Глава 8. Горечь или Почему ты так жесток ко мне?
16 декабря 2012 г., 00:53
Pov Джулиан
Я уже полчаса ждал Лео в кафе. Передо мной на столе стояла одинокая чашка с кофе. Я механически перемешивал напиток ложечкой, чтобы хоть чем-то занять руки. Потом поднёс чашку ко рту и сделал несколько глотков «настоящего бразильского кофе» — как утверждало меня меню — и еле сдержался, чтобы не выплюнуть его обратно. Холодный. Мерзость какая.
Факт, что Лео опаздывает, для меня был настолько необычен, насколько несвойственно было поведение его вчера. Он… изменился... Стал мягким и даже сочувствующим. Что с ним случилось? В нашу прошлую встречу он обсмеял меня, когда я предложил... Черт, до сих пор горят щеки! Как я мог ему тогда сказать подобное? Что ж. Если он не придет, я буду хотя бы знать, что между нами нет ничего общего. Сам виноват. Не нужно было врываться домой к Лео и ругаться с ним. Еще этот парень. ЕГО парень.
Я уже собрался расплатиться за кофе, как кто-то сел напротив меня. Подняв взгляд, я едва не задохнулся. Лео пришел, он был растрепанным и запыхавшимся, как от быстрого бега.
— Привет. Давно ждешь? Извини, у меня возникли кое-какие дела, — отчеканил он, не глядя на меня.
— На улице дождь? — начал я с отвлеченной темы. Лео почему-то покраснел и отвернулся.
Так. Не понял. Лео покраснел?
Все ясно. Готов дать голову на отсечение — опоздание Лео связано с его парнем. Ну да, испепеляющий взгляд Габриэля все еще не выходит у меня из головы.
— На самом деле я просто хотел увидеть тебя, поговорить, вспомнить тот год в Лондоне, — улыбнулся я и неожиданно для самого себя положил ладонь поверх ладони Лео. — Наш год…
— Вот как, — пробормотал Лео.
Он резко убрал руку, а я улыбнулся, как дурак. Узнаю тебя, Лео. В отношении меня ты нисколько не изменился. Почему ты так жесток ко мне?
— Мне не хочется вспоминать прошлое, в нем было столько неприятных моментов. Ты говорил, что-то про университет. Что произошло? Это из-за... — замялся он — Из-за того, что ты был ужасным мальчишкой и плохо учился?
— Я ушел из университета из-за того случая, — непринужденно ответил я и, не скрывая возмущение, добавил: — В школе я был отличником и поведение у меня было получше твоего. Странно, что ты не помнишь.
Удивительно, я не испытывал неудобство или обиду на дырявую память Лео. Напротив, его непривычная для меня неприступность подстёгивала меня.
— И как у тебя язык повернулся назвать наш год неприятным?
— Не то чтобы именно этот год был неприятным, — усмехнулся Лео. — Можно сказать, что вся моя жизнь была ужасной. Нет, не так... Это я был ужасным человеком. Высокомерным, эгоистичным, избалованным выскочкой. Мне было плевать на чужие чувства, я спал со всеми подряд, а на завтрашний день даже не помнил их лица, играл над чувствами людей, — совсем бесстрастно мой старый друг перечислял свои грехи. — Мне казалось, что раз я богат, то мне все позволено, но это было не так. Теперь я понял, что был полным идиотом, — снова усмехнулся он. — Габриэль. Он изменил меня за пару дней.
На самом деле я не знал «нового Лео», но его откровенность меня удивила. Уж кто-кто, а он никогда не отличался привычкой много болтать.
— Джул, может, пойдем ко мне?
— Почему бы и нет? — согласился я.
Он выпрямился и я приятно отметил, что мне нравится его фигура. Да, мне тяжело забыть плавную прямую походку, изящные движения рук. Даже если Лео и говорит, что изменился, мне сложно поверить — в его глазах по-прежнему горел демонический огонек. Возможно, он верит в свои слова, потому что увлечен, и я боюсь представить, что будет, когда он разочаруется в своей влюбленности. И тут я понял, что не уверен в том, о чем думаю...