Семья - это все

Зал утопал в серебре рождественских украшений. С потолка, медленно кружась, падал снег. Все это напоминало бы Хогвартс, если бы не мелодичный звук звяканий бокалов, легкий гомон разговоров о политике и, конечно, симфоническая музыка. Девушка, поднесла к губам изящный стакан с вишневым соком и медленно крутила бедрами, воображая, другую, более развязную музыку. Неожиданно, знакомые пальцы сжались на запястье и легонько потянули на себя, намекая на побег, не особо задумываясь, девушка беспрекословно последовала за белобрысой головой. Высокий платиновый блондин, как всегда, нарядный до заносчивости, пробивался сквозь толпу разговаривающих министров, помощников министров и всякой другой шушеры… Она смотрела на знакомые широкие плечи и худощавую фигуру и готова была прилюдно, прижаться к нему и целовать, позволяя ласковым рукам бродить по телу. По каждому миллиметру ее тела. Везде. С нетерпением она предвкушала, когда, удовлетворившись в безопасности, парень обернётся к ней. Но коридор ему показался небезопасным и пустующая комната тоже, зато, выбрав небольшую кладовую, блондин резко втащил туда девушку, прижал к стене и перехватил за талию. Не помня себя от возбуждения, девушка, тихо постанывая, принимала ласки любимого, его руки задирали юбку и гладили бедра, а губы нежно скользили по шее и ключице. Сама же девушка наслаждалась, полностью отдаваясь парню, но не делала ничего. Это же его день? Неожиданно в комнате послышались голоса и парень замер. Роза чувствовала поднявшийся член, упирающийся ей в бедро, и это было так опьяняюще, что девушка готова была забить на шум через стену. Но Скорпиус не шевелился. - Ты чего? Продолжай, - беззвучно сказала Роза. Но парень упрямо мотнул головой и прислушивался к разговору за дверью. Невольно девушка тоже начала слушать, люди увлеченно о чем-то спорили и желая продолжить она посмотрела на своего парня, тот кивнул. Теплые губы коснулись шеи и Роза, не ожидавшая ласки, тяжело выдохнула. В ушах зашумела кровь, тонкие пальцы вновь скользнули под юбку, невесомо пробежались по бедру, вызывая мурашки и мучительно подавленный стон. Между тем голоса громко переругивались. Девушка отчетливо слышала каждое слово, интонации ей казались знакомыми и до безумия возбуждающими, крики будоражили. Риск быть застуканными распалял и воздух между их телами раскалился от желания... - Сегодня у него день рождения может произойти все что угодно! – кричал женский голос. … рука движется по внутренней стороне бедра и девушка с наслаждением, чуть раздвигает ноги, выгибаясь, чтобы столкнуться с теплой грудью парня, закусить со всей силы губу и сгорать от желания, чувствуя томительную влагу, там, куда так медленно двигаются пальцы… - С чего ты взяла, - спокойно отвечал мужской. – Они на виду у всего министерства. Удивительно, что мой сын вместо празднования согласился придти сюда. …парень впился глубоким поцелуем в шею, оставляя засос и одновременно с этим пальцы, отодвигают ткань трусиков и гладят атласную кожу, влажное прикосновение кружит голову и девушка зарывая нос в волосы парня выдыхает, едва сдерживая стон. Ноги ее непроизвольно сжимаются, захватывая ласкающую руку в капкан. - Удивительно? Он сделал это из-за Розы, - не унималась женщина. Услышав свое имя, Роза, дрогнула и нехотя чуть отстранилась от парня. Тот тоже замер, вслушиваясь в звук голоса, кисть все еще находившаяся в трусиках выскользнула, подол юбки с тихим шелестом опустился не найдя поддержки. Девушка шагнула к приоткрытой двери, чуть выгнулась и выглянула в щель между дверью и косяком, в узкий просвет света то и дело входила ее мать - Гермиона Уизли, она держалась за голову. От неожиданности Роза чуть не вскрикнула. - Малфой, ты меня не слушаешь, – взвизгнула женщина. Эта фамилия… Девушка взволнованная, тем что второй собеседник - это отец Скорпиуса, оглянулась, парень был бледнее полотна, на его лице застыл ужас, он протянул руку и крепко схватил кисть Розы. -Ничего, - снова беззвучно проговорила она. Девушка отлично знала, что испытывает парень, он неоднократно говорил об отце с долей ужаса и уважения. Не подчиниться ему, для Скорпиуса было чем-то невообразимым и самое удивительное, что делал он все это не из-за страха, а из-за искренней любви и уважению к семье. Именно за эту беспрекословную любовь и самоотверженность по отношению к близким его любила Роза. – Они могут сбежать! - Сбежать, - усмехнулся мужчина. – Мой сын не позволит себе подобного, воспитание. - Ты серьезно так думаешь? Я видела, как Роза собирала вещи и явно не в поход. - Ты совершенно не воспитываешь девочку! Роза покрепче сжала влажную ладонь парня, его рука дрожала, и волнение передалось девушке. Она до последнего сомневалась и все же идея с побегом провалилась, потому что Скорпиус действительно настоял, что это абсурд, и он не может так предать семью, но они не знали, что мать девушки в курсе. Видимо их маленькая затея не укрылась от родителей. Роза с ужасом могла только гадать, что еще может придти в голову ее матери, дабы разлучить девушку с возлюбленным. И заранее готовилась к самому худшему, веря, что способна выдержать любой натиск или изловчится… - Я плохо ее воспитываю?! - Ты ее не контролируешь! - Если ты такой умный и хороший отец, почему не запретишь Скорпиусу встречаться с Розой? Девушка глубоко вздохнула и с замиранием сердца обернулась на парня, тот настороженно слушал. Если его отец сейчас скажет, что запретит ему… Роза только билась в догадках, что он выберет… "Семья – это все", - билась в голове единственная фраза, которую Малфой бесчисленное количество раз произносил. Сердце бешено колотилось в груди, ей до безумия хотелось выскочить из укрытия и громко закричать на родителей и, держа за руку Скорпиуса убежать. Куда угодно, только бы чувствовать его тепло. Но если Малфой старший скажет… Даже девушка испытывала перед этим человеком легкий трепет. Между тем диалог на повышенных тонах продолжался: - Серьезно? Ты говоришь это мне. Ты?! Это ты скрывала от девочки, кто ее отец! Расскажи и проблем не будет! Роза насторожилась, подобная фраза была чем-то неожиданным, ее родитель раскрывал важные секреты, которые можно применить в войне за счастье. Она снова посмотрела на бледного Скорпиуса, на его лице читалось легкое непонимание, постепенно сменяющееся ужасом озарения. Но Роза не могла понять, что происходит или не хотела понимать… - Я?! И почему бы тебе сказать, что просто нельзя встречаться с полукровками и портить такую кристально чистую кровь?! - Я?! Тогда ты, почему бы тебе не сказать, что встречаться с чистокровными - это удел низких? Неожиданно оба родителя замолчали, в тишине девушка пыталась осмыслить этот диалог, когда крепко сжимающая ее ладонь кисть чуть ослабила хватку и Роза непонимающе посмотрела на парня. Тело его мелко тряслось, бледное лицо осунулось и посерело. Парень со страхом глядел на нее и молчал, только его приоткрытые губы дрожали. -Что такое? – прошептала одними губами девушка. Скорпиус следил за ее шевелящимися губами и молчал, словно не понимая, хотя она отлично знала, что это не так. Слишком хорошо изучила парня. И лишь в широко раскрытых глазах читался исключительно страх… - Как ты думаешь Малфой, что твой сын попросит у моей дочери на день рождение? –нарушила тишину женщина. … и, кажется, она поняла. Рука непроизвольно взлетела вверх и дотронулась до засоса. Нет… - Ей же только шестн… - мужчина осекся. - У твоей? – в спокойном голосе появились нотки раздражения. - Наша, Грейнджер, наша дочь! – прошипел в ответ Малфой. – Имей честь не забывать об этом, когда говоришь со мной наедине... … "Наша" – слова ударили по щеке и в голове, словно эхом разнеслись по сознанию "наша". Будто ошпаренная Роза отскочила от Скорпиуса и пораженно взглянула на своего парня. Но этого же не может быть… Не может… Вот только, его губы все еще подрагивали, а лицо совершенно не отреагировало на новость восприняв ее видимо, как должное. Мерлин! Замолчите… -... на нее посмотри, как только кретин Уизли не догадался!, - продолжался разговор и Роза невольно слышала обрывки фраз, обреченно смотря в распахнутые от ужаса глаза Скорипуса… такие же серые, как у нее глаза… Она смотрела, прижимая руки к ушам и не веря безжалостным словам, заползающим в голову. Серые… Ведь именно поэтому ей, так сильно захотелось сблизится с ним. Роза застонала. Это было физически больно. А Скорпиус стоял напротив и, не веря себе, пытался, как можно дальше отстраниться от нее. Роза, неожиданно замечала, скрытую для нее правду, она не была похожа на отца, ни капли, только на мать и... ведь, даже волосы нее были чуть светлее, русые с редким отливом серебра. - Ты гордишься ей? Пазлы, до этого никак не собирающееся в реальность начали восстанавливаться, но картина, которую увидела Роза, была пугающей. Все эти необоснованные запреты на общение с семьей Малфоев. Глубокие и выразительно внимательные взгляды Малфоя старшего в ее сторону. Их внешняя схожесть. И даже, характер. Девушка дрожала, едва удерживаясь на ногах, вся ее жизнь была окутана ложь. Грязной липкой ложь… - ... конечно! Попала на слизерин, лучшая ученица школы, окрутила Малфоя и черт подери, если бы он не был… Девушка прикрыла рот рукой, понимая, что это будет последней точкой. Почему же она это слышит… Она не хочет это знать. Она не хочет это понимать! Скорпиус следил за ней опустошенным взглядом, полным неизбежности. Неужели их всё время тянуло друг к другу, потому что он... - ... был её братом, - выдал приговор мужчина за стеной. И из глаз девушки потекли слезы. Они горячо скатывались по щекам, заставляя сотрясаться в немых рыданиях и практически рвать на себе одежду! Которую пару минут назад пытался стянуть с нее Скорпиус. Они чуть не переспали, отрешенно думала Роза, зажимая рот рукой и чувствуя тошноту из-за сладковатого привкуса персика, что носили в себе губы Скорпиуса. В эту секунду, впервые за все время их знакомства, больше всего на свете девушка захотела быть где угодно, только подальше от парня, стоящего у противоположной стены. И более не чувствуя связи с реальность девушка начала оседать на пол, под гулкое продолжение разрушившего ее жизнь разговора: - И ты боишься, что она, как и ты забеременеет? - О-о-о-о, нет, Малфой, я боюсь, что она влюбится в твоего сына и, если у Вас межкровные браки - это норма, то в моём мире - нет! - Межкровные, говоришь? Намекаешь, что я тебя бросил? Правда? Это, наверно, я убежал к своему кузену Уизли! А нет, постойте, я же не гей! - Заткнись Малфой. - Оборвала монолог Гермиона и, всхлипнув, спросила. - Почему за ошибки родителей, должны отвечать дети? Неожиданно стало тихо, слышались только негромкий плач женщины и медленный успокаивающий шепот.