиста, и прикидывая, как примерно устроена кварта, а точнее, где находятся окна, мех расслабил манипуляторы и сделал вид, что у него слегка подкашиваются нижние серво. Фари решил, что можно было бы сбросить пару лёгких разрядов статики, перейти к ласканию тёмного корпуса, и отпустил руки связиста. Первым сброшенным разрядом, мехлинг подал товарищу наизамечательнейшую идею — можно отправить недомерка в отключку мощным разрядом электричества. Для большей убедительности, беспилотник положил манипуляторы чуть выше талии наглого кадета и позволил ему себя поцеловать. Борд был уже полностью уверен, что у него выйдет осуществить задуманное, как почувствовал, что связист выпустил тентакли и, оторвавшись от его губ, прошептал на аудио-сенсор: — Спокойной ночи, Фариборд… — После этих слов последовал очень сильный удар тока на грудную броню, что мгновенно вырубило все системы мехлинга. Оттолкнув повиснувший на нём корпус и перешагнув через него, архивист направился в отсек, где, как он предполагал из внешнего строения здания, должно было находится окно. Оконный разъём оказался чуть меньше, но и так сойдёт. Открыв это самое окно и встав ногами на раму, беспилотник выпрыгнул из него, трансформируясь почти у самой земли и резко взмывая вверх… От этих воспоминаний главу разведки Десептиконов буквально одолели догадки о том, что было бы, если бы он тогда вырубил колёсника? Если бы у кадета вышло то, что тот замышлял? Как бы тогда развернулись события? Это, бесспорно, интересная тема, для того, чтобы подумать на досуге, но не во время работы. Фиолетово-синий неспешно шёл по коридору, наслаждаясь атмосферой этих самых коридоров. Ему бесконечно нравились эти тишина и полумрак. В них можно спрятать все чувства и воспоминания, спрятаться самому, погружаясь в воспоминания коридоров, и ненадолго убегая от реальности. У каждого помещения и коридора военного флагмана богатая история. Связист действительно удивился бы, если бы вдруг узнал, что на корабле есть хоть один отсек, с которым не связана какая-нибудь трагичная история… Снова погружаясь в старые воспоминания, тёмный молча шагал вперёд, не обращая никакого внимания для периодически встречающихся дронов...