Фобос [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

      — Стейси, тебе дом обязательно понравится.       Именно с этими словами, произнесенными мамой, я поняла, что на моей старой жизни поставлен жирный крест. Мы переезжаем на старую ферму в жуткой глуши, в дом, где уже живет семейство. Наверное, идут, как бонус.       Мы загружаемся в машину, и я протягиваю брату его любимого плюшевого зайца. Джасперу три года. И он все еще не умеет говорить.       — Тебе будет там хорошо, Стейс, — говорит отец, уверенно ведя машину, к которой прицеплен фургон с нашим имуществом. — О'Брайены давние друзья твоего дедушки. Нам повезло, что они решили продать половину своей фермы вместе с половиной дома. И Джаса будет с кем оставить. Да и ты скучать не будешь. У Лизы и Эдварда есть внук, твой ровесник.       Закатываю глаза и достаю телефон. Начинаю лазать по всем папкам и приложениям, чтобы хоть как-то занять себя и не слушать отца, расписывающего все прелести жизни с этими О'Брайенами.       Думаю о том, что у родителей странное представление о нормальной жизни. Променять просторную квартиру на ферму в глуши, деля дом с чужими людьми.       Джаспер хлопает меня ладошкой по руке, привлекая внимание. Убираю мобильник в карман и смотрю на брата. Тот указывает пальчиком в окно, широко улыбаясь. Мы выехали за пределы города, и мимо проносятся новые коттеджи и большие фермерские дома. Вдалеке замечаю огромные поля, засеянные различными культурами. Рассеянно вспоминаю все злаковые, которые могли бы расти у нас, но биология явно не мой конек.       Прищуриваюсь, пытаясь разглядеть то, на что указывает Джас.       — Я ничего не вижу.       Малыш надувает губы и переключает внимание на своего кролика. Пожимаю плечами. У детей богатое воображение.       — И сколько нам ехать в этот «дом мечты»? — смотрю на родителей через зеркало заднего вида и встречаюсь глазами с мамой.       — Часов пять до города и примерно двадцать минут до самой фермы, — говорит женщина и улыбается. — Расслабься, Стейси. Можешь поспать, я разбужу, когда будем подъезжать.       Вздыхаю и прижимаюсь лбом к стеклу. Разглядываю свое еле заметное отражение и дотрагиваюсь пальцами до кругов под глазами. Вздыхаю еще раз. Как на зло тональник лежит в фургоне.       Ненавижу свою внешность именно за это. За вид человека, который не спал минимум неделю.       Заправляю темные волосы за уши и достаю наушники. Грожу пальцем Джасперу, который тянет к ним свои ручки. Мальчик улыбается, демонстрируя ямочки на щеках. Обнимает игрушку и закрывает глаза. Через пару секунд он уже спит.       Счастливый.       Включаю любимую группу The Pretty Reckless и ставлю на повтор песню Factory Girl. Мне нравится голос и стиль исполнения Тейлор Момсен.       Закрываю глаза и покачиваю головой в такт музыке. Что ж, поездка может оказаться не такой плохой.       Через пять часов мама поворачивается ко мне и легонько трясет за колено. Я открываю глаза, с удивлением отметив, что проспала всю дорогу. Джаспер рядом хлопает в ладоши и смеется.       Я смотрю в окно на проплывающие мимо поля. Пожалуй, места здесь неплохие. Кругом посевные плантации, на которых работают люди, чем-то напоминая жуков. Они, согнувшись, передвигаются по полям, собирая урожай.       Замечаю несколько лошадей на пастбище и пару коров. Мне кажется, что я попала в какой-то старый фильм про крестьян. Раздраженно вздыхаю. Интересно, здесь хотя бы Wi-Fi есть?       — Милая, смотри, а вот и наш новый дом, — отец кивает вперед. Я привстаю на сидении и, прищурившись, разглядываю ферму, к которой мы подъезжаем. Кругом растут подсолнухи, что меня совсем не вдохновляет. Сама ферма выглядит старой, но довольно ухоженной. Замечаю ангар, в котором, наверняка, водится различная живность. А большой дом возвышается, как древний исполин. Что ж, он — единственное, что мне пока нравится.       Отец заворачивает на ферму и останавливается напротив крыльца, на котором стоит миниатюрная старушка со своим мужем. Мама открывает дверь и выходит из машины. Я вжимаюсь в сидение и переглядываюсь с Джасом. Братишка теребит ухо у своего кролика, и ему до лампочки, что вообще происходит.       Лиза и Эдвард О'Брайены быстро спускаются к нам. Женщина обнимает маму, а мужчина пожимает руку папе.       — Бен, как добрались? — голос Эдварда глубокий с хрипотцой. Он внимательно, с легкой улыбкой осматривает отца. Он напоминает моего дедушку, и я сразу же проникаюсь симпатией к этому человеку.       — Спасибо, Эд, доехали без проблем, — отец тепло улыбается и кричит маме:       — Джули, я тоже хочу поздороваться с Лизой!       Пока взрослые благополучно обмениваются любезностями, я выхожу из машины и вдыхаю свежий воздух. Солнце слегка припекает голову, и я беру с переднего сидения папину бейсболку. Обхожу машину, разглядывая окрестности. Джаспер стучит в окно, требуя, чтобы его выпустили.       — Стейси, подойди сюда, — зовет мама, и я корчу брату недовольную рожицу. Мальчик смеется, и я не могу сдержать улыбку. Иду к родителям, готовясь к «знакомству с соседями».       — Стейс, это Лиза и Эдвард, друзья твоего ныне покойного дедушки Фреда, — говорит отец, довольно улыбаясь. Я неловко киваю, переступая с ноги на ногу. Не люблю и не умею знакомится со взрослыми. Со сверстниками всегда легче.       — Какая милая девочка, — Лиза ласково улыбается. — Сколько тебе?       — Через два месяца будет восемнадцать, — засовываю руки в карманы джинс, глядя на стариков из-под козырька бейсболки. Отец в это время достает Джаспера из машины, и все внимание старших переключается на него. Под возгласы умиления, я поднимаюсь по скрипучим ступеням и распахиваю дверь в дом. Оказываюсь в большой и светлой прихожей, выдержанной в викторианском стиле. Провожу рукой по перилам лестницы, ведущей на второй этаж. Пыли нет. Хотя, на что я надеялась? Кажется, дом мне нравится все больше.       Медленно поднимаюсь по ступенькам. Они не скрипят, что приятно удивляет. В таком старом доме и не скрипят ступени…       Скрип.       Поджимаю губы и смотрю под ноги. Кажется, я ошиблась. В этом доме они все же скрипят.       — Восьмая ступенька всегда скрипит. А еще тринадцатая и самая последняя. Восемнадцатая.       Я подпрыгиваю от неожиданности и хватаюсь за перила, чтобы не упасть. Поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с высоким парнем, который стоит у подножия лестницы, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Он ерошит свои темные волосы и внимательно разглядывает меня, склонив голову на бок.       — Напугал?       — Нет, у меня просто так чуть разрыв сердца не случился, — спускаюсь на одну ступеньку. — Ты внук Лизы и Эдварда?       — Ага. А ты дочь тех людей, которые купили половину фермы? — парень явно насмехается. Чешет нос и закатывает рукава серо-зеленой толстовки.       — Ага, — в тон ему отвечаю я и спускаюсь еще ниже. — Будем жить, как в огромной общаге.       — Точно, — парень ухмыляется и отходит от стены. — Вижу, не я один не в восторге.       — Меня увезли из города в эту глушь, оторвав от друзей.       — Отстой, — парень переступает с ноги на ногу, пожимает плечами и протягивает руку. — Я Дилан, кстати.       — Стейси, — осторожно спускаюсь вниз и принимаю его ладонь. Жму руку и снимаю бейсболку. — Итак, надеюсь, ты сообщишь мне хорошую новость о том, что здесь есть интернет.       — Здесь есть интернет, — кивает Дилан и кивает в сторону двери. — А чего все там замерли?       — Умиляются с ребенка, — шмыгаю носом. - Ну, знаешь, взрослым детям внимание не нужно.       — Класс, то есть, в доме еще и мелкий будет, — парень закатывает глаза и качает головой. — Жизнь дала трещину.       — Джаспер тихий, — встаю на защиту брата и складываю руки на груди. — Может, раз уж уже познакомились, то ты проведешь экскурсию по дому?       — Думаю, старикам самим не терпится все показать, — небрежно отвечает Дилан и указывает пальцем на окно. Я выглядываю на улицу и замечаю, что взрослые уже прекратили скакать вокруг Джаса и теперь направляются в дом. Мама с папой восторженно разглядывают дом, а О'Брайены мило улыбаются. Лиза ведет моего брата за руку и выглядит счастливой.       — О, вы уже познакомились, — замечает Эдвард, заходя в дом. Хлопает внука по плечу. — Покажи Стейси ее комнату, ладно?       — Как скажешь, Эд, — ворчит Дилан и вздыхает, глядя на меня. — Все же, от мини-экскурсии мне не откосить.       Мычу что-то под нос и иду следом за парнем к лестнице. Замечаю дверь возле нее. Странно, раньше внимания не обратила. Дергаю Дилана за рукав:       — Куда ведет эта дверь?       О'Брайен меняется в лице и нервно оглядывается на родственников. Лиза бледнеет, а взгляд Эдварда становится жестче. Я чувствую напряжение в воздухе. Словно от нас хотят что-то скрыть.       Что-то жуткое.       — В подвал, — наконец отвечает Дилан и небрежно пожимает плечами. — Но мы им не пользуемся. Ключ давно куда-то пропал.       — Ну, — радостно объявляет мама, — думаю, что он нам и не понадобится.       Хмыкаю и смотрю на Джаспера. Мальчик серьезно смотрит на дверь, словно видит там кого-то. Переводит на меня взгляд и указывает пальцем на подвал.       Говорят, что дети могут видеть то, что не видят взрослые.       Мне становится не по себе, и я отмахиваюсь от жутких мыслей. Насмотрюсь ужастиков, а потом в голову всякая фигня лезет. По-любому, во всем еще и переезд виноват.       Дилан поднимается на второй этаж, осторожно перешагивая те ступени, которые скрипят. Думаю, что никогда не смогу к этому привыкнуть.       Слышу позади бодрый голос Лизы, которая зовет родителей осматривать первый этаж. Вздыхаю.       Прощай, старая жизнь. Здравствуй, захолустье.

***

      Оно медленно поднимается по ступеням вверх, цепляясь за ветхие деревяшки худыми, обтянутыми бледной и покрытой струпьями кожей руками. Прижимается тем, что когда-то было ухом, к двери и прислушивается к шагам в доме. Облизывает тонкие мертвенно-бледные губы, задевая острые зубы, и шипит.       Оно голодно. Очень голодно.

***

      Дилан останавливается возле двери прямо напротив лестницы и толкает ее. Отходит в сторону, пропуская меня вперед.       — Прошу.       Я фыркаю и вхожу в свою новую комнату. Что ж, пора прекратить ожидать худшего.       Комната довольно просторная, большие окна пропускают много света. Кровать большая, двуспальная, как я люблю.       С односпальной я всегда падаю, так как постоянно верчусь.       Замечаю около окна письменный стол и удобное кресло. Много полок и огромный шкаф. Не знаю, зачем он мне, вещей у меня мало. Можно на стуле уместить, если постараться.       — Ну как? — кажется, Дилана не особо интересует этот вопрос. Просто спрашивает из вежливости.       — Думала, будет отстой, — отзываюсь и выхожу из комнаты. - Так, будет мне экскурсия хотя бы по второму этажу?       — Пошли, — кивает О'Брайен и поворачивает направо. Ведет меня к неприметной двери в конце плохо освещенного коридора. — Здесь ванная.       Открывает дверь и небрежно машет рукой. Я заглядываю внутрь и с удивлением смотрю на одну только ванну и раковину, над которым висит шкафчик со средствами гигиены и прочей фигней. Замечаю стиральную машину и с ужасом смотрю на Дилана.       — А где туалет?       — На улице, — невозмутимо отвечает парень и, заметив, что я нахожусь на грани обморока, хмыкает. — Шучу. Поворачивается и указывает на дверь рядом со мной. Черт, даже внимания не обратила. Наверное, из-за плохого освещения.       — Раздельный санузел? Серьезно?       — А когда-то люди были в ужасе от совместного, — Дилан качает головой и тыкает меня пальцем в бок. — Пойдем, покажу тебе дверь в святую святых, куда тебе заходить никак нельзя.       — Твоя комната? — понимающе киваю. О'Брайен ведет меня обратно, проводит мимо моей комнаты и останавливается рядом со следующей. Она последняя на этом этаже. Замечаю наклейку с надписью «Не входи — убьет».       — И как, помогает? — киваю на наклейку. Дилан задумчиво смотрит на нее, пару секунд колупает пальцем, а потом отходит в сторону.       — Ну, Лиза с Эдом без стука не заходят.       — А мне вообще нельзя?       — Рад, что мы поняли друг друга, — усмехается парень. Указывает пальцем в потолок. — Третий этаж. Там комната стариков. Еще одна комната будет для твоих родителей. И еще, судя по всему, будет для мелкого.       — Джаспер. Его зовут Джаспер, — поджимаю губы. Не смотря ни на что, я слишком люблю своего брата. И ненавижу, когда про него говорят с пренебрежением.       — Понял, — Дилан замечает перемену в моем настроении и закатывает глаза. — Ладно, погнали вниз.       Я бодро киваю и иду следом за парнем, сосредоточенно пытаясь запомнить, на какие ступени он ступает осторожно.       Не хочу встать посреди ночи, чтобы выпить воды, и перебудить скрипом весь дом.       Проходим мимо двери в подвал, и мне в нос ударяет запах гнили. Морщусь.       — Эй, Дилан!       — Чего? — О'Брайен поворачивается ко мне, пряча руки в карманы толстовки. Я указываю пальцем на дверь.       — У вас там что, кто-то умер?       — У тебя глюки, — медленно проговаривает парень и хватает меня за руку. Я с замечаю мелькнувший в его глазах страх. Нет. Не так. Ужас. — Пойдем.       Поджимаю губы и принюхиваюсь. С удивлением отмечаю, что вонь исчезла. Несколько раз моргаю и спешу следом за О'Брайеном. Парень проводит меня на кухню, где за столом сидят моя мама и Лиза. Джаспер стоит на стуле около раковины и кому-то машет в окно.       — О, а вот и дети, — замечает Лиза и встает из-за стола. — Стейси, как тебе дом?       — Он… Отличный, — улыбаюсь и подхожу к Джасу. - Хэй, кому ты машешь?       — Скорее всего папе, — отзывается мать. Я выглядываю в окно, но никого не вижу. Только целое море подсолнухов. — Они с Эдом пошли разгружать фургон.       — Их там нет, — пожимаю плечами. — Наверное, отошли.       Говорят, дети могут видеть призраков.       Дилан подходит к окну и выглядывает на улицу. Задумчиво щурит глаза и медленно говорит:       — Я им помогу.       — Хорошая идея, дорогой, — радостно поддерживает Лиза и хлопает в ладоши. — Стейси, может быть, чаю?       Я согласно киваю, внимательно глядя на Дилана. Тот нервно ломает пальцы, направляясь к выходу из кухни.       Джаспер прекращает улыбаться и быстро слезает со стула. Подбегает ко мне и берет за руку. Тянет в коридор и машет женщинам за столом.       — Сейчас вернусь, — кисло бормочу и иду за братом. — Джас, куда ты меня ведешь?       Мальчик, как всегда, не отвечает, лишь тянет меня к двери в подвал. Вздыхаю.       — Джаспер, эта дверь закрыта.       Брат указывает пальцем на дверь и вопросительно смотрит на меня. Пожимаю плечами.       — Не знаю. Закрыто и закрыто. Нам же туда не нужно?       Малыш надувает щеки и кивает. Отпускает мою руку и, быстро перебирая ножками, бежит на кухню. Я подхожу ближе к двери и принюхиваюсь. Запаха нет. Значит, просто показалось.       Это всего лишь переезд и нежелание принимать тот факт, что у нас начинается новая жизнь.       Ничего более.       Разворачиваюсь и иду на кухню.       Теперь это мой дом, как бы прискорбно это ни звучало.

***

      Оно чувствует, как девушка отходит от двери, и раздраженно шипит.       Оно хочет выбраться отсюда.       Оно хочет есть.

***

      Когда мужчины заканчивают разбирать коробки, на улице уже темнеет. Лиза загоняет всех ужинать, а я поднимаюсь в комнату, чтобы начать разбирать вещи. Аппетита совершенно нет, и мне жаль, что я расстраиваю старушку с мамой, которые готовили практически весь оставшийся день. Но я хочу хоть немного побыть одной, чтобы проникнуться атмосферой дома.       Откопав среди многочисленных коробок с моим именем, большинство которых набиты книгами и дисками любимых групп, пижамные шорты и растянутую старую футболку, я достаю из рюкзака зубную щетку и пасту, и бегу в ванную. Захожу в комнату и с удовлетворением замечаю, что хотя бы замок на двери присутствует. Задвигаю щеколду и набираю воды. С наслаждением скидываю одежду и забираюсь в теплую воду. Закрываю глаза и расслабленно выдыхаю.       Наконец-то этот жуткий день закончился.

***

      Бен берет на руки Джаспера и говорит, что присоединится к столу как только уложит сына спать. Эдвард согласно кивает, а Лиза ласково прощается с мальчиком. Джулия подливает сок в стакан Дилана, на что парень явно выдавливает из себя благодарную улыбку.       Бен понимает, что и Стейси тоже не испытывает восторга из-за переезда.       Ей нужно привыкнуть.       Им всем нужно привыкнуть.       Идет на третий этаж в новую комнату сына и сажает ребёнка в кроватку. Джаспер тыкает пальчиком в сторону двери и хмурится.       — Конечно, я закрою дверь, — говорит Бен, надеясь, что мальчик имеет ввиду именно это. Удивительно, но именно Стейси удавалось понимать брата без слов. Несмотря на большую разницу в возрасте.       Сам же мужчина, да и Джули тоже, никогда не могли отличить просьбу от вопроса.       Джас надувает щечки и еще раз тыкает в сторону двери.       Как будто указывает на кого-то, стоящего позади.

***

      Оно стоит в дверях и тянет руки к мужчине, стоящему спиной. Рот раскрыт в немом крике, а пустые глазницы прожигают Бена Мэддокса насквозь. Оно делает шаг вперед, перебирая босыми ногами. Вытягивает руку и опускает на плечо мужчины.

***

      Бен поворачивается в сторону двери и внимательно вглядывается в темный коридор.       Никого.       — Джаспер, там пусто.       Мальчик склоняет голову на бок и внимательно смотрит на отца. Ложится в кровать и обнимает любимого кролика, предусмотрительно положенного Джулией.       Бен наклоняется и целует сына в лоб.       Это новая жизнь.       И начать ее они должны хорошо.

***

      Выхожу из ванной спустя полчаса и быстро иду в свою комнату. С разбега запрыгиваю в кровать и накрываюсь одеялом. Обнимаю подушку и прижимаю ее к щеке. Быстро согреваюсь, что не может не радовать.       — Опять голодной ложишься спать? — на пороге появляется отец и приветливо машет мне рукой. Я недовольно фырчу и надуваю губы.       — Из-за переезда нет аппетита.       Бен садится на край кровати и улыбается.       — Как тебе дом? Только отвечай честно.       Подкладываю угол одеяла под щеку и задумчиво смотрю в стену.       — Думала, что будет хуже.       — Это не ответ, Стейс, — мужчина качает головой и вздыхает. — Ты знаешь, что мы должны были переехать. И ты должна смириться с этим.       — Пап, — устало тру глаза и сердито кошусь на отца. — Я не сказала, что дом плохой. И О'Брайены вроде неплохие. Даже недовольный нашим приездом Дилан. Но мы только приехали. Я не знаю этот дом, — сажусь на кровати и развожу руками. — Я не смогу дать тебе адекватного ответа, пока не поживу здесь хотя бы два дня. А пока я устала и хочу спать.       — Хорошо, милая, — папа встает с кровати и, наклонившись, целует меня в лоб. — Спокойной ночи, Стейси.       — Спокойной ночи, пап, — ложусь обратно и обнимаю одеяло. Отец выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.       Закрываю глаза.       Итак, вот и первая ночь в этом захолустье…

***

      Все давно спят, когда часы в холле бьют двенадцать. Стрелки дергаются, словно решая, идти им дальше, или остаться на месте.       Склонившись ко второму варианту, часы прекращают свой ход.       Стена напротив кровати Бена и Джулии покрывается разводами бурого цвета.       Оно появляется из стены и хрипло дышит, глядя безжизненными глазами на спящих мужчину и женщину.

***

      Я просыпаюсь в холодном поту и хватаюсь за телефон, лежащий на прикроватном столике. Снимаю экран с блокировки и морщусь от яркого света. Смотрю на время.       Половина первого.       Откидываюсь на подушки и прислушиваюсь к тишине дома.       Наверное, показалось.       Показалось, что в подвале кто-то говорит.       Скрип.       Хмурюсь.       Скрипнула восьмая ступенька.       Кто-то поднимается по лестнице.       Быть может, это Дилан, однако он, наверняка, как и Лиза с Эдом, знает, какие ступени скрипят.       Отец или мама?       Скрип.       Тринадцатая ступенька.       Шаги легкие, не такие, как у отца, но и размеренные, не как у матери.       Мне становится не по себе.       Натягиваю одеяло до подбородка. Тишина.       До последней осталось пять ступенек.       Мысленно считаю.       Один.       Два.       Три.       Четыре.       Скрип.