А что, если близнецы...?

Глава 14.

Осень полностью вступала в свои права, а дни становились холоднее и короче. На нашу героиню, как и на многих в этот период года, нахлынула легкая хандра. Все казалось очень сложным. Нет, дело было вовсе не в учебе. Она была не то чтобы в радость, но оценки были удовлетворительно-превосходными. Можно было и лучше учиться, но Айрин отдала предпочтение книгам, взятым из семейной библиотеки Блэков, нежели школьным учебникам. «Однако ближе к каникулам стоит подтянуть оценки, дедушку порадовать», — подумала девочка. Сложности, которые мучили юную Поттер-Блэк последние несколько дней, заключались в, во-первых, так и не решенных взаимоотношений с Гарри. В общение чувствовалась какая-то недосказанность и холодность, они общались гораздо меньше, чем того ожидала девочка. Словно и не было тех счастливых годов совместной жизни в ужасном доме тети и дяди. Покоя также не добавляло то, что брат не знает, что они не такие уж и родные. Знание этого факта приносило боль, хотя летом Айрин была уверена, что полностью с этим смирилась. Кто знает реакцию брата, если девочка ему расскажет? А рассказать было необходимо, лучше пусть от нее узнает. Из чего рождалась новая проблема: рассказав Гарри, Айрин фактически полностью выдаст себя Дамблдору. Слава Мерлину, что решение этой проблемы можно было отложить на потом. Старший Блэк в одном из писем рассказал, что дело Сириуса сдвинулось с мертвой точки, однако займет еще приличное количество времени, слишком много лет прошло с тех самых трагичных событий в Годриковой впадине. Во-вторых, Генри и Кален. Столько времени прожив вместе, теперь было трудно меньше общаться, да еще делать вид на людях, что они незнакомы. Генри, рано научившийся быть спокойным, взвешивать свои решения и контролировать эмоции, жаловался на вечное безрассудно и глупость юных гриффиндорцев. Особенно на Гарри с друзьями, ведь по просьбе младшей сестры, он за ними приглядывал. «Из них вырастут прекрасные люди: смелые, храбрые, импульсивные, но настоящие, если, конечно, их самоуверенность, эмоциональность и глупость, не убьет их раньше!» — в очередной раз вскрикивал Блэк. Однако, пусть он и не признавал этого, но некоторые ему все же нравились, пусть он и считал, что многие из них, в силу своего возраста, слишком максималисты и слишком идеализируют жизнь. Ну и последней проблемой, если не считать один любопытный нос с очками-половинками, который так и не оставлял попыток посмотреть воспоминания Айрин, был Сириус Блэк. Дедушка просил пообщаться, узнать его, однако девочка уже знала об отношение отца к слизеринцам и всему к ним относящимся. Это лишь полбеды: остальное заключалось в какой-то зарождающейся неприязни к отцу. «Так-так, я его еще в живую не видела, даже не разговаривала толком. Как можно делать выводы? — одернула себя девочка, — с такими мыслями пора переводиться на Гриффиндор.» И улыбнувшись в свои мысли, девочка продолжила читать книгу «Основы окклюменции для новичков»

***

В библиотеке было очень тихо, ведь все нормальные дети сейчас ужинают в Большом зале, но не два слизеринца. Рассевшись самым наглым образом: белобрысый хулиган развалился на подоконнике, а темные волосы девочки покачивались в такт стулу, который она раскачивала, закинув ноги на стол. Первокурсники тихонько переговаривались, периодически отпуская в адрес друг друга разные колкости. Драко в основном рассказывал о своей семье или семьях других ребят, тем самым вводя Айрин в курс дела. — Снейп на самом деле твой крестный? — утвердительный кивок светлой макушки, — и как? Какой он за пределами школы, в кругу семьи? Мальчик начал говорить, но было видно, что он подбирает слова, чтобы не сказать ничего лишнего о крестном. — Как тебе сказать… Он довольно специфичный человек, иногда злой, строгий, но интересный. Снейп не показывает на людях, но я знаю — он любит меня. Он будет защищать каждого на своем факультете. Мама говорит, это потому что он одинокий. Конечно, у него есть моя семья, но своей у него нет. Их темный уголок на некоторое время погрузился в тишину. Поттер-Блэк обдумывала новую информацию о своем декане, ведь до этого она лишь читала о нем, а теперь узнала такие личные подробности. Малфой же думал насчет того, не ошибся ли он, начав доверять новой знакомой, но вскоре пришел к выводу, что время все расставит по местам, так всегда говорил его отец. Тишину прервал. — Айрин! — послышался вздох белобрысого, смирившегося со смертью, мученика, из-за которого девочка прыснула так, что чуть не упала со стула. — О, Гарри! Рада тебя видеть, — девочка, не вставая со стула, обняла брата, — привет, Гермиона. Почему не на ужине? — Мы хотели поискать пару книг здесь, вот и пришли пораньше. А ты почему не на ужине? Малфой прокашлялся, а гриффиндорцы, наконец-то, подняли на него взгляд. — А мы, Поттер, ищем способ как побыстрее прервать свою никчёмную жизнь в вашем обществе. Сейчас, например, пытаемся умереть от переизбытка сахара. — И помахал большой тарелкой, на которой лежали эклеры. — Дай их сюда, Драко! Где твои манеры? — оценив шутку, отчитала его Айрин. — Берите, они очень вкусные, а крем прям выливается. Покосившись на Малфоя, Гарри взял одно пирожное, а Грейнджер лишь отрицательно помахала головой, отчего ее волосы стали еще пушистее. — Так какую книгу вы ищите? — вспомнила Поттер-Блэк. — Ты знаешь, кто такой Ни… — Гарри! — Три пары глаз непонимающе уставились на девочку, отчего у той тут же покраснели щеки, — ну они же… — Она моя сестра и может знать что-то о нем, тогда нам не придется торчать в библиотеке до утра, — отрезал брюнет, и его подруга сдалась. — Ты знаешь, кто такой Николас Фламель? Перебрав все знакомые фамилии известных домов, Ай не удалось вспомнить нужную фамилию, и она отрицательно покачала головой. Повернувшись, она с надеждой посмотрела на Драко. — Знаешь, Поттер, тебе должно быть стыдно. Как можно не знать о нем? — переведя взгляд от слизеринки к герою магического мира, он продолжил. — Николас Фламель — известный ученый, самым большим открытием, которого стал философский камень. Гарри попытался задать еще пару вопросов о его местонахождение или нынешнем владельце, но Драко упорно мотал головой. Было видно, что он просто не хочет говорить, поэтому заставлять его никто не стал. Еще немного поболтав с сестрой, Гарри с Гермионой отправились искать Рона, который должен был уже поужинать. Слизеринцы тоже долго не задерживаясь в библиотеке, отправились к себе. И уже прощаясь в гостиной, Драко все же решил ее поддеть. — Утром же отправлю письмо отцу с просьбой прислать несколько книг тебе. Стыдно не знать такие известные фамилии, — и весело хохотнув, умчался к себе.