Геном

– Орсон, вы понимаете важность задания? – Так точно, мэм! – Вы изучили все инструкции? – Да, мэм! Полковник смерила Орсона взглядом, выражающим глубочайшее сомнение, но все же кивнула и неожиданно первой отдала честь. Орсон в ответ салютовал с такой энергией, что чуть не выбил себе глаз. – Что ж, на этом я вас оставлю. Орсон дождался, пока прямая спина полковника скроется за дверью, облегченно выдохнул и начал скидывать штаны. * * * Программа "Вирус-99" работала вот уже двадцать лет. Ровно столько времени прошло с тех пор, как энергетическая форма жизни захватила русский корабль "Академик Владислав Волков" и уничтожила весь экипаж. Но благодаря охотникам за сокровищами, наткнувшимся на корабль - и,разумеется, благодарить следовало только выживших - человечество резко шагнуло вперед, к потрясающим квазибиологическим технологиям. Орсон растирался контактным гелем и размышлял об удивительном свойстве людей – обращать себе на пользу любые происшествия. Даже если поначалу кажется, что случившееся немыслимо отвратительно и не должно повториться ни в какой форме. Последним витком технологий, насколько Орсону было известно, стали управляемые костюмы полного профиля. Здоровые машины, которые могут носить, копать, стрелять – да хоть управлять оркестром. Покончив с гелем, Орсон расправил плечи и направился к шлюзу. Пройдя сквозь несколько потоков дезинфицирующего излучения, он оказался в помещении со скафандром. Больше тот все-таки смахивал на шагающий танк. А помещение - на полигон. Орсон приложил ладонь к датчику, пластина считала биомагнитное поле, и после томительной паузы белоснежный панцирь медленно сдвинулся. Орсон облегченно вздохнул и немедленно с гордостью подумал, что четверых предыдущих кандидатов танк просто не впустил. Машинка оказалась с характером. Но Орсон был лучшим. Танк раскрылся. Орсон озадаченно склонил голову. Вместо кабины управления или хотя бы резервуара он увидел что-то... странное. Розовое нутро: влажное, блестящее, вывернутое лепестками. Ассоциация с влагалищем пришла моментально. Орсон кашлянул и оглянулся на видеокамеры. – Эй, мне точно надо туда лезть? – Добро пожаловать на борт, – пророкотал голос из недр танка. Орсон чуть не подпрыгнул. – Это уникальная разработка системы "Мать". Вы будете находиться в нейробиологическом интерфейсе. * * * Лейтенант Харс подался вперед и с досадой постучал пальцем по экрану. Там то и дело шли помехи. Орсон стоял, будто приросший к месту. Эксперимент номер пять, кажется, дал сбой, еще не начавшись. – Рядовой, двигайтесь! – велел Харс. Однако Орсон словно не слышал его. * * * – Ни черта себе интерфейс, – ворчал Орсон себе под нос, пробуя ногой предполагаемое место управления. Ткань – иначе как о живой ткани думать об этом было невозможно – оказалась теплой, но не скользкой. Однако и не сухой. Какой-то очень... подходящей. Он наступил, и нога слегка провалилась. Отпустив поручни, он перенес вес на ногу, а затем осторожно переставил и вторую. Отцепился от страховочной ручки и на пробу чуть переступил на месте. – Благодарю, – сказал танк. И Орсон провалился внутрь. * * * На экране рядовой наконец-то дернулся и пошел к танку. Двигался он механически, по-прежнему не отзываясь на попытки Харса связаться. Лейтенант оглянулся на полковника и проглотил рвущиеся матюги. Высокое начальство так пристально смотрело в экран, будто пыталось пронзить взглядом стену из армированного бетона, и вживую увидеть, что происходит внутри. * * * – Предупреждать надо! – возмущался Орсон. Интерфейс облегал его, и пошевелиться в нем было невозможно. – Кто это придумал? – Я. Ваш напарник, – ответило со всех сторон. – Ах напарник? То есть кто-то будет дергать за рычажки, пока я буду тут барахтаться? Напарник промолчал. Бормоча проклятия, Орсон попытался разобраться в управлении. Перед ним уже проступил экран полного обзора. Вокруг головы сформировалось подобие шлема с подачей изображения. Но как Орсон ни старался, танк не двигался. Собственно, Орсон просто не мог понять, какие телодвижения нужно для этого совершить. Конструкторы явно не заботились о наличии джойстиков и педалей. – Эй, Хьюстон! – раздраженно позвал он. – Чтоб вас, как этим управлять?! * * * Рядовой бродил вокруг танка. Помехи мешали разобраться в происходящем. Больше всего лейтенанта нервировало, что движения Орсона выглядят механическими. Он бы даже сказал - искусственно смоделированными. Будто кто-то нарисовал человечка на экране. Харс косился на полковника почти каждую секунду. Наконец он не выдержал. – При всем уважении, мэм, здесь происходит какая-то херня. * * * – Але! Мать вашу! – Уровень эндофрина недостаточен, – прорезался напарник. – В этом проблема управления. – Какой эндофрин?! – рявкнул Орсон. – Запихнули в какую-то пизду, еще и напарника подсунули! Тебя как звать вообще? – Для функционирования тебе необходим определенный гормональный фон. Я помогу настроиться. Расслабься. – Да пошел ты... оу! Орсон почувствовал, что он весь от ушей до пяток покраснел. Перед глазами расплылось, голова закружилась. Он будто повис в горячей невесомости. – Что это? – пробормотал Орсон, еле собрав растекающиеся мысли. – Настройка. Нравится? Орсон протестующе застонал. Внятно он выразиться не мог: вокруг его члена сжалось влажное и горячее и тут же начало сосать. Сильно, глубоко, то и дело вибрируя от старания. Это было последнее, что Орсон мог ожидать от нового интерфейса. – Думаю, нравится, – сказал невидимый напарник. – Эй, да что за херня! – Орсон все же сумел собраться, хотя ему казалось, будто его мозги высасывают прямо через пенис. – Мне пидора, что ли, подсунули? Кончай эти... а-абля, сука! * * * – Орсон! Орсон, возвращайтесь! Это приказ! На экране рядовой сидел на краю люка и болтал ногами. Потом уставился прямиком в камеру и механически поднял руку. Загнул все пальцы, пока не остался только средний. Экран на мгновение погас и вспыхнул снова. Рядовой Орсон исчез. Харс застыл в кресле. Полковник перегнулась через него. – Отрядам "Альфа", "Браво", "Дельта" – прибыть на первый уровень. Голос полковника звучал монотонно и почти безэмоционально. Но у лейтенанта все равно встали дыбом все волосы, до последней, самой крошечной волосинки. О наличии этих отрядов Харс даже не подозревал. * * * Орсон хрипел и почти пускал слюни. Его член по-прежнему страдал от сладкой пытки, а вот задница подвергалась самому настоящему надругательству. Пульсирующее внедрение ощущалось всем телом. Больше всего чертов нейроинтерфейс уделял внимания простате. И это очень отличалось от осмотра в медкабинете. Орсон задрожал, невольно выгибаясь. Мягкие складки обняли его и поддержали спину. – Гормональный уровень оптимален. Голос напарника изменился, стал мучительно резким, словно кто-то настраивал эквалайзер. – Прекрати... – прохрипел Орсон. – Бо... больно! Режущий звук исчез. Орсон всхлипнул – он сам не понял, то ли от облегчения, то ли от удовольствия. Изображение на экране качнулось. Танк шагнул вперед. Орсон не прилагал для этого никаких усилий, и более того – хотел, чтобы танк остановился. Каждый шаг отзывался содроганием собственного пениса. На третьем шаге Орсон все же кончил. Нейроинтерфейс в заднице начал двигаться дальше, распирая кишки. – О господи, – простонал Орсон. В глазах окончательно потемнело, и ему даже показалось, что он плачет. Совершенно точно что-то мокрое текло по его щекам - вязко и обильно. Невыносимое сосущее чувство стало еще сильнее, только что опустевшая мошонка тут же вновь туго налилась. Раз, два, три... Снова! У него тряслись колени, в горле булькало, и все существо сосредоточилось между ног. Орсон чувствовал, что танк продолжает двигаться, и сам он в этом движении был пылающей шестеренкой, которую непрестанно крутят, заставляя исторгать масло и удовольствие. – Мы отличные напарники, – пророкотало у него прямо в голове. – Ты кто? – пробулькал Орсон. – Я твой лучший друг. Орсон задрожал в новом оргазме, соглашаясь. Кажется, новый друг заполнил его по самую глотку. И это было хорошо. * * * Харс отчаянно перебирал комбинации глушилок в лаборатории. Помехи не прекращались, по экранам уже шли радужные полосы. Главный экран потемнел, а затем на нем зажглось окно основного логина и пароля. – Отключить! – рявкнула полковник. Харс дернулся к кнопке экстренного отключения, но не успел. На экране изображение разделилось на две части. Справа мелькал сплошной поток данных. Слева... Харс сглотнул. Слева отображалось то, что было Орсоном. Оно еще двигало челюстью. Голой челюстью, без мяса и кожи. Цифры в правой части сменились буквами. Сначала чужого алфавита, но потом изменились и сложились в слова. "Восстановление завершено. Вы – вирус" Танк вскинул обе "руки", и жизнь лейтенанта Харса лопнула, как кукурузное зерно на сковородке.