Меньше метра

***

— Эй, Пирас, — Фаен не смог оторвать взгляда от глубоких глаз рыжего, который смог лишь выдавить легкую улыбку, — расскажи мне о том, что чувствуешь сейчас…       Вопрос заставил Пираса покраснеть и отвернуться от ожидающего юноши, закрыв от смущения лицо и тихо застонать. Да, он и раньше спрашивал что-то подобное, но рыжеволосый не особо вслушивался в это и отвечал первое, что придет в голову. А сейчас, когда Фаен так близко, держит его за руку и смотрит прямо в глаза — просто невозможно отделаться простой отговоркой, типа «я не знаю» или «ничего не чувствую». Набрав полную грудь воздуха, он повернулся обратно, видя, как темноволосый сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос. — Эй, ты ржать надо мной собрался?! — воскликнул Даменши, вскакивая. — П-прости, Пирас, — стерев с глаз прозрачные капли, Фаен придвинулся к юноше ближе, кладя голову на его плечо. Губами он еле ощутимо коснулся тонкой шеи и мягко чмокнул небольшое алое пятно на коже — прекрасное воспоминание о не менее великолепной ночи, — просто ты такой милый. Невозможно не рассмеяться, глядя на тебя…       Голубоглазый фыркнул, сложив руки на груди. Меньше всего обиженному Даменши хотелось выслушивать комплименты от своего молодого человека, который пытался поцеловать его, в качестве извинения. Только вот ловко ускальзывающий Пирас все усложнял, и поцелуй казался совершенно невыполнимой задачей. — Ну всё, надоел! — обхватив ногами талию рыжего, Фаен обхватил руками его голову и повернул лицом к себе. — Неугомонный, наглый мальчишка. — Чего?! — вспыльчивый парень покраснел, что было видно даже при тусклом свете звезд, отражающихся в ясно-голубых глазах. — Зачем я тебе, раз я такой неугомонный?       Вздох — и губы Фаена накрывают губы Пираса. Целует он настойчиво, жарко и страстно. Не раз подобные поцелуи возбуждали Пираса до такой степени, что он буквально бросался на Фаена, мучая парня часы напролет, но и в конечном счете оба оставались довольными и счастливыми, после разглядывая оставленные друг другом следы на телах.       Я чувствую, что хочу принадлежать тебе полностью… — Ф-фаен… — воздуха катастрофически мало, но синеволосый так просто не дает отстраниться: повалив Пираса на землю, он кусает его за плечо, за шею, а после за скулы, наслаждаясь сдавленными стонами школьника.       Что ты нужен мне…       Облизнувшись, фиолетовоглазый падает рядом с возлюбленным, обнимая тяжело дышащее существо за плечи. На ушко ему он шепчет что-то нежное, теплое, но Пирас не может разобрать ни слова: его голова занята мыслями о том, чтобы успокоиться и вновь начать нормально дышать. И лишь когда ему это удается: — Я люблю тебя, Пирас, — уверенно говорит Фаен и руки прижимают рыжего к телу плотнее, — и буду любить, пока не умрет вселенная…       Ты — самый большой дурак на свете… — И я тебя люблю, Фаен, — Даменши улыбается, прикрыв глаза.       Но такой родной… — И так будет всегда.       И такой нужный мне.