Капрал.

Этот мир не в состоянии создавать прекрасное, он может только выблевывать собственные нечистоты и называть это красотой.

Как гордый лев, он вышагивал по мостовой в сторону небольшого здания – нынешней штаб-квартиры Легиона Разведки. Что ж, выбирать было особо не из чего. Либо грязный паб, либо полуразрушенное ветхое строение в полупустом районе. А что? Не следует думать, что они вдруг в сказке окажутся! Леви поморщил нос, учуяв мерзкий запах канализации. Гадость-то какая! Теперь Ривай пожалел о том, что не выбрал провонявший насквозь алкоголем паб. Капрал. Теперь его называли Капралом Леви Аккерманом. Теперь он всеми уважаемая и почитаемая личность, сильнейший боец человечества, закаленный в крови своего лучшего друга и возлюбленной. Ох, с тех далеких пор немало воды утекло, и Ривай практически не вспоминал ни её, ни его. Сны не тревожили по ночам, но и спал с тех пор Аккерман не дольше трех часов за ночь. Хотя важно отметить, что и ста восьмидесяти минут ему вдоволь хватало… Как бы то ни было, но вместе с той потерей Леви потерял заодно и остатки своей человечности. Гордость, чистоплотность и честь никуда не делись, но вот уважение к простой человеческой жизни испарилось, как капля воды с раскаленной сковородки. - Капрал Леви! – крикнул кто-то позади, но Ривай даже не дернулся. Он спокойно продолжил идти к месту назначения. – Капрал! Подождите, пожалуйста! – Ноль эмоций. Однако настырная девчонка, к несчастью для него и к великой радости для неё, нагнала Ривая. Вся красная и запыхавшаяся после долгого бега. Светлые волосы в творческом беспорядке. Большие янтарные глаза с благоговением смотрели на его обыденно-равнодушное лицо. - Капрал Леви! Я хотела вас поблагодарить за то, что вы приняли меня в свой Элитный отряд! – на одном дыхании выпалила девушка, не поспевая за мужчиной. – Для меня это очень важно! Очень-очень! Я рада, что вы меня заметили и оценили по достоинству. - Не за что, - терпеливо отозвался Ривай, не поворачивая в сторону девушки головы. Тем не менее, блондинка продолжала расхваливать своего начальника и благодарить за подаренную ей возможность самореализоваться. Поначалу Риваю казалось, что девушка специально действует ему на нервы, но как позже оказалось, каждое её слово шло от сердца, и в силу своей наивности и доброй натуры, она попросту не знала, что мешается под ногами. Леви даже опешил, когда понял это, украдкой взглянув на её мечтательный взгляд, устремленный куда-то в небо. Пламенная речь, полная всякого рода красивых оборотов, продолжалась, как будто бы, уже целую вечность. Брюнет остановился, чтобы внимательнее рассмотреть лицо своего новобранца. Девушка мигом остановилась, обеспокоенно заглянув в серый омут пронзительных глаз. Ей стало как-то совестно перед Капралом. Не уж-то она снова забылась и заболталась? Наверное, сильно переволновалась! - Ты Петра, не так ли? – тихо спросил Ривай, рассматривая хрупкую девушку с разных сторон. - Да, - мигом ответила она, выпрямилась, приняла правильную позу и отдала честь. – Солдат Петра Рал к вашим услугам! - Солдат Петра Рал… - бездумно повторил Леви и нахмурился. – Не умри, солдат Петра Рал. Будет обидно, если такая красота вдруг умрет. – Ривай помолчал загадочно, а затем добавил: - Ей богу, аленький цветочек. – И снова пошел к ветхому зданию, оставив позади блондинку. Она была в полном замешательстве и не поняла, отчего это Капрал вдруг забеспокоился за сохранность её жизни. Ответ на это Петра так никогда и не нашла, ибо история об Изабель была тщательно скрыта. Рал перебрала кучу теорий, размышляла об этом днем и ночью, а в итоге пришла к выводу, что это не что иное, как любезность. А ведь дело было исключительно в Могнолии. Эти две девицы совершенно не были похожи друг на друга. Разный цвет глаз и волос. Совсем разная манера общения. У Изабель характер был взрывным и нрав пылким, а Петра едва ли могла кому-то по-настоящему возразить. Одни боги знают, как этот божий одуванчик вообще убивал титанов, да еще и в таком количестве. Одна была оборванкой и воришкой, а вторая даже если умирать будет от голода, то все равно не позволит себе лишний кусок хлеба из булочной стащить. Одна была шустрой и подвижной, а вторая - заботливой домоседкой. Зато было кое-что, чем Могнолия и Рал были похожи, как две капли воды – наивностью в глазах. О да, это-то Ривай и заметил. Сердце у него не екнуло и воспоминания не сломили его дух, не испортили настроение, но чувство тревоги навязалось. Но ровно настолько, чтобы и в дальнейшем игнорировать существование своего нового члена Элитного Отряда. - Капрал Леви! Ривай раздраженно цыкнул. Петра не собиралась оставлять его в покое, пока не скажет всё, что планировала, и не спросит то, что интересовало. - Что? – так же терпеливо отозвался Ривай. Он благодарил небеса за то, что до пункта назначения осталось совсем немного. - А это правда, что раньше вы были опасным преступником? - Отчасти. - Вау, - восхищенно пропела Рал и больше ничего спрашивать не стала. До здания они дошли молча, не обмолвившись ни единым словечком. За такую оказанную ему услугу Ривай перестал недолюбливать Петру, и даже наоборот – проникся некой симпатией к этой милосердной личности, которую он пока еще не знал. Собрание затянулось на долгие несколько часов. Там собрался не только его личный Элитный отряд, но и весь Легион Разведки. Планы разрабатывались очень долго, и Риваю в конечном итоге наскучило это заседание, поэтому после часа пустых разговоров, он принялся осматривать всех тех, кого нанял. До этого дня ни одного из Элитных солдат он не видел, а лишь читал их резюме. Что ж, помимо уже знакомой ему Петры Рал, в его личный отряд вступили такие личности Гюнтер Шульц с носом-картошкой, Оуро Боззард, старательно косивший под Ривая, и Эрд Джин с пучком на голове. Леви было нетрудно узнать всех, ссылаясь на описание в резюме. Пока Ханджи Зоэ втирала про свои эксперименты, Ривай задумался над тем, что в баре неподалеку отсюда его ждет милая официанточка - развратница, влюбленная в него по уши и готова отдаться ему за капельку внимания. Замужняя к тому же. Леви поначалу подумывал на счет того, что это как минимум аморально – пользоваться чьей-то женой, а затем Марианна убедила его, что никаких обязательств и ответственности не последует. Поэтому сейчас Аккерман только и мог думать о том, какую из поз испробует. Может, научится чему новому, хоть в этом брюнет сомневался. За последние несколько лет ему довелось побывать в постели около сотни женщин. Одним словом – пускался во все тяжкие после смерти Изабель. А потому перепробовал все извращения, которые только могло постигнуть человечество. Ривай трахал худых и толстых, страшных и красивых, милых и грубых, молчаливых и крикливых, блондинок и брюнеток. Перепробовал всех и по-разному и при этом всегда успевал вовремя вытащить. Это ведь какой талант нужно иметь! Этим Ривай, между прочим, втайне от всех гордился. Сотня женщин и ни одного нежелательного отпрыска. - Капрал, вы согласны с поставленными условиями? – спросил главнокомандующий Эрвин Смит, прервав размышления Ривая. - Конечно, - без задней мысли ответил Леви. Он умел делать несколько дел сразу. К примеру, думать о своём запредельно далеком и при этом слушать окружающих. Полезное умение, кстати говоря. Зал заседаний, если эту тесную коморку можно таковой назвать, опустел, но Леви продолжил сидеть на месте и даже не шелохнулся. В помещении остался его Элитный отряд. - Приятно познакомиться, - мрачно поздоровался он. – Меня зовут Ривай Аккерман, будем знакомы, и я ваш командующий. Вопросы? Все растерялись и отрицательно закачали головой. - Ну, вот и славно. Завтра отправляемся в путь, поэтому расслабьтесь и хорошенько отдохните перед вылазкой. Леви встал и направился к выходу, сладко зевая. На брюнета напала дремота, и Ривай на секунду даже задумался: а не отменить ли встречу с Марианной и завалиться пораньше спать. Толку от этого явно будет больше. Однако стоило Аккерману выйти на свежий воздух, взбодриться, и усталость как рукой сняло. Было уже темно, глубокая ночь. На черном полотне неба мерцали далекие звезды. Рогатый месяц как будто бы гвоздем приколотили к небосводу. Леви поежился и лучше укутался в черный плащ. Было прохладно, даже подмораживало. Ривай направился в сторону бара. Однако не успел он и ста метров преодолеть, как его снова настигла Петра с милой обаятельной улыбкой на губах. Она была совсем легко одета, и потому нос у неё покраснел. Девушка ни единым словом не обмолвилась. Аккерман вопросительно взглянул на Рал. - Мне в одну сторону с вами, - пожала она плечами. – Если вы не хотите, я могу отстать… - поспешила добавить она. - Мне не принципиально, - устало сказал Леви и замолк. - Просто последнее время участились беспорядки в городе, а время позднее. Страшно немного одной ходить… Аккерман кивнул и не стал возражать её компании. Молчание было уютным, будто бы он проводил с девушкой несоизмеримо много времени до этого момента и они успели привыкнуть друг к другу, как привыкает муж к жене и наоборот. Капрал стерпелся с шагающей рядом Рал. Теперь она не раздражала его и не казалась надоедливой блохой, скачущей вокруг да около. - Замерзла? – учтиво поинтересовался Леви, заметив, что девушка немного дрожит и старается двигаться больше. - Нет, что вы! – поспешила Петра. Леви цыкнул. Он одним движением снял с себя плащ и бросил блондинке в руки. Та без труда поймала теплую вещь, согретую лично Капралом, и смущенно посмотрела в его сторону. - Спасибо больше, - вежливо поблагодарила она, накидывая на плечи плащ и блаженно кутаясь в нём. – Это очень мило с вашей стороны. Честно говоря, я даже не думала, что вы так благородны… - Наверное, люди и не такое про меня сплетничают, - пожал плечами Ривай, ни капли не удивившись. Для большинства он был эдакой черствой коркой ржаного хлеба и просто грубияном. - Я не верю тому, что говорят. - А что же такое говорят? Петра невольно зажалась. Не пристроило ей пересказывать чужие сплетни и слухи Капралу. Это как минимум неприлично и некрасиво. Однако Ривай дожидался ответа, а уклониться от него будет практически невозможно. - Говорят, что вы плохой человек, - уклончиво обронила Петра, отведя глаза в сторону. - А конкретнее? - Да неважно! – не выдержала девушка. – Неважно, что говорят люди. Как по мне, так вы очень вежливый молодой человек! Внимательный и отзывчивый. А главное – с добрым сердцем! - Вот оно как, - горько усмехнулся Леви, прикрыв глаза. Через пару минут они дошли до бара и остановились. Ривай посмотрел на вывеску и вспомнил о Марианне. У неё, верно, уже закончилась смена, и изобретательная женщина ждала его с распростёртыми объятиями. Затем Леви перевел взгляд на светловолосую Петру, чьи глаза были прикованы к загадочному звездному небу. - Тебе до дома далеко? – спросил Аккерман. Рал оторвала глаза от неба и, мягко улыбнувшись, кротко ответила: - Минут тридцать ходьбы, если срезать по дворам. Что ж, перед Леви встал выбор: либо отправить Петру одну-одинешеньку восвояси, но встретиться с Марианной перед тяжелой вылазкой, либо отвергнуть Марианну и проводить Петру живой-здоровой до дома. Ривай цыкнул и продолжил путь по плохо освещенной улице. - Покажешь дорогу? – спросил Аккерман, запустив руки в карманы домотканых штанин. Петра принялась в подробностях описывать предстоящий маршрут, даже не подозревая, что обломала все планы своему начальнику. Что ж, Леви успокоил себя тем, что хотя бы будет уверен, что проведет это время в компании довольно интересной и к тому же красивой девушки. Марианну же он видел только краем глаза и понятия не имел, что это еще за фрукт. Ривай попросил Петру рассказать о своей семье, и та с радостью поведала Капралу о родителях и счастливом детстве. Было удивительно, что такое воспитанное воплощение матери Терезы вообще выбрала такой тяжелый жизненный путь. Она ведь прекрасно понимала, что её жизнь весит на волоске от гибели, но из раза в раз уверяла отца, что старается во благо человечества, и вновь убивала очередного жирного титана. Под конец Ривай проникся к Петре доверием и посчитал её девушкой отважной и честной. - Капрал, скажите, вы куда-то собирались, не так ли? – спросила Рал, когда они добрались до нужного дома. - Уже нет, - мягко отвечал Ривай. - Это я всё испортила, не так ли? - Не совсем. Рал виновато опустила голову и не заметила, как Капрал тихо развернулся на носочках и неспешно направился обратно в сторону бара. Ему в голову пришла мысль, что Марианна всё еще ждет его. - Капрал! – окликнула его Петра, и брюнет всё же остановился. – Может, зайдете? На чай. Родители уехали во внутренние стены по делам, и оставили меня за хозяйку. Можете переночевать, если хотите. Ривай поднял руку в знак прощания и пошел дальше, более не останавливаясь и не оглядываясь по сторонам. Через пятнадцать минут ходьбы он понял, наконец, почему ему так холодно. Леви забыл забрать свой плащ у Петры. Брюнет чертыхнулся и потопал дальше. С каждой минутой становилось всё холоднее и холоднее. Ночи последнее время не щадили никого. В конце концов, Ривай всё-таки добрался до паба. Он был закрыт, но к его счастью возле входа стояла невысокая женщина с сигаретой в руках. Полноватая, но в меру. Очень вызывающе одетая. Со светлыми уложенными волосами и большими серыми, как и у Леви, глазами. Внешность дамы ему понравилась, и оценил Аккерман Марианну на твердую четверку. - Ты всё-таки пришёл, - наконец, откликнулась Марианна, бросив бычок себе под ноги и потушив его кончиком туфли. – Я-то уж думала, ты меня кинул. - Планировал, - без утайки отозвался Ривай, подойдя ближе. – Но передумал. - Чего так легко одет? Простуды не боишься? - Не боюсь. - Вот оно как…- Марианна тяжело вздохнула. – Я уж хотела было закрываться... муж скоро приедет. Но тут ты появился… как всегда не вовремя. - Я могу уйти, если ты хочешь, - без особого энтузиазма ответил Леви. Ему не особо хотелось унижаться перед очередной дамой легкого поведения. Слишком гордая птица. - Ну, уж нет, дорогуша, - забастовала женщина, на носочках разворачиваясь и доставая из своей поношенной сумки ключ от паба. – Я так просто знаменитого Капрала Леви не отпущу. Ривай харкнул в сторону и закатил глаза. Как же он устал за весь этот суматошный день. Ни секунды на отдых, одна нервотрепка. Сначала Эрвин с утра пораньше со своим тайным собранием на окраине носился, после – Ханджи с расспросами пристала, затем непосредственно заседание, а на десерт – Петра. Сейчас Капралу хотелось опустошить яйца, как-нибудь доковылять до своего дома и завалиться спать. Марианна впустила брюнета внутрь паба и, оглянувшись по сторонам, закрылась за собой. Наверное, она боялась, что кто-нибудь застанет её врасплох за своим любимым занятием. В особенности она опасалась своего начальника – владельца паба и по совместительству её мужа, который должен приехать в ближайшие пару часов. Ривай не удержался от того, что поморщить нос в отвращении к грязному помещению. У него ком подошел к горлу. - Не скривись, - хохотнула Марианна. – Тут тебе не королевские апартаменты. - Давай уже покончим с этим, - хмыкнул Леви, мечтая разобраться с женщиной побыстрее, чтобы пораньше вернуться домой и вздремнуть хотя бы пару часиков. У него, конечно, была и другая возможность: просто взять и уйти. Однако ему стало жалко потраченного на путь время, и только по причине жадности Ривай стащил через голову свитер и аккуратно положил его на стул. - Да что ж ты копаешься, - возмутилась Марианна и набросилась на него, как хищник на свою жертву. Она не лезла целоваться. Этой своеобразной женщине не нравилось это сомнительное занятие, зато ей палец в рот не клади, лишь бы член подавали. Марианна быстро расправилась с завязкой на штанах Ривая, пока тот нерасторопно развязывал её туго затянутых корсет. Причем закончили они одновременно. Домотканые штаны Леви были отброшены на пол, и брюнет глухо рыкнул. Ему не нравилось, когда его вещи пылились на грязном полу. Настроение резко пошло на убыль. Марианна заметила это и решила раскрепостить брюнета минетом. Она усадила его на стул, сняла с него трусы и жадно вобрала в рот головку еще неподнявшегося члена. Последний своего обладателя не подвел и очень скоро поднялся, подтвердив свои семнадцать сантиметров. Пока Марианна умело заглатывала член и даже не давилась, Ривай не без труда поднял все свои вещи с пола и аккуратно сложил их рядышком со свитером. Теперь его совесть была чиста, а на душе стало легче. Леви опустил руки на голову Марианны, навязал на ладонь тяжелые русые волосы и принялся сам задавать темп своей партнерше. Девушка охотно подчинилась, активно работая языком и пытаясь довести Аккермана до оргазма в считанные секунды. Марианне всегда была уверена в том, что минет она делает лучше всех в ближайшем округе, однако Риваю так не показалось. Средняя паршивость – так он мог охарактеризовать умения своей новой любовницы. В конечном итоге Леви надоела нескладная работа рта и языка и, потянув за волосы, Ривай грубо оторвал Марианну от своего члена и поволок к клиентскому столу. Брюнет прижал женщину к столу и надавил на поясницу, чтобы та скорее включила мозги и приняла более сексуальную позу. Марианна охотно подчинилась и выпятила попку настолько эротично, насколько смогла. Ривай прижимал женщину к столу и со скукой в глазах разглядывал её слегка заросший лобок и влажное влагалище. Брюнет провел рукой по округлой ягодице, приблизившись к лону. Марианна уже истекала любовными соками и раздвигала свои ноги как можно шире. Леви оторвал глаза от своей любовницы и с интересом взглянул на барную стойку. Риваю в голову пришла очень интересная идейка. Раз уж Марианна не могла похвастаться какими-то запредельными умениями, значит, Леви покажет ей мастер-класс. Он заставит кричать её не только от банального и наскучившего ему стандарта, а от новых ощущений. И плюс ко всему преподаст ей урок, который так необходим неверной жене незнакомца. Но для начала нужно было раззадорить женщину. Ривай провел членом по складочкам мокрого влагалища, а затем неглубоко вошел, оттягивая до боли волосы и нажимая на поясницу. Марианна томно выдохнула, сдержав стон. Леви еще несколько раз вошел на половину, растягивая удовольствие, а затем резко вонзился во всю длину, и женщина громко ахнула. Её ноготки царапали деревянный стол, а Аккерман продолжал неспешно входить и выходить, наслаждаясь женскими изгибами, вдохами, ахами и вскриками. Всё её тело покрылось испариной, а серые глаза заволокла пелена наслаждения. Марианна хотела быстрее, сильнее, больше, но ни одно её желание не исполнилось. Ривай вышел из её вагины и силой поволок за стойку. Там он поставил женщину на колени, взглянув на неё с презрением, свысока – как гордый орел обычно смотрит на букашку. Марианна вся съежилась под этим взглядом и замялась. Она готова была сделать всё что угодно за эту холодную пренебрежительность к её умениям и телу. - Соси, - равнодушно бросил Леви, приставив член к её губам. Та решила повредничать и с хитрой улыбкой на лице отрицательно закачала головой. – Не принуждай меня заставлять тебя, - его ледяной тон, не допускающий возражений, заставлял Марианну истекать и оставлять под собой лужицу. Леви цыкнул и несильно ударил по лицу Марианну. Голова женщины повернулась в сторону по инерции, и волна ноющей боли быстро разошлась по всему лицу. Любовница громко выдохнула и шепнула: - Ящик справа от тебя. Делай всё, что считаешь нужным. Заставь меня. Ривай несколько долгих секунд смотрел на запыхавшуюся женщину и, наконец, понял, почему многие её так хвалили. Марианна позволяла делать с собой всё, что было угодно, а единственное условие – заставить. Наверное, это возбуждало женщину донельзя. Что ж, Леви был очень хорош во всём, что требовало насилия. Он и не такое в своё время практиковал. Ривай развернулся и неторопливо дошел до ящика, выдвинул его и без особого энтузиазма принялся осматривать его содержимая. Пара плетей, кнуты, веревки, кляпы. Не богато, но сойдет. Аккерман вытащил веревки, кнут и небольшой кляп, у коего вместо шарика там находилось металлическое колечко. Она хочет, чтобы её заставили? Запросто! Ривай рывком настиг Марианну, схватил её за волосы и заставил лечь на стул так, чтобы нижняя часть её тела оставалась за пределами сидушки. Он неспешно привязал тело к стулу, а заведенные за спину руки связал разбойничьим узлом, протянув веревку к шее и стянув её так, чтобы любовница не смогла пошевелиться. Он надел на её ротик кляп, а затем взял в руки кнут. - Я хочу, чтобы ты кричала. – Его рука дернулась и нанесла на белую кожу удар кнутом. Остался красный отпечаток и лиловый синяк, но Марианна даже не пискнула. – Я хочу, чтобы ты застонала. – Теперь удар был нанесен на мягкую ягодицу, и Ривай услышал шумный вздох. – Я хочу, чтобы ты плакала. Леви провел членом по складочкам, и Марианна заерзала, не имею возможности пошевельнуться. А ведь члена так хотелось… - Кричи, - шепнул Леви, введя одну голову и шлепнув рукой по попе. Женщина задышала чаще, вздрогнула, но не пискнула. – Кричи. – Кнут оставил еле заметную царапину на спине, а член вошел глубже. Марианна вскрикнула и слегка подалась назад. Ей так хотелось самостоятельно насадиться на член, что уже изнывала в желании. – Кричи. – Леви глубоко вошел в любовницу и хлестнул её по спине. И вот оно – торжество! Марианна оглушительно крикнула и заерзала. Капрал принялся вдалбливаться в горячую мокрую плоть Марианны, пока та стонала от удовольствия. Кнут он отбросил в сторону. Теперь этот атрибут ему даром не нужен. Риваю в считаные минуты удалось заставить свою партнершу и кричать, и стонать. Оставался последний пункт. Леви вышел из Марианны, обошел её и встал перед ней. Благо, рост Ривая был небольшим, а стул довольно высоким. Все размеры как нельзя кстати сошлись, и Леви без труда подставил набухшую головку члена ко рту женщины. Та хлопала большими сметенными глазами и как будто бы кричала: «Еще, Леви! Еще!». Аккерман провел членом по губам Марианны, а затем ввел его в её податливый влажный ротик. Даже теперь любовница не забывала работать язычком, и это у неё получалось также отвратительно, как и с самого начала. Он трахал ротик Марианны, придерживая её голову за многострадальные русые волосы. Мужчину возбуждала мысль, что женщина не может пошевелиться, и он может делать всё, что его душе угодно. С каждым разом Леви вводил её все глубже, и когда партнерша почувствовала головку члена в своем горле, а яйца у самых губ, у неё из глаз полились слезы. Так глубоко она еще ни у кого не заглатывала. Марианна давилась, но сделать ничего не могла, ведь веревки крепко сдерживали её тело, а кляп пресекал всякую возможность возразить. Когда Ривай кончил ей прямо в глотку, девушке ничего не оставалось, кроме как проглотить всё до последней капли. Аккерман глубоко вздохнул, устало потянулся, зевнул, а затем неспешно оделся, привел себя в порядок. После этого сложил все вещи аккуратно в ящик, но вот Марианну так и не развязал. Мало того, Леви расставил её ноги как можно шире и привязал их к мебели, чтобы женщина не могла их свести. Ривай напоследок ввел во все еще влажное влагалище пару пальцев и сказал: - Для шлюхи ты слишком плоха. Марианна отчаянно замычала и заерзала. Её глаза метались из стороны в сторону. Наверное, она в полноте своей представила, что произойдет, когда она в таком виде предстанет перед своим мужем, который нагрянет в бар с минуты на минуту. Леви усмехнулся, но ничего не предпринял, оставив свою любовницу на растерзание случая. Выйдя на свежий воздух Ривай понял, что ему безразмерно лень возвращаться в столь позднее домой. К тому же, через пару часов уже рассвет, а до родной квартирки добираться примерно столько же. Пораскинув мозгами, Аккерман устремился к Петре. Он надеялся, что предложение зайти на чай все еще в силе...