Королевство кривых слов

      Мадам очень любила по утрам проводить время перед зеркалом – расчесывать и заплетать свои волосы, красить глаза и губы. Но большей её страстью было перебирание платьев и прочей одежды в большом платяном шкафу. Она, с очень серьезным личиком, всегда вслух озвучивала плюсы и минусы какой-нибудь вещи, потом переходила ко второй. И вся эта процессия проходила около двух часов – Арукас была твердо уверена, что женщина должна очаровать своей красотой.       Вонави же следил за всеми этими приготовлениями без особого энтузиазма – она ему больше нравилась со своей естественной красотой. Ведь такую бы, наверное, никто не полюбил, а так у него куча конкурентов. Линад и сам знает, что не он один, лежа на белоснежной кровати, наблюдает за навождением её утреннего марафета. Поэтому и вздыхает так жалобно, будто сочувствует о чем-то утерянном. Охранника порядка сейчас даже не заботит то, на что он вчера согласился – нужны ему больно эти три беты? Главное – она. - И куда ты сейчас? – вдруг спрашивает капитан Вонави, приподнимаясь на локтях, чтобы получше видеть её. Мадам замирает в недоумении от такого вопроса – когда его раньше интересовала её дальнейшая жизнь? Но, обворожительно улыбнувшись и настроив себя на безупречную игру роли милой девочки, Арукас, не отрываясь от процедуры накрашивая глаз, отвечает: - Наверное, пойду к нашему великому Правителю, разведаю там обстановку. Где-нибудь до обеда буду там, потом вернусь домой, нужно будет сменить наряд. Ты не приходи сегодня вечером – я наверняка уеду в какой-нибудь шикарный особняк на довольно скучный светский вечер. Тебе же наверняка будет противно видеть госпожу Арукас вдрызг пьяную, с потекшей тушью на глазах? Поэтому до завтрашнего дня, мой милый капитан!       Он и моргнуть глазом не успевает, как Мадам уже с легкостью и грациозностью выпорхнула из полутемной душной комнаты. М-да, за этой золотой птичкой Линаду ещё долго не угнаться и не понять, что творится у неё в голове.

***

      Поймав на улице один из многочисленных конных экипажей, Мадам отправилась прямиком ко дворцу Правителя. Деревянные колеса пролетки размеренно застучали по вымощенной камнем мостовой. Вокруг поплыли довольно однообразные зрелища – молодые автора шли на работу, впопыхах записывая что-то в тетрадочки, извозчики стояли около обочин тротуаров и ждали своих клиентов. Небо сегодня было довольно светлое, не было ни единого облачка – большая редкость для Кубкифа. «Даже Небеса подсказывают мне, что лучше посетить дворец именно сегодня», - невесело подумала Арукас.       Вскоре показались высокие черные шпили башен дворца. Вообще он представлял великолепное зрелище – большое здание из белого камня, с пятью остроконечными башнями, на покатистых черных крышах которых были шпили. Вход в обитель Правителя начинался с большого серого каменного моста, который был перекинут через широкую и норовистую реку. Мадам всегда нравилось ехать по мосту и смотреть сверху на реку, близлежащие дома. Но вскоре их встретили стражники, которые читали «Пасобии па песанийу фикичков)))» от великого Правителя. Узнав, кто едет, они радушно пропустили Мадам, даже попытавшись пожать ей руку. Но она, только скривившись, чуть кивнула головой в знак приветствия.       В замок её провела одна из фрейлин Правителя. Арукас даже не удивило то, что по всем стенам коридора были развешаны свитки с текстами шЫдевров местного производства. Она молча шествовала вслед за пыхтящей толстой фрейлиной. Когда молодую женщину уже начинали подбешиваться все её охи и пыхи, Мадам сквозь зубы процедила: - Если Вам так не нравится вести меня, то можете выметаться – я и сама дойду до нужной комнаты. - Я вообще не понимаю, зачем Правитель держит у себя такого агента! Ты себя, девка, в зеркало видела? Шо напялила-то? Какое-то платье с юбчонкой до колен, которая расклешённая ещё! Шляпка твоя и перчатки эти до того вычурные! А туфли? Шпили у башней и то ниже, чем цоколи твои! А лицо намулевала, аки художник холст! - Завидуйте молча тому, что Вы от природы – жирная корова без чувства моды и прекрасного, - дерзко заявила Мадам, свернув в один из коридоров. Она больше не собралась идти за этой фрейлиной – больше всего в жизни она ненавидела, когда кто-то обсуждал её внешность.       Вскоре молодая женщина появилась у маленькой дверцы с табличкой «Первый советник». Без всякого стука или подобия смущения на лице от такого неожиданного визита, Мадам ногой отворила дверь. Она со стуком ударилась об бетонную стену комнаты. В комнате царил идеальнейший порядок. Все немногие вещи стояли на своих местах, не было и пылинки на полочках. А сам первый советник, мужчина уже средних лет, с темной шевелюрой, одетый в строгий костюм, что-то усиленно печатал на пишущей машинке. Но как только в комнате появилась она, то советник сразу же заулыбался и развел руками со словами: - Мадам, перед Вами даже меркнет величественный город Жирап!       Сама Арукас, лукаво улыбнувшись, холодно ответила: - Не льсти, Нитнатснок! Или мы теперь друзья, поэтому просто Нок? - Ты к Правителю? У него сейчас, после обеда, сон. Поэтому немного подожди. Зачем пришла? Надоело под прикрытием в жалкой лачужке работать? Только не ври мне сейчас - как облупленную же знаю, - с такими словами советник ловко достал из шкафчиков две чашки под чай и вазочку с печеньем. Мадам пристроилась в его кресле за столом. Картинно вздохнув, она уж без всякого актерского мастерства проговорила: - Да, хочется мне всё своё на место вернуть. Не зря же столько лет горбатилась. Да и вообще я домой хочу, знаешь ли. - Домой? Ну ты даёшь! Домой не так-то просто будет попасть. Но ничего, справимся. Ну, кумушка, где вечер-то коротала? К кому ревновать тебя? - Нок быстрыми движениями рук разливал по чашкам ароматный чай. А Арукас, улыбаясь, проговорила: - Да ладно тебе. Старый ты у меня, чтобы ревновать! Тем более тебе-то зачем? Всегда знаешь, что тебя ни на кого не променяю.       Нок даже весь расцвел от таких слов и проговорил: - Неужели через столько лет добился признания от тебя? Ну ты отдохни тут у меня, а я тебе встречу с Правителем приготовлю.