Рукожопость творит чудеса!

— У тебя минута, иначе будет плохо. Элен сильнее надавила мне на плечи. Её острые ногти ещё сильнее впились в них, но меня это мало волновало. В голове крутился только один вопрос: как она узнала? Я ведь ничем не отличаюсь от людей этого мира. Всю неделю, которую я провела здесь, я скрывалась в логове черепах и не выходила на поверхность до сегодняшнего дня. К тому же, от том, что я из другого мира знал только Рафаэль. Постой-ка. Неужели он …?  Нет, Раф не мог меня предать! Он не такой! Хотя с другой стороны я для него никто, мы познакомились всего неделю назад и уже успели поругаться. Видимо я совсем его достала, вот он и выдал меня. Но почему он решил поступить именно так? Он же борется со злом, почему тогда помог ему? Неужто он настолько сильно ненавидит меня, что решил отдать своим заклятым врагам на растерзание? Мне стало обидно до боли в сердце. Хотелось разреветься в голос, но за сегодняшний день я уже выплакала месячный запас слёз. Кажется сейчас весь мир против меня одной. — Твоё время вышло, я тебя внимательно слушаю, — Элен встала передо мной и, не убирая маньячную улыбку с лица, посмотрела на меня. — Я тебе ничего не скажу. Пошла ты! — я сделала настолько угрожающее лицо, насколько только позволяла ситуация. Но по всей видимости этот ответ — совсем не то, чего ожидала Элен. Поэтому через секунду моя щека уже горела, после удара этой сучки, а голова мотнулась в сторону. — Какая смелая попалась! Другие и то сразу все говорили. Но ничего, сейчас ты все скажешь, — сначала я не поняла о чем она, но следующие её действия были очень неожиданными и до жути пугающими. Элен достала из кармана куртки нож. Настоящий нож, мать твою! И поверьте, кухонные ножи по сравнению с этим тесаком — просто детские игрушки. Меня пробило в дрожь. Не знаю, что задумала эта психопатка, но что-то мне подсказывает, что мне кранты. — Слушай, у тебя личико такое милое, не одной ссадины или пореза. Надо это исправить, — она взяла одной рукой мой подбородок, а другой прикоснулась ножом к моей щеке. Холодное лезвие сначала просто еле касалось кожи, но Элен начала медленно надавливать на рукоять оружия и лезвие проткнуло кожу. Больно, хотя это ещё можно терпеть. Я подумала, что это все, и даже немного расслабилась. Но тут Элен во всей дури дернула нож вниз. От скулы до подбородка протянулся порез, из которого полилась алая кровь. Мне хотелось кричать от боли, но я пыталась сдерживаться изо всех сил. Из глаз полились слёзы, смешиваясь с кровью. Я подняла глаза на свою мучительницу, она ехидно улыбалась, вертя нож в руке. — Уже лучше, но ты все еще красивенькая, — ну надо же, хотя бы в глазах маньячки я красивая. Хоть это радует. — Что же ещё с тобой сделать? О, точно, придумала! Открой-ка ротик. Я решила не сопротивляться и покорно открыла рот. Все равно сил уже не осталось ни на сопротивление, ни на крики. Я смотрела на неё, ожидая, что она хочет сделать. Элен улыбнулась ещё шире и подставила нож к краюшку моего рта. Чет я не поняла, она что, хочет мне рот «аля я Джокер» сделать?! Ну уж нет, этого я не позволю. Резко дернувшись вперёд и дотянувшись до её руки, я укусила эту маньячку, собрав те силы, которые ещё не успели до конца покинуть меня. Укус оказался сильным, мне удалось прокусить кожу. Не, ну, а что? В войне все средства хороши. Я улыбнулась, смотря на то, как Элен, матерясь и уронив нож, схватилась за руку и вылетела из комнаты, проорав мне что-то вроде того, что я ещё пожалею. Все таки я не бесполезна, постоять за себя я ещё могу. На радостях мне даже петь захотелось, но лучше этого не делать. Нужно выбраться отсюда. Но вот только как? Я огляделась, и тут мне на глаза попался нож, который так неосмотрительно выронила Элен. Я улыбнулась, радуясь тому, что похоже, смогу выбраться на свободу.