Универ

Саске и выпрямился и развернулся ровно на педагога. — Я Вас слушаю… — невероятно спокойно сказал Учиха. Юми ещё никогда не слышала, чтобы его голос звучал так ровно. Шатенка, на мгновение замерев, осторожно, почти не шевелясь, перевела взгляд на одногруппника. «Одна есть…» — мысленно ухмыльнулся Орочимару. — Ох, ну что же так… это Я Вас слушаю, — немного строже сказал педагог, сделав акцент на «я», — наверняка у вас, — окинул взглядом «парочку», — происходит что-то по-настоящему интересное, раз это так отвлекает от учебы. Часть студентов, поудобнее усевшись, принялись с интересом наблюдать за ситуацией, ожидая, когда начнется накал страстей… «Обычные зрители», — отмахнулся от них Орочимару. Другая же часть студентов показалась педагогу только что появившимися на свет головастиками. Их действия были разнородны, и у них сложно было сразу «прочитать» причастность к «многоугольнику». Харуно, сделав вид, что увлечена перечитыванием конспекта, осторожно заправила прядь за ухо, желая не пропустить ни слова. Губ Орочимару коснулась странная ухмылка… Узумаки нахмурился и отвернул голову ко входу. — Ага, — как бы нехотя отозвался Саске. Педагог сдержал свой порыв вскинуть брови от легкого удивления. Орочимару ждал другой реакции от Учихи, но, видимо, парень оказался не так прост… — Позволите узнать? Всё-таки у нас занятие по психологи, — развел руками мужчина, а после снова окинул взглядом тех студентов, чья «причастность» оказывалась ещё под вопросом. — Бля… — шепотом выругался Канкуро, а после удобно устроил кулак под своей щекой, — давайте ещё начнем обсуждать с кем спала Сакура, засветло отсюда не выберемся, — пробубнил тот, на что Неджи лишь гоготнул. — Кажется, она на меня злится, я не могу понять за что, а она не говорит, — без лишней эмоции произнес студент, как бы предоставляя ту задачу Орочимару, которую тот не надеялся получить. Губ Харуно коснулась довольная ухмылка, а вот Узумаки продолжал сидеть не шевелясь. Исикава, поняв, что Учиха решил «обсудить» этот вопрос при всех, от изумления открыла рот, наконец-то развернувшись к Саске, а потом лишь одними губами произнесла: «Ты чё, охирел?» Неджи, услышав слова Учихи, напрягся и с подозрением перевел взгляд на верхние ряды. — Девушки никогда просто так не злятся. Правда ведь? — обратился педагог к женской половине аудитории, на что те тут же закивали. По помещению пробежалось эхо: «Да». — Конечно! Никогда мы просто так не злимся, — вставила свои «пять копеек» Карин, стараясь перевести всё внимание на себя. «Ох, эта особа способна утомить кого угодно», — про себя усмехнулся Орочимару, а затем вернулся к «своим объектам». — Юная леди, наверняка Ваши эмоции обоснованы… — Да уж… — сквозь зубы процедила Юми, сверля взглядом Учиху, — обоснованы… Теперь брюнет и шатенка попросту поменялись ролями. — Если это не является очень личным, могли бы назвать причину, по которой Вы злитесь? Я надеюсь, что смогу помочь… — это было немного странно, но с Юми ему не хотелось играть. Он старался быть с ней более обходительным. Ведь наметанный взгляд тут же признал в Исикаве закомплексованный оголенный нерв. Юми молчала, словно боролась с собой: говорить или нет? А может просто отвесить подзатыльник Саске? А может сказать на всю аудиторию, что он водит шлюх в «их» кафе? Или лучше солгать? Пауза, что так непроизвольно была удержана Юми, начинала всех напрягать… — Да какая разница? — грубо спросил Узумаки, — наверняка он просто бесит её, а Вы тут устроили сеанс психотерапии! — не взглянув наверх, выкрикнул Наруто. Сакура вопросительно уставилась на своего парня, не понимая, что это на него нашло… Учиха же гневно сверкнул своими чёрными глазами в сторону блондина, но и слова не сказал. Исикава мимолетно перевела взгляд на Наруто, словно захотев что-то сказать, но, в молчании приоткрыв губы на секунду, крепко их сжала. «Неужели это в самом деле будет окончанием нашей сделки?» — испугалась Юми, — просто… — Исикава смотрела лишь на светлую макушку Наруто, в то время как Учиха продолжать буравить только ему видимую точку перед собой, — я… «Прости, но мне правда любопытно, сколько из вас находятся в этой паутине», — мысленно произнес Орочимару. «Ну вот что ты? А, Юми? Что ты?! — вел беседу сам с собой Саске, сохраняя внешнее хладнокровие, — что ты? Что мог такого ляпнуть Сасори? Что?! — не унимался тот, — что я не сказал тебе о пригласительных?! Не передал Мадаре твои комплименты, после того, как ты съела его «божественные кексы»? Что я гулял с Са… — тёмные глаза задрожали, а брови подскочили высоко на лоб, — нет… — сердце Учихи буквально ушло в пятки, — Сасори ведь не знал этого! Не знал!» Орочимару едва склонил голову на бок, заметив странную реакцию Саске. — Юная леди, — окликнул Исикаву мужчина, так и не дав ей закончить предложение, — кажется, что Ваш друг понял причину, по которой Вы злитесь… — Что? — скривилась шатенка, посмотрев на Орочимару. — На него, нужно смотреть на него, — кивнул головой педагог, но Юми не желала этого делать. — Да как он мог понять? — голос, как по щелчку пальцев, вдруг стал таким звонким и легким, — я Вас умоляю, этот шкед, — Юми указала на него большим пальцем правой руки, — Вы представляете! — театрально возмутилась Исикава, — он забрал последнюю добавку маршмеллоу к какао! По аудитории мгновенно пронеслись звуки, похожие на «А-а-а», «Ах, «Ц», «Бля». Сакура, почувствовав, какой театр абсурда начинает вытворять Исикава, не в силах больше сдерживаться, развернулась вполоборота и устремила свой недовольный взгляд наверх. Учиха, занеся над собой Дамоклов меч, резко остолбенел и в недоумении посмотрел на одногруппницу: «Маршмеллоу?!» — Блин, чё за херня? — поскулил один из студентов. — Я ожидал чего-то поинтереснее, — добавил другой. — Придурки, блять, — влез Канкуро, — здесь Колизей что ли?! — Эй, тише, — пихнул друга под ребра Неджи. — Саске, ты правда забрал последние маршмеллоу? — жалобно спросила Карин. — Я… — Учиха только открыл рот, как Юми его перебила. — Да! Но это не просто маршмеллоу, а цветные и в форме единорогов, — скрестив руки на груди и опустив голову, Исикава сделала вид, что «надулась» от обиды. — Саске, ты чё такой изверг? — вступилась за Юми одна из девушек, а после… уже добрая женская часть выступала на стороне шатенки. Орочимару захотел «поиграть» с разумом Учихи, а в итоге получил провинциальный амфитеатр. И пусть для студентов это выглядело лишь капризом со стороны Юми, мужчина всё-таки нашел всех, кто причастен к «многоугольнику», а кроме того понял, что угол, в котором находится Исикава, раздроблен и кровоточит. Мужчина пребывал в задумчивости немного больше, чем нужно, и, «вернувшись в реальность», увидел, что аудитория разделилась на два лагеря: те, кто выступает в защиту Саске, те, кто выступает против, а вот участники «многоугольника» решили не принимать ни чью сторону. Студенты так активно доказывали свои позиции, что Орочимару невольно рассмеялся: «Юная леди… мало того, что солгала, устроила хаос, так ещё сама и не участвует!» — Довольно, — мелодичное шипение пронеслось по аудитории. Карин, услышав голос, от которого у неё буквально сносило крышу, тут же развернулась на педагога и устремила на него свой влюбленный взгляд. — Ну, вот так благодаря Саске Учиха и Юми Исикава мы постепенно подошли к теме «Теория социальной идентичности», — сохраняя улыбку на губах, говорил Орочимару, — пожалуй, включу её в экзаменационные вопросы… — Блять… — закатив глаза, взвыл Канкуро. Пара продлилась дольше, чем в самом начале обещал педагог, а кроме того, после «лекции» Орочимару предоставил студентам выбрать одну из трех возможных дат сдачи его экзамена. Исикава стояла с листком в руке, на котором нужно просто было выбрать время и поставить фамилию, но мыслями Юми до сих пор была с Наруто. «Я не хочу этого делать, не хочу этого делать… не хочу соглашаться», — сокрушалась шатенка. — Юми, всё в порядке? — спросил Орочимару, прекрасно зная ответ на свой вопрос. — А? — дернулась та, — да, просто… — замешкалась она, — просто не могу выбрать время. — Правда? А мне кажется, что выбор Вы уже сделали, — вкрадчиво начал Орочимару, — вот только решиться не можете… — шепотом закончил тот. Это змеиное эхо заставило мурашки табуном пробежаться по спине студентки. Создалось такое чувство, что преподаватель говорит вовсе не об экзамене… — Я… — Исикава немного нахмурилась. — Юми! — девушка развернулась и увидела у дверей Саске и Неджи. Орочимару довольно улыбнулся, а потом медленно вытащил из рук Исикавы листок. — Но я ещё не… — опомнилась Исикава. — Юми, можете прийти ко мне в любой из предложенных дней без предварительной записи. — Да я выбрала! — возмущенно прикрикнула Исикава. — Это я уже слышал. Как только решитесь, приходите, — уголками губ улыбнулся Орочимару, — и помните, ни парни, ни девушки мысли читать не умеют. — А? — Юми, не осознавая, к чему клонит педагог, приподняла одну бровь. — Ваш друг, Саске, — спокойно говорил мужчина, — если злитесь на него, назовите ему причину. Всё-таки он не телепат, — Орочимару собрал все листочки и аккуратно положил их на край стола, — всего доброго, — завершил диалог преподаватель. Студенты в этот день освободились ближе к четырем, а всё из-за того, что нужно было сдавать долги перед сессией. Получив на сегодняшний день последнюю нужную «галочку», Исикава, ругаясь под нос, спешно вылетела из аудитории. Юми быстро понеслась в уборную, чтобы подправить прическу и макияж перед тем, как направиться на встречу к Тобираме. Саске же, как назло, ещё задержал педагог. Отчитавшись по полной, Учиха был уверен, что сейчас заберет Юми и в машине они смогут нормально поговорить о том, что вообще за кошмар между ними творится весь день! Вот только у Исикавы были совершенно другие планы… Студент ходил по этажу и взглядом искал свою одногруппницу: «И куда она подевалась?» — рассуждал тот, без конца поворачивая голову то вправо, то влево, наслаждаясь тем, как его прядки то взлетают, то опускаются на лоб и виски, но никак при этом не лезут в глаза. Парень обошел второй этаж и направился на первый, как услышал разговор на повышенных тонах прямо за поворотом коридора. Учиха тут же прижался к стенке и навострил свои ушки. «Тебе-то сплетни на кой-черт сдались?» — спросил внутренний голос. — Ну чего ты бесишься? — от этого голоска по телу Учихи пробежала легкая дрожь, он точно знал, что это Сакура. — Да я не бешусь! — вспылил парень. Саске слегка свёл брови на переносице: «Узумаки…» — Я просто прошу тебя понять, — вздохнул тот, — ну не успею я тебя отвезти. Мне к этому козлу надо! — снова начинал разгораться блондин, — ты можешь поехать на автобусе или… ну хочешь я вызову тебе такси?! — Да… ц… — шумно вздохнула девушка, — не хочу я ничего уже! — немного пискляво прозвучали слова, — я просто попросила тебя подвезти, а ты… — обиженно начала та. — Ну вот что я? Что я?! — не выдерживал студент. Он не хотел обижать свою девушку, просто… последнее время блондин жутко выматывается, стараясь угодить Фукаку, отчего сил и терпения на Сакуру попросту не хватает. — Ничего! — фыркнула та, после чего Учиха услышал нервные шаги и заметил тень, что приближалась к повороту. Студент быстро стал искать место, куда бы спрятаться, и не нашел ничего лучше, как повернуться лицом к стене и сделать вид, что он копается в телефоне. Вот только, даже если бы Саске встал по центру этажа и стал размахивать руками, Сакура бы всё равно его не заметила, ведь внутри ярость полыхала обжигающим огнем, искры которого опасно мелькали в зелёных глазах. Исикава, пересекая второй этаж, взглянула на часы, что висели у центральной аудитории: «Ну на фига надо было соглашаться на половину пятого?! — только начала возмущаться студентка, как в момент успокоилась, — ох… Тобирама, Тобирама, ты ведь так любишь работать до восьми… — злорадная улыбка появилась на лице, — подождешь!» Саске стоял в ожидании Юми, нервно постукивая ногой по асфальту. Двери университета резко открылись, и из здания выскочила недовольная Сакура. Студентка что-то искала в своей сумочке прямо на ходу, не замечая прохожих. Учиха неотрывно смотрел на девушку и сам не понял, как «кто-то другой» его голосом крикнул… — Тебя подвезти? Харуно резко затормозила, прекратив копошиться в сумочке, а потом с неким возмущением посмотрела на Учиху. — Ты хочешь меня подвезти? — приподняв одну бровь, немного резко спросила студентка, не успокоившись после разговора с Узумаки. Учиха замер. Тело не желало двигаться, а лёгкие словно набились цементом, отчего грудная клетка потяжелела мгновенно и простой вдох казался мукой. — Ой… — Харуно вдруг изменилась в лице, — это не ты что ли мне крикнул? — девушка принялась рассматривать других студентов в поисках «того самого». Саске пришлось сделать неимоверное усилие над собой, чтобы проглотить огромный ком, что так не вовремя застрял в пересохшем горле, и дать ответ. — Я, — снова «кто-то другой» ответил самоуверенно голосом Саске. И после этого Учиха почувствовал, как тело его в момент расслабилось. Вдох и выдох не сопровождались мукой, грудная клетка свободно поднималась и опускалась, а в темных глазах, неосознанно, сверкнула излишняя амбициозность. — Ты? — с усмешкой спросила Харуно, а затем изящной походкой подошла к парню, — на автобусе что ли? — Сакура, находясь всё ещё в обиде на Узумаки, не смогла сдержать свою язвительность. — Пока у меня права только на Lexus, — в той же манере продолжил Саске, а потом, сунув руку в карман джинс, достал оттуда ключи от машины. Язвительность улетучилась на глазах. Лицо девушки вытянулось от изумления, а очаровательные зелёные глаза распахнулись и, кажется, стали размером с шарик для пинг понга. «У него есть Lexus?!» — сама у себя спросила Сакура, ведь в тот раз, когда они расставались после прогулки, Саске вызвал девушке такси. — Ну так… — Учиха пожал плечами, — подвезти или побежишь на автобус? — высокомерность проскользнула в вопросе, словно он владеет не просто автомобилем, а целым предприятием по производству машин. — Раз уж ты так просишь… — мягко ответила девушка, кокетливо улыбнувшись. — Пойдем, — Учиха кивнул «за себя», а после развернулся и зашагал вперед. Саске будто находился под действием гипноза. Он не узнавал себя. Откуда взялась эта зашкаливающая самоуверенность? Откуда напускная высокомерность? Откуда всё это? И если в прошлую их встречу Учиха пытался сделать всё, чтобы идти с Сакурой «нога в ногу», то сейчас он специально шел впереди, будто хозяин с достатком, что показал дворняге булочку, за которой та непременно побежала. Харуно, увидев машину, улыбнулась лишь уголками губ, многозначно хмыкнув, говоря этим, что да, впечатляет, но она ожидала большего. — Садись, — спокойно сказал брюнет, открыв заднюю дверь пассажирского сидения. — А… — Сакура немного опешила, — время, когда леди сидели на заднем сидении прошло, — вкрадчиво проговорила Харуно, а потом как бы невзначай скрыла улыбку в ворот куртки. Юноша смотрел на студентку ровно несколько секунд, будто обдумывая её слова. — Там Юми сидит, — как само собой разумеющееся произнес Учиха, а затем кивнул на открытую дверь. По самолюбию Сакуры будто полоснули острой бритвой. Она чудом сдержала себя, когда возмущение внутри закипело по-новому: «Эту…» — стиснула зубы девушка. — Как скажешь… — натянуто улыбнулась Харуно, а после села в машину. Саке завел мотор и подъехал ближе к университету: «Хоть бы она не убежала», — теплилась надежда внутри. Учиха вышел из машины и поспешил к зданию. Харуно сидела на заднем сидении, закинув ногу на ногу и сложив руки на груди. Свои манящие губки девушка со злости сжала так сильно, что их и вовсе не было заметно, а вместо чарующего взгляда появился недобрый прищур. «Юми… Юми… если ты думаешь, что сможешь меня обогнать, то ты… глубоко ошибаешься!» — грудная клетка нагревалась от ядовитой ненависти, что с каждой секундой возрастала внутри в геометрической прогрессии. И пока Харуно проклинала Исикаву всеми возможными способами, шатенка, ни о чем не подозревая, спокойно спускалась по центральной лестнице университета. — Вот ты где! — слишком громко прикрикнул Саске, отчего Юми дернулась. — Уф… — выдохнула шатенка, а потом закатила глаза, — ну что ты ещё хочешь? — устало задала вопрос Юми. Она не была готова с ним говорить. Не сейчас. — Я… хотел тебя подвезти, — немного запнувшись, произнес юноша, от надменности и самоуверенности не осталось и следа. Студент будто забыл эти «важные качества» в машине, благополучно оставив их с Сакурой. — Не нужно, — замотала та головой, — я сейчас по делам, так что… — пожала та плечами, стараясь увести разговор от опасной темы. Исикава осторожно спустилась по оставшимся ступенькам и оказалась на расстоянии двух шагов от к Саске. — Юми, ну… — Учиха сам хотел сделать шаг навстречу, но вокруг студентки будто бы образовался незримый купол, который, словно оберегая шатенку, не подпускал к ней никого, — что? Что случилось? Ну скажи мне, почему ты на меня так сильно разозлилась? — искренне просил парень, — не было ведь никакого маршмеллоу! Исикава молчала, устремив свой взгляд в асфальт. «Что мне тебе сказать, Саске? Что?!» — закричала она внутри себя так сильно, что самой стало противно. Шатенка тут же вспомнила слова Орочимару… да, мужчина определенно был прав, но сейчас она не могла назвать причину Учихе, перед этим Исикаве предстояло разобраться с полчищем тараканов, что устроили пир в голове студентки! И потом… Саске ведь не сам это рассказал ей, это сделал Сасори. «Почему ты мне не сказал?» — повис немой вопрос в сознании шатенки. «А почему ты ему не сказала про Наруто, а?» — вступился за Учиху внутренний голос. Болотные глаза испуганно распахнулись, словно студентку поймали с поличным. «Так что нечего на него вешать свои дурацкие обвинения! — продолжал голос в её голове, — может… может… — пытался «тот» оправдать Саске, — может… короче, не твоё дело!» — возмущенно фыркнув, голос утих. — Юми, — брюнет почему-то чувствовал себя дикой кошкой, что ходит вперед-назад в маленькой закрытой клетке, переживая лишь о том, когда кто-нибудь её откроет? — Саске, — девушка осторожно подняла взгляд… Тёмные, как тайны морской глубины, глаза вмиг впились в Исикаву. По телу шатенки пробежалась волна давно забытого чувства: «Не надо… не смотри так на меня», — умоляла Исикава, чувствуя, как прошлое начинает тарабанить в запертые двери. — Нам в разные стороны, — как можно увереннее сказала шатенка, пытаясь быстро найти ещё причины, — и вообще… — чуть зажмурившись от резкой боли в голове, Юми коснулась двумя пальцами виска, — лучше меня оставить в покое на сегодня. «Всё-таки злишься… — обреченно подвел итог Учиха, — проклятый Сасори, ты ведь не мог сказать ей про Сакуру! Ты ведь этого не знал! Тогда что? Что?!» — в ту же секунду взревел внутренний голос. — Хорошо, — смирившись с ответом студентки, вздохнул юноша, — я оставлю тебя на сегодня в покое, но я всё равно прошу тебя завтра или послезавтра, или тогда, когда посчитаешь нуж… — Я поняла, — немного грубо оборвав одногруппника, сказала Исикава. — Тебя точно не нужно подкинуть до «твоих дел»? — уголком губ улыбнулся Саске, — я даже машину сюда подогнал, — Учиха неосмотрительно махнул рукой в сторону, указав на Lexus, а Исикава на автомате проследила за направлением. Гнев в мгновение горящими прутьями окутал тело девушки, когда она заметила, как Харуно, ядовито улыбаясь, махала ей, сидя в автомобиле. — Ты… — грудная клетка тут же начала быстрее подниматься и опускаться, — ты издеваешься что ли?! — Что? — вытянулся тот, — нет, я… — выкроив момент, когда призрачный купол исчез, студент оказался на шаг ближе к шатенке. — Ты думал, что я поеду с этой шкурой вместе?! — брови сильно сошлись на переносице, а верхняя губка невольно поджалась, уступив место разъяренному оскалу. — С какой шкуро… — не сразу сообразил парень, — подожди, ты… — он мотнул головой, — о Сакуре? — слегка нахмурился парень. — Ох, а у тебя там несколько шкур что ли?! — Юми скрестила руки на груди, немного наклонившись в бок и выставив бедро. — Прекрати, — холодный тон рассек воздух, словно хлыст, что разбил вдребезги бутон ненависти, зарождавшийся в груди Исикавы. Это пожирающее чувство мгновенно растеклось в груди Юми, заставив кожу ощутить температуру раскаленного металла, в носу защипало… — Ох, не переживай, — змеиным тоном заговорила студентка, — я прекращу, только потерпи, — бросила шатенка, а потом, резко развернувшись, направилась в сторону остановки, придерживая правой рукой ворот жакета: «Как жжёт…» — Ц… — Учиха только хотел сделать шаг, но словно оцепенел: «Юми…» — Саске крепко сжал кулаки. Исикава только собиралась перебежать дорогу, как услышала сигнал автомобиля. Развернувшись, Юми увидела чёрный Mitsubishi Оutlander, что стоит на расстоянии метров десяти впереди, как бы выглядывая из-за ограждения университета. Студентка по началу с подозрением смотрела на машину. У её знакомых такой точно нет, а потом… когда Юми всё-таки решила посмотреть на водителя, она увидела Наруто, что, солнечно улыбаясь, махал ей. «Ты же не пойдешь к нему?» — спросил тот самый внутренний голос, что защищал Саске. — Чёрт… — под нос прошипела Юми, а затем пошла навстречу… Узумаки опустил окно, как только Исикава оказалась рядом с машиной. — Ты куда? — с милой улыбкой поинтересовался Наруто. — В «Конохагакурэ», — сухо ответила Юми. — Запрыгивай, подвезу, — кивнул головой блондин на соседнее сидение, — я как раз к Фугаку. Почему-то к голосу, защищавшему Саске, добавилась и совесть: «Да, давай, ага… сядь к нему в машину, ага-ага… нам же этого как раз и не хватает». «Пусть садится, — проснулась гордость, — садись говорят!» Исикава, не оказывая никакого сопротивления, спокойно села в машину. — Новая? — без интереса спросила Юми. — Ну да, — Узумаки что-то набирал на телефоне, — сейчас, буквально секунду, и поедем. — Ага… Исикава только пристегнула ремень безопасности, как пальцы будто ошпарило. Юми закатила глаза, вспомнив сегодняшнее утро. «Долбанный понедельник, мать его! Что ещё может случиться, а?! Вот что?! Какая херня произойдет, ну?!» — Юми, поерзав немного на сидении, непроизвольно перевела взгляд вперед. С губ сорвался лишь лёгкий «ах», а потом Исикава окаменела… На полосе движения, что была перпендикулярна к машине Наруто, в ожидании сигнала светофора стоял Lexus, за рулем которого был Саске, что смотрел прямо в глаза Юми. Всё вокруг перестало существовать для шатенки. Исикава не слышала ничего, кроме оглушительного звука кнута, что в секунды рассек воздух, и лишь кончиком задел её сердце…