Оправданное предательство

- Эй, можно к тебе? – Анкель неуверенно толкнул дверь в комнату брата. - Входи, входи. В отличие от твоей двери, моя открыта всегда, - Шейн одарил младшего широкой улыбкой. Анкель прикрыл за собой дверь, и несколько минут оглядывался вокруг, будто посетил это помещение в первый раз в жизни. Шейн терпеливо ждал, когда Анкель решит заговорить. Ведь если он пришел к нему первым, значит, все-таки хочет, чтобы стена недопонимания между ними наконец-то рухнула, и снова в их душах воцарились спокойствие и уверенность друг в друге. - Шейн, в последнее время столько всего произошло, - Анкель присел рядом с братом. - Мне столько нужно рассказать тебе... Старший видел, как нелегко даются брату слова, и как ему приходится практически выдавливать их из себя. - Брат, что бы ни случилось, я пойму тебя, - Шейн положил руку на плечо Анкелю. - Я вижу, как ты терзаешь себя, как что-то невидимое гложет тебя изнутри, и я очень хочу это прекратить. - Шейн, боюсь, ты вряд ли сможешь понять меня, - Анкель горько усмехнулся. - Я знаю, что моя манера поведения, скорее всего, оттолкнула тебя от меня, но поверь, это больше наигранное. После смерти отца у меня будто что-то сломалось внутри. Было так больно, что порой хотелось кричать, хотелось вырвать из груди это ноющее сердце и зашвырнуть его куда подальше... я старался справиться, отгородиться от мира, и жаркие объятья красоток временно помогали мне достичь желаемого. Все эти отношения с женщинами - это лишь способ не показывать свою слабость, не показывать свою боль, которая до сих пор сидит во мне, как заноза... - Шейн, - Анкель поднял на брата глаза, - ты так любил отца... Время идет, но твои раны не затягиваются... - От моих ран есть только одно лекарство, - Шейн улыбнулся. - Женщины, - Анкель снова опустил взор. - Охота! - Шейн легонько толкнул брата в бок. Братья засмеялись, и на время каждый из них забыл, что именно собрало их сегодня в этой комнате. - А ведь ты пришел о чем-то поговорить со мной, - голос Шейна стал вкрадчивым. - Да, ты прав... Только никак не решусь, - Анкель нервно сжал кулаки. - Понимаю твое волнение. Когда такое случается, трудно подобрать слова и решиться кому-то открыться... - Уверен, что знаешь о том, что я хочу тебе рассказать? - Ты влюбился... - М? Ты знаешь? - Анкель, я ведь все-таки твой брат, - Шейн пододвинулся поближе, - пусть временами ветреный, в чем-то невнимательный. Но я догадался... - Я... Когда ты все понял? - Анкель находился в полной растерянности, - и мама знает? - Нет, мать не в курсе. Да я и сам-то не был на сто процентов уверен в этом. Но сейчас... Твои чувства очень глубоки? - лицо Шейна стало серьезнее. - Если бы ты знал насколько! Я никогда не думал, что любовь может быть такой прекрасной и сильной, - Анкель тяжело задышал, - эти чувства заменяют мне воздух... Я дышу ими, живу ими... - Я уверен, что чувства твоей избранницы не менее глубоки и горячи. Анкель, я думал, мы сначала на моей свадьбе гульнем, но раз такое дело... Братишка, я так рад! - Шейн... - Анкель замолкнул, понимая, что больше не может продолжать этот разговор. Воспоминания об отце, всплывшие в начале беседы, уверенность старшего брата в том, что младший влюблен в девушку, лишний раз подчеркнули опасения Анкеля, что Шейн никогда не поймет его чувств к Эвелину. Анкель закрыл лицо руками и поднялся с кровати. - Пойду к себе... - младший торопливо зашагал к двери. Шейн снова недоумевал. Анкель так резко прервал их беседу, так внезапно снова погрузился в себя, что старшему брату оставалось лишь гадать, что такого могло произойти за время их разговора. Анкель сам передумал говорить или какое-то одно неловкое слово Шейна заставило его вновь закрыться? Шейн сорвался с кровати и пошел за Анкелем. "Нет, братишка, разговор наш еще не окончен. Я заставлю тебя рассказать мне все до последнего слова. Ты мучаешься сам, мучаешь меня, а если в скором времени начнет еще и мать страдать... Анкель, давай покончим с этим раз и навсегда". Шейн ворвался в комнату брата, но, к своему удивлению, не обнаружил его там. Скрипнувшая рама намекнула охотнику, что его брат снова покинул дом. Шейн распахнул окно и увидел, как Анкель быстрыми шагами удаляется прочь от дома. Охотник метнулся в коридор, схватил с крюка верхнюю одежду и выбежал из дома. Шейн следовал за братом, соблюдая дистанцию. Он боялся, что его смогут заметить. Мимо одного дома, второго, третьего... Окраина деревни, дорога, ведущая в лес... Шейн шел, с каждой минутой все больше осознавая, что совершенно не понимает того, что сейчас происходит. Почему Анкель идет в лес? Его так раздосадовал разговор с братом, что он решил прогуляться и тем самым развеять свою тоску? Под ногами громко хрустели схваченные ночным морозом листья, и Шейн еще больше отстал, не желая раньше времени попасться брату на глаза. С неба посыпались снежинки, и Шейн, задрав голову вверх, наблюдал за первым танцем ледяных красавиц. На время охотник так увлекся мыслями о зиме, что не заметил, как его брат дошел до конечной точки своего маршрута. Сторожка?! Шейн прислонился к шершавому стволу старой ели и во все глаза смотрел на брата. Вот Анкель вбежал на крыльцо и осторожно постучался в дверь. Три коротких удара. Неужели здесь брат и встречается со своей девушкой? Странное место... Все странно. Быть может у нее настолько строгие родители, что влюбленным только и остается, как прятаться ото всех в лесу? Негромкое рычание, и в следующий момент Шейн увидел, как около крыльца появился белый волк. Охотник с ужасом смотрел на него, понимая, что сейчас его брату грозит опасность. А он даже не взял из дома ружье! Шейн уже был готов окликнуть брата, но увидел, как Анкель оглянулся и, заметив волка, смело сбежал со ступеней вниз. Сел рядом со зверем на корточки и, ласково потрепал его по шерстке. - Что, мой хороший, первому снегу радуешься? - Анкель коснулся носом мордочки волка. Зверь лизнул охотника в лицо и прыгнул на ступеньки. Анкель последовал следом, открыл дверь, и они оба скрылись за ней. Шейну показалось, что сейчас он спит и видит непонятный сон. Сейчас он выйдет из своей засады, войдет в дом, а там никого не будет... А потом он проснется. Испуганный, в холодном поту, но счастливый... Дверь сторожки снова распахнулась. Стройный юноша с длинными волосами тянул за руку Анкеля, предлагая полюбоваться первым снегопадом. - Ну, пожалуйста, Анкель, я и так целыми днями сижу взаперти, - юноша игриво льнул к охотнику. - Я же просил, чтобы днем ты никуда не выходил, - Анкель вздохнул. - Ты специально пришел меня проверить? - Нет, я просто безумно по тебе соскучился. Ты даже не представляешь как, - охотник притянул юношу к себе и поцеловал его в губы. - Я люблю тебя... Затем парочка еще какое-то время стояла на крыльце, мило перешептываясь и даря друг другу нежные поцелуи. Шейн окончательно был обескуражен. Видя, как влюбленные уходят в дом, он покинул засаду и поспешил к сторожке. Но у крыльца молодой человек замер, боясь сделать еще хоть один шаг. Сердце бешено стучало у него в груди, а мысли настолько были хаотичны, что он не знал, что делать дальше. Так вот кого скрывает ото всех его младший братишка! Злобное хищное существо, безжалостного убийцу, настоящую тварь... Не тот ли это зверь, которого Шейн подстрелил на охоте? Но ведь Анкель сказал тогда, что добил его! Соврал? Чувство отвращения подкатило к горлу охотника и его начало тошнить. Шейн упал на колени около крыльца, цепляясь руками за припорошенные снегом ступени. Пригреть на груди оборотня! Это все равно, что пригреть на груди змею, и ждать от нее благодарности. Откуда в сердце брата это чувство? Как он мог вообще допустить такое? На охоте он всегда истреблял ненавистных животных, и ни один нерв не дергался в его теле. А сейчас... Эти объятия, эти поцелуи... Это "я люблю тебя"... Все это так омерзительно. А от мысли о том, что сейчас вероятнее всего происходит за этими дверями, просто хотелось умереть. Оборотень - юноша... Как могло такое случиться, что его брат полюбил мужчину? У Шейна все потемнело в глазах. Превозмогая себя, он медленно поднялся и, с тоской глянув на закрытую дверь, пошел прочь. Прочь от этого страшного места. Домой, только домой. И думать. Долго, серьезно думать о том, как вразумить младшего брата прекратить эти грязные отношения. Порвать эту порочную связь, пока доброе имя Анкеля не запятнано грязью слухов и домыслов сельчан. Нужно во что бы то ни стало оторвать от сердца брата, вцепившегося в него своими острыми зубами, этого зверя. "Анкель, я помогу тебе избавиться от этой болезненной привязанности. Ты попал в беду, и кому, как не мне, твоему старшему брату, вытаскивать тебя из этой передряги. Скоро твоя любовь к этому оборотню будет лишь жутким воспоминанием. И поверь, я приложу к этому все свои силы".