Мне нужна только ты

Их отношения нельзя назвать нормальными. В принципе, даже слово «отношения» не очень подходит для того, чтобы описать их странное общение. Не любовники, не друзья, и даже не коллеги. Возможно, это просто обмен выгодной для обоих информацией, если бы не один нюанс — Авашима не стесняется прийти в бар Кусанаги просто выпить один-два коктейля, поговорить о чем-то незначительном. Такие визиты редки, а другие их встречи происходят только на поле боя. В один из таких походов в бар Авашима с неудовольствием замечает, что является не единственным посетителем. Вернее, посетительницей. Сери садится на свое привычное место — в центре стойки — и осматривает девушку, которая мило воркует с Изумо. Эта особа здесь уже не в первый раз, и даже не второй. Поджав губы, она достает коммуникатор и утыкается в него. Сводки новостей, сообщения с работы, какие-то мелочи, которые необходимы для следующего задания — всё это прекрасно помогает полностью занять себя, пока бармен обслуживает другую посетительницу. Когда перед ней возникает бокал с коктейлем и неизменной бобовой пастой в нём, Авашима поднимает глаза и видит перед собой Изумо. — Извини, что так долго, — он виновато улыбнулся. — Сегодня у меня импровизированная встреча одноклассников. — Мне не интересно. Одноклассница, девушка — какая разница, — Авашима делает глоток и едва заметно улыбается удивленному Изумо. — Ну что ты, Сери-тян, у меня нет девушки, — он словно пытается оправдаться, но потом кашляет в кулак и внимательно смотрит на неё. — Хотя она симпатичная, умная и неплохо готовит. Авашима внутренне подбирается и выдыхает. Это совершенно её не касается. Не касается, с кем он учился, с кем он дружил, с кем встречался или встречается, с кем был его первый поцелуй и уж тем более с кем он спит. — Тогда странно, что вы не встречаетесь, — с издевкой замечает она, стараясь придать голосу как можно больше холода и равнодушия. Не касается. — Не хочу портить отношения. Она отличный друг, — Изумо достает сигарету, поджигает и затягивается. — С ней легко и . . . — он замечает пустой бокал. — Повторить? — Нет, я, пожалуй, пойду, — Авашима поднимается со стула, оставляет на барной стойке деньги за коктейль и уходит. В дверях она замирает. Наверное, потом это будет казаться глупостью, импульсивным решением, но почему бы иногда не позволить себе не сдерживаться. — Чем ты занят в следующие выходные? *** Она упускает момент, когда их дружеская встреча в выходной день, которая должна была закончиться в парке, перетекает в свидание в ресторане, а потом плавно и ненавязчиво сменяет дислокацию на её квартиру. Легкий разговор под пару бутылок вина постепенно переходит сначала к детству, а потом и к школьному времени, и спотыкается об обсуждение одноклассников. Авашима непривычно разговорчивая, с легким румянцем на щеках, сидит рядом на диване, смотрит на него и припоминает одноклассницу, замеченную не раз в баре. — Она симпатичная, умная и неплохо готовит, — она повторяет его слова, передразнивает и улыбается легкой, слегка пьяной и такой непривычной улыбкой. — Так почему же ещё не твоя? Изумо только пожимает плечами и наклоняется к ней, закрывая её рот поцелуем. Авашима думает, что ещё не настолько пьяна, что никогда не воспринимала его как мужчину, что это была совершенно не ревность тогда в баре, и что она совсем не хочет поддаваться на эту глупую провокацию, но поддается, отвечая. Они отрываются друг от друга только тогда, когда перестает хватать воздуха. Молния на платье уже расстегнута, а чужие руки легко, но уверенно скользят по бокам. От губ он медленно спускается поцелуями по шее, легонько прикусывает нежную кожу, срывая с губ едва слышные вздохи. Все движения неспешные, размеренные, выверенные с точностью до последнего касания. Авашима буквально плавится, а последние остатки разума пытаются убедить в том, что «секс по пьяни» — это не самое лучшее завершение вечера. Но все же снова, во второй раз, позволяет себе не сдерживаться, не думать о том, насколько это правильно, а просто наслаждается моментом. Платье соскальзывает куда-то в район талии, щелкает застёжка бюстгальтера. Он аккуратно прикусывает сосок и явно наслаждается непроизвольным стоном и легкой дрожью тела. Одна рука ложиться на грудь, сжимая, чуть царапая, а вторая тем временем скользит между бедер, ненавязчиво раздвигая их. Стеснение и попытка сжать ноги пресекаются глубоким откровенным поцелуем, который возбуждает ещё больше. Оторвавшись от губ, он несильно кусает мочку её уха, обводит языком раковину, слушая рваные стоны и чувствуя, как дрожит её тело. Авашима удивляется, что уши оказываются слабым местом, пытается сначала не подавать виду, но сдерживаться не удается. Тело само отвечает на ласку, поцелуи, тянется за ними. Она ждет язвительных замечаний, но их нет. Изумо предельно нежен и внимателен, нетороплив, словно перед ним не женщина, а хрупкий цветок. Он чуть надавливает пальцами сквозь кружевное белье между ног, в награду получая более томный и громкий стон, чем предыдущие. Расценивая это как одобрение, стаскивает с неё трусики и плавно вводит два пальца. Авашима цепляется руками за его плечи, шумно выдыхает, шире разводя ноги и давая понять, что хватит прелюдий и пора приступать к делу. Он улыбается, поднимается со скрипнувших подушек, расстегивает ремень на брюках, снимает их вместе с бельем и бросает где-то рядом с диваном. Следом за ними летит рубашка. Наклонившись к ней, он дарит очередной жадный поцелуй и осторожно проникает внутрь. Медленно, не торопясь, давая прочувствовать каждый миллиметр. Авашима выгибается и подается бедрами навстречу, насаживаясь до конца. Обхватив его за шею руками, прижимает к себе и кусает за нижнюю губу. Она начинает задавать темп, но инициативу тут же перехватывают, движения становятся размеренными, плавными, словно мучают, не давая желаемого, а довольная улыбка лишь подтверждает догадку. Однако, это продолжается не долго — Изумо едва себя сдерживает и начинает всё быстрее толкаться в неё. Он тянется к рубашке и выуживает оттуда сигареты. Взяв одну, поджигает вспышкой пламени, затягивается. На выдохе вместе с дымом она слышит ответ на свой вопрос: — Мне нужна только ты.