Поздно

Горькая жидкость обжигала горло, вынуждая хрипло кашлять. Алиса зажмурила глаза, с трудом проглотив все до капли и вытерев навернувшиеся слезы. Шум окружал со всех сторон, стояла невыносимая жара, отовсюду разносились чужие голоса. Где она? Повсюду были незнакомые люди, вдалеке раздавался пьяный смех. Потолок двигался в такт раздражающей музыке, и девушка заметила, что люстра начала неестественно светиться и растекаться в разные стороны. Прямо как лава. Кто-то вцепился Лидделл в руку и с силой потянул в гущу толпы. Мимо нее стали проноситься мужчины с головами диких животных, чьи пасти разинуты в оскале, полуголые женщины с вынутыми наружу внутренностями, дети, ползающие на коленях и поедающие объедки. Послышался глухой звук дверей и все исчезло. Глаза Алисы не успели привыкнуть к темноте, а ее уже грубо кинули на что-то мягкое. Девушка слабо провела рукой по гладкой ткани. Интересно, это подушки или огромные грибы, на которых сидела та занудная гусеница? Лидделл не успела понять этого, как ее уже вновь развернули и с силой сжали подбородок, заставив приподнять голову. Ей это не понравилось. Она со всей силы ударила по чужой руке. Хватка ослабла, и девушка уже хотела порадоваться своей маленькой победе, но ее резко ударили по лицу наотмашь. На губах проступил солоноватый привкус крови. Алиса сделала глубокий вдох и удивленно распахнула глаза. Пощечина быстро отрезвляла. Девушка аккуратно коснулась дрожащими пальцами своей пылающей щеки и попыталась рассмотреть своего мучителя. Перед глазами из темноты вырисовывались очертания мужской фигуры с высоким воротником. Он приблизился, и девушка увидела его лицо, покрытое синюшными пятнами, кожу, изъеденную трупными червями, сочащуюся зеленоватой слизью. Глаза мертвеца светились в темноте зеленоватым мерцанием, а его зарубцованный рот обнажил в улыбке полусгнившие зубы. Алиса попыталась отвернуться, скинуть с плеч чужие руки, но ее тело плохо слушалась свою хозяйку. Мужчина пододвинулся еще ближе и девушка начала истошно кричать. Ее вновь ударили по лицу и с силой вдавили в подушки, скручивая руки за спиной. Алиса испуганно стала глотать ртом воздух, задыхаясь, из глаз побежали слезы. Она почувствовала, как на нее кто-то навалился и начал убирать пряди с ее лица. Ухо обдало горячим дыханием. Мужчина провел языком по ушной раковине и стал сбивчиво шептать ей всякие пошлости, от которых девушке стало мерзко. Она попыталась дернуть ногами, чтобы вырваться, но ей только сильнее скрутили руки. Лидделл начала бить крупная дрожь, когда чужие пальцы проскользнули ей под юбку и стали медленно проникать в нее. Изо рта вырывался крик, но его тут же заглушили эти чертовы подушки. Алиса чувствовала, как чужой язык слизывал ее слезы со щеки. Пальцы продолжали двигаться быстрее, и девушка попыталась спрятать свое раскрасневшееся от стыда лицо. Плечи ныли от боли, запястья постепенно начинали затекать. Закусив ткань собственного платья, она почти неосознанно немного поддалась навстречу. За спиной раздалось что-то одобрительное, и чужая ладонь больно царапнула ее по внутренней стороне бедра. Уже через минуту пальцы исчезли, и Лидделл испуганно дернулась, почувствовав, как в нее медленно вошел возбужденный член. Чужие руки цепко впились ее за талию, удерживая на месте, когда он проник в нее на всю длину. Постепенно он начал двигаться, ускоряя темп, не давая передышки. Алиса умоляла прекратить, остановиться, но вместо этого мужчина усадил ее на колени, продолжая рвано двигаться внутри. Судорожно глотая ртом воздух, она попыталась двигаться в такт чужим движениям. Мужчина спешно снял с девушки верх платья, начиная жадно мять ее грудь и теребить затвердевшие соски. Лидделл ощутила чужой язык на своей шее, почувствовала, как чужие пальцы с силой прошлись по ее ребрам, оставляя после себя красные полосы на бледной коже. На лбу выступил пот, она пыталась сдерживать себя, но несколько раз из ее рта вырывался сдавленный стон. Мужчина резко дернул ее за волосы, и Алиса вскрикнула от боли, выгибаясь дугой. Спина ужасно ныла. Казалось еще немного и ее позвоночник не выдержит, переломившись пополам. Пальцы на бедрах с силой впились в нежную кожу, оставляя после себя лиловые синяки. Сделав еще несколько резких толчков, мужчина кончил и с трудом попытался отдышаться. Выйдя из нее, он быстро привел себя в порядок. Напоследок клиент обернулся к лежащей на полу Алисе и, неумело погладив ее по волосам, засунул ей в ладонь бумажные купюры. Пробормотав что-то невнятное, он поправил свой высокий воротник и ушел, громко хлопнув дверью. Пытаясь восстановить дыхание, девушка продолжала лежать на полу, прикрытая лишь собственным платьем. Когда это произошло? Когда она успела до этого опуститься? Раньше что-то помогало жить дальше, но теперь Алиса никак не могла вспомнить что именно. Страна чудес осталась далеко позади и уже давно была закрыта для нее. Лишь иногда, сидя вместе с другими работницами борделя, она могла видеть украдкой забавные уши Белого Кролика или знакомую улыбку Чеширского Кота. И Лидделл было совершенно неважно, что появлялись они лишь из-за завесы такого доступного, но утешающего опиумного дыма. Алиса выросла, и от сказки остались лишь кровавые кошмары, от которых хотелось поскорее избавиться, приняв очередную дозу лекарства. Лидделл устало прикрыла глаза, и на мгновение перед ней проскользнуло воспоминание, где она вновь сидит вместе со своими друзьями и пьет чай, слушая радостную болтовню Шляпника. Но это воспоминание только лишний раз обожгло ее и, свернувшись в маленький комочек, Алиса задрожала и расплакалась. Уже слишком поздно, чтобы верить в чудеса. Слишком поздно…