Тело и душа (ПсиКоп#3)

- Ты не доел пирог, - сказала Ширли. - Может, принести что-нибудь еще? Есть печенье. Кусок пирога она мне положила больше моей головы. - Пирог великолепен, - сказал я. - Просто я уже объелся. - Посмотри на него, ма, - встрял Джейкоб. – Ты же не надеялась, что он сможет слопать столько же, сколько и я? Чистая правда. Толщиной я был примерно с одно хорошо накачанное бедро Джейкоба. Ширли остановилась на полпути к кухне, где Бабуля и Барбара громыхали тарелками и стаканами, складывая их в мойку. - Как насчет пива? Хочешь пива? - Я буду пиво, - сказал Леон. Они с Джерри развалились в одинаковых позах, больше похожие на разнояйцевых близнецов, чем на шурина с зятем. А Клэйтон уселся на диван, вцепившись в игровую приставку. - Только не с обезболивающим, - возразила Ширли, забирая со стола еще пару полупустых тарелок. - Ты любишь спорт? - крикнул мне Джерри из гостиной. - Не... особо. - Хорошо. Потому что в этом доме матчи «Медведей» не смотрят, пока «Пэкерсы» не перестанут драть им жопы. - Не ведись на откровенно гейские шутки, - усмехнувшись, шепнул Джейкоб. - Футбол в этом доме - святое. - Блин, да даже не собирался, - я уже хотел было предложить свою помощь в уборке стола, но мой сотовый зазвонил и завибрировал одновременно. Такая настройка стоит только для двух номеров: Джейкоба и моего начальника. Я взглянул на имя звонившего - сержант Тэд Варвик. Ну это было очевидно, раз уж Джейкоб стоял рядом со мной, все еще ухмыляясь над словом «жопа». - Бэйн, - сказал я, ответив на звонок. - У нас тут ситуация. Как же я ненавижу это слово. Заставляет перебирать варианты. - Угу. - Ты за новостями следишь? - Мазила! - заорал кто-то в гостиной. Я не понял кто, Джерри или Леон. - Я, ну, не дома. - Ты что?! Вообще-то, я никогда никуда не уезжал. Но это не повод на меня орать. К тому же я был на больничном и имел полное право находиться в Висконсине и объедаться сырными шариками. Вне зависимости от их наличия. - Я в Висконсине. Ошеломленное молчание Варвика прямо-таки взывало к объяснению, какого черта я забыл в Висконсине, если друзей у меня тут нет, а семьи нет вообще нигде. Но технически Варвика это совершенно не касалось, а поскольку он всегда все делал по инструкции, вопросов не последовало. - Сможешь вернуться завтра? - Да, конечно, - добираться отсюда часов пять или шесть, смотря какое будет движение на дорогах. Мы планировали провести здесь все выходные. Но полицейская работа важнее личного времени. Она важнее практически всего. - К полудню устроит? - Чем быстрее, тем лучше. - Так что, я возвращаюсь к работе? - Это особое обстоятельство. За неделю пропали трое людей, и нам необходимо узнать, были ли они убиты. И один из этих троих - племянник мэра. Политика - наилучший рычаг, чтобы привести в движение колесо правосудия. Меня это не беспокоило. Если я могу помочь разобраться в «ситуации», то должен это сделать. Я, конечно же, на больничном, но я уже почти пришел в себя, ну или, во всяком случае, чувствовал себя лучше, чем неделю спустя после того неудавшегося похищения. И тот факт, что на данный момент у меня не было напарника, дал мне возможность передохнуть. Я предполагал, что продление больничного - это попытка департамента подобрать мне нового «тугого», и может, хоть на этот раз они справятся.

* * *

Мы выдвинулись в Чикаго в пять утра. На улице была кромешная тьма, и видимо, за пределами города уличные фонари просто не существовали. А еще не было ни единого указателя. Джейкоб проснулся к половине седьмого. Я вызвался вести машину первым, потому что я более ранняя пташка, чем он. У меня к этому времени уже побелели костяшки пальцев, и скорее всего понадобился бы ломик, чтобы отцепить их от руля. - Где мы? - Ты здесь вырос, - психанул я, - сам мне и скажи. Джейкоб посмотрел на GPS-навигатор. - Знаешь, вообще-то можно ехать и побыстрее. Здесь нет ограничения в 55 миль в час. - Легко тебе говорить. - Сезон охоты на оленей уже закончился. - Ладно, - я рискнул немного скосить на него глаза, чтобы разобраться, что он имел в виду, но он просто разминал шею, как будто в смертельно опасных крутых поворотах не было ничего страшного. А потом вообще достал телефон и принялся строчить смску. Он на своем телефоне умел набирать настоящие слова. Чего нельзя сказать обо мне. У меня в телефоне самопроизвольно завелась какая-то странная хрень, из-за которой вместо тех слов, что я пытаюсь написать, высвечивалось черт знает что. Я не смог ни избавиться от этой гребаной штуки, ни найти инструкцию к телефону, и поэтому решил, что проще оставлять голосовые сообщения. Если, конечно, вам не приспичило пообщаться с людьми в шесть тридцать утра после Дня благодарения. И несостоятельность моего выбора так проворно сейчас демонстрировал Джейкоб. - Что ты делаешь? - Решил еще поискать дома, раз уж у меня выходной. - А-а, - поиск жилья. Я считаю, что нормальным людям, скорее всего, трудно выбрать подходящий дом. Джейкобу, например. Вероятность найти место, не идущее в комплекте с прежними жильцами стремится к нулю. Я начал подумывать выкупить права на дом, где находится моя теперешняя квартира, и сделать там ремонт, так как это, похоже, единственное место, равноудаленное от наших участков и необитаемое. Если не считать подвал. - Есть свободное кондо недалеко от Рэйвенсвуд, - сообщил Джейкоб, разговаривая со мной, но уткнувшись в телефон. - Помнится, ты говорил, что там слишком маленькая кухня. - Переживу, - пожал он плечами. - Не стоит хвататься за место с тесной кухней только ради того, чтобы переехать. Я считал, что с его старым кондо все и так в порядке, но он продал бы его в любом случае. Мне не удалось обнаружить в его квартире никаких призраков, но воспоминания об убитом мной инкубе все еще витали там, и из-за этого Джейкобу было неуютно. Он повернулся лицом ко мне, выгнул темную бровь, выглядя при этом убийственно сексуально. Я еле удержал руль, чтобы машина не выскочила на засыпанную гравием обочину. - Ты будешь по мне скучать? - спросил он низким, дразнящим, будоражащим голосом. Проклятье. Предполагается, что он не владеет никаким сверхъестественным даром. - Я просто... Ну ты сам знаешь. - Что? Я дернул плечом. Я чувствовал его взгляд на своем лице, чувствовал, что он ждет, когда у меня появится связная мысль, и я выскажу ее вслух. За последние пару месяцев он научился искусно не заполнять созданные мной неловкие паузы. Черт бы его побрал. - Я уже привык жить с тобой, - выдал я. Господи. Разве можно сказать что-то более ужасное? - То есть ты задумывался над переездом вместе со мной? Нет, не задумывался. - Ну-у, да. - И? Мы проехали мимо комка белесой шерсти на обочине, некогда бывшего животным, хотя я не заметил его духа, бродящего поблизости. Дикие животные опрятнее в этом смысле. Домашние – уже не очень. А о людях и говорить нечего. Фу, фу, фу. Было бы намного проще, если бы мы все были животными. Если бы мы были всего-навсего мясом. - Вик? - М-м, - вот дерьмо. У меня перехватило дыхание. Да что со мной такое? Я любил Джейкоба. Я скучал, когда его не было рядом. И ненавидел саму мысль, что придется вернуться в мою жутковатую тесную квартирку и знать, что этой ночью мы не окажемся с ним в одной постели. Мне надо перестать быть такой размазней. - Да. Давай сделаем это. Я не мог заставить себя посмотреть Джейкобу в лицо, но краем глаза видел его улыбку. Он снова закопался в свой телефон, и гигантская невидимая рука, перекрывающая мне кислород, немного разжалась. Джейкоб начал набирать номер телефона. - Нам определенно нужна кухня побольше, - заявил он.

* * *

Я умудрился накинуть спортивный пиджак и предстать перед столом Бетти спустя всего пару минут после полудня. Бетти - секретарь сержанта Варвика, которая работала в пятом участке задолго до него. Сегодня она была безукоризненна в полиэстеровой брючной двойке из двойного трикотажа зеленовато-голубого цвета, в точности повторяющего оттенок тюбика лечебной гигиенической помады. С ее тонких плеч свисала цепочка для очков, сочетающаяся с темно-синей оправой. - Детектив Бэйн, - пропела она, когда я вывернул из-за угла. Я подозревал, что она в тайне всегда мечтала быть моей матерью. Во всяком случае, надеялся, что она так мила со мной именно по этой причине. - Проходите, - сказала Бетти. - Сержант ждет вас. Я чувствовал себя странно, входя в кабинет Варвика после почти месячного отсутствия на работе. Все вокруг выглядело и ощущалось так же как и прежде, но будто бы изменился я сам, теперь не вписываясь в обстановку. И словно в доказательство того, что впечатление не было обманчивым, Варвик встал поприветствовать меня, когда я вошел в кабинет. Он и еще один парень слева от него, точная его копия - бульдог средних лет в костюме. - Как самочувствие, Бэйн? - спросил Варвик, протягивая руку и пожимая мою. Я изо всех сил старался держать лицо, чтобы не было заметно, насколько все это кажется подозрительным. - Нормально, - ответил я, пару раз тряхнув его руку. - Хорошо. - Это Боб Зиглер, - сказал он, махнув рукой, когда я ее выпустил. - Он будет твоим новым напарником. Что-то слегка екнуло у меня внутри даже раньше, чем я успел как следует рассмотрел Зиглера. Такого не случалось с Морисом, Лизой и даже с этим ублюдочным гомофобом Роджером. Но тоненький голосок в моей голове пропищал: «Черт, только не он». Зиглер беспристрастно пожал мне руку - ладонь была сухой, теплой и не вызывала абсолютно никаких нареканий. Он выглядел нормальным. Поэтому я постарался задвинуть свой страх подальше, решив подождать, пока мы проведем вместе немного времени, прежде чем начать его ненавидеть. Было отчетливо видно, что он коп старой выучки. И я не имею в виду возраст. В конце концов, Морис был старше Зиглера, но Морис был всегда какой-то расслабленный. Зиглер был похож на пожарный гидрант. Рост примерно сто восемьдесят пять сантиметров, вес около ста пятнадцати килограмм и полное отсутствие шеи. Коротко подстриженные каштановые волосы, пробивающаяся седина на висках и обязательные для чикагского полицейского департамента усы а-ля Майк Дитка. Внешне он был старше Джейкоба, но это должно быть получалось из-за серьезного недостатка стиля. В конце-то концов, администрация не стала бы мне подсовывать напарника предпенсионного возраста, особенно когда есть на выбор тысяча людей, подавших заявки. - Зови меня Зиг, - сказал он. - Вик, - так же представился я, безнадежно надеясь, что он не окажется козлом. - Зиг местный, - сказал Варвик. - Последние восемь лет он был детективом в Эванстоне. Эванстон. Он стоит впритык к озеру Мичиган с востока и к Чикаго с юга. Красивая архитектура. Джейкоб заикался о переезде туда, если здесь не найдется приличного жилья, а теперь я официально съезжался с ним. Может случиться, что в ближайшем будущем мы с Джейкобом назовем Эванстон своим домом. Я бы мог, наверное, объявить о наших планах на совместную жизнь, разобраться с частью «я гомосексуалист» и покончить наконец со знакомством. Но просто не мог себя заставить, тем более в присутствии Варвика. Зиглер и я выслушали Варвика, давшего нам последние сведения о местах исчезновения трех людей, описания и возможные совпадения, которые уже были найдены. Данных было немного: две жертвы пользовались услугами одной и той же химчистки. Но это могло быть и связью с убийцей, и просто разосланными по всей округе скидочными купонами. В тот день – неделю назад - племянник мэра бегал с поручениями, и камера наблюдения засекла его выходящего со станции метро и направляющегося к офису дантиста, где он так и не появился, хотя был записан на три тридцать на чистку и полугодовой осмотр. Между станцией метро и стоматологической клиникой находится парк, поэтому мы решили начать с него. Не то чтобы я был большим любителем парков. Когда в последний раз я участвовал в прочесывании парка, наткнулся на место массового убийства индейцев. Но сейчас парк был другой, а я уже не принимал секретные экспериментальные наркотики, усиливающие мою способность до уровня Мари Сен-Савон. Так что я позволил «Зигу» разметить поисковую сетку и маршировать рядом со мной с ручкой и бумагой наготове. Надо отдать ему должное - Зиг был профессионалом. Он отлично разбирался во всем этом дерьме. Куда лучше меня. Мало того, он был готов выполнять всю работу, похоже, не ожидая от меня слишком большого вклада. В целом, наверное, все складывалось неплохо, если бы не вся эта «я - гей» ерунда. Я не мог себе представить даже малейшего энтузиазма от подобного признания. Или хотя бы корректности. - Все чисто? - спросил Зиг, когда мы перешли на следующую аллею. Я поймал себя на том, что пытаюсь набраться смелости, чтобы сделать это чертово признание прямо тут, прежде чем начинать с ним какие бы то ни было отношения. Лучше позволить ему сразу разочароваться, прежде чем у него сложится обо мне какое-нибудь мнение. Я оглянулся через плечо, наскоро окинув взглядом кусок парка, который мы уже прошли. - Все чисто. Мы развернулись и пошли обратно тем же путем. Я не хотел оспаривать методы работы Зига, объясняя, что мне вообще-то не нужна никакая сетка, чтобы обнаруживать призраков. В конце концов, он может обнаружить что-то, что просмотрели следователи при первичном осмотре, как и положено хорошему «тугому», я понял, что сейчас самый подходящий момент. По очень многим причинам. - Зиг, ты женат? - спросил я его. - Да, двадцать один год, - говоря это, он бросил взгляд на свое обручальное кольцо. - А ты? Я посмотрел на свою пустующую левую руку. Раньше у меня не было необходимости в таких разговорах. Как печально. - Я, ну... - отлично. Я не могу этого сказать. Но я должен. Чем дольше я тянул, тем сильнее становилось беспокойство. И я даже представить себе не мог, что оно может быть еще сильнее, чем сейчас. - Я съезжаюсь кое с кем. Как только мы подыщем незаселенное призраками место, - скажи это, Вик. Черт бы тебя побрал. Скажи ему. - Типичная проблема - активность призраков в?.. - С Джейкобом Марксом. Из двенадцатого участка. Знаешь его? Я съезжаюсь с ним. Зиг чуть не сплюнул себе под ноги. Краска стекла с его румяных щек, оставляя на них какой-то странный серый оттенок. Его и так выпученные глаза вылезли из орбит еще больше. А затем какой-то барьер у него в голове лопнул, и он сжал губы в тонкую линию. Дерьмо. Я полагал, что справлюсь с этим разговором, но оказалось, я намного больший трус, чем сам о себе думал. У меня свело живот, и я боролся с желанием сказать Зигу, что пошутил, засмеяться и сердечно, по-гетеросексуальному хлопнуть его по спине. Боже, ненавижу конфронтацию. Я приготовился к гневной тираде, которая несомненно должна была последовать. Та, в которой я буду обдолбанным наркоманом, дерьмовым копом и вообще жалким подобием человека. Зиг моргнул. Кашлянул. - Маркс, - сказал он. - Конечно. Мы встречались, - и снова уткнулся в свой блокнот, уделив ему каждую унцию своего внимания.