Чужая

      Подошло время собираться и выходить. Я надевала тёмно-синюю кофточку и чёрную юбку-карандаш, всё это время за мной неустанно следили серые глаза. И что такого интересного?       - Ты что, не будешь одеваться? – спрашиваю его.       Денис развалился, как Аполлон на кровати в своей беспомощной и ослепительной наготе.       - Успею, я быстро одеваюсь. А что тебя что-то смущает? – он повёл бровями, как дьявол из чёрно-белого фильма «Сатана ликующий». Настолько, похоже, что у меня по позвоночнику побежали мурашки. Может, подойти и укусить его за нос, чтобы так не ухмылялся? То-то удивится! Невольно смеюсь и вижу его удивление, спешно отворачиваюсь, делая вид, будто что-то ищу или вспомнила. Мне нравится изображать лёгкую рассеянность в поведении.       С грехом и горем пополам, мы вышли из дома, точно супружеская чета. Издали замечаю знакомый киоск. Куплю-ка я цветы, неудобно идти с пустыми руками. Долгое время рассматриваю гвоздики, хризантемы, розы… нужно что-нибудь особенное, ведь она сама пригласила меня. О, вот это, пожалуй, оно! Белая орхидея, а в центре цветка была розовая в крапинку серединка. Люблю дарить практичные подарки, хорошо, что орхидея в горшке и простоит долго.       Открыла дверь Анна Константиновна и поблагодарила за цветок. Не знаю, почему, но всем существом я ощутила её неприятие и поняла, так просто она мне Дениса не отдаст. Она точно беркут зорко смотрит и приглядывает за мной. Интересно, если бы я была со Стасом, она также вела бы себя? Сомневаюсь. Небось, Дэн её любимчик, а любимчиков просто так не отдают в непонятно в чьи руки. Отец оказался чуть плотным и полненьким, гладко выбрит и улыбчив, видимо уже выпил. Мы сразу последовали к столу, где уже сидел Стас со скучающим видом. При виде меня он расплылся и поздоровался, мне даже стало как-то не по себе.       - Ну что, молодёжь, как успехи? – витиевато проговорил отец семейства, широким жестом приглашая всех к столу. Я села рядом вслед за Денисом, практически за уголок стола.       - Как жизнь молодая? Чем занимаетесь? Кого это он спрашивает, меня что ли? Не люблю подвыпивших людей, когда сама трезвая. Взгляд пал на Стаса, который сидел между братом и стеной, впрочем, такое соседство его явно устраивало. Он даже чуть облокотился на стену. Стас рассказывал про свои успехи на соревнованиях и в борьбе в целом, чем заслужил похвалу отца.       Затем они разговаривали, делились своими новостями и историями. А моё сердце будто сковало холодом. Явственно ощутила себя лишней в такой дружной семье, которая, тем не менее, спорит, но каждый человек в ней яркая индивидуальность. А ведь и наша семья когда-то была безмятежно счастлива. Кто виноват в том, что всё рассыпалось как карточный домик? Отгоняю от себя эти внезапные мысли, пока их не заметила наиболее «проницательная» часть стола. Тут же отпустило внутренне, тем более что как-то ограничивать свои чувства настоятельно не рекомендуют психологи.       Всё-таки не понимаю, почему Стас считает Дэна странным и двуличным негодяем, в то время как его мать наоборот, ранимым и впечатлительным. Возможно, они говорят об одном и том же человеке, ведь все мы не без греха и многолики.       Дэн во время ужина то и дело заявлял свои права на меня, то обнимая, а то и вовсе клал руку на колено. Таким дерзким и самоуверенным, я его не видела, зато Стас был невозмутим и спокоен как удав. Их отец посматривал на нас и даже один раз прищурился и лукаво усмехнулся. Видимо, просёк ситуацию. Из-за натянутости нервов и напряжения между парнями, начинаю рассказывать нелепую историю, произошедшую у папы в институте.       - А чем занимается отец? – поинтересовался он, как раз вовремя.       Не могу же я врать.       - Он декан в институте.       - А, понятно.       Видимо, потерял к этому интерес. Наверное, ожидал менее интеллектуальную должность, чтобы было о чём поговорить. Он вообще казался простым и с широкой душой.       Эх, как бы мне хотелось сейчас нажать на «стоп» и дать себе отдых. Так тошно, что хочется вскочить из-за стола и кинуться прочь отсюда. Всей кожей чувствовала их взгляды, такие различные.       Когда мы начали кушать, я расслабилась, потому что применила методику актёров, отбрасывая своё «Я», руководствуясь лишь разумом. Совершенное преображение. Меня это даже захватило, словно «я» была «не я», а кто-то другой, лучше остроумнее и добрее. Мозг, как капитан вёл это тело, жестикулировал, заставлял говорить, точно марионетку. Это ощущение мне нравилось, словно я не отвечала ни за что происходящее вокруг. Видимо, все списали мою разительную перемену на прежнее смущение и робость. За столом я шутила, меня поддерживали отец и его жена, а также Денис. Стас серьёзно смотрел на меня, всем видом показывая, что он знает меня лучше остальных, Истинную меня. Хотя он улыбался и рассказывал истории, но ни на йоту не разделял мою позицию, видимо считал, что человек должен быть самим собой и не предавать себя. Я всё понимаю, но не могу поступить иначе, ведь мои страхи и боль тогда заполонят меня до краёв и польются потоком из меня. В последнее время, «семейная» тема – самое болезненное для меня. После ужина мы плавно переместились в зал. Анна Константиновна предложила всем спеть в караоке.       - Правила таковы, один выбирает для другого песню.       - Можно я? – спросил Стас.       Анна Константиновна написала бумажки с нашими именами, и первым вытянул отец, показав озорно язычок сыну. Я даже засмеялась невиданному озорству. На его бумажке было написано: «Анна». Он выбрал песню, а пела его жена. Тут же заиграла песня «Осенний поцелуй» Аллы Пугачёвой, по тёплому взгляду вокалистки понятно, что песня связана с их счастливыми моментами. Вместо последнего припева они просто танцевали медляк, так трогательно. Чтобы не прослезиться изучаю листочки с песнями, посмеиваясь какую выберу для Дэна. Следующая вызвалась я тянуть и мне попалась «Алексей»       - Алексей Егорович, заранее, сорри, - лепечу я и ставлю для него Стас Михайлова «всё для тебя». – Это для Анны Константиновны, - подмигнула ей.       Он какое-то время был в шоке, но вскоре втянулся и мы хлопали в ладоши, поддерживая его. Стас с Денисом улыбались, а я зачарованно наблюдала, как он посвящал эту песню супруге.       Потом вытягивал Стас, и петь должен был он сам. Да, такое тоже бывает. Он с удовольствием начал петь Зверей «рок-н-ролл», я даже вскочила и выдала козу на припеве. Стас выглядел так круто в образе рокера.       Затем вытягивал Денис и естественно, попалась я. Он чуть сощурил глаза с дикой усмешкой, я поняла, он что-то задумал. С бьющимся о грудную клетку сердцем встаю и практически иду на эшафот.       Как только я увидела на экране название песни Бритни Спирс «Baby one more time», вскоре я втянулась, и таким проблематичным не казалось читать английский текст, сложнее другое, я могла в любой момент рассыпаться на части. Эта песня упрямо навевала грустные воспоминания, и чтобы этого не произошло, я вцепилась до боли в микрофон. Хотя сердце билось как сумасшедшее, получалось контролировать свой голос и выплёскивать все эмоции в голос. Главное не зацикливаться и не вспоминать, загнать подальше воспоминание. Дальше тянула Анна, и пел Денис, он немного даже оживился при песни «Я иду, шагаю по Москве». Я с радостью села рядом со Стасом, погрузившись в полутьму. Стас понимающе и ободряюще посмотрел, видимо понял мои сомнения и боль. Ну, почему он так хорошо меня понимал?       Алексей Егорович разлил всем белого вина, и я с наслаждением осушила бокал. Наконец-то прошла внутренняя напряжённость.       - Можно тебя пригласить? – спросил Стас.       Я посмотрела искоса на Дениса, который в этот момент перевёл взгляд с экрана на меня. Я поднимаюсь, и мы танцуем на некотором расстоянии.       - Не нужно этого, просто будь сама собой, - произнёс он, и моя маска разлетелась на мелкие кусочки, точно от волшебного заклинания.       - Ты колдун, да? – обшарено взираю на него во тьме.       - У-у-у-у-у, - протянул он как приведение, вытянув при этом руки и выкрикнул: - Бу!       Хотела засмеяться, но лишь сквозь стиснутые зубы выдыхаю, видимо запал кончился.       В это время тянул бумажку Алексей Егорович и выпала именно я.       - Есть Бог на этом свете, ох сейчас поквитаюсь! – улыбнулся он, и я поняла, откуда у Дениса дьявольская лыба.       Он поставил песню Пугачёвой «Алло» и я изображаю даму-вамп. Я наизусть знаю слова песни, отец просто обожает Пугачёву, у него даже есть все её пластинки и поэтому пою для Дениса.       Дальше тянул Стас и опять выпала я.       - Давай какую-нибудь крутяшную песню.       - Хм-м, крутяшную… - и он поставил.       - Вау! – выдохнула я и начала петь: - «Куда этот мир катится…»       Обожаю эту песню Зверей «Не важно».       На припеве подпевал Стас:       - Не важно, кто спутал маршруты,       Кто кинул нас круто,       Кто впарил нам жажду.       Однажды я стану минутой,       Я стану минутой твоей       Каждой!       К концу песни у меня уже хрипел голос, и я отозвала свою кандидатуру на пение. Остальные ещё немного попели и тоже устали от этого. Анна Константиновна хотела пить чай с печенюшками, а её супруг просто хотел выпить. Пока они спорили, я предлагаю братьям:       - Может, прогуляемся?       - Замётано! Не знаю как Дэн, а я хочу оттянуться.       Мы смотрим на Дениса и естественно, он соглашается, не может же он отпустить нас одних. Их родители не против. Я накидываю пальто, а Стас шнурует жёлтые шнурки на синих сникерсах и облокачивается на стену.       - Надеюсь, ты не планируешь глупости?       Я не успеваю ответить, к нам подходит Денис.       - Как знать… - шепчу я уже у лифта, специально не смотря на Стаса.       Входим в лифт и тут я выдаю:       - Что такое подлинное «Я» человека, Альтер-эго?       - Мне кажется это внутренняя сущность человека, - ответил Стас.       - Вполне возможно, но слишком многое влияет на нас извне. Мне кажется, человек вообще состоит из кусочков различных людей. От родителей черпает одно, от друзей что-то другое.       - Хм, интересная позиция.       - Было бы замечательно, если б каждый человек свободно жил в социуме, не подстраиваясь под него.       - Это невозможно, - впервые проговорил Денис, и голос его был усталым. - Я имею в виду в полной мере, невозможно, но всегда нужно учитывать свои главные желания, стремления и цели, не отступать от них ни в коем случае. Конечно же, при этом придерживаясь социальных норм поведения.       - Почему ты об этом задумалась?       Я пожимаю плечами, и он продолжает:       - Скорее всего, у тебя переломный момент в жизни, переоценка ценностей. Школьная жизнь заканчивается, а дальше взрослая жизнь. Стас невольно закатил глаза, наверное, устал слушать этот бред. А я только заметила, что мы идём по улице и я между ними, как сосиска между булками хот-дога. Да уж, я мастер сравнений!       - У вас потрясающие родители!       Перевожу восхищённый взгляд с Дениса на Стаса.       - Да, но наши предки тоже бывают с заскоками, - с улыбкой ответил Стас. – Да и у тебя думаю потрясные родаки.       - Хм, как знать… всё слишком сложно, они в разводе и у каждого своя жизнь.       - Но, тем не менее, в этой жизни всегда найдётся место для тебя. Мама у тебя очень душевная.       Денис неизменно находил именно те слова, которые били прямо в сердце и воодушевляли.       - Где это мы? – Денис прочитал вывеску «Black rose».       - Клуб, - улыбается Стас. – Тебе понравится! – и подмигивает брату.       Мы входим, погружаясь в эту темноту. Мне нравится этот новый клуб, Мия протрещала все уши о готическом танцевальном клубе. Никаких уродов, клёвые парни и модные девчонки.       У Стаса разбегаются глаза, невольно улыбаюсь, как ребёнок.       - Узнаю Стаса, в своей стихии! – смеюсь и прилипаю буквально к Денису, боясь, что толпа разлучит нас.       Стас несётся уже танцевать, а мы идём к бару.       - Неужели Стасян всегда такой?       - Ты никогда не был с ним в клубе?       - Нет, а ты?       - Была, с подругой за компанию пошла. Вообще-то он всегда такой, преображается от выпивки и ритма музыки, западает на всё, что движется. – Смеюсь, и Денис как-то странно смотрит на меня.       - Что такое? – спрашиваю и сажусь на стул у барной стойки.       Денис садится рядом и его бедро касается моей ноги и даже через капронки проходит электричество сквозь тело.       Он чуть покачал головой и спросил:       - Что будешь?       - На твоё усмотрение.       - Пиво и глинтвейн, - сказал он бармену.       Денис достал сигареты и сделал затяжку. Я обвиваю его шею, и серые глаза внимательно смотрят на меня, в этом освещении он кажется таинственным и мрачным, особенно в своей чёрной футболке и тёмных джинсах. Целую его, полностью растворяясь. Остальной мир просто перестаёт существовать. Он обхватывает меня свободной рукой и сминает жадно мои губы. В меня проникает всё его тепло, и каждая клеточка тела трепетала. Я как бабочка, которая добровольно отдалась во власть паука. Когда не целую и не прикасаюсь к нему, думаю, что вполне могу обходиться без него, но стоит лишь коснуться и таю медленно в его руках. Парадокс, да и только! Напоследок крепко обнимаю его и пью свой глинтвейн, вернее потягиваю через трубочку, а он тушит почти истлевшую сигарету и делает глоток пива. У него на верхней губе пена и я в мгновении ока провожу по ней языком.       - Ты специально? Чего ты добиваешься?       Ого! Два вопроса, не многовато ли? Пожимаю плечами и потягиваю дальше чудо-напиток согревающий не хуже красного вина. Я тащу его танцевать, немного бойкая музыка играет и он сопротивляется. Приходится ложить на его плечи руки, и танцевать медляк, это вполне его устраивает, и он с удовольствием обнимает меня. Мы растворяемся друг в друге. Не только во время секса можно ощущать полное единение и сплетение душ в один комок. Сейчас чувствую гораздо лучше! В сто раз. Его дыхание щекочет мой затылок и шею, также я чувствую удары его сердца, такое ощущение, что это моё сердце и в его объятиях, я словно окутана коконом. Такое приятное тёплое чувство покоя, скорее, умиротворения.