Неверные

We drive for hours and still no end in sight at all. Driving in your car, miss the stop sign, fall in love, just to get knocked out.

— Фрэнк, всё в порядке? – спрашивает его обеспокоенная жена за завтраком. — М? Да, – быстро отвечает он, продолжая пролистывать новости с телефона. И вот какая новость: месяц ни слуху ни духу, а тут с концертом в его городе появляется сам он! А ведь Фрэнк был не в курсе, – он бы запомнил, если бы ему такое сказали (только идиот бы не запомнил)! И тут накатывает сугроб сомнений: идти или нет? Его не приглашали, но он будет так близко, что сложно устоять перед таким обстоятельством. Он рассеяно смотрит по сторонам, подмечая уставший вид жены (дети и не на такое способны), счастливые лица детей, и его совесть так и говорит, что ему стоит остаться дома ради них, провести с ними этот воскресный майский день. Но, переводя взгляд на телефон и рассматривая афишу, совесть куда-то убегает, оставляя вместо себя только это туманное состояние, когда мир вокруг стирается, а на недосягаемом горизонте остаётся только кто-то такой родной, самый дорогой, любимый. Одним глотком он допивает свой кофе и кидает: — Мне пора, буду поздно, – а затем чуть ли не выбегает из-за за стола. Несётся за деньгами, ключами, наспех одевается и вылетает из дома, так толком ничего никому не объяснив. Девушка тяжело вздыхает. Она же не дура, чтобы пропустить это всё мимо. И ей больно от осознания того, что ему с кем-то намного лучше, чем с семьёй, с ней. Но она слишком мягкая, чтобы напрямую спросить мужа об измене. И к чему этот вопрос может привести? Ей страшно. Она хочет нормальной семьи для своих детей, потому что кто этого не хочет? А тут какая-то мымра (правда ещё хуже) норовит всё разрушить. Ей страшно. Она еле сдерживает слёзы, чтобы дети не видели её переживаний. В это время Фрэнк сильнее натягивает капюшон, стараясь остаться незамеченным среди фанатов, и ловко пробирается к кассе отгоняя неприятную мысль о sold out. И да, ему не составит особого труда пробраться в зал и без билета, но это не так интересно, согласитесь. Радуясь тому, что желающих приобрести билеты больше не было, а количество самих билетов не равно нулю, он берёт билет на балкон с мыслью, что лучше не рисковать и не лезть в толпу фанатов, которые, разумеется, раскроют его быстрее, чем начнётся концерт. И чтобы не оказаться рассекреченным до начала запуска он отходит на приличное расстояние от клуба и следит за автомобилями, на одном из которых должен приехать Джи. И от этой мысли внутри него всё трепещет, и на лице появляется глупая улыбка. Он переводит взгляд на фанатов, чтобы подумать о чём-нибудь другом, но эта идея оказывается полнейшим провалом, ведь... ну, это и так понятно. И в какой-то момент к нему пристаёт мысль, что в те времена они находились друг с другом чуть ли не постоянно и это было... прекрасно? Как-то так. Он выкуривает сигарету, затем ещё одну, прежде чем заметить оживление фанатов. Они о чём-то возбуждённо перешёптываются, что и Фрэнку хочется узнать этот секрет, который молниеносно проносится по толпе. Но как бы любопытство его не терзало, здравый смысл подсказывает, что лучше не лезть. И у него в голове рождаются две догадки: либо его рассекретили, либо Джерард скоро будет здесь. Вторая мысль его радует в разы больше, чем первая, поэтому он убеждает себя в её праведности, чему и радуется. Спокойная радость сменяется на воодушевление, которое чуть ли не душит. Он снова глупо улыбается и следит за грёбаными автомобилями. И вот толпа начинает неистово кричать, что подтверждает его вторую догадку (как они только всё узнают?). Машина скрывается за поворотом, куда охранники никого не пустят, и крик начинает стихать, возвращаясь к привычному гулу, который продлится вплоть до запуска, а он, словом, и не за горами. Подумав, что лицезреть на это буйство смысла уже нет, Фрэнк торопливо идёт к не такой уж и ближайшей кафешке, всё ещё боясь быть пойманным. Кафешка встречает его приятным запахом съестного, но это не кажется ему таким уж притягательным сейчас, и его хватает только на скудный заказ, состоящий из салата и чашки чая, который ему удаётся растянуть чуть ли не на час с помощью, разумеется, новостей в интернете. Когда, казалось бы, его знаниям о сегодняшнем дне позавидует любое СМИ, он возвращается к клубу, где толпа уже изрядно поредела из-за запуска. Ему не приходится стоять даже в очереди на балкон, чему он рад, и быстро находит своё место в зале. На балконе не больше десятка человек, и хоть они далеко от него, это не значит, что эти люди не могут оказаться крайне наблюдательными, и остаётся только молиться на обратное. Из очередных неприятных мыслей отвлекает оповещение о коротком сообщении: "не могу контролировать свои эмоции, а может быть, и не стоит?". Это становится очередной пищей для размышления. Он предполагает, что Фрэнк здесь, или чёрт его дери, что это ещё может значить? Не волнуется же он перед очередным концертом, ей богу! Фрэнк даже усмехается от этой мысли и машинально переводит свой взгляд на сцену, когда освещение гаснет, а затем тонкая полоска света прокладывает дорожку до микрофона, и больше ничего не имеет смысла, когда там стоит он.