Шантаж

      Начальник проводил оперов и отправился в комнату к племяннику, Выкладывать ему всё он, конечно, не собирался, но поговорить с Лёнькой всё же следовало: «Парень, ты же не в сказку попал!» Жизнь у дяди - совсем не сахар. Так и сейчас получилось. Не напал бы этот горе-киллер - остался бы жив-здоров. Сам нарвался. Стас вновь присел рядом, начал говорить, как можно мягче: -Так, Лёнь, пойди, переоденься! Завтра поедем на машине кататься. Буду учить тебя машину водить, - пообещал он. Племянник молчал, вновь крутил в руках гильзу, потом повернулся к нему, немного растерянно и тихо спросил: -Дядь Стас, а ты папу моего…тоже…так? И такое отчаянье было в его больших синих глазах: он хотел знать правду! Оказывается, он помнил тот случай, хотя и был тогда шестилетним малышом… Карпов молчал, дергая желваками на скулах. Что он мог ответить?! «Эх. Лёнечка, знал бы ты! – печально думал подполковник, - Нет, не так!» Однако, Карпов нисколько не сожалел, что приложил к этому свою руку… Чикилин тогда тусовался где-то на чужой хате со своими дружками наркоманами. Анька ещё иногда держалась и вспоминала про сына, а вот Андрею было ухе давно наплевать на семью. Его, с некоторого времени, интересовали только деньги для приобретения своего зелья. Существовал от дозы к дозе. В этот раз он вернулся домой ближе к вечеру. Из квартиры всё более-менее ценное уже было вынесено. У Аньки денег не было –она не работала уже давно. И тогда Чикилин пошёл к Стасу. Встретил его во дворе, потребовал денег или дозу: «Ты же мент! У вас всегда что-нибудь, да есть!- нагло скалился он. Карпов люто ненавидел зятя. Он решил, раз и навсегда, избавиться от него. «Может быть, если его не будет, Анька за ум возьмётся - наркоту бросит и займётся ребёнком!» - думал Стас. Он не стал ругаться с Чикилиным, пообещал тому денег. Однако, сославшись на занятость, договорился с ним о времени и месте, уехал в отдел. Встретились они ближе к ночи, в тихом, безлюдном месте. Андрея тогда уже здорово потряхивало. Он потребовал: -Стас, ну, где бабло? -Бабла нет! –выдал ему Карпов. -Как – нет?! Ты же обещал!? – заерепенился Андрей. -Нет бабла! Есть кое-что другое, - загадочно улыбаясь, шурин полез в нагрудный карман и вытащил оттуда…небольшой пакетик с порошком! У Чикилина алчно загорелись глаза, затряслись губы и, совсем по-звериному, потекли слюни. Он протянул руки и потребовал: -Дай сюда! Стасу стало противно даже смотреть на него: «И ЭТО когда-то было человеком?! Как слепа была Анька!» Он брезгливо поморщился, бросил пакетик тому под ноги, сплюнул в сторону и уехал прочь. Чикилина потом видели в компании его дружков. Они добрую половину ночи не давали спать соседям. А с утра его никто больше не видел. Ходили слухи, что ночью кто-то из наркош окочурился от передоза, но это оказалось слухами, не более. Через какое-то время в канализационном колодце бомжи нашли чьи-то обглоданные крысами кости, сообщили участковому. Дело «пахло» висяком. Однако, участковому «этот геморрой был, на фиг, не нужен!» А, потому, дела никакого не было. Обнаруженные останки, по-тихому, зарыли на ближайшем кладбище; генетическую экспертизу, разумеется, никто не проводил, и кому они принадлежали, никому было неизвестно. Не сомневался только Карпов: героин, который он дал Чикилину, был неразбодяженный…       Всё это промелькнуло в памяти подполковника за считанные секунды, он тяжело вздохнул и посмотрел на племянника с укором: -Лёнь, я не убивал твоего отца! Ты же сам, наверное, помнишь: он был наркоманом. Его погубили наркотики. Я пытался образумить его, бабушка и дедушка тоже пытались, но не смогли. А когда он подсадил на иглу твою мамку, дед не выдержал – у него случился инфаркт. Он умер, понимаешь? От стыда и позора, что его любимая дочь стала наркоманкой! До её замужества наша семья была вполне благополучной. И, единственным плюсом после этого события – стало твоё рождение. Мы очень тебе радовались! – улыбнулся Стас. -А почему мама вышла за моего отца, если знала, что он – наркоман?- недоверчиво смотрел племянник. -Она не знала, Лёня! Мы всей семьёй отговаривали. Только Анька влюбилась и не хотела ничего слышать. Да и Андрей тогда держался, не употреблял. Правда, хватило его ненадолго: он сорвался через некоторое время после твоего рождения и остановиться уже не смог, да ещё и мамку твою в эту трясину затянул. Вот почему я ненавижу наркотики и терпеть не могу наркоманов! Считай, наркотики убили моего отца – твоего деда, твоего отца и мать – мою младшую сестрёнку, которую я за ручку водил в детский сад, а потом в школу… Я очень любил отца и сестру, и видел, как страдает и плачет моя мать, - он опять тяжело вздохнул, замолчал. -А кто был этот…там, в прихожей? – несмело спросил Лёня. -Почему – был? Лёнь, я же его не убивал. Он сам на меня с порога набросился. Понимаешь, некоторые люди стараются обвинить в своих ошибках и неудачах кого угодно, но только не себя. Ты ведь не маленький уже, - Карпов добросердечно потрепал его по голове. У Лёньки посветлели глаза: кажется, он что-то понял для себя. Парень кивнул и ответил: -Понимаю, дядь Стас! Ты извини, что я на тебя думал…про отца. Мама тоже не смогла бы остановиться сама, если бы не попала в СИЗО, - вдруг выдал он, потом закусил губу и замолчал, потупив взгляд. Стас тепло посмотрел на него, дотянулся рукой и обнял за плечи: -Племяш, помни: ты не один! У тебя есть я и бабушка, а ещё есть твои друзья, - ободряюще улыбнулся он. Лёня поднял голову: -Я помню! - в его широко открытых синих глазах растаяли льдинки недоверия, они тоже засветились теплом, - Спасибо, дядь Стас! -Спасибо много, - с облегчением вздохнул Карпов. Кажется, разговор с племянником состоялся не зря…