Когда садится солнце?

Парень не до конца понял что произошло. Он лишь видел, как его подруга и одноклассница взмыла в воздух и покатилась по асфальту. Как марионетка, у которой отрезали ниточки. Он даже не заметил, как сам вылетел на дорогу, чуть не угодив под колеса какой-то другой машины и не составив компанию Мии. Это неважно. Неважно! Важно сейчас узнать, жива ли она. Вокруг тела плотным кольцом столпились зеваки, стало шумно. Какой-то мужчина набрал номер скорой и теперь объяснял ситуацию, стоя в стороне. Брюнет сумел распихать толпу и теперь уже сидел рядом с ней, пытаясь сдержать тошноту. Ему было страшно, очень страшно. Все случилось потому, что ему захотелось выпить этого чертового шоколада! - Смотрите! - завизжала какая-то девчонка из толпы, указывая пальцем на Мию. Девушка как лежала, так и продолжала лежать; из уголка рта у нее текла струйка крови, как и из носа. Девушка хрипло кашляла, изо все сил пытаясь не потерять сознание. Она медленно подняла руку, пытаясь схватить брюнета за рукав, но тот перехватил ее руку и сжал ладонь. - Что? - Сумка... - еле слышно прошелестела Эрклай и снова зашлась в кашле. Брюнета словно молнией ударило.

***

- Блэк. - Чего? - отозвался брюнет, потянувшись. Разговор состоялся вчера поздно вечером, в комнате у Блэка. Парень уже собирался лечь спать, как к нему в комнату заявилась Аида. Где-то в час ночи, агась. И выглядела так, словно только что встала с кровати: растрепанная и в ночнушке. Ну да, она же знала, что ее братец любит посидеть за компьютером перед сном, вот и пришла так поздно. На секунду повисло молчание: Аида смотрела куда-то в сторону, словно ушла в астрал. Брюнет уже открыл рот, но девушка его опередила. - Блэк... Мия... Она не вела себя странно? - В каком смысле? - Например, не кашляла, не задыхалась? - Нет, такого не было... - покачал головой Блэк, по-турецки скрестив ноги на ковре. - Во всяком случае, я ничего такого не видел. - Ясно... - А в чем дело-то? - У меня нехорошее предчувствие, - призналась шатенка, с силой сжав край дверного косяка. Брюнет понял, что дело и правда серьезное, иначе бы его сестра так не волновалась. Нет, она вообще впервые волнуется, если честно! - Очень нехорошее... Так что лучше скажу тебе сейчас. - Скажешь о чем? Хватит ходить вокруг да около, говори прямо! Аида перевела на него молчаливый взгляд, вздохнула, собираясь с мыслями, и тихо заговорила. - У Мии проблемы со здоровьем, с легкими. Альвеолы, если точнее. И, как мне кажется, это у нее с детства. У нее слишком слабые легкие, из-за этого она наверняка использует аэрозоли и лекарства внутривенного применения. - Погоди-погоди-погоди! - замахал руками тот, прерывая ее рассказ. - Откуда ты все это знаешь? - Ты же помнишь, что в Измерении Смерти я использовала свою силу на Мии и Дине и залечила их раны? Для такого трюка как исцеление мне нужно полностью считать информацию с тела именно этого человека, и только после этого я могу ускорить регенерацию, иначе с большой вероятностью все пойдет не так. Вот тогда и узнала. - А почему в тот раз не исцелила ее? - Потому что мне снесло чердак и было как-то не до легких. Моей целью было залечить ее рану, от которой она могла бы умереть намного быстрее. - А почему только сейчас рассказала? И почему только мне? - Потому что у меня плохое предчувствие. И, если меня вдруг не окажется рядом... Чтобы ты знал, что делать. Это все. И с этими словами Аида закрыла дверь, оставив Блэка раздумывать над услышанным. Значит, Мия тоже медленно умирает, да? И, надо же, никому ничего не рассказала! Ну, Мия!

***

Блэк завертел головой по сторонам в поисках ее рюкзака и заметил его возле машины с красным пятном на бампере. Похоже, водитель оказался не самой последней сволочью и не поспешил скрыться с места преступления. Парень подтянул рюкзак к себе за лямку и расстегнул молнию, пробежавшись глазами по содержимому. Нет, ничего похожего на аэрозоль. Учебники, тетрадки, пенал, футляр для очков... Стоп! Футляр для очков?! У Мии же нормальное зрение! - Только бы... - пробормотал Блэк и раскрыл футляр. Да! Внутри лежало два маленьких шприца с блеклым розовым веществом, один из которых разбился. Похоже, при ударе сумки об асфальт. Хорошо, что второй уцелел. Парень вытащил уцелевший, случайно порезавшись мелким осколком, и ввел лекарство Мии. - Ну давай же, давай... - парень даже скрестил пальцы, наблюдая за реакцией. И вздохнул с облегчением, когда дыхание его одноклассницы выровнялось. Значит, она пока поживет. Точно выживет! А вскоре подъехала карета "скорой помощи", из нее вышли санитары с носилками и со свойственной им ловкостью положили девушку на носилки. - Подождите! - брюнет подскочил к дверцам и схватился за ручки, не давая им закрыться. - Я поеду с вами в больницу. Я ее одноклассник! Людям ничего не оставалось, кроме как взять Блэка с собой. Все равно бы он не отстал от них. Хотя, возможно, они просто решили, что он ее бойфренд... Кто знает. Мало ли на что способен влюбленный старшеклассник!

***

- О боже..! - выдохнула Аида и отбросила ручку в сторону. С недавних пор она начала вести дневник. Толстый такой блокнот на пружине с твердой матовой черной обложкой, слегка поцарапанной и потрепанной. Ни надписей, ни замочков, ни чего-нибудь еще такого красивенького, чем обычно девчонки от нечего делать украшают свои дневники. Чтобы ни у кого не было желания туда заглянуть от нечего делать, разве станет ли кто-то столь безответственно относиться к своему дневнику? Потому что для Аиды это не та вещь, которую должны читать остальные. Она ведет дневник для себя, чтобы записать впечатления, яркие воспоминания и просто выпустить пар из раздражения на некоторых особ. Никто, кроме нее, не станет это читать, так что здесь уже можно разоткровенничаться. Девушка пробежала глазами по последним строчкам сегодняшней записи и вздохнула. "... Почему так больно? Я не понимаю. Не могу понять. За всю жизнь я нагрубила стольким, что и тысячи страниц будет мало. Просто потому, что некоторые совсем не понимают культурных слов, так что порой приходилось даже рукоприкладствовать. Но я никогда не жалела об этом, не думала, просто сделала и забыла. Так почему же сейчас это не дает мне покоя? Даже при том, что во всем виновата даже не я, а Сейра! Не понимаю. Ничего не понимаю! Не понимаю людей, не понимаю себя... Что со мной происходит?! Меня как будто разломали и собрали заново, я не понимаю! Почему именно сейчас? Потому что Дин пытался меня убить? Потому что... я действительно в него влюбилась? Или потому что я понимаю, что могу умереть в скором времени? Кстати об этом. Это еще одна вещь, которую я понять не могу. Сегодня утром у меня на руках и ногах появились странные белые линии, как будто трещины. Я не ощущаю их как таковые, но с каждым разом они разрастаются и идут дальше по телу, издавая звон битого стекла. Я превращаюсь в стеклянную куклу? Даже от "Воли Бездны", способности Сейры, такого не было! Неужели это последствия использования той формы? Это больно. Больно. Больно. Очень больно. Я так не могу. Я хотела умереть. Но не теперь. Сейчас... этот мир удерживает меня, что-то в нем не дает мне так легко уйти, что-то держит меня тут, как в клетке. И я чувствую, что если выйду из нее, то потеряю настоящую себя, нет, потеряю все. Словно ничего и не было. Все вернется к нулю. В пустоту. Нет. Нет! Я больше не хочу быть одна! Я..." И в этот момент Аида резко отбросила ручку, словно она была какой-то противной ядовитой змеей. Письменная принадлежность пролетела сквозь решетку и ухнула вниз, стукнувшись об асфальт. Корксвелл растрепала свою челку и закрыла лицо ладонями, пытаясь привести себя в чувство. И с какого перепугу она это написала? Все это начинает казаться каким-то ужастиком с героиней, которая вдруг стала сходить с ума по неизвестным причинам. Того и гляди, скоро на людей кидаться будет, как ненормальная. Нет, кидаться все же не будет: Сейра, хоть и будет за, но просто так убивать других не позволит. Да и рука начинала болеть. Онемение почто прошло, зато вернулась знакомая утренняя боль. И это явно не предвещало ничего хорошего. Аида встала и отряхнула брюки: пора в класс идти, авось и простят ей это опоздание. Девушка положила дневник в карман кофты и хлопнула себя по щекам, приводя в чувство. Да, скорее всего, заставят отрабатывать после уроков... Но сидеть до конца дня в классе с ним... А ведь она даже не извинилась перед ним за Сейру. Девушка, молясь, чтобы сердце наконец перестало колотиться как ненормальное, направилась к двери и вдруг дернулась, услышав знакомое кряканье своего телефона. Заметила на дисплее фотографию и номер Блэка, не удержалась и хмыкнула: да неужели он соизволил позвонить! Аида включила видеозвонок и приготовилась... Вот только не к этому. - АИДА!!! - вопль брюнета чуть не выбил ее из равновесия. Шатенка чудом удержалась на ногах, во все глаза уставившись на телефон. Да-а, надо покопаться в настройках и уменьшить границу звука... - Чего разорался?! - огрызнулась девушка, повертев в ухе мизинцем. Она намеревалась сказать братцу еще пару ласковых, но, заметив его бледное лицо и крайне перепуганный вид, подавилась своими же словами. - Ты где? В чем дело? - Помоги мне!!! - в отчаянии закричал он, да так, что его сестре пришлось зажать пальцем динамик. Впрочем, она его все равно хорошо слышала. - Так, клоун, успокойся! - рявкнула Аида, поправив шарф на шее. - Дыши спокойнее, давай! И скажи так, чтобы я все поняла. Блэк сделал судорожный вдох и выпалил. - Мы с Мией вывались из электрички и прождали эти три часа в городе. А пару минут назад ее сбила машина! - Что-что?! - Дальше - еще хуже! У нее внутреннее кровотечение, врач сказал, что она впала в кому и они ничего не могут сделать! - Поняла, - кивнула та, сразу посерьезнев. Ну, сразу ясно, к чему он клонит. - В какой больнице? Там, где я в прошлом году проходила осмотр со своим внутренним кровотечением? - Да. Четвертый этаж, левое крыло, палата 514! - Сейчас буду! - Аида отключила сотовый и сорвалась с места. Подобно ветру она ворвалась обратно внутрь здания и бросила быстрый взгляд на лестницу. "По ступенькам долго", - промелькнуло у нее в голове, и Аида безо всякой задней мысли съехала по перилам, опасно балансируя. Да, это опасно, но быстро и весело, пусть сейчас и не до развлечений. Стоило ей только встать на твердый пол, как Корксвелл ойкнула и схватилась за перила, чтобы не упасть. Ну вот, опять! Снова этот звон и острая боль, но уже в ногах. А если ноги отвалятся, так вообще хорошо будет! Может, нужно было и правда рассказать все другим? Нет, не время раскисать! Аида оттолкнулась от перил и, набирая скорость, бросилась по коридору. Это пятый этаж, тут же кабинет СтудСовета, а там - Райли и Фабиан. А потом нужно в класс за Дином. Шатенка стиснула зубы, снова почувствовав острую боль, и не вписалась в поворот. Хорошо хоть, что не носом в стену. "Почему ты так несешься? - раздался непонимающий голос Сейры. - Я все понимаю, но если не остановишься, что-нибудь сломаешь. И я не про тебя говорю, если что!" - Потому что если остановлюсь, то не прощу себя. Я... я не знаю как это объяснить. Просто чувствую это, и все. А я доверяю своим ощущениям, - Аида проскочила мимо удивленной старшеклассницы, нагруженной кипами бумаг и папок. Та проводила ее удивленным взглядом и явно бы покрутила пальцем у виска, мол, сумасшедшая. Хорошо, что сейчас идут уроки! Девушка ворвалась в кабинет, громко хлопнув дверью о стену. В комнате за столом сидел Фабиан, собиравший в папку документы, а напротив него возвышался какой-то мужчина в темно-сером деловом костюме, до этого что-то обсуждавший с Президентом. От неожиданного хлопка Фэбс чуть не выронил папку с документами; мужчина удивленно вскинул брови и с неодобрением покачал головой. - Корксвелл, сейчас идут уроки. Если у тебя освобождение, то хотя бы не шуми. Аида узнала его: в кабинете СтудСовета стоял их директор, Микецукаме Кадзуто. Как и другие учителя, к Аиде он относился положительно, хорошо знал ее из-за того количество наград с олимпиад, которые она заработала за свою школьную жизнь. Сам же и вручал ей их. И, естественно, тоже считал, что Аиде не стоит так "распыляться" на кучу направлений. Официально она числилась олимпиадницей по математике, но в то же время принимала участие и в олимпиадах по японскому, английскому, литературе, химии, физике и прочим предметам. Аида шумно вдохнула воздух и подошла к директору. - Кадзуто-сенсей! Мне только что позвонил Блэк и сказал, что Мию сбила машина! Она сейчас в реанимации, поэтому позвольте мне и Дину уйти с уроков! Мы должны быть там, пожалуйста! - Кадзуто-сенсей! - вскочил Фабиан, начисто забыв про свою папку, плавно спикировавшую на пол. Директор молчал.

***

Весь урок Дина никто не трогал. Когда блондин вошел в класс, учителя не было, так что старшеклассники сходили с ума. А именно - носились по кабинету и швырялись всем подряд: то и дело в воздух взмывали книги и пеналы, пару раз даже пролетали калькуляторы и расчески. Кио на хорошо отработанных (благодаря Аида, агась) рефлексах уже третий раз приникал к столу, пропуская над собой летящий пенал. При чем тот же самый, что и в предыдущие два. Завидев друга, он помахал рукой, привлекая внимание, но блондин даже не удостоил его взглядом. Парень молча сел за свою парту и уткнулся в учебник. Некст тут же почуяли неладное, молча переглянулись, пожали плечами. Лучше не мучить его расспросами, вряд ли от этого ему станет лучше. Тем более - когда такой балаган вокруг! Утихомирилось все быстро, стоило только войти в класс учительнице химии. Женщина прошла к столу, плюхнула на него свою сумку и повернулась к классу, прищурено разглядывая всех и каждого. Характер у нее был, гм, непростой. К своему предмету она относилась донельзя серьезно, снижала баллы за малейшие недочеты, благодаря чему 5 по химии за все эти годы выходила только у четырех человек: Аиды, Наны (староста класса, олимпиадница по химии), отличницы (натянутой!) Алисы и Джейсона, которого все остальные принимали за унылого скучного ботаника. почему именно они? Все просто: эта четверка участвовала в олимпиадах по химии и приносила места, поэтому и отношение к ним было другое. А Джейсон, ко всему прочему, писал проекты вместе с Наной, потому никогда не имел по химии оценку ниже четверки. У Аиды, если честно, четыре была только в одном триместре и то в самом начале позапрошлого года, когда она выходила с больничного (вывихнула запястье на соревнованиях по акробатике) и не знала материал, который все остальные уже прошли. От первой за всю жизнь двойки по контрольной ее спасли только обрывочные воспоминания Энни, уже закончившей школу на момент своей смерти. Ну и еще Нана, Аида, Джейсон и Алиса хорошо знали химию, поэтому у них просили помощи с объяснением. Порой просто просили списать. То есть просили только Нану и Алису, поскольку Аиду все боялись, а Джейсона презирали. Канария Честер (именно так звали химичку) раскрыла журнал и начала перекличку; отметила отсутствующих и взяла в руки мел. Первые минут двадцать урока прошли как обычно, потом Честер решила потерроризировать класс и вызвать некоторых особ к доске. Первым не повезло попасться ей на глаза Кио. Парень пробормотал нечто непонятное про свою карму и медленно встал из-за стола, пытаясь потянуть время. Преждевременную кончину рыжика отсрочила громко хлопнувшая дверь. Весь класс, как один, глянул в сторону двери. Аида стояла в дверях и опиралась о колени, тяжело дыша. Уже второй раз она переоценила свои силы... Деградирует. В полнейшей тишине шатенка прошла к рядам, и тут к Канарии Честер вернулся голос. - Корксвелл! Мало того, что опоздала, так еще и ворвалась в класс без стука! - Прошу прощения! - Аида закашлялась. Вот нельзя ей так бегать, уже который раз плохо становится! Корксвелл сгребла учебники в сумку и забросила ремень на плечо, обернувшись. - Нам с Дином нужно срочно уйти! Я уже отпросила нас у директора, он дал разрешение. Аида, подошла к последней парте ряда, бросила взгляд на Дина и добавила, обращаясь уже к нему. - Собирайся давай! Однако тот паковать сумку не спешил, как-то подозрительно, с толикой обиды глядя на нее. - Да быстрее, хватит глазами хлопать! Первой не выдержала староста Нана: она нахмурилась и встала со стула, скрестив руки на груди. - Аида, объяснись! Что произошло? - Что произошло?! - огрызнулась та, даже не взглянув на одноклассницу. - Мию сбила машина, она сейчас в реанимации и там все очень плохо! Так что бегом, бегом! Дин нахмурился и наспех покидал вещи в сумку. Тоже встал со стула и забросил рюкзак на плечи. - Кто сказал? - Блэк. Он сейчас тоже там. Так что идем! - и, не дожидаясь возражений, схватила светловолосого за руку, утянула его из класса. Хотя, тот даже не сопротивлялся. - В какой они больнице? - Я тебя туда телепортирую, так быстрее! Да и вряд ли ты знаешь, где это. Девушка свернула за угол, где никого не было, свернулась в сферу. Села на руку Дину, и оба исчезли во вспышке телепортации.

***

А появились они... в женском туалете. Благо, сейчас возле раковин никого не было. - Это же женский туалет! - искренне возмутился Каниер, вылетев из кармана своего напарника. - он на четвертом этаже, куда нам и надо! Мужской ближе, но я там не была и появиться не смогу, а в коридоре есть риск свалиться кому-нибудь на голову! Давайте, двигайтесь, если не хотите, чтобы вас тут увидели! - огрызнулась Корксвелл, пулей вылетев из туалета. Дважды повторять не пришлось. Блэк и правда стоял там, у палаты 514. Брюнет, не заметив их, сел на диван и заломил руки. - Блэк! Парень дернулся и поднял на них глаза; Дин тут же метнулся к окну палаты, утянув до сих пор держащую его девушку. Но палата была пуста. - Эй, а где Мия? Блэк молча мотнул подбородком в сторону коридора напротив палаты 515, в которой сейчас лежала какая-то неизвестная женщина средних лет. В конце коридора была дверь в операционную; над ней горела алая лампочка, возвещающая, что идет операция. - И долго? - Пять минут. Единственное, что я слышал в карете скорой помощи - переломы и разрыв мягких тканей в легких. - Плохо... - тут же помрачнел блондин. - Очень плохо... Кстати, может, ты уде меня отпустишь? Шатенка непонимающе вскинула брови и опустила взгляд. Сама того не осознавая, она продолжала сжимать его запястье. Корксвелл не удержалась и фыркнула. - Какие-то проблемы? Как хочешь, - пожала плечами та и отпустила его. Аида плюхнулась на диван, помолчала, пытаясь выравнять сбившееся после бега дыхание, и косо глянула на брата. - А чего ты меня по телефону пугал, что Мии уже якобы не помочь? - Так при воде в операционную один из санитаров говорил главврачу, что состояние Мии крайне тяжело, что она впала в кому и есть подозрение на серьезное внутреннее кровотечение. - Ясно. А Джерри и Коди знают? Почему-то она продолжала называть их по именам, игнорируя тот факт, что сейчас ей 16, а им - порядка 34. - Им позвонили сразу же, когда Мию сюда привезли. Некоторое время ребята в ожидании молча сидели на диване, затем Блэк ушел в сторону диспенсера с водой, сославшись на жажду. И пока он наливал воду в стакан, Аида и Дин сидели молча, глядя в пол. Шатенка незаметно покосилась на него, собралась с духом и выдала: - Прости. - М? - За те слова на крыше. За то, что не смогла взять себя в руки, - девушка откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза. Незачем говорить, что во всем виновата Сейра: вряд ли он поверит. Да и выглядеть это будет больше как оправдание, чем извинения. Но блондин не ответил, даже не взглянул. - Ты злишься, да? - Аида вздохнула и повернулась в его сторону. - Да нет... - ненавидишь? - Да нет... - Тогда хватит отворачиваться! Посмотри на меня всего десять секунд! - Аида взяла его за голову и развернула лицом к себе, взглянув в удивленные алые глаза. - Злишься, обижен, больно, ненавидишь - говори прямо! Не играй в молчанку! Я же тоже пытаюсь понять, хочу понять! Аида выдохнула оставшийся кислород и медленно опустила руки. Вопросительно глянула, мол, давай, выскажи все, что хочешь, я в ответ орать не буду. - Нет, я не ненавижу тебя. Просто дело в том, что ты... Мама! Аида подавилась: в каком смысле?! Ничего себе заявленьице! И чего же еще о себе она не знает? Но блондин смотрел куда-то за нее. Девушка проследила за его взглядом, обернулась и вскоре поняла, к кому относилось последнее слово. По коридору торопливо шли Джерри и Коди, всем своим видом выдавая беспокойство. - Мия еще внутри? - с лету спросила миссис Эрклай, и блондин кивнул. Вскоре лампа над дверью загорелась зеленым, и в коридор вышел мужчина в хирургическом халате, на ходу снимавший шапочку и маску с лица. - Вы - мистер и миссис Эрклай? - обратился он к родителям Дина, и те кивнули. - Что с Мией? - Блэк вернулся, пытаясь унять нарастающий страх. - Операция прошла успешно, теперь осталось лишь пережить коматозное состояние. У неё ведь астма, так? - врач обратился к Джерри. Та кивнула. - Разрыва легкого не было... Просто слишком резко сузились альвеолы. Отделалась ваша дочь весьма легкого. если не считать легких: сотрясение, сломанная ключица и вывихнутая лодыжка. - Хорошо хоть шею не сломала, - Коди сжал руку на талии Джерри. - Пока она будет под нашим наблюдением. Позже Мию отвезли в палату. Джерри и Коди скрылись в кабинете врача, а ребята так и остались стоять в коридоре, глядя на одноклассницу через окно палаты. - Ну вот, а кое-кто уже к худшему приготовился, - хмыкнула шатенка и пихнула брата локтем в бок. Тот ту же принялся оправдываться. - Я ж не знал! Я сказал лишь то, что слышал в машине скорой помощи! - Ладно, шутки в сторону, истеричка, - разом изменилась в лице Аида и воровато посмотрела по сторонам. За тем двинулась к палате девушки, предварительно бросив. - Постой на страже! У парней глаза на лоб поползли, стоило им увидеть, как Аида осторожно входит в палату и идет прямо к Мие. Первым в палату залетел Блэк, Дин слегка не успел и впечатался ему носом в спину. От звуков кардиограммы и аппарата искусственной вентиляции легких барабанные перепонки неприятно вибрировали. Рука и нога Мии были зафиксированы, на лице синяки, одна рука лежала вдоль тела, вся фиолетовая из-за подсоединенной к ней капельницы. На девушку было больно смотреть. - Ты что делаешь?! - А что, не понятно? - зашипела та, обернувшись. - Помочь ей хочу! - А ты сможешь? - Полностью залечить все раны - нет. Но вот ускорить процесс смогу, - пробормотала шатенка, медленно опустив руку. Коснулась прохладного лба Мии, закрыла глаза и сосредоточилась. Что-то подсказывало ей, что не стоит этого делать, но шатенка отметнула назойливую мысль. Что плохого в том, что она поможет Мии исцелиться? "Исцеление" - интересная вещь. Чаще всего его показывают мгновенным залечиванием ран. Ну, или не совсем мгновенным, но быстрым. И при всем этом "жертва" чувствует приятное тепло или нечто подобное, но главное - нечто приятное. Как волшебной палочкой взмахнул, и подарил приятное лекарство, способное исцелить от всего на свете. На самом же деле все далеко не так. Первый этап - считывание информации с тела, чтобы понять, какой именно участок нужно спасти. Понять, в какой степени поврежден тот или иной орган, и, главное, от чего именно он пострадал. Второй этап - прокладывание пути для регенерации по телу. Тоже немаловажно, поскольку этой энергии хватит, чтобы спалить пару-тройку десятков нервов в теле человека, при чем без возможности восстановления. Поэтому "путь" прокладывается тщательно, пользуясь полученной информацией с тела человека. Строится так, чтобы в любой момент можно было оборвать поток, если что-то пойдет не так. И третий этап - направить поток энергии, чтобы он пошел точно по созданному пути. Это самый легкий этап, с которым Аида может справиться на раз-два. Вот и сейчас она закрыла глаза, чтобы картинка у нее в голове не пропала. В такие моменты она полностью отключается от реального мира, даже если упадет - не почувствует этого. Да и разве можно отвлекаться, когда перед глазами стоит человеческий организм? Ты словно летишь сквозь мышцы, нервы и кости. Такое странное, неприятное ощущение, к которому непросто привыкнуть. Правда, Блэк завопил бы что-то вроде "Круто! Я тоже так хочу!!!" Острая боль пронзила руку, которой девушка установила контакт. Аида закусали губу, пытаясь не закричать. Вот же ж, даже сейчас она это чувствует! Нет, рано! Она только-только начала прокладывать путь! Больно. Больно, но еще рано! Аида прислушалась к собственным ощущениям: энергии должно хватить на поверхностное лечение. Надо хотя бы вывести Мию из комы, а там уже станет куда легче. Но ей помешали. Что-то резко выдернуло ее из скопления капилляров и мышечных волокон, силой вернуло в свое тело. Аида открыла глаза и почувствовала, как кто-то держит ее за руку. Блэк. Дин не понимал, что происходит: стоило Аиде положить руку на лоб его сестре, как послышался нарастающий звон. словно кто-то усиленно бил одну из хрустальных статуэток в комнате Мии. Но звон шел не из коридора, не из чьего-то телефона, нет. Он шел прямо от Аиды, словно она была этой статуэткой. Кроме того, сквозь черную ткань стали просвечивать тонкие белые линии; каждый новый звон создавал новую такую линию, как печать заклинания в фильмах про магов и алхимиков. Блэк шагнул к ней и перехватил ее руку, вытянув перед собой. Корксвелл даже пикнуть не успела, когда ее брат, нахмурившись, молниеносным движение задирает ей рукав. За такой короткий промежуток трещины почти дошли до плеча, остановившись сантиметрах в пяти от его конца. - Что это? - странный голос брата подействовал на нее, как ведро холодной воды. Аида вырвалась и вернула рукав на место, в страхе глянув на брата. Девушка пятилась, пока не налетела спиной на стену. Дальше отходить было некуда. - Почему ты ничего не сказала? - О, а надо было? - огрызнулась Аида, спрятав руки в карман. - Извини, не помню, чтобы мы договаривались об обязательстве рассказывать все свои секреты! - Сейчас не до твоих язв! - вышел из себя Блэк, сжав кулаки. - Стоило тебе использовать свою силу, как эта зараза стала разрастаться! Зачем ты попыталась исцелить Мию в таком состоянии?! Аида снова хотела огрызнуться, но осеклась, почувствовав знакомый соленый привкус. Провела пальцами по губам - кровь. Так сильно закусила? - Погоди, - подал голос Дин, медленно осознавая происходящее. Ну точно! Тогда, в классе, Эмма сказала, что у Аиды рука онемела. А на крыше, когда он схватил ее за руку, раздался тот же самый звон. он думал, что она тогда дернулась от неожиданности, но что, если она просто пыталась терпеть? - Так... Так ты поэтому на меня сорвалась? Паззл стал собираться. Аида получила эти странные "трещины" сегодня утром, может ночью, но точно сегодня! Она попыталась скрыть это и потому так странно оделась. Из-за этих трещин она не могла нормально управлять рукой, что и заметила Эмма. А потом, на крыше, Аида испугалась, что он заметит неладное. Нет, даже хуже: он сам причинил ей вред, ведь звон появляется только от новых трещин. Ни раньше, ни позже. Девушка молчала, по-прежнему сжимая правую руку. Она стояла спиной к стене, отвернувшись к окну, и нарочно пыталась игнорировать парней. Надо ж было так попасться! Тем более этим двоим: она знала, что Блэк и Дин так просто не отстанут от нее. - Я сама с этим справлюсь, - отозвалась Аида, наконец повернув голову. - Так что не смейте говорить кому-либо об этом. Усекли? - Нет! - Тогда я сотру вам память, - Корксвелл бросила на них взгляд, полный мрачной решимости. - Будь уверен, я это сделаю. Правда, стоит ли использовать свою силу в, как ты сказал, "таком состоянии"? Блэк подавился своими же словами: он никак не ожидал, что Аида станет диктовать такие условия! А сама девушка вдруг распахнула окно и запрыгнула на подоконник. Бросила: "Если что, я на крыше", и свернулась в сферу, вылетев из палаты на улицу, оставив парней в полнейшем молчании слушать писк кардиограмм. А после они вышли из палаты, и вовремя: в этот момент врач открывал дверь своего кабинета и выпускал Джерри и Коди в коридор. К счастью, никто не заметил, что парни были у нее в палате. Как только врач снова скрылся, бывшие Нео-Бойцы объяснили им ситуацию. Жизни Мии ничего не угрожает, но пока что она в коме, и когда выйдет из этого состояния - неизвестно. новости, с одной стороны, хорошие, но с другой... Никто же не знает, когда она придет в себя. А потому остается только надеяться и ждать. - Кстати, а где Энни? - удивленно заозиралась Джерри. Она никак не могла перестать ее так называть. Возможно, чтобы не забыть "Энни", а может, просто не хотела признавать того, что "Энни" больше нет. Дин переглянулся с одноклассником и неуверенно заговорил. - Мам... Ту такое дело... - Она на крыше, - честно кивнул Корксвелл, перебив друга. Он бросил ему незаметный взгляд, мол, молчи, и продолжил. - Хочет проветриться. Женщина переглянулась с Коди, тот кивнул, и она куда-то направилась, оставив наедине всю троицу мужского пола. Коди сказал, что ему разрешили заглянуть в палату дочери, а потому вскоре скрылся там. Некоторое время одноклассники молча наблюдали через стекло, как мужчина держит ее за руку, а затем Дин мотнул головой и непонимающе сверкнул глазами. - Почему ты ничего не сказал? Нет, почему остановил меня? Ей же нужна помощь! - Ничего ты не понимаешь, - покачал головой брюнет и откинулся на спинку дивана, запрокинув голову. Белые, пустой потолок. Как и он сам сейчас. Такой же пустой. - Ты не жил с ней всю свою жизнь, а потому объясняю: она и правда сотрет всем нам память, если мы попытаемся рассказать кому-нибудь об этом. Когда у нее такой взгляд, ее не переубедишь. Да уж, редко увидишь у Аиды в глазах такую решимость... Дин молчал. Его разрывало: с одной стороны он должен был кому-нибудь об этом рассказать, а с другой... он чувствовал, что Блэк прав. Чувствовал, что так он сделает только хуже. Хотя... разве есть куда хуже?

***

Аида полной грудью вдохнула свежий прохладный воздух. Ветер растрепал волосы, воздух холодил разгоряченное лицо. Аида подошла к решетке и прислонилась к ней лбом, пытаясь хоть немного успокоиться. Корксвелл стиснула зубы и с силой сжала плечо. Нет, в каком-то смысле Блэк и правда прав... Аида и сама поняла, что так легко с этим не справится. Потому что она не маг ,не волшебник, не какой-то супергерой, который может помочь всем и вся. Она не может творить чудеса, не может исцелять саму себя... Не может даже понять причину того, что именно с ней происходит. Он прав, но все же... Если она расскажет, какой смысл? поднимается лишняя шумиха вокруг нее, а этого не хотелось бы. Все просто: Аида терпеть не могла, когда люди начинали о ней беспокоиться. Раз за разом они натягивают на лица эту тупую маску сострадания, жалеют, пытаются всячески поднять настроение. Да даже когда она в первом классе начальной школы голову разбила, еще будучи человеком! Пару дней посидела дома со швами на голове, и за все это время несколько девчонок, более-менее нормальных, приходили к ней домой и сразу же начинали испускать вокруг себя жалостливую ауру, мол, "Как мне тебя жаль!", "Бедненькая!" Бесит! Бесят такие фразу, бесит то, насколько лицемерно люди произносят нечто подобное. Они говорят, что постоянно переживают за тебя, беспокоятся, а на самом деле совершенно спокойно живут своей жизнью и забывают о тебе, если тебя не рядом. Нет, не так. Это бесит куда меньше. Самое ужасное - когда жалеют те, кто действительно за тебя переживают! Когда первые дни после обнаружения у меня внутреннего кровотечения год назад Аида, по настоянию врача, сидела дома, Блэк всячески пытался поднять ей настроение, и неважно, насколько глупо это выглядело. Вот только от такой поддержки становилось куда хуже. Когда видишь, как близкие страдают из-за тебя, то чувствуешь себя... - Одиноко... - пробормотала Аида и прикрыла глаза. И когда она успела так распуститься, стать такой нюней? От самой себя противно. Вот бы ей сейчас врезал кто-нибудь! Со смаком, с разворота! Аида и сама не поняла, как начала петь. Просто в голове всплыла знакомая песня... - I've always been the kind of girl That hid my face So afraid to tell the world What I've got to say But I have this dream Right inside of me I'm gonna let it show, it's time To let you know To let you know This is real, this is me I'm exactly where I'm supposed to be, now Gonna let the light, shine on me Now I've found, who I am There's no way to hold it in No more hiding who I want to be This is me

Всегда была девушкой, Что прятала свое лицо. Я так боялась сказать всем, Что давно должна была. Но внутри У меня есть мечта, Я собираюсь реализовать ее, Пришло время тебе сказать, Позволить тебе узнать Это я, настоящая я Я именно там, где должна быть Я верю в себя Сейчас я нашла себя - Назад пути нет. Больше не скрываю, кем я хочу быть Это я.

Но последнюю строчку отрывка пропела не только она. - This is me... Аида дернулась и обернулась. Хотя, она и так поняла, кто именно это был. Не так-то легко забыть голос старой знакомой. Джерри улыбнулась и встала рядом с ней, точно так же уставившись на бегущие по небу облака. - Тоже решила проветриться? - безразлично отозвалась Аида, прикрыв глаза. Ее ничуть не волновало то, что у них такая разница в возрасте. Что ж, если Джерри хочет, чтобы она была для нее подругой, значит, придется и вести себя соответственно. - Ну, можно и так сказать. Корксвелл развернулась и села на холодный бетон крыши, подтянув к себе колени. Некоторое время она молчала, пока, наконец, не собралась с духом. - Как ты смогла стать такой? - Такой это какой? - Такой, как сейчас. Ты же была расчетливой сволочью, которой было наплевать на всех, кроме себя? На какой-то момент Джерри показалось, что рядом с ней не Аида, а Сейра, которой была свойственно несколько грубо выражаться. Впрочем, она даже не обиделась, а лишь развеселилась. - Точно же ты охарактеризовала старую меня! - Ну вот, ты даже не отрицаешь! Не по-ни-ма-ю!!! - взвыла девушка и вдруг со всей силы впечаталась лбом в свои же колени. Затем еще раз, и еще. - Вот почему так происходит?! Как ты начала меняться, так все пошло как у людей! А как я пытаюсь подстроиться под ситуацию и понять других, так сразу же выгляжу полной дурой! Да я даже не могу понять, то ли это любовь, то ли перегрев на солнце! Ну почему мне так не везет?! Некоторое время, пока Аида восстанавливала потраченный кислород, Джерри удивленно хлопала глазами, а затем неожиданно рассмеялась. - Ну вот, опять! Да что с вами со всеми такое?! - в очередной раз в полнейшем унынии взвыла Аида, обессиленно опустив голову на колени. - П-прости, - женщина закрывала рот рукой, пытаясь взять себя в руки. Да уж, какой бы не стала Энни, она остается самой веселой девчонкой на свете! - Просто... Ты ни капельки не изменилась, хоть и продолжаешь это отрицать. Шатенка волком взглянула на златовласую, глубоко вздохнула, прокашлялась и процитировала: - "Люди никогда не изменятся. Они всегда будут носить маски, потому что за масками не видно их самих. Ведь играть в себя всегда интересно" Джерри услышала, и лицо ее изменилось. Разом. Она даже подавилась водой, которую пила из бутылки. Аида не смогла удержаться и заулыбалась, заметив румянец у нее на щеках. - Эй! - "Я никогда не задумывалась о том, что такое "друзья". Всегда лишь знала, что они мне не нужны. Потому что они предают. А я ненавижу предательство. Нет на свете большей трусости, чем бросить доверявшего тебе человека. Но они... Я смотрю на них и удивляюсь: они так долго дружат. Они беспокоятся друг о друге. Наверное, это приятно, когда кто-то о тебе заботится..." - продолжала издеваться Аида, на всякий случай отползая в сторону. Мало ли какой зверь проснется в Джерри! Уж она-то это знала очень и очень хорошо. - "... Неужели это и есть те, кого называют "друзьями"? Нет-нет, так нельзя. Но они ведь ломают мои стереотипы! Зачем им было приглашать меня сюда, если я даже нормально веселиться не могу?" Теперь Джерри напоминала спелую алую клубнику, которую только что сорвали с кустика. Повинуясь секундному порыву, женщина шагнула к старой подруге и вылила ей на голову полбутылки. Аида завопила и вскочила, схватившись за волосы. - Какого?!... Ты хоть знаешь, как долго их сушить?! - А сама? Ты вообще откуда это знаешь?! - Сейра прочла твой дневник! - фыркнула Корксвелл стянув с шеи мокрый шарф. Благо, на шее еще ничего не было. - А у меня ее воспоминания! Так что это ее нужно было поливать водой, а не меня! Шатенка сложила шарфик в несколько раз и основательно выжала, встряхнула и повесила себе на плечи. Ну, как бы то ни было, настроение себе она подняла. И Джерри тоже поняла это, заметив ее лицо. - Ну наконец-то ты стала улыбаться! - А?.. - она дотронулась да лица. И правда, уголки губ были приподняты. Когда Джерри снова засмеялась, Аида в уже третий раз взвыла. - Раздражает! И обессиленно свесила руки. Нет, все-таки подобные разговоры ужасно утомляют. и спать вдруг захотелось. Джерри открыла рот, чтобы сказать еще что-то, но Аида прижала палец к губам, указала пальцем на дверь и на носочках подошла. Дернула за ручку двери, и... С воплем на крышу ввалились Дин и Блэк. Вообще, первым свалился Блэк, потеряв опору, а следом выпал и Дин, потеряв свою опору в лице черноволосого одноклассника. Они так и остались лежать друг на друге, подняв голову и глупо улыбаясь. Аида впала в каплю и хлопнула себя по лбу, проведя ладонью до самого подбородка. - Господи... Кажется, кого-то не учили, что подслушивать нехорошо? Это неписанное правило! - Вообще-то, это писанное правило, - не согласился с ней Страйт, вспорхнув девушке на плечо. Парни еще некоторое время полежали так, а потом торопливо поднялись на ноги и принялись отряхивать посеревшую от пыли форму. - Ну что, долго еще собираетесь здесь стоять? - вяло поинтересовалась Аида и широко зевнула. Блэк даже на секунду подумал, что у нее во рту может уместиться его футбольный мяч. Аида махнула темными волосами и прошла мимо них, к лестнице. Но девушка вдруг закричала и вцепилась в свои плечи, рухнув на пол. Перепуганные мальчишки тут же в замешательстве опустились перед ней на колени; Аида продолжала мелко трястись и корчиться, но больше она не кричала. Терпела, до боли закусив только что зажившую губу. Боль была адская. Словно ее засунули в Железную Деву и закрыли там, спустили вниз со скалы, открыли и снова закрыли. Больно. Очень больно. Куда больнее, чем когда с ней игрался Каниер, когда был под гипнозом Мебиус. Она больше не могла удерживать ускользающее сознание. Перед глазами плыло, пошли пятна. - Мам!!! - завопил Дин, но женщина и так уже садилась рядом, нахмуренно оглядывая Аиду. Голоса шли как сквозь вату, в ушах стоял звон. Тот самый, знакомый звон. "Я умру?.." - Эй, не отключайся! - в отчаянии завопил брюнет. - Не смей терять сознание! "Я умру. Нет, не хочу. Еще рано!" Но одной силы воли было мало. Аида прищурилась и медленно закрыла глаза, больше не в силах сражаться. Мир не стоит на красивых словах, его нельзя изменить взмахом палочки. Как нельзя и пересилить себя, особенно - в такие моменты.

***

Джерри и школьники появились в доме Эрклаев. Джерри скрылась на кухне; Блэк подошел к дивану и, ни слова не говоря, положил сестру. Небо было пасмурное, по стеклу забарабанили первые капли дождя. - Вы знаете, что с ней? - Джерри вернулась с кухни с ванночкой с водой и мокрым полотенцем. Когда женщина положила импровизированный компресс на лоб Аиды, Блэк молча поднял руку сестры, стянул с нее перчатку и закатал рукав, показав Джерри трещины. - Возможно, из-за этого, - пробормотал он, прикрыв глаза. Да, он решил никому не рассказывать, но сейчас не тот случай. И пусть Аида его за это хоть в унитаз смывает! - Я не знаю, что с ней было в школе, поскольку меня там не было, но в палате Мии, когда она попыталась вывести ее из комы, стала покрываться этими трещинами. Не так, они у нее еще раньше были, но не раньше этого утра, иначе бы я заметил. И пара выжидающих глаз пересеклась на Дине. Тот сразу же замялся. - Ну... В школе у нее правая рука онемела. Больше я ничего не знаю. - И ты ничего не сделал? - сверкнула голубыми глазами Эрклай, от чего парень замялся еще сильнее. - Дай угадаю, она тебя послала? - вздохнул Блэк, а после добавил. - Просто предположение. Но, скорее всего, все именно так. Все равно это не важно. Важно другое: можно ли ей как-то помочь? Я впервые вижу нечто подобное! Чем-то напоминает способность Сейры "Воля Бездны", но при ее использовании она покрывалась стеклом, а не становилась им! - А может, это из-за использования той формы? - мрачно поинтересовался блондин, пытаясь отогнать неприятные воспоминания. Ответить брюнет не успел: Джерри нависла над ними, уперев руки в бок. От гнетущей ауры однокашникам стало страшно. - Ну и чего еще я не знаю? - угрожающе ледяным тоном протянула женщина, глядя на парней сверху вниз. Последующие несколько часов Блэк и Дин сидели на кухне, пересказывая женщине свои приключения. Дождь на улице разошелся Отрывок про контроль Дин не осилил, поэтому рассказывал уже Блэк. Страйт, Ран, Каниер и Лайнкрафт сидели на столе и иногда дополняли их рассказ некоторыми подробностями. Все это время Джерри слушала молча, не перебивая, а когда они закончили, женщина вздохнула и накрутила на палец прядь золотых волос. - Да уж... Яблоко от яблони недалеко падает... - пробормотала Эрклай, глядя куда-то в пустоту. Ну да, глупо было предположить, что эти ребята свою жизнь проживут спокойно и ни во что не вляпаются. А она ведь даже не знала, что на самом деле происходило с ее сыном! - В общем, мы не знаем что делать, - подытожил Дин, бросив мимолетный взгляд на дверь. Неожиданная мысль пронзила его мозг. -Эй, а может ли быть... Что, если во всем виновата Мебиус? Что, если это она? - Не она, - покачала головой Эрклай, сложив руки на столе. - Судя по тому, что вы мне рассказали, она не жаждет убивать. - Мам! - Дин аж вскочил - до такой степени его возмутили эти слова. - Она же выстрелила в нее! Она схватила вас и стала выкачивать энергию! При напоминании о последнем Джерри поморщилась, вспомнив нечто неприятное. Естественно: не очень-то приятно плавать в синей жиже как какая-то заспиртованная препарированная крыса! - Но вы сказали, что та форма отобрала у Аиды много сил, так? То есть, она вполне могла оказаться на месте Мии, в коме. Вряд ли кто-нибудь будет знать как лечить бакуганов ее типа. Блэк поперхнулся чаем и зашелся в кашле. Ничего себе! То же самое сказала и Аида! То есть, она не просто так защищала эту Мебиус? Дин же сидел и удивленно хлопал глазами, получив столько неожиданный ответ. - С этой точки зрения она в каком-то смысле спасла Аиду. Так мне кажется. А насчет нас... Она могла бы полностью нас осушить, забрать наши силы Хранителей, после чего мы бы умерли. Но она не стала этого делать, иначе бы ты сейчас со мной не разговаривал, - покачала головой женщина, взяв в руку кружку с янтарным чаем. - а потому не думаю, что она бы стала это делать. - А это и не она. Парни тут же вскочили со стульев и обернулись. Аида стояла в дверном проеме и скучающе осматривала кухню. Кофту и пиджак она сняла, оставшись в блузке с расстегнутым воротником и в брюках. Она даже не скрывала трещины, полностью покрывшие ее руки. Аида скрестила их на груди и оперлась спиной о дверной косяк. - Эй, ты в порядке? - В норме. Тело слегка онемело, а так я в порядке, - полусонно отозвалась шатенка, ничего не скрывая. Да и какой теперь смысл. - Так вот, повторяю: Мебиус тут не при чем. Вернее, ее отношение здесь косвенное. Вина полностью лежит на мне. - В каком смысле? - не понял блондин. - В прямом. Хотя, какая уже разница? С этим все равно ничего не поделаешь. - Не смей сдаваться раньше времени! - Сдаваться? - она смерила его долго холодным взглядом; пентаграмма на правом глазу сверкнула алым. - Я не сдаюсь, я констатирую факт. Джерри, ты же Хранитель, неужели ты этого не почувствовала? Женщина молчала. Корксвелл вздохнула и закинула руки за голову, продолжая опираться спиной о дверной косяк. - Я кое-что вспомнила. Селебрикон предупреждала меня... Энни.

***

- То есть, ты меня спасла? - Энни удивленно рассматривала свои руки, не в силах поверить в происходящее. Она должна была быть мертва, так почему же сидит и даже разговаривает? Она и еще одна девушка сидели на скамейке в школьной раздевалке. На дворе была ночь, школа пустела. Разве что изредка мелькал фонарик охранника. Селебрикон, такой же переродившийся бакуган, встала со скамейки и оперлась спиной и стальной шкафчик, встав прямо напротив Энни. У нее волосы были покороче: до колена, а конец завязан в узел. Но что самое удивительное - цвет ее волос. От корне шли алые локоны, плавно переходящие в темно-синий цвет на конце. Селебрикон некоторое время молча смотрела ей в глаза своими красными, а затем заговорила. - Можно и так сказать. Но я спасла тебя наполовину. Во-первых, мне пришлось слить тебя с Сейрой, иначе бы вы не выжили... Хватит стучать себя по голове, Дарк пока в состоянии искусственного сна, чтобы не мешала нам с тобой обсуждать важные вещи! Боже! Селебрикон закатила глаза и вздохнула. Порой Энни действительно туго соображала. - Во-вторых, ты теперь не обычный переродившийся бакуган, как я или Эламброид. Поскольку ты слилась с ней, получила некоторые отголоски ее внешности. И, как напоминание об этом, у тебя на глазу такая же звезда как и нее, когда она использует свою силу... Да дослушай хотя бы! Но Энни ее проигнорировала: вытащила зеркальце из кармана и принялась разглядывать свое лицо. При виде почерневшей слезы и пентаграммы-звезды на алом правом глазу девушка поникла. Ну и как ей теперь жить со всем этим? Она же клоуна напоминает! - А что еще? - Еще? Еще одна вещь, которую ты должна хорошо запомнить. Для этого мира ты - ошибка. Вирус, попавший в чужой организм. Пока ты не проявляешь активности, или же она незаметна в таких масштабах, с тобой ничего не сделают. Но если ты совершишь нечто запредельное, нечто, что нарушит какой-то закон этого мира... Он примет тебя за врага. А с вирусами борются двумя способами: либо лечат, делая безвредными, либо уничтожают.

***

- Наверное, я проявила себя, когда использовала ту форму во время боя, - продолжила Аида, глядя в потолок. - Согласитесь, это ненормально. Во всяком случае, для этого мира. - Так, стоп! - замахал руками Блэк. У него уже мозги скрутило от происходящего. - Но ты же сказала, что я тоже могу становиться таким! Как и вообще все переродившиеся бакуганы! - Но вы-то не я. Вы живете по правилам, - вздохнула шатенка, опустив голову. - Ты, как переродившийся Темный бакуган, соответствуешь этому миру. А я нет. Благодаря Селебрикон я стала кем-то вроде Нейтрала, у которого силы и Темного Бакугана, и Белого. Две противоположности, которые сжились в одном слабом теле. Из-за этого противоречия я и стала ошибкой. Как все считают, что-то обязательно должно одержать верх, не так ли? Либо тьма, либо свет. А у меня ни то, ни другое. И это противоречит этому миру. Поэтому, когда использовала свои силы на максимуме, использовав ту форму, я выдала себя как вирус. И потому меня теперь и стирают как вирус. С этим ничего не поделаешь, - Аида вытянула перед собой руку и посмотрела на стену сквозь пальцы. Верно, она всегда это знала. Всегда знала, что она ошибка, которой не должно быть в этом мире. Такой исход был очевиден. И все же... И все же она не хотела, чтобы случилось нечто такое. Секундная тишина была прервана громким стуком упавшего стула. Аида молча перевела взгляд на блондина, все то время сверлившего ее взглядом. - И ты так легко сдаешься?! Тебе плевать на свою жизнь?! Ты даже не пытаешься бороться, не пытаешься помочь себе! Нет, ты даже не пыталась просить помощи! Ты просто сдалась! - Да хватит уже! - выкрикнула шатенка, обняв себя за плечи. - Хотя бы раз в жизни прими неизбежное! Если ничего не сделать, значит, ничего не поделаешь! Кого из нас двоих ты пытаешься переубедить? Думаешь, ты способен пойти против всего мира? Не переоценивая себя! Как ты собираешься это сделать?! Да и вообще... - Корксвелл стихла и добавила уже почти шепотом. - Хочешь сказать, я сама этого хочу? В полной тишине Аида Корксвелл вышла и направилась в прихожую, пробормотав нечто вроде "Пойду, прогуляюсь!" Девушка вылетела на улицу и с наслаждение впустила в легкие вечерний влажный свежий воздух. Одна из многих причин, по которым Аида Корксвелл по-настоящему любила дождь. Шатенка спрятала руки в карманах брюк и направилась в сторону моста, который был не так далеко от парка. Нет, не бросаться в реку. Просто подумать и освежить голову.