Life for us

— Автор всегда похоронен в одной могиле с творчеством?       Кот глядит на маленькую девочку, у которой в глазах, действительно живых, есть некий цинизм и любопытство сумасшедшего учёного. Из таких вырастают отличные бойцы. Все её пальцы в мозолях, указательный правой руки сломан, ногти аккуратно подстрижены. Нет, она уже боец. — Автор — это и есть творчество, поэтому все труды духовные хоронят прямо с ним. Муза, Талант и Вдохновение умирают в ту же минуту, когда их Автор перестаёт дышать. У некоторых они настолько безграничные и выходящие за рамки, что приходится вырывать яму глубиной в полкилометра. Ваши спутники наверняка чувствуют, как пополняются силой. Здесь всё бесценное развеивается под землёй и выходит лёгким налётом наружу, подпитывая других.       Мальчик посмотрел на маленькую бесцветную вселенную, что сидела у него на плече, махала ногами взад-перёд и имела явно очень хорошее настроение. Он ощущал, как мерцание вокруг его головы увеличивалось в раза два по яркости и волосы наэлектризовывались. А перед глазами всё становилось ярче и ярче, мальчик буквально видел духи ушедших спутников, что под силу лишь одарённым.       Кот довольно поматывал хвостом. Ещё одна большая надежда. — Вы расскажите нам, чьи это могилы? А зачем?       Старый ветеран довольно мяукнул, поправив медали и ордена на своей груди. Какими бы они ни были, они всё ещё юны и дети в душе. Это хорошо. Их любопытство есть хорошо. — Вы должны знать историю своих предшественников, чтобы не повторять их ошибки или хотя бы пытаться их избежать. Именно с этой целью вы сегодня встретились со мной. — Но история повторяется из века в век, с теми же ошибками! — юный автор подняла руку и высказалась, не дождавшись на то разрешения. — Это поле боя не проживёт столько, деточка. Не волнуйся.       Умные. Ему это по душе. Это хорошо. Дерзкие, готовые перечить и оставить свою точку зрения, если до конца уверены в своей правоте. Прекрасно. Кот довольно дёргает несколько раз правым ухом. — Почему здесь всё такое яркое и мрачное? — мальчик с Талантом на плече задал вопрос, постоянно озираясь вокруг. Самый Первый Кот мяукнул. — Опиши мне то, что видишь, — ветеран наделён зрением творчества не был и не видел, что происходит вокруг. — Здесь всё очень чёрное, тёмная атмосфера, но при этом каждая травинка, каждый увядший цветок, каждое пятно крови имеет такой цвет и такой запах, будто свой собственный. Каждая деталь выделяется. И у каждого памятника или могилы своё сияние. Вот у этой, например, запах грязи, ободранной плоти и помойки, — Юный фикрайтер указал пальцем на надгробную плиту, — а цвет вокруг неё тёмно-коричневый, и ощущение от него противное, — мальчик поморщился, а его маленькая вселенная на плече засияла ещё ярче, словно улыбаясь довольно и горделиво.       Кот кивал головой в знак согласия, затем указав серой лапой на могилу. — Она была юным автором, таким же, как вы. С таким же большим Талантом и Удачей, как у некоторых из вас. Но у неё абсолютно не хватало упорства, которые показываете вы. Её гнобили в школе, родители постоянно кричали на неё и были ею недовольны. На этом фронте она воевала так, словно жила — воплощала всё те фантазии, все те надежды, которые хотела бы в жизни. Её будущее было бы очень ярким, вытерпи она все удары судьбы. Но однажды под её работами тролли развели спам, в личных сообщениях её начали просить выпить яду, а несколько работ удалили Великие. За нарушение правил и по требованию Властителей всех миров. — Господи, бедная, её же просто окружили... — Мне её так жаль... — Я бы тоже не выдержала такого, — шепотки и всхлипы среди самых ранимых раздавались тихие, еле слышимые. — Но последней каплей стала катастрофа под кодовым названием "Конец света 2012", — глаза полные ужаса и страха перед этим названием уставились на рассказчика. — Нет, она пережила его. Она не пережила его последствий. Десять её работ канули в лету, несмотря на все усилия и старания, уход и заботу, с которыми она их полировала стилистически и чистила от ошибок. Она сама их собирала из мелких деталей. Пусть её ник останется в неизвестности. Но мы ценим вклад даже тех, кто покончил жизнь самоубийством.       Девочка с израненными о клавиатуру пальцами с нескрываемой белой завистью смотрела на Талант мальчика. Эти искры вокруг головы. Это то, что даётся от природы. У неё никогда не было таланта. У неё были только опыт и мастерство, и маленькие искорки-вдохновения, очень редкие. Но этого было достаточно, чтобы быть отличным Юным автором. Однако она совершенно не видела это всё вокруг. Зато видела и чувствовала кое-что другое.       Кошачьи вытянутые зрачки метались быстро с одного лица на другое. Да. Соперничество. Стимул становиться лучше. — А почему от этого памятника веет и холодом, и теплом одновременно? И почему это памятник? — Юный автор задала вопрос, поближе пробираясь сквозь небольшую толпу к одарённому. Она хочет знать не только его ник, но и его имя. — Ооо, это примяучательный памятник той жизни. Этот фикрайтер писала стёб и юмор, отрывалась по полной на передней линии фронта аниме, заставляя валиться с ног даже врагов наших от смеха. В её жизни много чего гадкого творилось, да. То, до чего и некоторые из вас не додумаются. Но её сломала обычность. Она рано выскочила замуж, а затем поступила в институт. С тех пор она не возвращалась сюда, бросив свою бету в одиночестве и без единой вести. — Святой алюминий, как же это эгоистично! — Как она могла оставить своего ведомого в полном одиночестве? — Это же равно убийству! — Но! — рык прорезался в голове у рассказчика. — Она ещё может вернуться. Это памятник, а не могила.       Опытная пробралась к Талантливому и дотронулась до его плеча. Кот увидел это. Как они вмиг преобразились, выросли, девушка с огромными искрами вокруг головы улыбалась юноше с обветренным лицом и перемотанными пальцами. На их плечах не одно перо, а медали за заслуги сверкают очень-очень ярко верой. Ведомые и ведущие друг для друга. Так бывает, когда двое недостающих встречаются в этом жестоко-тихом месте и делятся всем тем, чего недостаёт другому. Из них будет отличный союз.       Старый довольно смотрит на двух выделяющихся детей. Ради такого стоит жить.       Они смотрели друг на друга пару секунд, не больше. Тоже почувствовали. — Я Кира. — Я Евгений.       Обменялись настоящими именами. Ха. Вокруг них возник ореол от Всевышних, которого никто не видел. Надо делать вид, будто не видишь. Но Кот очень рад такому, настолько, что хочет мурлыкать. — От тех могил несёт жестокостью и холодом, — заметила пара детей одновременно и указала на далеко стоящие надгробия. — Мяу. Вы же помните, что если умрёте и в реальной жизни, то умрёте и здесь? Многие об этом забывают. Они умерли в реальной жизни, но их душа творца очень близко к поверхности земли. Потому что Читатели не знают, что они умерли, и продолжают верить в них, в их оружие. У него была жена и ребёнок, жил он везде сразу, бился на многих фронтах. Но в той жизни попал в аварию. Он умер. Исчез. Она имела только два оружия, но те были такими мощными, что стала она фикрайтером-пятисотником. Её оружия были несовершенны, их надо выправлять и даже перебирать, но они до сих пор стреляют в наших врагов. Она умерла в больнице от рака крови. До последнего пытаясь помочь в неродном фэндоме новой сборкой. Все дальше здесь такие. Они умерли там, они умерли здесь. Они достойны восхищения, потому что творили действительно до конца своих дней.       Отовсюду были всхлипы и звук капающих о пропитанную кровью землю слёз. Они все слышали внутри себя, как ломались кости этих опытных воинов. Видели, как клетки мозга разрушались внутри их черепов. Чувствовали, как тёплая и вязкая кровь лилась наружу из ран. Во рту вкус металла, а в носу запах разлагающейся плоти.       У него в глазах бесконечное смирение и немаленький огонёк надежды. — Здесь нет памятников или могил тех, кто бросил нас в трудную минуту, переметнулся к армиям ЙА и пародиям. Они захватывали не только города, они устраивали блокады, они рушили битвы на фронтах. Они убивали только своим существованием морально. А ведь наши враги точно такого же возраста, что и Вы. У них много рекрутов. Всегда. У нас очень мало. Знаете, почему Вы здесь, а не там? Я много повидал на своём веку, мой век уже даже прошёл. Но вы особенные. Ваше настоящее — наша будущее и надежда. Эти стычки и войны бесконечны. Но когда-нибудь это поле боя исчезнет. Всё не вечно. И мы хотим, чтобы когда оно исчезло, то от него остались только самые лучшие воспоминания и у Читателей, и у Авторов, и у Бет. С этим мы сможем справиться только благодаря Вам. Вы вера в лучшее, и ноша на Ваших плечах будет очень тяжела, а на чьих-то уже такая, какую поднять могут только Особенные. Но остальные не должны уступать им. Вы, если того захотите, будете опорой в нашей войне. Вы нечто такое, что выделяется в обеих жизнях. Поэтому вы здесь. Чтобы помнили историю и знали, что вас ждёт. — Получается, рано или поздно мы все будем точно так же лежать погребённые в землю, а наши... наши таланты будут питать других? — Да. Так и будет. Если Вы того захотите и будете достойны этого. Вами будут восхищаться, помнить Вас. А их могилы будут топтаться чужими ногами, потому что их никто здесь не захочет помнить. — Получается, мы всё равно будем живы! В памяти людей! — кто-то из новоприбывших со слезами на глазах улыбнулся. — Точно. Так и есть.