Свидетель

POV Трис       Я вот уже который день не могу найти себе места от беспокойства. Время тянется бесконечно долго. Я не знаю, жив ли Тобиас. Мне ничего не говорят, а безызвестность рвет мое сердце на части.       Через час после того, как Тобиаса доставили в больницу, меня забрали от него, и я так не узнала о его состоянии. Меня перевезли в новый дом, приставили новых охранников. Они ничего не знают, у них бесполезно что-то спрашивать. Макс со мной не связывается, наверное, слишком занят. Так что спросить у него я тоже не могу.       Я не могу спать и не могу есть. Неизвестность стала для меня персональной пыткой. Если мне все же удается уснуть, то мне снятся кошмары о том, как Тобиас умирает у меня на руках. Я просыпаюсь в холодном поту и подолгу не могу прийти в себя.       В один из дней, когда я уже была готова сойти с ума, я услышала, что мой "надзиратель" по имени Кевин говорит с Максом по телефону. Я не собиралась упускать свой шанс и подошла к нему, встала напротив, протянув руку и давая понять, что я хочу поговорить с Максом. Кевин слушал босса и смотрел на меня со скептицизмом во взгляде, но я не сдавалась и продолжала буравить его взглядом.       - Макс, с тобой хочет поговорить Трис, - наконец, докладывает он.       Он слушает ответ, а потом с тяжелым вздохом передает мне трубку.       - Макс, умоляю, скажи, что с Тобиасом?       - Трис, детка, с ним все хорошо! Он жив, пришел в себя и уже идет на поправку. Но в любом случае до суда вы не сможете увидеться. Таковы правила.       От его слов я вздохнула немного свободнее. Тобиас жив и это самое главное! Но облегчение длилось недолго, потому что потом во мне поднимается злость на него. Неужели было так трудно сказать мне эти несколько слов раньше?! Я бы перестала себя так изводить!       Я отдаю телефон Кевину и ухожу в свою комнату, от души хлопнув дверью. Теперь осталось набраться терпения и подождать, когда нам снова позволят увидеться...       Через две недели за мной приезжает машина, чтобы отвезти меня на место проведения судебного разбирательства. Я надеваю классическое серое платье и пиджак, собираю волосы в хвост. Когда я готова, мы с Кевином садимся в машину и едем, петляя по городу, чтобы убедиться в отсутствии слежки.       Пока идет судебный процесс, я жду в коридоре, когда меня пригласят, постоянно заламывая руки от волнения. Через час моих метаний меня вызывают в зал, садят в большое кресло рядом с судьей, берут с меня слово говорить "только правду и ничего кроме", и я послушно повторяю обещание за секретарем. Затем прокурор и адвокат по очереди задают мне вопросы обо мне и моей работе у Андраде, затем показывают присяжным видео с моментом убийства Томаса Льюиса. Я по просьбе судьи рассказываю о дне, когда была сделана эта запись. Но вот вопросы ко мне иссякли и меня отпускают...       Я выхожу в коридор и с облегчением вздыхаю. В конце коридора замечаю свою семью, которая спешит мне на встречу. Родители и брат обнимают меня крепко.       - Девочка моя! - плачет мама. - Я так переживала за тебя.       - Трис, мы очень скучали по тебе! -говорит Калеб, который никогда не отличался сентиментальностью.       - Милая, мы рады, что ты в порядке! - целует меня в висок папа.       - Я тоже скучала. Все почти закончилось, - шепчу я устало.       - Поехали домой, - говорит мама.       - Я подожду вердикта. Езжайте. Я приеду позже.       Когда все доказательства были предоставлены и выслушаны все свидетели, присяжные ушли в зал совещаний, а я выхожу на улицу, чтобы подышать свежим воздухом.       Я замечаю Тобиаса сразу так же, как и он меня. Мы двигаемся навстречу друг другу. Я бросаюсь ему на шею, он прижимает меня к себе. Отстраняет меня от себя, берет мое лицо в свои руки и начинает покрывать его коротким поцелуями, а я смеюсь от охватившего меня счастья. Но потом я не выдерживаю и сама прижимаюсь к нему губами... Я так долго этого ждала, что теряю разум в то же мгновение!       Мы наслаждаемся поцелуем, забыв всякий стыд. Для нас сейчас не существует ни времени, ни окружающего мира. Сейчас мы одни на планете, в этой Вселенной... Потому что она только наша...       Он на пару миллиметров отстраняется:       - Трис, я люблю тебя, - шепчет он мне в губы и снова целует.       - Я люблю тебя, Тобиас, - вторю я.       Нас отвлекает голос судебного секретаря, который зовет всех в зал. Фор берет меня за руку и тянет в здание.       - Пойдем, послушаем приговор, - говорит он.       Мы устраиваемся на заднем ряду в обнимку. Теперь нам обоим страшно выпустить друг друга из рук... Присяжные рассаживаются по местам, передают приговор судье, который зачитывает его властным голосом. Андраде дают пожизненное, его приближенным - по двадцать лет, а мелким дилерам - от трех до пяти лет. Я вздыхаю с облегчением и кладу голову на плечо любимого. Все встают со своих мест, шумят и галдят, радуясь, что преступник понесет заслуженное наказание.       - Вот все и закончилось, - говорит Фор, целуя меня в лоб, - поехали домой?       - Куда домой? - вскидываю я голову и смотрю в его карие глаза, полные решительности.       - К нам домой, - не смущаясь, отвечает Тобиас, - В нашу с тобой квартиру. Я уже даже твои вещи перевез из твоей старой квартиры. Эти недели без тебя я без дела не сидел, - улыбается он, - ты же не думала, что я теперь отпущу тебя?       - Нет, но... - начинаю я.       - Никаких "но"! Поехали! - он обнимает меня за талию и ведет к выходу, я смиренно следую за ним. Мое сердце давно решило, что готово пойти за ним хоть край света, лишь бы быть рядом. - Кстати, Уилли и Кристина пригласили нас на ужин, - вспоминает Тобиас.       - Давай сегодня поужинаем с моими родителями? А с ними в другой раз? - прошу я.       - Мне нравится такой расклад! Так и сделаем! Я мечтаю познакомиться с мистером и миссис Прайор! - улыбается он и снова касается моих губ. Прошло шесть лет... POV Тобиас       Я еле помещаюсь на детской кровати. У меня затекла спина, но я стараюсь не шевелиться. С двух сторон от меня тихонько посапывают мои сыновья, сложив на мой живот свои маленькие ручки. Наконец-то, эти "бандиты" уснули! Сегодня мне пришлось попотеть, чтобы уложить их... В них столько энергии, что я не представляю, как Трис справляется с ними, когда меня нет рядом. Старшему, Тео, уже пять, и он в этом году пойдет в школу. Младшему, Джеймсу, три, он ходит в садик. Трис совсем недавно вернулась к работе и очень этому рада.       Я осторожно переношу Джеймса обратно в его кроватку, укрываю и целую сыновей на ночь. Теперь можно уделить время любимой жене...       Захожу в спальню и вижу Трис, стоящую перед зеркалом. Она внимательно всматривается в свое отражение, мажет руки кремом. В голубом шелковом пеньюаре с накинутым на плечи шелковом халатом она выглядит чертовски соблазнительно...       - Ты прекрасна! - говорю я и медленно подхожу к ней, останавливаясь за ее спиной.       По-хозяйски оголяю плечо и целую, трусь носом, вдыхаю ее божественный запах. Кладу руки на ее живот, глажу, поцелуями перехожу на шею. Слышу, как учащается ее дыхание, она подставляет шею под мои ласки. Подглядываю за ней украдкой в отражении: мне нравится, как она закусывает губу, теснее прижимается спиной к моей груди, трется попкой о мой пах, возбуждая меня и без того желающего ее всегда.       - Мальчишки уже спят? - спрашивает она с придыханием.       - Угу... - мычу я. - Они опять просили рассказать, как мы познакомились.       - И как им еще не надоела эта жуткая история?! - удивляется она.       - История со счастливым концом! - поправляю я ее, стягивая халат. Он падает и "растекается" по полу. - Они просто любят приключения и экшены. Они ведь мальчишки!       - Они любят папу-супергероя! - говорит она, поворачивается ко мне и обнимает меня за шею. - Моего героя!       Она впивается в мои губы страстным поцелуем, и мне нравится ее инициативность. Я задираю ее ночнушку, подхватываю ее за бедра пристраиваю к себе на талию. Неистово исследуя рты друг друга, я, с Трис на руках, отхожу к нашей кровати и падаю на нее спиной, оставляя своей жене позицию сверху...       Что нужно для счастья? Не так уж и много: работа, дом, семья... Но самое главное, любимая жена, которая понимает и поддерживает, любит тебя и твоих детей. Женщина, ради которой ты способен на все!