Тело и душа (ПсиКоп#3)

Мы с Зиглером сидели в «импале» напротив магазина. Руки у нас были заняты сэндвичами, приготовленными из всех возможных видов мяса, какие только можно извлечь из свиньи. Все это добро мы запивали кофе. Не лучшее кулинарное сочетание, но нам надо было оставаться в сознании, а так можно не засыпать столько, сколько понадобится. Пара патрульных машин стояла неподалеку - одна затаилась в переулке, а другая прикрывалась, как щитом, громаднейшим грузовиком. - Получить бумаги для такого дела – это просто мечта, - сказал Зиглер. Я приподнял бровь, отхлебывая кофе из стакана. Все еще немного горячеватый, но пить можно. - Но твоего слова достаточно для любого судьи. Ты как ходячая гарантия. Я пожал плечами. Стало как-то неловко. - Больше похоже на работу отдела К-9… Белый фургон, - брякнул я, съезжая вниз по сидению, изо всех сил стараясь стать незаметным. Фургон вывернул на стоянку, остановившись задними дверями к нам. Он был покрыт толстым слоем серой пыли, достаточной чтобы написать на ней «вымой меня», но ничего наводящего на мысли о проблемах с замком не обнаружилось. Никакой веревки. Водитель, чернокожий мужчина в темно-синем комбинезоне зашел в магазин. Мы проследили, как он покупает пачку сигарет, лотерейный билет, возвращается в фургон и уезжает. Белый внедорожник подъехал к магазину, и хотя шанс того, что этот автомобиль окажется нашей целью, был исчезающе мал, мы все-таки присмотрелись к нему повнимательней. Водитель – молодая белая женщина в юбке – не стала парковаться возле магазина и поэтому не была нам интересна. - Ты же не видел свидетеля своими глазами, так? Странно было слышать слово «свидетель» по отношению к ноющему, задиристому приведению. Технически, он действительно был свидетелем… Или информатором. Кажется, я просто не задумывался о нем, как о реальном человеке. Ну хорошо, он был «реальным». Несомненно, я мог бы вытянуть из него парочку фактов, которые легко можно проверить и тем самым подтвердить его существование. Наверное, я не думал о нем, как о личности. - Только его нежный голосок, - промямлил я с набитым колбасой ртом. - Как ты можешь сказать, что это всего лишь голос? Я имею в виду, как ты можешь знать, что он не исходит из чего-то… материального. - Я не могу. Именно поэтому нужна целая прорва времени, чтобы вникнуть. Мне приходится определять, откуда он звучит. - А как насчет визуального контакта? - Белый фургон, - прервал его я, и мы спрятались за нашими гигантскими сэндвичами. Я затаил дыхание, когда фургон медленно проехал совсем рядом, перед тем как свернуть на парковку. Он покачнулся на изношенных амортизаторах, переехав бугорок на дороге, подкрался к магазину и проехал мимо. Направляясь к переулку. Прорезиненный шнур удерживал задние двери закрытыми. - Не сидите сиднем, - заорал знакомый ноющий голос с заднего сидения «импалы», - делайте что-нибудь! Я поморщился и подумал, надо ли говорить Зигу о «свидетеле». Вдруг он занервничает, узнав, что в машине мы не одни? Или он похож на Джейкоба, такой же фанатик «психов»… Остается надеяться, что у него не встает на каждую паранормальную хрень. - Поехали, - сказал я Зиглеру, не обращая внимания на призрака. Взяв рацию, я связался с остальными копами: – Это он, - и патрульная машина высунулась из подворотни. - О мой бог, - сказал нытик. – Это прямо как в «Законе и порядке». - Заткнись, - рявкнул я. Мне надо было сосредоточиться на фургоне. Я не мог себе позволить отвлекаться на комментарии какого-то мертвого придурка. - Это так круто! - Визуальный контакт или только акустический? – просил Зиглер, въезжая на парковку. Одна из патрульных машин остановилась позади нас, блокируя выезд. - Это парень из переулка, - объяснил я Зигу. – Но я его по-прежнему не вижу. Я бросил взгляд на заднее сидение, но там было пусто. Хотелось бы мне видеть его, хотя бы очертанием, вспышкой. Тогда бы я смог исполнить свой единственный ментальный трюк – заключить его в пузырь из белого света. Не то чтобы я выполнял его профессионально, но иногда срабатывало. К сожалению, действовало это только на то, что я мог видеть. Наверное, из-за моего скудного воображения. А поскольку призрака я не видел, то никакого барьера между нами создать не мог. Мы двигались позади фургона. Я решил, что стоит пригрозить нытику, надеясь, что этого хватит. - Я серьезно, дебил. Ты хочешь, чтобы операция провалилась из-за того, что ты не можешь держать рот закрытым? - Нет, - тихо и угрюмо ответил он. - Тогда сиди на месте и молчи. Зиглер заехал на стоянку, достаточно близко к фургону, чтобы его заблокировать, но не вплотную, чтобы не спалиться. Хотя бы не сразу, по крайней мере. Мы вышли из машины. Мои ноги тут же заскользили по замерзшей слякоти. Офицер в форме обошел стоянку с другой стороны и присел позади припаркованного внедорожника. Долгий, нахальный автомобильный гудок вынудил меня посмотреть в сторону улицы. Кому-то так чертовски не терпелось получить свои двадцать унций газировки, что они рискнули разозлить копа, намеренно перегородившего парковку. - Тупой ублюдок, - сказал нытик. – Это ведь коп. Езжай в объезд. - Тебе же было сказано оставаться на месте, - прошипел я, особо не удивляясь, что он меня не послушался. Я ждал, пока Зиглер обойдет фургон с другой стороны, чтобы выйти с ним одновременно. - Он там, - сказал нытик почти мне в ухо, будто сидел на моем плече. – Быстрее. Я дернул головой и скосил глаза в сторону голоса, но ничего похожего на приведение не увидел. Прищурился сильнее, но это тоже не помогло. - Вернись на место! – прошептал я. - Но он… Думаю, это был единственный момент моей жизни, когда псиактиватор - наркотик, усиливающий мои паранормальные способности, оказался бы весьма кстати. Если бы я только мог увидеть этого парня, он бы схлопотал самый громадный и мерзкий белый пузырь, какой только мог сотворить мой бедный несчастный мозг. - Руки так, чтобы я мог их видеть! Лечь на землю! Голос Зиглера. Вот черт. Он уже в поле зрения подозреваемого. Я оттолкнулся от стены, чтобы двинуться вперед, и мои пятки заскользили по ровному участку льда. Я врезался плечом в фургон, замазав весь рукав моего свежевычищенного зимнего пальто серой дорожной пылью. Парень выскочил из-за фургона как раз, когда я в него врезался. Белый мужик, за пятьдесят, с безумной копной седых волос и огромными круглыми очками, делавшими из него клише на музыку восьмидесятых годов. Он напоминал рассеянного профессора. - Стоять на месте! - гаркнул я своим самым крутым полицейским тоном. Попробовал схватить его, но он уклонился и с проворностью, спровоцированной выбросом адреналина, помчался прочь. - Он ухо-оди-ит… - заканючил Нытик. - Ну так иди за ним, - огрызнулся я, изо всех сил загребая ногами по льду, пытаясь преследовать подозреваемого. - Серьезно? Я? А ты разве не должен защищать меня или что-то типа того? - Вали уже, - сказал я, двигаясь в сторону убегающего Профессора. Он оказался шустрым, намного быстрее меня, и, к тому же, не поскальзывался. За ним бежали двое полицейских: Бретт Варжовски – молодой парень лет двадцати пяти в отличной физической форме и Мила Франко, миниатюрная женщина, отстающая от напарника в силу меньшей длины ног. Франко отделилась и побежала вверх по переулку, пока Варжовски буквально приклеился к подозреваемому. Я старался как мог, чтобы не упустить Варжовски из виду. Профессора я уже потерял. Тяжелые форменные ботинки Зиглера захрустели льдом позади меня. Он тяжело дышал, и это доказывало, что бегуном он был ничуть не лучше меня. Я не должен был этому радоваться, но вот пожалуйста. Страдание любит компанию. Мы свернули за угол на соседней улице и обнаружили Варжовски, разглядывающего следы на тротуаре. Было слишком темно, чтобы можно было понять, какие из них свежие, а какие появились давно. - Я упустил его, - с отвращением сказал он. - Он зашел в тот дом, - торжествующим тоном сообщил Нытик. – Там, где горит свет. - Мила, - позвал я, мельком заметив ее силуэт в переулке, и указал на дом. Она кивнула и пошла перекрывать задний выход. Зиглер, Варжовски и я с топотом помчались по лестнице. Зиглер отступил назад, а Варжовски лихо обошел меня, оставив в середине. - Полиция, - рявкнул Варжовски, колотя по двери. – Открывайте. Я ожидал, что Варжовски пинком вынесет дверь, но крупная гречанка с размазанной по лицу тушью для ресниц рывком открыла ее перед нами. - Мужчина, - запричитала она, - там мужчина! Профессор здесь не жил, возможно, даже не был с ней знаком, и напугал ее до чертиков. Она распахнула дверь еще шире, и мы с грохотом ввалились внутрь. - Стой на месте и положи руки за голову, - крикнул Варжовски, но Профессор уже бежал дальше, не собираясь останавливаться. Он рвался к заднему выходу. Мы выскочили в коридор, вышли за дверь и оказались в переулке. Офицер Франко была на месте, с оружием наготове и взглядом, сверлящим дверь. И никакого Профессора. - Вот дерьмо, - сказал Варжовски. Мне пришлось подавить улыбку. Он был таким искренним. Не думаю, что сам был таким когда-нибудь, и уж точно не в двадцать пять, или сколько там ему лет. - Подвал, - сказал Нытик. Мне показалось, что он задыхается, наверное, от волнения, потому что, на самом деле, бегать призракам нет нужды. - Вниз по лестнице, - скомандовал я, проскальзывая внутрь. Мы протопали вниз по ступеням, готовые припереть мужика к стене. Вот только там ничего не оказалось, кроме бесконечных стопок заплесневелых журналов, аккуратно связанных и приправленных мышиными экскрементами, и бойлера с лужей ржавой воды под ним. - Детектив, - позвал Варжовски. Я обернулся, но он обращался к Зиглеру. Достав фонарь, он осветил помещение. Одна из журнальных стопок была сдвинута в сторону, а низкое окно над ней хлопало створкой. Мы выбрались обратно на улицу, обошли здание со стороны, откуда подозреваемый ускользнул из нашей сети. - Да где же он? – спросил я. Франко посветила фонариком на узкий тротуар. - Он пошел на север. - Он вышел на улицу, - сказал Нытик. – Х-хотите, чтобы я догнал его? - Иди, - сказал я и понял, что Франко, Варжовски и Зиглер уставились на меня, выглядя так, словно увидели приведение. – Пойдемте, - сказал я им и потрусил к улице. После густой, холодной темноты подворотни я обрадовался желтым кругам от уличных фонарей, но у меня не было ни единой мысли, в какую сторону мог побежать Профессор, выскочив из переулка. - Э-э… - Ты отслеживаешь его с помощью духа? – спросил Варжовски. Он быстро и поверхностно дышал, но скорее всего не от бега. - Я, ну… Да. - Ох, ничего себе, - сказала Франко, тоном зеваки из торгового центра. Она, кажется, этого даже не заметила. - Это не значит, что надо забыть про старую добрую полицейскую работу, - сказал Зиглер. – Попробуйте найти его следы. - Да, сэр, - Франко направила луч своего фонарика на землю. Мы с Зиглером отошли в сторонку, чтобы переговорить без благоговейных взглядов, будто мы с ним картинки в райке. - Я не стал бы рассчитывать на этого парня, - сказал я. – Он мертвый наркоман. Зиглер осмотрел улицу на предмет движущихся объектов. - Зацепка – это зацепка. Мы ее проверим. Пока Франко и Варжовски совещались, стоя над цепочками перекрывающих друг друга почти замерзших следов, вернулся Нытик. - Кажется, я нашел его дом. Он открыл дверь своим ключом. Зиглер был прав. Зацепка есть зацепка. А призрак очень-очень хочет, чтобы я поймал этого Профессора. - Хорошо, - скомандовал я. – Погнали.