А что, если близнецы...?

Глава 5.

Комната нового знакомого оказалась немногим больше той, которую выделили мне. Это, наверно из-за того, что они жили вдвоем. В комнате стояли две кровати, небольшой шкаф и две тумбочки, которые нечем не отличались от обычных. – Привет, – Генри улыбнулся и похлопал рукой по кровати, на которой сидел. – Присаживайся. Оглядев комнату еще раз, я улыбнулась. Было, если честно неловко. – Привет, – я послушно села рядом с мальчиком, и качнув головой в сторону второй кровати, пытаясь продолжить разговор. – А ты не один живешь? Генри, посмотрев на показанный объект, поспешно объяснил. – А, я живу с младшим братом, Калином. – мальчик усмехнулся. – Мать, когда нас сюда привезла, попросила чтобы нас поселили вместе. Я удивленно приподняла брови в немом вопросе. Что они тогда тут делают, если у них есть мама? – А зачем ваша мама отправила вас в приют? – я-то понятно, почему здесь. Родители погибли в автокатастрофе, а родственникам я надоела. А какой-то там Дамблдор решил, что я не нужна. Мальчик замялся, а я уже пожалела о том, что лезу не в свое дело. Все-таки, он первый человек в этом приюте, кто заговорил со мной, но он может и передумать. – Наш отец погиб при загадочных обстоятельствах, - бывалой улыбки, как не бывало. Лучше бы ты не лезла, Ай. – Врачи сказали, что это был инфаркт, хотя, ему было всего 28 лет. После его смерти мать очень сильно страдала. Плакала днями напролет, то несла бред, в котором было что-то типа "Они найдут нас. Бедный мой Регулус", а через несколько дней, она просто собрала все наши вещи, и отвела сюда. Больше мы ее не видели. А тебя почему папа сюда отправил? Оу. посмотрев на собеседника, я мысленно сжалась, но все-таки ответила на вопрос. – Папа? А, ты должно быть про дядю Вернона, мои родители разбились в автокатастрофе, когда мне и брату был год. – я с болью в сердце вспомнила брата, которого могу и не увидеть больше. – Это длинная история, но если коротко... И я, того самого не замечая рассказала все начиная с того дня, когда нас оставили с Дадли одних дома и заканчивая первым днем в приюте. С каждым словом, мне в какой-то мере становилось легче. Было уже не так больно, но глаза все равно еще слезились. – Странно, – ответил мальчик, пытаясь не замечать моих слез. Спасибо и на этом. – А ты не знаешь кто этот самый Дамблдор? – Нет, – настроение совсем испортилось. – Но когда-нибудь узнаю, надеюсь. Хоть, я и не знала этого человека, но я уже его ненавидела. Зачем он сказал дяде с тетей, что я не нужна? Почему именно я? – Не грусти, – Генри заметил, наверно, заметил, что я была уже не такой веселой, как раньше. – Ладно, – я попыталась улыбнуться, но вышло криво. – Так, ты мне расскажешь, чего тут все так боятся? Было видно, что парень не хочет об этом говорить. Мне уже начало думаться, что он ничего не расскажет, но Генри пару раз кивнул, и начал объяснять. – Понимаешь, наша директриса очень строгая и злая. Она вместе со своим заместителем, Дереком Боундшем, ввели наказания. – Было заметно, что мальчик тщательно подбирает слова. – На первом этаже есть дверь в конце коридора, она ведет в подвал, раньше это был погреб и поэтому там сохранились решетчатые двери. Там-то как раз и запирает нас, если мы скажем или сделаем что-то не то. Эта новость не просто шокировала меня. Она была словно удар под дых. На секунду из легких, как будто забрали воздух. Конечно, меня запирали и Дурсли в чулане, но мне стало страшно. Страшно от того, если меня опять запрут, то я буду уже одна. Без Гарри. Одна в кромешной тьме. А я-то надеялась, что в приюте мои мучения закончатся. – Это они тебя так? – голос был тихий. Мне не хотелось услышать ответ, но был поздно. – Нет, охранники, - мальчик дотронулся до щеки. – Майкл и Ник. – За что? – я сама себя почти не слышала. Мне не хотелось верить, что и тут будет ад. Нет, я не хочу этого! Смяв край футболки, мальчик серьезно посмотрел на меняю – Хотел принести брату поесть в подвал, когда все уснут, но в темноте не заметил железки и споткнулся. - он храбро смотрел на меня, пытаясь, наверно, сказать этим, что он не боится. И что он пойдет на все ради брата. - Охранники проснулись, и побили немного. После этого я замолчала. Теперь понятно, какая жизнь меня ждет тут. Ничуть не лучше моей прошедшей. Может даже хуже. Спустя еще почти час разговора, я уже собиралась открыть дверь и пойти в свою комнату, ибо каждый день с 12:30 до часу проверяли комнаты, когда меня окликнул Генри: – И еще, Айрин, пообещай мне, что будешь подальше держаться от Боундша. Обещаешь? Он долго посмотрел на меня, и я просто кивнула. После всей этой информации меня уже ничем не удивишь. – Обещаю. И быстро вышла за дверь. Было странное чувство. Как будто, где-то внутри стало пусто. Вот и все, Ай, ты из одного ада попала в другой еще более пыткий. Тяжело вздохнув, я поспешила в комнату. А тем временем, мальчик за дверью смотрел на то место где сидела девочка. В его глазах было что-то непонятно. Боль смешанная с замешательством. Он обманул эту девочку, хотя, она этого не достойна. Конечно, Генри кое о чем умолчал о приюте, а точнее о заработке директрисы и мистера Боундша. Но он просто не мог сказать ей об этом, не мог. Она была такой маленькой и хотя ей тоже пришлось в детстве не сладко, он боялась ранить ее. Боялся, что она сломается так же, как и многие в приюте. Генри почувствовал себя обязанным заботится о ней, заботится как о сестренке. Айрин показалась мальчику очень необычной девочкой.