Ты - моя Вселенная

Уже пять дней мама и Никита находятся в Польше, заглаживая все шероховатости перед открытием салона. И два дня из трёх я не живу дома. По какой причине? Не могу находиться дома, когда Пиндюра имеет наглость разгуливать по квартире только в трениках или шортах, открывая полный обзор на своё привлекательное тело. Моя симпатия никуда не пропала, а, кажется, ещё больше выросла. И снова я решила снять наваждение тем, чтобы вообще не видеть своего отчима. Сегодняшнюю ночь я провела у Толи. Мы проговорили с ним до трёх часов, благо, что на работу не нужно было, ведь сегодня было воскресенье. Мой телефон был отключен ещё с того времени, когда я сбежала, поэтому чувствовала я себя более-менее свободно. Однако продлилось это не долго. За закрытой дверью зала сначала раздался дверной звонок, а затем и шумные мужские голоса. Они мешали мне спать дальше и я, зажмурившись, накрыла голову подушкой, стараясь абстрагироваться от внешнего мира. Голоса стали чуточку тише, но всё равно мешали мне расслабиться. В голове вновь всплывал образ полуголого Пиндюры, который готовил блинчики в нашей кухне. Я вообще имела слабость к мужчинам, которые не имеют ничего против, чтобы приготовить самим что-нибудь поесть. По мне, так это выглядит более мужественно, нежели все эти протеиновые качки, которые только и знают, что пить добавки и тягать железо, забывая о том, что нормальные люди стремятся к продолжению своего рода. Дверь в зал, где я и спала, открылась, и я тут же спрятала голые ноги под тёплый плед. Какого чёрта Толик притащил кого-то в эту комнату, зная, что я наверняка ещё не встала?! Поняв, что голоса стихли, я слегка приподняла подушку и вскрикнула: прямо передо мной было лицо Пиндюры. Артём, явно обрадовавшись тому, что нашёл меня, радостно заулыбался, а затем нагло подхватил меня вместе с одеялом и перевалил через своё плечо. - Я в одних трусах, идиот! – завизжала я, вцепившись в ремень на брюках парня, боясь полететь носом вниз. - Предлагаешь мне отдать одеяло Толе? – весело спросил Артём, а затем пожал Толе руку. – Спасибо большое, Анатоль. Я все морги уже обзвонил, на самом деле. - Только сильно на неё не ругайся, хорошо? – с улыбкой спросил Цой. - Ты меня сдал, и тебе от этого весело?! – тут же разозлилась я, невольно шлёпнув Артёма по пояснице. - Ещё один удар, и я точно отдам Толе одеяло, поняла? – пригрозил Артём и двинулся в коридор, где поспешно влез в кроссовки. - Погоди! – нас настиг Толя, который засунул что-то в передний карман тёмных джинсов Артёма. Однако мне всё стало понятно, когда Цой обратился ко мне: - Варь, я твой мобильник Тёме отдал. Приедешь домой – позвони маме, пожалуйста. - Я тебя знать не хочу, - обиженно пробормотала я, свесила руки вниз и уткнулась носом в поясницу Артёма. - Так же лучше, Варенька, - заботливый голос Толи всегда заставлял меня прощать его, но сейчас была совсем не та ситуация. Мне хотелось всё крушить и громко ругаться, устроить самую настоящую истерику, которую показывают в фильмах. А вместо этого я нюхаю футболку маминого жениха. Спуститься вниз было большой проблемой: лифт без конца ездил по разным этажам, игнорируя наш вызов. Судя по тому, как Артём хлопнул ладонью по кнопке вызова лифта, и по тому, как он сжимал мои ноги, я поняла, что Пиндюра был очень зол. Улыбка и хорошие манеры в квартире Толи – всё было наиграно. И, кажется, я действительно вывела Тёму из себя. Хотела ли я этого? До этого момента я сомневалась в правильности своих действий, но сейчас, когда он вытащил меня из постели фактически в одном одеяле, я понимала, что готова сделать ещё какую-нибудь гадость. И не одну. Наконец, мы спустились вниз, где Артём усадил меня на переднее сиденье своего шикарного автомобиля, салон которого весь пропах Артёмом. Господи, везде был его навязчивый и такой соблазнительный запах! Мне даже не стоило смотреть по сторонам, чтобы понять, что Пиндюра вновь заехал на клумбу. Ему как будто дороги вокруг было мало. Артём молча сел за руль, заблокировал замки на дверях и так же молча выехал на дорогу. - Теперь будешь злиться? – спросила я, плотнее кутаясь в одеяло, чтобы ни одна частичка моего оголённого тела не была видна этому невольному соблазнителю. В моём состоянии был один плюс: я могла сидеть с задранными на сиденье ногами и рассматривать водителя, не поворачивая головы. - Ты – конченая эгоистка, - сквозь зубы процедил Артём, а его пальцы сильнее сжали руль. Вены на предплечьях вздулись, заставляя меня зависнуть на некоторое время и наслаждаться видом его сильных рук. - А ты – лицемер, - сказала я с некоторым опозданием. Пиндюра резко выдохнул, повёл плечом и вновь заговорил: - Ты знаешь, какую истерику закатила твоя мама? Тебя три долбанных дня не было дома. Я отмазывал тебя как мог. - Плохо отмазывал, - спокойно заметила я, пожав плечами. Тёма же продолжил свои словесные излияния: - Искала приключения на свою задницу. - Привлекательную, прошу заметить. - Да замолчи ты! – прикрикнул Пиндюра, заставляя меня обиженно поджать губы. – Таня до тебя четыре дня не могла дозвониться! Я три дня тебя отмазывал! А сегодня она сама обо всём догадалась! – Артём выдохнул, а затем продолжил спокойно: - Она плакала мне в трубку, умоляла тебя найти и сказала, что вылетит домой первым же рейсом. - Она так сказала? – я до крови прикусила губу, почувствовав, что глаза наполнились слезами. Я хотела держаться от Артёма подальше, но лишь причинила боль своей матери. Она ведь столько для меня сделала! Она воспитала нас с Никиткой хорошими людьми, всё нам отдала, и теперь просто пытается устроить свою жизнь. Артём мельком взглянул на меня, выудил мой мобильник из кармана и протянул его мне. - Позвони ей и скажи, что с тобой всё в порядке. - Я не знаю, что сказать ей, - тихо призналась я, заправляя прядь волос за ухо. Я ждала, пока включится мой сотовый телефон, пытаясь придумать хоть одну нормальную причину моего поведения, но в голове, как назло, было пусто. Если прислушаться, можно услышать, как там гуляет ветер. - Скажи, что встретила отличного парня и затусила с ним. - А в будни? - Слушай, это твои проблемы! – сорвался Артём. – Я должен придумывать для тебя отмазки?! - Тебя ведь это тоже касается! – крикнула я в ответ, а затем всё же набрала номер матери. Мне было сложно с ней говорить. Не из-за того, что мне нечего было сказать или я не придумала причину, по которой пропала так надолго. Просто мама постоянно плакала, говорила, что сильно любит меня и, если я хочу, она всё бросит и тут же примчится в Москву. Я сама развела сырость из-за этого разговора, поклялась маме вести себя хорошо, слушаться Артёма и больше никогда в жизни не отключать смартфон. Повесив трубку, я повернулась спиной к Артёму, уткнулась лбом в стекло и стала смотреть на проносящийся мимо город. - Я думал, что у нас с тобой всё начинает налаживаться, - спокойно заговорил Артём через несколько минут. Я действительно успокоилась, но всё ещё не хотела разговаривать с Артёмом. Меня грызла совесть, я была виновата перед мамой, и я действительно не знала как загладить перед ней вину. - А ты проницателен, - еле слышно пробормотала я себе под нос и усмехнулась. Находиться в маленьком пространстве рядом с Артёмом стало невыносимо. Мне срочно нужно было куда-нибудь выйти, провести некоторое время наедине с собой и всё хорошо обдумать. Но я ведь дала маме это чёртово обещание! - Что? – переспросил Артём, не расслышав. - Ты-то здесь каким боком, говорю? – чуть громче бросила я через плечо. - Тогда какова причина, по которой ты пропала? - Загуляла, - усмехнулась я. - Всё ещё веселишься? - А мне вообще весело в одних трусах! – огрызнулась я и поморщилась, когда авто резко вильнуло, а я хорошенько приложилась лбом о стекло. – Идиот! - Замолчи, - фыркнул Артём, а я обернулась, чтобы посмотреть на этого наглеца. – Когда же ты уже научишься быть взрослой, Варвара? Все твои поступки слишком детские. - Так высади меня прямо здесь и перестань возиться с ребёнком! - Ну, раз уж ты уже не ребёнок, - на лице Артёма появилась презрительная усмешка, которая всегда появлялась только в разговоре с чужими людьми, - тогда делаю другой вывод: у тебя простой недотрах. - Ах ты!.. – я просто задохнулась от возмущения, а Артёма, кажется, это вообще никак не задело. Я честно намеревалась залепить ему сильную пощёчину, но Пиндюра явно опережал моё мышление: едва я успела замахнуться, как он сдёрнул с моего плеча одеяло, оголяя грудь. Мне, конечно же, ничего не оставалось, кроме как взвизгнуть и тут же вновь укутаться в одеяло. - Индюк! – заорала я, вжимаясь в спинку белого кресла. - Может, и индюк, - легко согласился Артём. – Но быстро нашёл выход, как обезвредить такую мегеру, как ты. - Осёл. - Действительно можешь только обзываться, или поговорим как взрослые люди? - Я не хочу с тобой разговаривать, - категорично заявила я. - Хорошо, - легко согласился Артём, резко крутанул руль вправо, подрезая какую-то дорогую иномарку, и устремился прямо к бордюру. Артём заглушил двигатель, быстро вылез из автомобиля и, обойдя его, открыл дверцу с моей стороны. - Выметайся, - приказал Артём, а когда увидел, что я не собираюсь никуда вылезать, подхватил меня на руки и вытащил на улицу. Я брыкалась, пыталась его укусить, а проходившие мимо люди пялились на нас. - Да что ты делаешь?! – возмутилась я, когда Пиндюра попытался сорвать с меня одеяло. - Так это ведь Толино одеяло. Отвезу его владельцу. - Отдай! – взвизгнула я, когда Артём в очередной раз схватился за край моего спасительного одеяла. Артём, прекратив попытки отобрать у меня вещь, зарядил рукой прямо по машине возле моей шеи. Я зажмурилась, вытянувшись, словно по струнке, ожидая удар и по себе. Но я слышала лишь как тяжело дышит Артём. Словно разозлившийся бык, который никак не может добраться до своей цели. Я медленно открыла глаза. Артём повернулся спиной к машине, в нескольких шагах от меня. Его пальцы были запущены в волосы на голове, сжимая их. Я действительно была напугана всем, что сейчас произошло. Это было настолько страшно, что я не сразу поняла, что дрожала, словно на холоде. Хотя на улице было невероятно жарко, как для 11 апреля. Я даже поверить не могла, что у меня получилось настолько вывести Артёма из себя. А если бы это произошло на дороге? А вдруг мы бы попали в аварию? Подобрав плед, чтобы не волочился по земле, я тихо подошла к Артёму и положила руку на его плечо, но парень лишь дёрнул плечом, смахивая мою руку. Артём провёл рукой по лицу, обошёл автомобиль и сел за руль. Я растерянно смотрела на парня, пытаясь понять, можно ли и мне забраться в салон. Пиндюра внимательно посмотрел на меня (видимо, оценивал моё психологическое состояние), дотянулся до дверцы с моей стороны и легко дёрнул за ручку. Я тут же забралась в салон, укрылась пледом с головой и затихла. Я молчала до самого дома, а, едва мы успели остановиться, я выбралась из автомобиля и кинулась к квартире. И здесь пришлось ждать Пиндюру, но, едва он открыл дверь и пропустил меня первой, как я пулей пронеслась в свою комнату, закрываясь на все замки.