Из Преисподней

День был изматывающим. Капитан Сингер имел дурную привычку — если ему портили настроение, то он считал своим долгом испортить его всем остальным. Дин слышал, как в стену уже прилетело что-то ранее стоявшее на рабочем столе капитана, а вышедшая хмурая Джо Харвелл лишь подтвердила худшие опасения — старик был сегодня не в лучшей форме. Шестое чувство подсказывало Дину, что его не минует участь быть морально распятым и уничтоженным. Именно поэтому он лишь вздохнул и отодвинул от себя очередную чашку кофе, который сделал себе, дабы не заснуть и все-таки разобраться с делом Эгерсона, когда зычный голос начальника далеко не в вежливой форме пригласил его в кабинет. — Винчестер, пока твой папочка скачет по пересеченной местности, выискивая затаившегося Желтоглазого, а ты протираешь штаны на заднице, сидя за столом, у нас появилась проблема по имени Люцифер. — Нам нужно арестовать падшего ангела, ненавидящего все человечество? — дернув уголком губ, поинтересовался Дин, впрочем, тут же стушевался под взглядом капитана. — Простите, сэр. — Дошутишься! В общем, у тебя два дня на изучение материалов дела, а в пятницу пойдешь в «Преисподнюю». Информаторы донесли, что именно в этом клубе его не будет, и у тебя появится замечательная возможность собрать возможные улики. — Я? На реальное задание? Не протирать штаны, упорядочивая архив и подбивая дела? Сэр, вы серьезно? — Винчестер, не зли меня еще больше. Твой куратор детектив Эллен Харвелл, помогать будет офицер Джо Харвелл. — Вот свезло же работать с бабами, — пробормотал Дин и тут же поспешил добавить: — Разрешите идти, сэр? — Уйди с глаз моих, чучело, — вздохнул Сингер и перевел взгляд на лежащие перед ним документы. — Не участок, а цирк какой-то. Сплошные клоуны вокруг. Дин не решился возражать, лишь покинул кабинет и направился к столу своего куратора, чтобы забрать папку с информацией и приступить к подготовке задания. Будь оно неладно! *** Чем больше Дин изучал предоставленные бумаги, тем больше мрачнел — картина вырисовывалась не очень красивая. Проверенной информации мало, общих неподтвержденных фактов много, способы достижения поставленной цели весьма туманны и не продуманы, а «день икс» все приближался. Да к тому же работать надо с женщинами, которые для Дина были весьма сложны для понимания, если дело, конечно, не касалось быстрого перепиха в туалете очередного захудалого бара. Эллен предложила вариант, где Дину с Джо предстояло сыграть страстную парочку, но он был отвергнут, так как достоверно сыграть подобные роли друг с другом, увы, не получалось. По всему выходило, что в «Преисподнюю» Дин отправится сам, оставив при себе наушник, поддерживающий связь, с несколькими спрятанными ножами и, естественно, без значка. Не то чтобы Дин трепетно любил свой значок, но без него было очень непривычно, — это не первое его задание, но все-таки. «Вечер икс» неумолимо приближался, что сказывалось на нервах Дина не самым лучшим образом — предвкушение плескалось в теле не хуже мудреного коктейля в шейкере бармена, а желание действовать дрожью отзывалось в мышцах. Наконец Эллен дала сигнал к началу, и Дин прошел к клубу, останавливаясь на входе, дабы показать предоставленную отделом карточку-пропуск. Что ж, начиналось все вполне сносно. Выдохнув, Дин легко влился в толпу отдыхающих молодых людей и продвинулся дальше, изучая обстановку. Ничего особенного не было — пульт диджея, барная стойка с занятыми стульями, забитый танцпол, шесты для полуголых аниматоров, диванчики в нишах у стен и на втором этаже. Но кое-что все же зацепило взгляд — практически скрытое от посторонних глаз кресло, в котором сидел странный мальчишка. В нем было что-то знакомое, но Дин не мог понять, что именно. Не мог, пока парень не повернулся, давая яркому свету софитов стечь по скулам, оттенив черную подводку и блестящие от слюны губы. И Дин вспомнил. *** Дин старался не думать о том, что их с отцом бросили. Сначала мать, которая оказалась слабой и не смогла вынести ту ответственность, которую на нее возложил Джон. Мэри не могла жить в постоянном страхе, что муж погибнет в бандитской перестрелке или на задании, поэтому и ушла. Развелась и уехала, забыв совершенно о прошлой жизни, в которой у нее был супруг и дети. Она даже не попрощалась, написала сухую записку, где просила не искать, и исчезла. Это больно ранило всех Винчестеров, но маленького Сэма, кажется, сильнее всех. Он замкнулся, перестал реагировать на что бы то ни было, и только Дину иногда удавалось его растормошить. Ненадолго, правда, но даже эти несколько минут становились чем-то, что давало надежду — Сэм сможет справиться. Увы, но он не смог. Если раньше маленькому Сэмми нравилось учиться, делать успехи, то после ухода матери его будто выключили, и даже у Дина не получалось зажечь в брате огонь желания жить. Поэтому, когда в семнадцать сбежал Сэм, хотя по факту сбежал он гораздо раньше — в себя, на улицу, куда угодно, подальше от дома и поселившейся в нем пустоты, — ни Джон, ни Дин не стали его искать. Отец не искал, потому что не видел смысла возвращать того, кто был для него пропавшим и порочащим имя добропорядочных офицеров Винчестеров. Дин не искал, потому что в это время учился в академии на предпоследнем курсе и не имел возможности. Подвести отца он не смог бы. Он обещал ему. А Сэм... он одумается. И вернется. *** А сейчас повзрослевший, изменившийся Сэм сидел и наслаждался тщательно спланированным хаосом вокруг себя. Дин не помнил его таким — довольным, развлекающимся рассматриванием того, что происходило рядом. Этот Сэм был другим: ленивым, грациозным хищником, присматривающимся к своей жертве, готовящимся начать охоту в любой подходящий момент. Дин сглотнул вязкую слюну и переступил с ноги на ногу. Он не признавался никому, что скучал, что сбивал костяшки в кровь, коря себя за малодушие и трусость. — Дин, не тормози, — раздался отрезвляющий женский голос в наушнике, — двигайся и ищи пути для выполнения поставленной задачи. Дин лишь фыркнул и сделал несколько шагов в сторону, оказываясь в поле зрения брата. Скрываться не было смысла — очень скоро его присутствие и так стало бы явью, — а пытаться обмануть и оттянуть время встречи с братом? Сумасшествие чистой воды. Дин увидел, в какой момент Сэм узнал его, понял, кто стоит, лениво прислонившись к светлой колонне. Надо отметить, что на лице этого Сэма не было ничего кроме показательно выверенного удивления, смешанного с недоверием. Дин приподнял руку и легко перебрал пальцами насквозь пропитанный сигаретным дымом и алкогольными парами воздух в приветственном жесте. Такой наглости Сэм не стерпел — поднялся на ноги, успокаивающе махнул стоявшим где-то цепным псам Люцифера и размашистой поступью направился в сторону тяжелых темно-бордовых портьер, скрывающих сцену. Дин вспомнил планы клуба и предположил, что Сэм решил вывести его к одному из черных ходов «Преисподней». Поддавшись собственной интуиции, Дин уверенно зашагал за братом, по пути отталкивая от себя многочисленные руки, пытающиеся его задержать. Кто же знал, что Сэм все-таки не забыл о навыках, вбитых в голову отцом? *** Когда Дина вжали мордой в кирпичную стену, он понял: Сэм нехило вытянулся и подкачался за те несколько лет, что они не виделись. — Сэм, эй, полегче, — проезжаясь щекой по кирпичной кладке, попросил Дин. — Зачем ты здесь? — спросил Сэм, еще крепче вжимая брата в стену, только уже своим телом. — Вы с отцом не вспоминали обо мне пять лет. Сейчас что изменилось? Вспыхнули чувства? Отец сгинул, и тебе теперь одиноко? Что происходит, Дин? — Пусти, — зашипел Дин, — нам нужно поговорить! — Говори, я тебе мешаю что ли, — фыркнул Сэм и провел носом по кромке волос возле уха, наткнувшись на наушник. — Вот оно что. Ты на задании. И как же я сразу не догадался? — Действительно. Ты же стал таким умным, братишка. Вот удивляюсь, как ты сразу не понял, зачем я здесь. — А вот провоцировать меня нехорошо, — рыкнул Сэм, пальцами уже расправляясь с застежкой джинсов Дина, — помнишь, как ты пытался помочь мне? Помнишь, как плевал на запреты отца и все равно пытался меня вытащить? Так вот, Дин, что я тебе скажу. Не стоило останавливаться на полпути. Дин дернулся и непроизвольно застонал, когда Сэм сильнее вывернул его руки, вытягивая наушник и растаптывая его в пластиковое крошево. — Сэм! — Что такое? Я думал, что ты всегда и ко всему готов. Ты же у нас бравый офицер полиции! Страж правопорядка. А хочешь, я сейчас тебя выебу? Тебе же смелости тогда не хватило, как я тебя ни просил и ни умолял. Я смогу, Дин. Если ты думаешь, что я забыл про вас с отцом, то ты заблуждаешься. По каналам Люци было легко за вами следить. Так вот, Дин. Давай-ка я тебе напомню о наших братских отношениях. Ответа Сэм не услышал, потому что слова потонули в похотливом стоне Дина, ведь пальцы Сэма уже прикоснулись к входу и начали легко его массировать. Господи, когда Дин в последний раз подставлялся? Год? Два назад? Дин распластался по стене сам, раскрылся перед братом, вертел нетерпеливо задницей. Потому что Сэм был прав в одном — тогда Дин струсил, не решился переступить черту, о чем впоследствии сильно жалел. Возможно, физический контакт помог бы удержать Сэма рядом, не столкнул бы его в ту пропасть, в которую он сбежал от предательства своей семьи. Сплюнув между ягодиц и растерев слюну, Сэм вошел в Дина сразу двумя пальцами, заставив того взвиться и зашипеть сквозь зубы. — Полегче! — прошипел Дин, за что и получил шлепок по заднице. — Сэм! Добавив еще слюны, Сэм продолжил растрахивать брата под себя, наслаждаясь его бессвязным постаныванием и хрипом. У самого уже стояло до боли, кровь толчками пульсировала в члене, но следовало хотя бы немного подождать, так и порвать Дина недолго. — Сэм, — голос Дина захрипел, а пальцы заскребли по темному кирпичу. — Сэм, пожалуйста! Хватит дразниться! Трахни меня! Дин повернул голову и обжег темным, возбужденным взглядом Сэма. Выругавшись, Сэм нашел в кармане презерватив и, натянув его на член, толкнулся в жаркую тесноту. Желание двигаться прострелило острой вспышкой где-то внизу живота, и Сэм застонал, сдерживаясь изо всех сил. — Ох, черт!.. — рыкнул Дин и стиснул зубы. — Двигайся, Сэм! Сэм ухмыльнулся, крепко сжал талию и, прихватывая губы брата поцелуем, начал двигаться. Наверное, в этом и был весь кайф — запрет, страсть, злость. В них обоих все это было в избытке. Сэм увеличил темп, чувствуя, что кончит непозволительно быстро, так как Дин был таким узким, таким горячим, что исчезала окружающая реальность. Пробежав пальцами по шершавой щеке, Сэм опустил руку ниже, обхватывая член брата ладонью и начиная дрочить. — Дьявол! — выкрикнул Дин, заливая руку спермой, а Сэма выгнуло оргазмом, да таким, что он вцепился зубами в шею брата, оставляя свой след. *** Сингер не верил своим глазам, когда в его руках оказалась флешка с компроматом на Люцифера. Дин молчал, изучая ленты жалюзи на окне, пока Эллен докладывала о блестяще проведенной операции. Все это было грандиозной ложью, придуманной в кратчайшие сроки. А главное потрясение для капитана было еще впереди. — Я не подпишу это! — возразил он, когда увидел заявление по собственному желанию от Дина. — Даже не проси! После так удачно завершенного дела? Ни за что! — Я все равно уйду, капитан, — отвечал Дин и нетерпеливо взглянул на наручные часы. — Потому что нужно уходить на пике. Сейчас самое время. — Но твой отец... — Мой отец может делать что хочет. Я устал. Это все не для меня. До свидания, капитан. Дину было куда спешить — вещи были уже собраны, а возле департамента ждал Сэм, чтобы увезти его так далеко, как только возможно. Чтобы их не смог никто найти. Даже собственный отец.