MIT: Malfoy Information Technology

      Стоило двери захлопнуться, как машина мягко тронулась с места и поехала по дороге, ведущей к одинокой деревянной арке, за которой начинался густой хвойный лес. Пожелтевшие листья, беспорядочно усыпавшие тонкую полоску асфальта, шелестели под колёсами, но стоило закрыть полностью окно, как в салоне становилось почти идеально тихо.       Водитель — мужчина лет сорока — с сердечно улыбающимися глазами и густыми, немного приподнятыми вверх бровями поправил зеркало заднего вида. Он мимолётно взглянул через отражение прямиком на пассажира и гундосым голосом поинтересовался:       — Маленький господин сегодня снова хочет наведаться в «Пряничный домик»?       — Да, — отстранёно произнёс Драко. Он внимательным взглядом исследовал каждую морщинку лица, отражающегося в зеркале. — Ты же не расскажешь отцу, Френч?       — Нет, конечно. Это же наш маленький секрет, — хохотнул он. — Я же обещал, а дядюшка Френч всегда держит свои обещания.       — Знаю. Не разговаривай со мной, как с маленьким — я уже взрослый.       — Конечно, взрослый, — всё также добродушно выдал Френч, остановив машину. — Приехали. Беги, сорванец, к своей ненаглядной.       — Нет! Ты опять всё не так преподносишь! Я же говорил, мне надо её проучить, она мне ничуточки не нравится! — взволнованно выпалил Драко и выскочил из машины. Его взгляд упал на маленькие, начищенные до блеска туфли, как те, что он носил в начальной школе.       Дверь кондитерского магазина была открыта нараспашку, и внутри скользили силуэты детей, безликие и серые. А её, ради которой он каждый день заезжал в «Пряничный домик» на протяжении двух месяцев, как всегда, не было. Он мучился от незнания, почему она больше не приходит, и, не застав её в очередной раз, ощутил острую обиду, вылившуюся в жгучую злость. От одних только свирепых мыслей начал плавиться пол.       По керамической плитке пробежались поверхностные волны, как на мелководной речке со спокойным течением. Испуганно отшатнувшись, Драко попятился назад, развернулся и побежал к выходу, вот только чем рьянее он рвался наружу, тем сильнее отдалялась дверь, а ноги стали вязнуть в полу. Липкая и вязкая жижа засасывала, заставляя тщательно ощутить привкус паники.       Зажмурившись и рванув вниз, Драко внезапно ощутил пустоту. Он словно оказался в месте, где отменили все законы гравитации, а невесомость стала осязаема, и её стало возможно ощупать. Тем не менее, когда глаза с чуть дрогнувшими ресницами раскрылись, он снова почувствовал, что твёрдо стоит на земле всего в метре от машины.       С гулко бьющимся сердцем он дёрнул ручку на двери и практически запрыгнул на заднее сидение.       — Френч, тут какая-то чертовщина творится! Скорее поех… Френч?! — подскочив на месте, Драко подался вперёд, протиснувшись между водительским местом и пассажирским. Он схватил ссутулившегося и завалившегося к рулю мужчину за плечо и потянул на себя. Голова, как пришитая, покачнувшись, опрокинулась назад.       Лицо Френча было умыто кровью: по правой щеке полоснули ножом, разрезав её насквозь, а левый глаз вырезали, оставив на обозрение кровоточащую пустую глазницу.       — Нет, нет, Френч, нет, — бессвязно бормотал Драко, сжимая его плечо. Из серых глаз брызнули слёзы. — Прости меня, Френч, нет, нет… Это моя вина… нет, Френч…

***

      Сквозь тонкие веки пробивался яркий свет, шумел закипающий чайник, и кто-то требовательно тряс за руку. Повинуясь чужому усердию, Драко, нахмурившись, приоткрыл сонные глаза. Первым, что он увидел, была склонившаяся над ним Грейнджер. С её лица не сходило забавно-встревоженное выражение, и даже тон, с которым она к нему обратилась, показался обеспокоенным:       — Вам снился кошмар? Вы что-то бормотали во сне и прямо метались по кровати.       — Отвали, — неосознанно грубо кинул Драко и перекатился набок, повернувшись к ней спиной. Вот только из-за необдуманного телодвижения он скривился в болезненной гримасе: бок, на который он лёг, пронзила острая боль. «Чёрт».       — Я после работы заскочу в аптеку за ранозаживляющей мазью и от ушибов, — донёсся голос Грейнджер.       — И болеутоляющее захвати, — негромко скорее попросил, нежели приказал Драко.       — У вас что-то болит?       — Рёбра, — пристыженно буркнул он.       Грейнджер больше ничего не говорила. Молча шуршала пакетами, переставляла какие-то вещи, демонстрируя своими шумными копошениями на кухне и в коридоре энергичные сборы на работу. Минут через десять всё стихло. Два хлёстких щелчка в дверном замке оказались последним звуком перед тем, как помещение заполнилось тишиной, оказавшись в которой, Драко постепенно снова уснул.

***

      «Через пятнадцать минут рабочий день официально закончится, а значит, закину на склад вещи — и домой».       Обхватив покрепче картонную коробку, она притулилась плечом к двери, собираясь на неё приложиться всем весом. Вот только та вдруг ожила и сама стала медленно приоткрываться. Гермиона попыталась переступить с ноги на ногу в надежде удержать равновесие, но нос кроссовка зацепился за невысокий порог, из-за которого ей, несомненно, грозила встреча с полом, если бы некто со спины не успел её мягко приобнять за плечи сильной рукой, удержав на ногах. Она тут же повернула голову и упёрлась взглядом в широкую грудь с красовавшимися на ней яркими деталями: тёмно-бордовым галстуком в косую полоску и металлическими уголками ручной работы на воротнике рубашки.       — Что же ты падаешь от меня, а не на меня? — с полуулыбкой произнёс Блейз в тот момент, когда их глаза встретились.       — Так вот в чём был твой коварный план.       Радостная улыбка возникла на её вмиг приободрившемся лице, не оставив и слабых отголосков от былой задумчивости. Дождавшись, пока он выпустит её из своих объятий, Гермиона, чуть склонив набок голову, благодарно произнесла:       — Спасибо.       Блейз странным и долгим взглядом разглядывал её и очнулся только после чужого покашливания. Шагнув по направлению к ней, он по-хозяйски, словно делал так каждый день, перехватил из её рук ношу. Она и попытаться возразить не успела, лишь замельтешила скорым шагом, пытаясь поспеть за быстро удаляющимся начальником.       — Что за добро? — разглядывая провода, инструмент, похожий на плоскогубцы, металлическую коробку и продолговатую плату, спросил Блейз, как только они достаточно отдалились от двери. Теперь он шёл не спеша, подстраиваясь под неторопливый темп Гермионы.       — Да так, в отделе технической поддержки накрылась пара компьютеров, а точнее: у одного сгорел блок питания, а у второго — видеокарта. Доразгонялся, умелец, — усмехнулась Гермиона. — Ну, и у одного сегмента были небольшие проблемы с локальной сетью. Там мелочи, надо было лишь переобжать сетевой кабель.       — Но как что-то могло сгореть в компьютере, если у нас все подключено через бесперебойные блоки?       — Спокойно. Сгорел блок питания, потому что тот, кто апгрейдил компьютер, неправильно рассчитал мощность всех компонентов. А видеокарта сгорела у игромана, который хотел на максимальных настройках графики поиграть, без проседания по FPS, на относительно слабенькой видюхе.       — Вот как, ясно.       —Ну да, я ясно слышу, как тебе ясно, — делая акцент на повторяющемся слове, шутливо подытожила она.       Блейз сражённо улыбнулся. С каждым днём он всё сильнее раскрывался Гермионе, закрепляя свои позиции славного парня. Она стала чаще ловить его улыбки и заботливые взгляды, но вместе с тем у неё зарождалось стойкое чувство чего-то неправильного.       — Нормально добралась вчера? — с нотками беспокойства поинтересовался Блейз, выдержав небольшую паузу. Вчера вечером он приложил немало усилий, чтобы убедить Геримону, что будет лучше, если он довезёт её до дома, но она оказалась непреклонна и демонстративно вызвала такси. Ей вовсе не хотелось его обидеть, но интуиция подсказывала о необходимости максимально сократить количество свидетелей.       — Да, без происшествий. Извини, забыла тебе отзвониться, — виновато ответила Гермиона, опустив взгляд к полу. Она вспомнила, как резко сорвалась после звонка ещё до начала фильма, а потом, когда увидела, в каком состоянии Малфой, все мысли о неудавшемся свидании просто сдуло из её головы. Даже сегодня весь день думала лишь о своём тиране, ожидающем её дома, и вспомнила о Блейзе лишь тогда, когда столкнулась с ним, и то — сугубо по его инициативе.       — А Драко? — робко полюбопытствовал он. — Чего господин начальник хотел?       Гермиона растерянно посмотрела на него, точно он спросил что-то запрещённое, секретное. Малфой не наказывал ей молчать, но многое наводило на мысль, что распространяться не то чтобы нельзя, а скорее опасно — как для него, так и для всех окружающих.       — Не знаю, — суетливо заговорила она, — когда я пришла домой, никто меня у двери не поджидал. Видимо, просто решил испортить мне вечер.       Теперь была очередь Блейза молчать. Он искоса кинул на неё внимательный взгляд, показавшийся Гермионе слишком подозрительным, и спустя долгие минуты нервирующей тишины, когда он практически подвёл её к кабинету Симуса, наконец-таки произнёс:       — Да, наверное.

***

      Звонко брякнули колокольчики на двери, оповещая о новом посетителе.       Гермиона удивлённо обернулась — давненько она не слышала этого звука. В огромном городе-мегаполисе даже в маленьких магазинчиках сейчас установлено, по меньшей мере, пара видеокамер. Двери чаще всего автоматические: как только датчики улавливают приближающееся движение, створки раздвигаются. А в этой аптеке и дверь деревянная с металлической ручкой, и маленький медный колокольчик с тёмно-коричневой верёвочкой, на конце которой небольшое грузило.       Сама аптека выглядела изнутри скорее как лавка знахаря: повсюду на открытых полках стояли пузатые стеклянные бочонки с травами, семенами и разноцветными порошками и высокие, продолговатые склянки с жидкостями. Свет в помещении был приглушён, словно хозяин стремился добавить атмосферности и без того необычному заведению.       — Добрый вечер, — раздался из-за стойки мелодичный женский голос. — Могу вам чем-нибудь помочь?       Невысокая пожилая женщина с поседевшими в области висков убранными назад волосами стояла возле прилавка, скромно сложив на столешнице свои руки. На безымянном пальце левой руки, лежащей поверх правой, было надето два обручальных кольца*.       — Я, кажется, ошибалась, — растерянно произнесла Гермиона. — Искала аптеку, там снаружи была табличка со стрелкой, наверное, я двери перепутала.       — Нет, всё верно, наша аптека ориентирована на народную медицину, но это не значит, что у нас нет высокотехнологических лекарств. Что вы ищете?       Отчего-то было неловко отказаться от услуг вежливого продавца. Ещё и кольца бросались в глаза, вороша и воссоздавая в мыслях образ отца.       — Мне нужна ранозаживляющая мазь, мазь от синяков, болеутоляющий препарат и эластичный бинт или грудной бандаж.       — Бандаж для мужчины или женщины?       — Мужчины.       Продавщица скрылась в дверном проёме, находящемся по ту сторону прилавка. Вернулась она минут через пять с небольшой плетёной корзиной. Аккуратно подхватив пальцами телесного цвета широкую полоску плотной, но эластичной ткани с двумя утягивающими панелями, женщина протянула бандаж Гермионе.       — Я могу предложить вам две мази от гематом: органическую, в состав которой входит сок алое, настой петрушки и картофельный крахмал, или привычный вам лекарственный препарат — «Фист-гель».       — Хороший бандаж, я его возьму, — сказала Гермиона, положив его на столешницу, после чего взглянула на два продолговатых тюбика, положенные продавщицей рядом. — Наверное, лучше «Фист-гель». Я не себе покупаю лекарства, поэтому…       — Поняла, — мягко перебила её женщина. Она улыбнулась, отчего морщинки вокруг глаз и рта углубились, став в разы контрастнее. — Ранозаживляющие мази есть «Бронс» и «Алия», а также крем «Скорая помощь».       — Давайте то, что, на ваш взгляд, наиболее эффективное.       Женщина оставила на прилавке крем «Скорая помощь», кратно пояснив свой выбор:       —Универсальный крем, можно использовать как при ссадинах, так и при ожогах, ушибах и мозолях.       Достав маленький калькулятор, женщина принялась считать общую сумму, тихо бубня себе под нос цены.       — А что насчёт болеутоляющего?       — Ах да, точно! — взволнованно спохватилась она,— какого рода боль? И что именно болит?       — Ну, я точно не знаю, какого она рода, знаю только, что в области рёбер.       — Органы, мышцы или суставы?       — Я не знаю, — тихо призналась Гермиона, виновато нахмурив брови и поджав губы. Она должна была уточнить у Малфоя, но тогда ей показалась, что не стоит расспрашивать и ворошить его раны — он выглядел и так слишком пристыжённым. Когда Гермиона подскочила к нему, услышав, как он стонет и мечется во сне, покрывшись испаренной, то, обомлев, замерла — вид застывших слёз на глазах застал её врасплох.       — Вообще, «Фист-гель» содержит в своём составе обезболивающее, значительно снижая и даже полностью убирая болевые ощущения в области ушиба. Но если вас интересует употребляемые внутрь, то могу предложить классический анальгин, либо, если боли очень сильные, «Титанов 540», но нужно придерживаться строгой дозировки и желательно принимать не дольше трёх дней. Его вообще прописывают для обезболивания послеоперационных и онкологических болей, так как он является самым эффективным ненаркотическим болеутоляющим препаратом.       — Он, наверное, дорогой?       — Нет, дешевле анальгина.       — Тогда давайте оба.       — Попробуйте накормить больного острой пищей, приправленной жгучим перцем или ядрёным хреном. В нём содержится капсаицин, который как раз таки и жжёт слизистую рта и глотки, в результате чего организм в ответ на боль интенсивнее вырабатывает эндорфины — гормоны счастья. Они, в свою очередь, обладают мощным обезболивающим эффектом, способным притупить даже самую острую боль, — женщина закончила что-то писать на бумажке и протянула ту Гермионе.       — Спасибо, — искренне поблагодарила она, смущённо улыбнувшись. — Значит, сегодня на ужин будет острое карри.