Она привыкнет к этому

— Отвали от меня. Джессика не понимает, какого черта должна оправдываться перед этим маньяком. Он нарушает установленные правила их так называемого сожительства. — Ты не должна была так напиваться вчера, — Килгрейв произносит это настолько нравоучительно, что девушка хочет схватить настольную лампу с тумбочки и швырнуть ее ему в голову. А лучше самого Килгрейва, например, скинуть с лестницы. Он не тот, кто будет ее воспитывать теперь. — Заставил бы, — хмыкает девушка. Она знает, что психопат не может ее контролировать, но не отказывает себе в удовольствии еще раз задеть его этим. Джессика видит, как мужчина сжимает кулаки. Охранник за его спиной заметно напрягается. — Мы можем хотя бы раз поговорить. Спокойно. — Серьезно? — голова раскалывается с похмелья, но Джонс не собирается останавливаться в словесном потоке. — Ты насиловал меня, заставлял убивать людей, а теперь пытаешься записаться в собеседники? По-моему это перебор, не находишь? Просто оставь меня в покое. Кевин. Он ненавидит свое прошлое. Но Джессика бьет именно на это, намереваясь сделать Килгрейву больно. — Тогда зачем ты пришла сюда? — Что? — тупо переспрашивает Джонс, моргнув несколько раз. — В этот дом, который я купил для нас. Я больше не влияю на тебя, Джессика, ты свободна. Ты кричишь, что я тебе противен, что ты ненавидишь меня, но каждый раз возвращаешься сюда. Для чего? — Килгрейв на грани. За идеальными чертами лица скрывается настоящая злость, но он как-то сдерживает ее. Пытается изо всех сил. — Даже сейчас, когда Триш умерла. — Не говори о ней. Пожалуйста, заткнись. Не вспоминай об этом, — Джессике больно говорить о подруге. Она обещала защищать ее всегда, а на деле не смогла спасти от идиотского фаната с ножом. Поэтому Джонс и напивается уже который день, пытаясь хотя бы так заглушить вину. Не смогла. Не успела. — Хорошо, я не буду, — мужчина поднимает руки в примирительном жесте. — Но и не могу позволить опуститься тебе до такого состояния. — Что ты печешься обо мне? — ядовито спрашивает Джессика. — Я люблю тебя. — А я тебя нет. Дальше что? — Джессика не верит. Человек, который любит, не вынуждает тебя быть с ним, не пытается контролировать твое сознание, сея вокруг хаос и злость. Возможно Килгрейв и смог бы стать лучше, если его направить по правильному пути. Но Джессика плохой пример для подражания. Она не ебучий супергерой в обтягивающем костюмчике. Она — это она, Джессика Джонс, алкоголичка и частный детектив. И почему, спрашивается, ему так важно быть с ней? — А дальше пройдет время, и ты тоже полюбишь меня. — Уверен? — Вот увидишь, — мужчина кивает и направляется к выходу. Охранник с невозмутимым лицом тут же оживает и начинает спускаться по лестнице вслед за Килгрейвом. Джессика в ярости скидывает одеяло с кровати. Хочется разнести все вокруг, вот только это вряд ли поможет. Блять, почему она действительно сюда таскается? Это явно не тоска по бывшему дому и воспоминаниям, которые она здесь оставила. Может, она приходит сюда, потому что ей нравится быть кому-то нужной? Конечно, Килгрейв так одержим своей любовью, но, может, именно это и подкупает Джессику. Сейчас, когда она осталась совсем одна, только Килгрейв и не дает ей скатиться на самое дно. Хотя проводить время в компании психопата, контролирующего разум, уже не то ли самое дно, где пребывает Джонс? Джессика падает на кровать. Голова болит, а мысли в беспорядке. Она подумает завтра обо всем. А пока что сон — это то, где ей необходимо забыться. *** — Принесите шампанское, — Кевин машет рукой официанту, замершему в стороне. — Я не хочу. — Пожалуйста, Джессика, не будь хмурой хотя бы сегодня. Улыбнись. И девушка улыбается. Криво, натянуто, но все же тянет губы в некотором подобии улыбки. — Вот. Принесите все-таки шампанское. Сегодня наша первая годовщина, — Килгрейв объявляет это торжественно, словно он только что начал речь по случаю получения статуэтки Оскара. — Первая свободная годовщина. Ты это имел в виду? — Джессика закатывает глаза и берет в руки салфетку, чтобы занять себя. Эти совместные посиделки в ресторане даже год спустя все также скучны. — Наверное, мне никогда не исправить твою язвительность. — Иди к черту, — шутливо произносит Джонс. — И я тебя люблю, — Килгрейв уже привык к грубости возлюбленной. Официант приносит бутылку и наполняет шампанским бокалы. — Давай только без пламенных речей, ладно? Я все еще пытаюсь привыкнуть к тебе. Ну, что ты больше не вселенское зло и действуешь во имя добра, — предостерегает Джессика, едва мужчина начинает открывать рот. — Я только хотел сказать, что ты научила меня быть лучше. И я надеюсь, что когда-нибудь ты примешь меня таким. И у нас даже что-то получится. За тебя, — мужчина улыбается, делая глоток шампанского. — Ну, за меня так за меня, — ухмыляется Джессика. Ей по-прежнему неловко слышать его слова. Джессика просто не привыкла, что ее любят. У нее для этого была лишь только Триш. А теперь и Килгрейв еще. Он изменился, направив свое дьявольское русло на помощь людям. И Джессика знает, что он не имеет власти над ней. Может, стоит дать ему еще один шанс? — Я люблю тебя, — просто произносит мужчина еще раз. Джессика молчит в ответ. Просто теперь она не уверена, что может также легко сказать ему "нет", как и год назад. Теперь все по-другому. И рано или поздно Джессика Джонс привыкнет к этому.