Sweetheart

Проснувшись утром от сладкого запаха, который разносится по всему лофту, до меня дошло: у моего Вилли началась его первая течка! Поднявшись с кровати, я, уже с каменным стояком в штанах, проковылял к спальне, где спал омежка. С каждым сантиметром его сладкий аромат становился все насыщеннее. Открыв дверь, увидел Вилли, ворочающегося в постели и тяжело дыша. — Вилли? — я позвал его. Омежка замер и задышал сильнее. — Джордж? М-м-не очень больно-о-о… — протянул он. — Малыш, — лег на кровать рядом с ним, поглаживая по взмокшим волосам, — я помогу тебе, если ты хочешь этого. Я навис над омегой и начал покрывать поцелуями его мягкие щечки, спускаясь ниже к шее. Продолжая целовать, стянул с него футболочку, припал к одному соску, ко второму, слушал томные вздохи и стоны моего Вилли. Стянул с него джинсы вместе с цветастыми боксерами. Моему взору представилась светлая нежная кожа, аккуратные ножки, животик и бока. И все только мое. Поднявшись на колени, я рассматривал это чудо, но Вилли сжался в комочек, глядя на меня красными глазами. Он накрыл ручками промежность, а ножки прижал как можно ближе к себе. — Малыш, что-то не так? — Я мягко коснулся его щеки, — если не хочешь… — Хочу, — прошептал Вилли, — просто… — Ты стесняешься меня? — Омега кивнул, — милый, тебе не нужно смущаться, ладно? — Я поцеловал мягкие губы и медленно развел ноги и руки омеги в стороны. Спустившись дорожной поцелуев к давно уже стоящему колом достоинству омежки, я вобрал его в рот целиком, медленно посасывая, одновременно растягивая моего Вилли. Он стонал, извиваясь и сжимая простыни. Не дав кончить моему чуду, я аккуратно перевернул его на живот, поставив в коленно-локтевую , сразу же припал к колечку мышц, из которого обильно вытекала клубнично-сливочная смазка. Вилли не выдержал и с громким стоном излился на постель. Вновь развернув омегу к себе лицом, я наклонился и поцеловал мокрые губы. Продолжая орудовать омежьим ртом, я стянул свои пижамные штаны и приставил головку — к моему счастью, далеко не маленького члена — к сочащемуся смазкой проходу. Углубив поцелуй, толкнулся и вошел лишь головкой, когда мой Вилли резко распахнул глаза и заскулил от боли. — Тише, хороший мой, сейчас больно не будет, — я продолжал покрывать мелкими поцелуями его лицо, шею. Поддавшись еще вперед, вошел на половину, давая омеге время привыкнуть. Как только он качнул бедрами, я вошел полностью в тугое девственное нутро, ловя нереальные ощущения. Вилли громко застонал, запрокидывая голову назад, тем самым дав мне понять, что я вошел под нужным углом. Начал медленно двигаться, приподняв его мягкую попу и подложив под поясницу омеге подушку. Постепенно начал наращивать темп, постоянно задевая бугорок нервов, от чего стоны Вилли становись все громче. Он не выдержал и кончил во второй раз, сильно сжимая меня внутри. Несколько глубоких толчков и я излился в омежку, не успев выйти. Чувствовал, как набухает узел. Сцепка. Я уложил нас лицами друг к другу, чтобы моему мальчику было комфортно. Вилли, мокрый, уставший, но счастливый, блаженно улыбался, щурясь от солнца. — Малыш, — я поцеловал его в лоб, — мы сцепились, прос… — Тс-с-с… — Вилли приложил пальчик к моим губам, — все хорошо. Даже если ты откажешься от ребеночка, я все равно буду счастлив. — Дурачок ты мой. Не смей даже думать так, я никогда не откажусь, сколько бы вас там не было, — я поцеловал омегу в плечо и укусил, оставляя свою метку, — теперь вы все мои, — провел губами по месту укуса, — я люблю тебя, Вилли. — И я люблю, — омежка прижался ко мне. Мы провели в постели почти целую неделю, пока не закончилась течка Вилли.

***

Я проснулся от солнечного света после почти бессонной ночи с Вилли. Под боком спал омежка, обнимая мою руку и мило причмокивая во сне. Но я вынужден был встать с постели и ехать в кондитерскую, потому что всю неделю не появлялся там. Медленно вызволив свою руку из-под Вилли, неспешно поднялся, но не успел встать, как омега удержал меня за палец. — Джордж? — Сонно пробормотало взъерошенное чудо, — куда ты? — В душ, а потом в кондитерскую, хочешь со мной? — Я опустился на корточки напротив омеги и поцеловал его в макушку. — Угу, — Вилли попытался встать, но завалился набок , — помоги мне, — он потянул ручки ко мне. — Конечно, милый, иди сюда, — я поднял его на руки и понес в душ. — У меня одежды нет, а та не очень в хорошем состоянии, — произнес омега, как только я поставил его в душевую. Включил теплую воду и выдавил немного геля для душа на руки, начал массировать плечи и шею моего мальчика. — Я тебе свою дам, а там и придумаем что-нибудь, — усмехнулся я. — Ммм… можем ко мне заехать и я переоденусь, — Вилли понежился. — Ну уж нет. К тебе мы поедем после кондитерской и то, чтоб только вещи забрать. Теперь ты мой, малыш, поэтому я хочу, чтобы ты жил со мной, ладно? — я провел руками до талии омеги и обнял поперек живота. — Конечно, мой альфа.