Недоразумение

Коридоры превратились в смазанные нереалистичные картины, глаза не могли уследить за количеством бесконечных ступенек, а руки уже устали скользить по перилам. Ноги начали подавать намёки остановиться несколько минут назад, однако Люси упорно шла к своей цели. Точнее летела. Встречающиеся по пути ученики старшей школы испуганно шарахались в сторону от целеустремленно мчащейся неизвестно куда блондинкой, вокруг которой клубилась тёмная аура и чьи глаза были грозно прищурены. Многие не узнавали в этой фурии всегда такую милую и вежливую красавицу Хартфилию, которая никогда не отказывала никому в помощи и откликалась на любую просьбу. Потому-то многие невольно задались вопросом о том, кто сумел довести миролюбивую девушку до такого состояния. На всей скорости влетев на крышу школы, Люси пробежала глазами по безлюдной площадке и, хмыкнув, завернула за угол. Её ожидания оправдались: блондинка разыскала нужного человека, но из-за своей торопливости и невнимательности, чуть не споткнулась о развалившегося на бетонном полу парня и не поздоровалась лицом со стеной. Впрочем, этого казуса ей удалось избежать.  — Куда ты так спешишь? — недовольно, но с толикой любопытства поинтересовался парень, принимая полусидящее положение. Оперевшись спиной о стену, он зажмурился и сладко зевнул. Под его глазами залегли тени, а лицо имело слегка сероватый оттенок, да и выглядел он в целом уставшим и сонным, — признаки предстоящих экзаменов на лицо.  — Шузо, прекрати нагружать себя учёбой, — мигом забыла истинную цель своего розыска Хартфилия, присев рядом с ним на корточки и потянувшись к его лицу. — Ты с каждым днём всё больше и больше напоминаешь живого трупа.  — Ну, а что поделаешь? — хмыкнул Ниджимура, стараясь не подать виду, что ему приятны своеобразные ласки девушки. — Именно экзамены определят мою дальнейшую жизнь. Люси на это сурово свела брови к переносице и неодобрительно поджала губы. Шузо, лицезревший эту картину, фыркнул, пытаясь сдержать смех. Несмотря на все свои потуги выглядеть более грозно, девушка стала напоминать надувшегося на весь мир хомячка, которому не дали покушать и поиграть.  — Ты чего смеешься? — манипуляции парня не укрылись от зорких глаз Люси, отчего она разозлилась ещё больше. Но к легкой злости добавились и непонятно откуда взявшееся смущение, потому она убрала руку с его щеки и отвернулась от него.  — Так зачем ты меня искала? — полюбопытствовал Ниджимура, попутно закатывая рукава рубашки. Лето выдалось в этом году уж очень жарким — даже стены школы и работающие кондиционеры не спасали от аномальной теплоты. В такую погоду хотелось посетить бассейн или же просто безвылазно сидеть дома, наслаждаясь прохладными напитками и мороженным. Однако бедным школьникам приходилось изнывать от жары в душных классах, а выпускникам попутно готовиться к предстоящим экзаменам.  — Только что я видела, как Саёко успокаивали её подруги, — глухо начала Люси, не решаясь повернуться к внимательно ждущему её пояснений парню. — Я подслушала, что она призналась тебе, но ты её отверг. Причём грубо! — на этом месте голос Хартфилии поднялся на пару тоном выше, выражая крайнее возмущение своей обладательницы. — Она плакала…  — И что ты хочешь от меня? — тяжело вздохнул Шузо, обреченно закатив глаза к небу. Он поражался наивности и сердоболию девушки, но до сих пор не мог ничего с этим поделать. Хотя, стоит заметить, что старался.  — Зачем ты так поступил с ней? Я уверенна, что ей было больно.  — А сама не догадываешься? — левая бровь Ниджимуры дёрнулась, однако он сумел успокоить себя.  — Она не в твоём вкусе? — предположила Люси, прижав пальчик к подбородку и устремив задумчивый взгляд к безоблачному небу. Шузо не сдержал обречённого вздоха и устало покачал головой. Он понимал, что у Хартфилии были свои причины на подобные размышления и весьма серьёзные причины, но всё равно продолжал надеяться, что сумел раз и навсегда привести её к главной мысли… — Нет.  — Тогда, — воодушевлённо начала девушка, всё же решившись повернуться к своему собеседнику. Впрочем, не успела она с удобствами разместиться на полу, как подорванная вскочила со своего места, не сводя с парня глаз, принявших форму идеально круглых блюдец. Ниджимура, не понявший её реакции, удивлённо наклонил голову в бок. — Что?  — Э-это, — дрожащим от волнения голосом пробормотала Хартфилия и пальцем указала на его левую руку. Шузо недоумённо проследил за её взглядом и непонимающе нахмурился. И что же повергло в шок эту странную девчонку? Ничего необычного и паранормального он на своёй руке не нашёл. Разве что напульсник, подарок Поколения чудес с Тейко, который он почему-то решил сегодня взять с собой.  — Если ты о напульснике, то его подарили мне ребята с Тейко, когда я покинул клуб, — осторожно пояснил Ниджимура, наблюдая за реакцией взвинченной подруги. — Помнишь, я тебе про них рассказывал. Хартфилия кивнула и как-то сразу расслабилась. Вновь опустившись рядом с ним на прохладный пол, она положила голову на согнутые в коленях ноги и широко улыбнулась. Однако эта улыбка лишь сильнее напугала привыкшего к резким переменам настроения девушки Шузо. Судя по этому таинственному взгляду, его ждало очередное потрясение.  — Так значит ты не гей?  Нет, он, конечно, ожидал от неё очередной казусный вопрос, но в этот раз Люси побила все свои рекорды. Потерявший на время дар речи Шузо, моргнул и с таким непередаваемым возмущением поглядел на девушку, что той пора было давно провалиться под землю от стыда. Однако Люси это не проняло — подавив смешок, она терпеливо ожидала его реакции.  — Да с чего ты вообще взяла, что я отношусь к лицам нетрадиционной…  — Но твой напульсник, — перебила его Хартфилия, по собственному опыту зная, что в гневе Шузо страшен. И если парней ждала хорошая драка, то девушкам в лучшем случае обходились мрачным взглядом, а худшем — длинной лекцией на тему своей неправоты и глупости.  — Это цвета Поколения чудес, — раздражённо бросил Ниджимура, прикрыв глаза рукой. Впрочем, насладиться тишиной и спокойствием ему не позволили. Почувствовав на себе изучающий взгляд, он отнял руку от лица и покачал головой.  — Ну что ещё?  — Тогда почему ты отверг её? — мгновенно оживилась Люси, будто ожидая сигнала к началу нового «турнира».  — Люси, ну вот почему ты такая умная, но такая глупая? — безнадежным тоном спросил Шузо, потрепав изумлённо глядящую на него Хартфилию по светлым волосам. — У меня так-то есть девушка, которая полностью меня устраивает и которую я, вообще-то, люблю. И мне бы очень хотелось, чтобы эта самая девушка перестала изводить меня непонятными вопросами и, наконец, поверила мне. К концу его монолога Люси превратилась в самого настоящего рака. Отведя глаза в сторону, блондинка, стараясь скрыть своё состояние, низко опустила голову вниз, чтобы пряди волос скрыли её лицо от взгляда парня. Ниджимура знал причину такого поведения Хартфилии. Чуть больше года назад её предал парень, в которого она была влюблена с самого детства и который вроде бы тоже принял её чувства и отвечал ей симпатией. Как же она ошибалась. Он просто использовал ничего не подозревающую блондинку — иметь под рукой преданную тебе девушку, являющуюся по совместительству наследницей огромного состояния, была крайне выгодно, однако Люси вовремя сумела сбросить с себя эти неподъёмные оковы и уехать в другой город. Сперва она поступила в школу «Хвост феи», где нашла хороших друзей, которые помогли ей придти в себя и вернуть былую жажду жизни. Ну, а затем по семейным обстоятельствам Хартфилии пришлось перевестись в другую школу, где вскоре Люси и встретила Шузо, с которым она сразу почувствовала непонятное родство. Его отец также был болен и лежал в больнице другой страны. Люси, раз в месяц навещающая свою маму в Германии, как никто другой понимала его. Может, именно эти несчастья подтолкнули их к первому шагу и заставили посмотреть на друг друга совершенно иными глазами? Из тяжёлых мыслей Ниджимуру отвлекло непонятное копошение сбоку. Покосившись вниз, он не сдержал мягкой улыбки, которую могли увидеть всего несколько человек. Всё ещё красная от смущения девушка прижалась к нему и, сжав рукой подол рубашки парня, доверчиво уткнулась в его плечо.  — Я верю тебе, — пробормотала Люси, ощущая, как от близости Шузо сердце постепенно успокаивается. Она понимала, что он не даст её в обиду, потому и доверилась ему. — Только не предавай меня.  — Я обещаю, что никогда не оставлю тебя, — добродушно усмехнулся Ниджимура, зарывшись носом в светлые волосы девушки, от которых неуловимо пахло корицей и мёдом. До конца обеденного перерыва осталось всего несколько минут…