Школа сумасшедшего режима

Понимание того, что его в скором времени найдут вряд ли, а воздух не бесконечный, заставило Иккинга спокойно присесть на пол и не делать резких движений. Стараясь реже поглощать О2, который был жизненно необходим, парень провел рукой по волосам и вздохнул. В такие ситуации он попадал не часто. Если честно, то это первый раз, когда он оказался в плену у стальной коробки, огромного ящика, который сейчас упорно не хотел двигаться с места. Прошло около часа, может меньше, прежде чем состояние лифта заметила вахтер, которая что-то прокричала и ушла. Наверняка, направилась вызывать вечно отдыхающего рабочего, чтобы тот все починил. Прошло еще немного времени, но никто так и не пришел. Учитель физики старался думать о чем угодно, но в голову упрямо лезли мысли о тех, кто не дождался освобождения. Воображение услужливо подсунула, как ремонтники открывают двери и находят скелет, предположительно человека, который одет в лохмотья коричневого костюма и с бабочкой на шее. Да, уж, это было слишком, но, а если и правда его не найдут? Стоп, нельзя было сейчас об этом думать. И как он докатился до жизни такой? Еще вчера был вполне удачливым, строил планы и знакомился с новыми людьми, а сейчас практически замурован в этом ящике. Был бы он легковерным, то списал бы все на порчу или какое-то проклятие, но Хэддок в мистику не верил. Бывает же, что полосы в жизни меняются : с черной на белую, и наоборот. Если следовать этой теории, то получается, что в скором времени у него все будет просто замечательно, что не могло не радовать. Хотя, кто знает, насколько длинна эта полоса. Или это белая? Неслучайностей не бывает, так что этот эпизод в будущем может заслужить ему вполне хорошую службу. Когда лифт тряхнуло, парень, чтобы отвлечься, думал о бренности бытия, мечтая совершить великое событие в истории физики, или химии. Может, изобрести почти вечный двигатель? Или попробовать что-нибудь попроще, например поэкспериментировать с мутагеном? Но тут свет снова включился, и коробка с одним пассажиром двинулась вниз. Вознеся хвалу всем известным богам, Иккинг вскочил на ноги и поправил воротник рубашки, заодно вернув на место и бабочку. Единственное, что могло ему сейчас испортить настроение - повторная остановка лифта. Это был бы перебор для одного дня. Едва двери открылись, парень увидел двух знакомых ему людей : вахтера, миссис Шонну Вудкарве, и его коллегу, рыжую учительницу итальянского. Как ее зовут? Странно, ведь обычно он обладал феноменальной памятью. Почти. Но забыть эти яркие волосы, которые кудрявой волной спускались вниз, и усмешку на потрескавшихся губах было сложно. - Со спасением, - насмешливо проговорила девушка и повернулась к вахтеру. - Я пойду тогда? - Конечно, Мерида, - кивнула дама. - Спасибо за помощь. - Да без проблем, - сверкнула улыбкой рыжая. Повернувшись к лестнице, она бодро зашагала, ни разу не обернувшись. Ее нельзя было с полной уверенностью назвать красивой, но в ней явно чувствовалась нотка твердости и уверенности. Такие не могут не привлекать. Между тем вахтер извинялась за задержку, говорила что-то о том, что работник ушел в отставку, но «Меридочка», проникнувшись ситуацией, позвонила знакомым, у которых оказались просто золотые руки. Правда, это могло быть просто из-за того, что девушка и сама очень часто пользовалась лифтом, а поломка могла разрушить ее планы. Не будешь же часто бегать по лестнице с одного этажа, на другой. Однако, парня мало интересовали интересы коллеги, ведь после такого заточения ему очень хотелось есть. Ближайшим местом перекуса была столовая, но она обычно закрыта в это время, так что нужно было ехать домой. К тому же первая смена закончилась, а во второй у него занятий не было. Раскланявшись с Вудкарве, Хэддок бодро пошел по лестнице и начал спускаться вниз. Его куртка сейчас мирно висела в гардеробной, ожидая хозяина, а под ней висел пакет, в котором хранилась сменная обувь. Тех.служащая, миссис Мод, всегда бранилась, если по школе ходили в уличной обуви. Что ж поделать, если она была строгой и обожала чистоту. За окном солнце стояло в зените, но светлые лучи не грели, будто просто дразнясь. Как же Иккинг не любил это время года, предпочитая весну или, на крайний случай, осень. Но не холодную зиму. Утешало лишь то, что через несколько недель будет Рождество, великий и волшебный праздник, который он всегда проводил с семьей. Отец всегда наряжал дом и зеленую ель, которая росла дома в большом горшке. Семья Хэддоков была против любых форм убийства, поэтому пушистую ель выращивали сами, постоянно покупая ей удобрения и прочие штуки. Парень в этом не разбирался, предоставляя эту возможность матери, добрейшей женщине, которая замечательно готовила оливье. Сколько еды она готовила за каких-то полдня! Это всегда казалось особой магией, которой владеет весь прекрасный пол галактики. И, конечно же, подарки. Пусть всей троице было много лет, но каждый ложил под ель подарки своим близким, а утром они открывались и вызывали полнейшее счастье. Да, чудесный праздник, из-за которого можно полюбить холодную зиму. В небольшом холле перед дверью в гардероб царил полный бардак. Ученики галдели, пытались пробраться в заветную комнату первей, создавая такое явление, которое на дороге назвали бы «пробкой». В самом конце, переговариваясь, стояли три девушки, которые были учителями. Одну из них, блондинистую Рапунцель Корону, знали все. Пару раз Хэддок с ней разговаривал и остался доволен. Она словно заряжала всех своей позитивной энергией и давала надежду. Второй была рыжеволосая Мерида, которая сегодня сыграла роль феи-крестной и спасла его из цепких стен железной коробки. Третья была ему совершенно не знакома. Парень не любил заводить новых друзей среди коллектива, поэтому просто делал свою работу, сдавал деньги, когда у кого-то было день рождения, и был совершенно счастлив. Исключением была Рапунцель, но с ней было невозможно не дружить. Когда очередь начала иссякать, Иккинг медленно оказался у самого входа, а за его спиной о чем-то шептались три подруги, которые немного притормозили, предпочитая пропускать остальных. Конечно, многие бы прошли вперед, но ведь физик был в глубине души джентльменом, так что посторонился, жестом показывая, что он пропускает коллег. Девушки переглянулись и, улыбнувшись, прошли вперед. Видимо, такое случалось в их жизни и не редко, но и не часто. Когда же он сам оказался в недрах гардеробной, то без проблем нашел свою куртку и сел на небольшую скамейку переобуваться. Где-то сзади, за тонкой перегородкой, где стояла еще одна вешалка, послышался знакомый голос Короны, которая о чем-то разговаривала со своими подругами. Они тоже принимали участие в беседе, но чаще всего это делала рыжая. Хотя, по голосу было определить не так легко. - И все равно, я вам ничего не скажу! - внезапно громче остальных произнесла третья девушка, которая предпочитала молчать. - Зато я все знаю, - судя по звуку, Мерида ее подтолкнула и рассмеялась. - Думаешь, по тебе не заметно было? - Заткнись, Данброх! - почти прорычала незнакомка. - Надеюсь, у тебя хватит ума молчать? - Но почему одна я ничего не знаю? - возмутилась Рапунцель. - Уж я-то точно промолчу. После этих слов послышался неразборчивый шепот, а затем смешок и чье-то хихиканье. - Да пошли вы все к Аиду! - бросила третья, после чего послышались торопливые шаги и звук застегиваемой молнии. Подруги пошли за ней, что-то говоря, но Иккинг их уже не расслышал. Натянув на ногу второй ботинок, он пригладил взъерошенные волосы и направился к выходу, по пути ища в карманах ключи от машины. Ее подарил отец, когда обучение в университете закончилось. Хорошая, уютная, хоть и не очень дорогая. Правда, совесть не позволила спокойно позволить родителям купить ему средство передвижения, ведь в семье с деньгами было не очень, поэтому половину своей зарплаты он отдавал им, незаметно подсовывая в кошельки, а на треть остальных дарил родным недорогие, но чудесные подарки. А еще парень копил на собственную квартиру. Ему нравилось жить с родителями, но в скором времени ему нужно будет завести свою семью, а куда он приведет избранницу? Выйдя на морозный воздух, Хэддок глубоко вдохнул, чувствуя, как крошечные иголочки колют изнутри. Подтаявшие сосульки на крышах монотонно капали, снег тоже начинал сдавать свои позиции, но ветер полностью все компенсировал, налетая и воя, словно безумный зверь. Одно лишь солнце оставалось постоянно холодным. До парковки оставалось немного, когда Иккинг увидел все ту же троицу. Рыжеволосая что-то объясняла подругам, прислонившись к двери малиновой Ауди и постоянно жестикулируя. Парень не понял зачем и для чего, но он внезапно подошел ближе и обратился к Мериде : - Вам помочь? Коллега обернулась к нему и, увидев, кто перед ней, загадочно улыбнулась. Рапунцель хихикнула, но постаралась сделать серьезное лицо, что было на нее немного похоже. - Да. Понимаете, моей подруге нужно сейчас попасть в торговый центр, но я не смогу ее подвезти, потому что... еду на заправку. Вы не могли бы ее подбросить? Она смотрела так жалобно, да и к тому же помогла ему сегодня. Ну как отказать в такой ситуации? - Конечно. Рыжая повернулась к незнакомке и, улыбнувшись еще шире, произнесла : - Карета подана! Светловолосая девушка бросила на подругу яростный взгляд и, недвусмысленно погрозив кулаком, пошла вслед за Хэддоком, все так же молча. Изредко посматривая на него из-под пушистых ресниц, она тут же выбирала другой объект для исследования, если попадалась, но стоило физику отвернуться, как все начиналось сначала. Дойдя до нужной машины, она остановилась и выжидательно взглянула на коллегу. Тот немного удивился, потому что о марке и цвете автомобиля знали немногие. Как же она безошибочно ее нашла? Странная она, эта блондинка в голубой куртке. Хотя, может, они когда-то встречались? Открыв дверь, Хэддок помог пассажирке сесть в салон, после чего занял водительское сидение и повернул ключ в замке зажигания. Двигатель заработал, но водитель предпочитал прежде прогреть машину и включил местное радио. Женский голос фальшиво запел о лютиках и разлуке, что совсем не вписывалось в картину. Коллега продолжала молчать, пряча нос в воротнике куртки. От нее исходил тонкий аромат мяты, такой же морозный, что и погода за окном. - А вам в какой именно центр? - кашлянув, спросил парень. - В тот, что на Малой Бретской. Физик кивнул, вспомнив дорогу к нужному месту. Это было сравнительно недалеко, да и к тому же, по соседству находилась чудесная кондитерская, в которой цены, на удивление, не кусались. Что ж, маршрут его вполне устраивал. Решив, что автомобиль достаточно прогрелся, он нажал на педаль газа и плавно поехал вперед. - Я Иккинг Хэддок, кстати. А вы? - Астрид Хофферсон. Краем глаза, парень заметил, как в ее взгляде промелькнула старательно скрытая боль. Черт, может ей в больницу нужно? Мало ли... - И по какому предмету? - для поддержания разговора спросил Хэддок. - Химия. - А я... - Физика, - перебила его девушка и слегка улыбнулась. Это слегка удивило Иккинга. Странно, когда человек знает тебя, а ты его нет. Хотя, ей мог сообщить кто-то из школы. Или посмотрела в классном журнале. Единственное достойное объяснение. Астрид сообразила, что что-то не так и тут же отвернулась к холодному стеклу, стирая даже малейший намек на улыбку. Черт, и как она могла забыть, что лично они не знакомы? Песня про лютики кончилась, оступив место вою о «сердце в осколках». Да они издеваются, что ли? Автомобиль мягко ехал вперед, увозя двоих пассажиров все дальше от школы. Разговор не ладился, да и о чем говорть? Об оценках и домашних заданиях? Или погоде, пташках, дурацких песнях? Нет, не получится. Это было бы слишком глупо и напыщенно. Когда они припарковались у торгового центра, Хофферсон тихо поблагодарила за помощь и аккуратно выбралась наружу, не забывая прихватить сумку. Сейчас она выглядела довольно мило : теплые голубые глаза, чуть въющиеся светлые волосы и голубая теплая куртка с искусственным мехом на капюшоне. И румянец на щеках. Улыбнувшись в последний раз, она повернулась к центру и вошла в стеклянные двери. Мда, что-то с ним сегодня точно не то. Стараясь не обращать внимания на запах мяты, витавший в салоне, парень вышел из машины, включил сигнализацию и начал переходить через дорогу. Кондитерская «Уэльс» встретила его своим радушием и запахом горячего шоколада. Решив, что нужно будет почаще сюда приходить, Иккинг улыбнулся продавщице и начал выбирать сладости. Кажется, мама любит бизе с заварным кремом.