Не испытывая эмоций.

По скромному мнению Хибари все пошло наперекосяк слишком быстро и внезапно, чтобы она вообще успела что-то понять и решить что делать. Просто в одну из привычных больших перемен, которые она с недавнего времени стала проводить в кабинете, разбирая очередной завал документации (все окружающие люди оказались до странного неспособными даже на написание простенького отчета), в кабинет влетел Кусакабе с таким шокированным лицом, что на секунду Кея даже растерялась. Слава выдержке, не настолько, чтобы это смогло отразиться на её лице. Так что готовый и исправленный листок десятой страницы отчетности по денежным затратам клуба флористики за последний месяц аккуратно лег в стопку к своим собратьям. - Ты что-то хотел, Кусакабе?- девушка склонила голову и посмотрела на заместителя несколько разочарованно, будто он помешал крайне важному для её судьбы делу. Собственно, ведение документации вместо всего студенческого совета и собственного комитета и были важным делом её жизни. Ну, той её части, которая не относилась к поимке особо упрямых преступников и помощи бывшему коллеге отца. - По поступившей информации, ученик класса 1-3, Ямамото Такеши в данный момент находится на краю ремонтируемой крыши и клянется спрыгнуть, если хоть кто-нибудь попытается его остановить,- на одном дыхании выпалил двоюродный брат, тут же принимая стойку смирно. Кея так и осталась на своем месте, снова беря в руки, было отложенную черную ручку. - Какой олух оставил дверь открытой, и насколько точна информация?- обыденным тоном поинтересовалась девушка, даже не поднимая взгляд на своего помощника. Создавалось ощущение, что Хибари Кее абсолютно плевать на жизнь ученика, которая в данный момент находится в большой опасности. На самом же деле ГДК судорожно пыталась вспомнить строение крыш школы, и то, на какой именно проходила починка защитной сетки, которую она собственноручно выломала три дня назад. Посему выходило, что это крыша, с которой лучше всего видно бейсбольное поле. Похоже, этот придурок даже из своей смерти хотел устроить представление. - Дверь, должно быть, не закрыли строители, ушедшие на обеденный перерыв. А информация…- парень на несколько секунд замялся, а потом неуверенно продолжил:- Кё-сан, можно ли считать достоверным истошный крик Отанори-сенсея, и упавшую в обморок учительницу английского, которая последняя вела урок у класса 1-3? - Вполне,- девушка положительно кивнула, и снова отложила карандаш в сторону и, бросив взгляд на оказавшуюся под рукой злополучную десятую страницу, смяла её в тонких пальцах, скрывая следы своей нервозности, отраженные на бумаге. Поднявшись из кресла, девушка тут же сняла повешенный на его спинку пиджак и накинула его на свои плечи. Проверив наличие тонфа, аккуратно прицепленных к внутренней стороне пиджака, Кея уверенно кивнула подопечному, и первая вышла из кабинета. На самом деле, именно тогда все и пошло не по тому плану. *** Тсунаеши в тот злополучный обеденный перерыв по привычке сидел на одной из крыш школы и медленно жевал приготовленный Кеей (девушке, похоже, совсем нечем было заняться, раз она так следила за его домом и ним самим) обед. Онигири были, как и всегда, идеальными, и Савада с явным даже при его холодности удовольствием вкушал стряпню своей неожиданной сожительницы. Честно говоря, после того случая Тсуна уже морально готовился вернуться на поедание пищи быстрого приготовления, но, на его счастье, Хибари продолжала непрестанно готовить. Вероятно, это было единственным, что могло отвлечь её, не считая драк с большими потерями. Ещё раз в три дня предприимчивая девушка проводила генеральную уборку, которую Тсунаеши уже привык сравнивать с апокалипсисом местного масштаба. После того, как глава ДК раскладывала все вещи по местам, шанс парня их найти стремился к минус бесконечности. Кея с того раза больше не задавала вопросов. Можно было подумать, что она совсем потеряла к нему интерес, и Савада легко соглашался с этой иллюзией, не стремясь влезать в дебри мыслей этой хищницы. Мало ли, как её мышление отличается от мышления обычного смертного. Ямамото прошел на крышу с изящностью слона, по ошибке воспринимающего себя как ниндзя. И правда, как можно было не заметить брошенный посреди прохода чемоданчик с инструментами для починки ограждения? Таких промашек себе не позволял даже неуклюжий Тсунаеши. Потому что знал, насколько опасно попадаться, когда хочется побыть одному. Первые три года после смерти матери ему нужно было этому научиться. И он научился, чтобы ветреная нянька не заметила его отсутствия в доме. Так что попытка бейсболиста оставаться незамеченным, была до смешного нелепой. Жаль, что Тсуна разучился смеяться над подобным. Рука парня была плотно перемотана, Тсуна решил, что место имело растяжение связок. Юноша, не особо интересующийся внешним миром, заметил это, и даже задумался над причиной этой травмы. Бейсбол? Или нечто ещё? Такеши уверенным шагом направился к единственному месту на крыше, откуда можно было перелезть на самый краешек крыши. Эти три дня до приезда работников Тсунаеши понравились. Сидеть на краю крыши пятого этажа, и ощущать под собой только небольшой кусок парапета было очень приятно. После уроков тут становилось спокойно, и Савада мог с упоением слушать шум своего любимого городка. И наблюдать за живущими своей жизнью людьми. Парень уверенно пролез в дырку между прутьями, а Тсунаеши все ещё продолжал жевать онигири, наблюдая за этим безобразием. У юноши было удивительно удобное место для наблюдения, он сидел на крыше надстройки, сделанной для двери. Место хотя и открытое, но все же бесконечно удобное, чтобы вести наблюдение за теми, кто его совсем не ожидает. Савада справедливо решил, что самоубийца – не такая уж серьезная причина прервать свой обед, и потому без капли сожаления, или какого-либо другого чувства продолжал наблюдать за спортсменом. Тот уверено стал на край крыши, но все же схватился за звенья крепкой сети, давая себе шанс на отступление. Тсуна не видел его лица, но его выражение определенно было чем-то средним между жалостью к себе, печалью и решительностью. В Токио Тсунаеши часто сталкивался с такими вот самоубийцами, и пару раз даже спасал им жизнь. Ямамото ещё не дошел до той стадии отчаяния, при которой появлялась бы возможность спасти его, поэтому юноша решил милостиво разрешить этому олуху ещё немного поломать комедию. Потому что использовать силу было абсолютно нецелесообразно. Да и так было бы не интересно! *** Ямамото вполне серьезно считал свою жизнь законченной. Конечно, он не так себе представлял её конец, но это уже было не в его власти. Ему в этой истории осталось сделать лишь завершающий штрих и поставить жирную такую точку. Мир вокруг начал разрушаться совершенно внезапно. Сначала появился знакомый отца, оказавшийся заядлым любителем драк. Он был каким-то выдающимся спортсменом-фехтовальщиком, но был как-то чересчур увлечен своим любимым делом. Настолько, что не стыдился использовать меч в драках с хулиганами. Хулиганами, само собой не местными, ибо в Намимори и местных-то хулиганов, благодаря чуткому надзору Хибари Кеи, не было. Хорошо уже то, что этот странный тип не тащил своих будущих жертв в город. Иначе он бы реально нарвался на праведный гнев ГДК, которая в их городке заменяла и полицию, и самих нарушителей закона. И ей, конечно же, было бы наплевать, что её сопернику уже перевалило за двадцать три. А потом этот странный парень предложил самому Такеши попробовать его как соперника в спарринге. Бейсболист тогда посмеялся и отказался, мотивируя это тем, что такой клевый мечник просто порежет его на салат. Скуало был с ним совершенно согласен, но интерес превышал все мыслимые и немыслимые грани. Потому что молокосос пошел явно в папочку, хотя и не знал все своих возможностей. И именно тогда, впервые прикоснувшись к синаю, взяв его в руки, Такеши понял, что что-то внутри сломалось. Бейсбол померк перед новым увлечением, хотя и меч-то в руках парня был лишь единожды. Скуало просто случайно (хотя спортсмен не выкидывал и вероятного плана мечника) дал ему в руки свой меч. Холодное оружие всего три секунды пролежало в его руках, а его мир успел перевернуться с ног на голову! Это было совершенно неправильно – бросать бейсбол ради какого-то захудалого фехтования! Да и заниматься им надо с детства, а не тогда, когда ты уже привык к другому виду спорта, столь отличному. Это все равно, что после балета податься в баскетболисты! Но реальность отказывалась меркнуть перед логическими доводами – бейсбол становился все скучнее и скучнее, Ямамото даже потерял свой собственный стиль, тогда как к холодному оружию начало тянуть с неестественной силой. И тогда Скуало заявил ему, что фехтование – не то, чем мог бы заниматься Ямамото. Потому что он был абсолютно неспособен к столь утонченному виду спорта. И это стало крахом. Мир развалился, как карточный домик, и Такеши твердо решил покончить со всем этим бредом. Стоит признать, способ оказался не самым оригинальным. Зато получилось ужасно символично: будущая лужа из костей и мяса будет красоваться аккурат между бейсбольным полем и залом для занятий фехтованием. Вокруг что-то кричали учителя, плакали какие-то малознакомые девочки, но бейсболист продолжал упорно сверлить взглядом землю, представляя, чем он станет, когда шагнет отсюда. - Травоядное, не думаю, что это лучший способ привлечь к себе мое внимание. Насмешливый холодный голос послышался совсем рядом, но Хибари стояла всего на два шага ближе круга из учеников и учителей. Девушка даже как-то заинтересованно рассматривала открывшуюся ей картину и как-то странно улыбалась. Если бы кто-то придумал название для чего-то среднего между кровожадностью, жалостью, насмешкой и слабым отголоском понимания, то мы бы не ошиблись, описывая улыбку Хибари Кеи. - Я не собирался привлекать ничье внимание, Хибари-сан. Я просто хочу покончить со всем бредом в собственной жизни. - О, и для этого ты выбрал школьную крышу? Парень, ты явно с мозгами не в ладах. Пришел бы после уроков что ли, а лучше бы просто выбрал первую попавшуюся многоэтажку в центре. Тогда бы я поверила, что ты не хочешь чьего-либо внимания. А так… - Просто кто-то хочет, чтобы его отговорили. Правда то, что делают учителя – детский раздражающий лепет,- все вокруг удивленно оглянулись, заслышав безразличное замечание откуда-то сверху. Тсунаеши все ещё продолжал жевать, правда теперь это была шоколадка. Специально припасенная плитка черного с цельными орехами. Хибари как-то не очень удивилась, когда Савада её нагло прервал. В принципе, она собиралась сказать тоже самое. Однако то, что они с Тсунаеши опять сошлись во мнениях, порядком раздражало. Хибари никогда не верила в родство душ. Не могло быть людей так одинаково мыслящих. Но Отмороженному всегда было плевать на условности, ведь так? - Ха-ха! Тсунаеши, в этот раз ты не угадал,- Ямамото горько усмехнулся, и выставил ногу вперед. - Ну, так прыгай, раз травоядное ошибся,- вдруг холодно сказала Кея. Её уже порядком раздражала вся эта ситуация с подростком, которому не хватает общественного внимания. Больше людей, привыкших собираться в кучи, её бесили те, кто просил помощи у стада, делая из себя мучеников. Конечно же, девушка была уверена, что этот идиот подожмет свой трусливый хвост и вернется в безопасность. Только когда она увидела копну каштановых волос и самого юношу, пронесшегося мимо неё, она поняла, что абсолютно не понимает Травоядных. Потому что этот парень действительно прыгнул. Потому что Савада действительно тянул его на крышу, держа юношу только за воротник пиджака. А потом он не удержался и упал. Кея успела заметить только сверкнувшее на фоне голубого неба маленькое колечко на цепочке, и услышать, как истошно завизжали девочки, и как испуганно прокричали что-то парни. И только потом до неё дошло, что она сама, как идиотка, точно так же кричала. Она кинулась к злополучной дыре тут же, ещё не успев вернуть своему лицу привычное выражение лица. Ярко горящие щеки и широко распахнутые серые глаза, да и общий шок от ситуации явно были против намерений мозга. А потом произошло ЭТО. Савада воспарил над школьной дорожкой, и буквально чудом не расшиб явно испуганного спортсмена в лепешку. Парень с каменным выражением лица посмотрел вверх и махнул рукой Кее - единственной, кто мог увидеть это чудо. И он снова сделал это. Тсунаеши снова улыбнулся. Правда эта улыбка порядком отличалась от радостного безумства, проявленного юношей в первый раз. Он улыбался мягко, успокаивающе. Глаза сияли такой же улыбкой и весь его вид так и говорил: «Все в полном порядке, тебе не стоит беспокоиться». Хибари удивилась этому обстоятельству куда больше, чем какому-то пламени на лбу Савады Тсунаеши, который сейчас определенно не походит на Отмороженного Тсуну, которого она знала. А ещё Кея заметила сверкнувшую в листьях ближайшего дерева черную фигуру. И блеснувший на солнце пистолет странного зеленоватого оттенка. *** Реборн был весьма доволен собой и этим днем. Он наконец-то смог заметить весь потенциал своего ученика. Савада Тсунаеши уже полностью прошел все проверки, которые на данном уровне мог провести киллер, не прибегая к решительным действиям. И этот сопляк, Ямамото Такеши, определенно ему в этом помог. Надо будет отправить Скуало ящик виски в благодарность. Будущий Десятый оказался не лыком шит, и был крайне интересной личностью. Он был определенно силен, и не особенно скрывал это, нужно было просто спросить. Ну, или спровоцировать, но в этом способе при таком ученике Реборн не нуждался. Тсуна явно «подружился» со своим Небом, и он его контролировал. Для парня, которому от науки мафиози достались лишь крохи, в которые отец его просветил, оказаться где-то на грани входа в режим Посмертной Воли, это было почти невероятно. Помочь пришлось самую чуточку, а именно – просто убить, потому что решимости Саваде хватило с горой. Её было настолько много, что на его зов откликнулся даже спящий Дождь. Об Облаке говорить и не стоило. Девочка, эта странная Хибари Кея была тоже интересным экземпляром. Она была на порядок сильнее других, и даже не стеснялась признавать этого. Она была чуточку самонадеянной (на самом деле её самонадеянности мог позавидовать даже Занзас со своим желанием, но Реборн считал это определенно хорошим качеством), и один его знакомый мог бы запросто помочь эту самонадеянность развеять. Кея не была глупой, и ситуацию умела оценивать на диво трезво, что для молодых является крайне затруднительным. Девчонка была исполнительной и принципиальной, что для Облака было почти типично. Хибари была одиночкой, но по какой-то причине подпустила к себе Саваду раньше, чем должна была. Раньше, чем её пламя отреагировало на парня. И это было тоже по-своему занимательно. Осталось только позвонить Девятому, чтобы рассказать о первых шагах будущего преемника, и отправить письмецо Емицу. Тоже рассказать ему о Наследнике, и, возможно, совсем чуть-чуть посмеяться над тем, как такой мафиози, как он, пропустил такой самородок, как его собственный сыночек. Да и в этом городе на квадратный километр самородков было больше, чем ожидалось. День явно удался на славу.