remember me for centuries

это случилось ночью, в один из тех редких моментов, когда они остались в тишине и одни. обычно намджун был тем, кто покидал студию последним, но он уже дважды засыпал на клавиатуре, когда заканчивал последний трек, и хосок ворчал на него как мамочка, пока он, наконец-таки, не согласился пойти спать. юнги наблюдал за тем, как хосок закрывал за намджуном дверь, а потом расслабил плечи. – он выглядел сонным, – произнес хосок, садясь на стул рядом с юнги. если честно, он и сам боролся со сном, но возможности побыть наедине с хосоком почти не было, поэтому сейчас был практически самый лучший момент для этого. – мы должны это закончить, – озвучил юнги, и хосок медленно кивнул в ответ, а потом зевнул. и юнги видел последствия изнурения на его лице: его покрасневшие глаза и опухшие щеки, и как он положил голову на свои ладони, наблюдая за тем, как юнги нажимал на клавиши на микшерном пульте. они работали до тех пор, пока юнги не удостоверился, что это было то самое, что можно было показать намджуну завтра утром, когда они трое будут выспавшимися и в состоянии исправить небольшие ошибки и нормально связать все предложения. хосок упирался лбом в сгиб локтя юнги и изо всех сил пытался не заснуть. юнги потер глаза, а потом сказал хосоку подвинуться, чтобы он смог выключить все оборудование, а потом они могли бы пойти спать. когда они в первый раз поцеловались, в этом не было ничего особенного. это произошло почти естественно, и юнги знал, что хосок точно не контролировал себя в тот момент. юнги передавал ему бутылку воды по его просьбе, и тот поблагодарил его усталым «спасибо, хен» и поцелуем в губы. самое удивительное, что это совсем не удивило юнги. его дыхание не сбилось, а сердцебиение не ускорилось, хотя он и ожидал этого. он взглянул на хосока, который, вероятнее всего, даже не подозревал о том, что сделал. тот просто мирно пил воду и чувствовал себя вполне осмысленно. – хосок, – позвал его юнги по-странному охрипшим голосом, – подойди сюда. хосок вопросительно приподнял брови, но послушался своего хена, придвинувшись к его стулу. когда юнги еще раз поцеловал его, он не колеблясь ответил ему. их движения естественно дополняли себя, как будто они были предназначены для друг друга, и юнги на мгновение задался вопросом, будет ли он чувствовать то же самое, когда они отстранятся и этот момент полностью пройдет. хосок вцепился пальцами в темно-коричные волосы юнги, немного царапая кожу головы. юнги более жестче начал отвечать ему, скользя ладонями по бицепсам хосока и давя на пульс на его шее, касаясь кончиками пальцев его челюсти. их поцелуй стал глубже, и ни один из них не знал, должны ли они чувствовать себя так хорошо, как сейчас. но это не помешало юнги протянуть руку к шортам хосока и потереть его вставший член сквозь ткань, из-за чего хосок простонал ему в рот. именно это, возможно, вернуло их к реальности. они одновременно отстранились друг от друга, и взгляд хосока был таким, что юнги совсем не хотел его понимать. это было вызвано теми же самыми чувствами и отсутствием постоянного физического контакта. но в то же время это так же быстро сошло на нет, как и началось, и осталась только сонная улыбка на губах хосока. – пойдем спать, хен, уже почти рассвело, – произнес хосок, и в его словах не было никакого скрытого смысле по типу «нам нужно об этом поговорить» или смущения. вместо этого юнги заметил, что они с хосоком держались за руки, когда шли в их общую комнату, пока остальные спали. хосок поцеловал его еще раз, пожелав спокойной ночи, и привкус его губ отдался внутри у юнги как землетрясение. не было особо сложно не спать и не задумываться о всей этой ситуации, но когда юнги накрылся одеялом, все мысли испарились из его головы, и он слышал только дыхание остальных шестерых парней в этой комнате. их первый поцелуй точно не запомнится, но из-за него юнги задал себе слишком много вопросов, а еще он совсем не хотел на них отвечать. тем не менее, он понял перед тем, как заснуть, если хосоку с ним было хорошо, то и ему самому было так же.