Be My Victim

      Конец ноября, 2014 год.       Очередной номер дорогого отеля. Парень уже сбился со счета, пытаясь припомнить все гостиницы, в которых они останавливались. Каждый номер казался типовым, банальным, скучным. Огромный диван, кухня-студия, высокие вазы на полу, двуспальная кровать, комод, тумбочки, душевая кабина, зеркало в пол стены и ковры с длинным ворсом. Каждый раз один и тот же набор предметов, распределённых по комнатам, сливался в нечто бесформенное.       Брюнет неторопливо вытаскивал вещи из шкафа и аккуратно укладывал на дно чемодана. На полу стояла застёгнутая чёрная спортивная сумка, забитая мелкими предметами и обувью. В соседней комнате чуть расторопнее упаковывал вещи ещё один парень. Его длинные волосы постоянно спадали вниз, а он нервно заправлял их за ухо, но надоедливые пряди всё равно выскальзывали.       Через открытое окно доносились крики девушек. Они толпились с самого утра, не давая проходу другим постояльцам отеля. Парни же просто не обращали внимания на шум, стараясь как можно быстрее собрать вещи, чтобы вернуться домой. Небольшой перерыв пойдёт на пользу всем без исключения. Им давно нужен отдых. Несколько недель дома помогут привести мысли в порядок, подготовиться к предстоящим шоу, хоть немного побыть с семьёй и друзьями. Женские голоса не утихали ни на минуту, а иногда даже становились громче. Например, когда в окне седьмого этажа появлялся кто-то из парней, или на улицу выходили охранники и ребята из команды.       У парадного входя в здание стояли черные фургоны, в которые сгружали сумки с вещами, ещё парочка таких автомобилей стояла в стороне, ожидая пассажиров. Фанатки разных возрастов толпились у машин, кричали, пели, трогали всё, что имеет хоть какое-то отношение к группе, особо хитрые и наглые пытались стащить какую-нибудь мелочь, безделушку, но тут же были пойманы охраной.       Парни почти закончили упаковывать вещи, когда в номер вошёл ещё один представитель группы. Худощавый брюнет, арабской наружности поставил свою сумку у двери и прошёл к спальням.       — Вы готовы? — прокричал он, заглядывая поочерёдно в каждую комнату.       — Да. Я готов, — из правой спальни вышел кудрявый парень с двумя сумками и заглянул в соседнее помещение. — Лу, ты собрался?       Брюнет, стоящий у кровати, укладывал последние вещи в чемодан. Застегнув его, он взял сумку, окинул комнату последним взглядом, убедился, что ничего не забыл, и вышел в гостиную. Все трое уверенным шагом направились к двери, ведущей в коридор. Электронный замок защёлкнулся сразу после того, как последний вышедший отпустил дверную ручку. В длинном коридоре их ждали оставшиеся двое участников группы, парни улыбками поприветствовали друзей и зашагали к лифту.       — Готовы выйти наружу? — с улыбкой спросил блондин, когда они спускались в лифте.       — Не напоминай, — протянул один из парней. — У меня голова с самого утра раскалывается. Как они могут постоянно кричать, — голубоглазый потёр лоб и откинул назад волосы, почесав затылок.       — А я люблю их, — не унимался светловолосый. — Поднимается настроение, когда знаешь, что есть люди, которые готовы на всё, чтобы увидеть тебя. Это круто, — он широко улыбнулся, окидывая взглядом друзей.       Оказавшись в просторном холле отеля, парни отдали свои сумки ребятам из команды, те направились к фургонам. Все пятеро стояли у большой стеклянной двери, толпа снаружи, увидев своих кумиров, просто сошла с ума. Охранники пытались сдержать натиск кричащих девушек, пока один из фургонов, стоявших в стороне, подъезжал ко входу. Как только дверь машины отъехала в сторону, начальник охраны скомандовал выходить. Несколько накаченных мужчин отталкивали фанаток, парочка пыталась протиснуть парней к автомобилю. Кто-то из ребят улыбался, здоровался с поклонниками, кто-то молча пробирался сквозь толпу, а кто-то пытался унять усилившуюся головную боль. Голубоглазый давил на виски с такой силой, что казалось, будто он сейчас раздавит собственную голову. Мигрень не давала покоя, а со всех сторон к нему тянулись руки, норовящие схватить его за самые разные места.       Брюнет молча и терпеливо двигался к фургону, а оказавшись в нём, выдохнул с облегчением и открыл бутылку негазированной воды. Сделав пару глотков, он закрыл глаза и отдышался. Виски по-прежнему пульсировали, внутри головы что-то отчаянно давило на череп, разрывая его в разные стороны. Шум в подсознании перекрыл все звуки окружающей среды, даже крики фанаток почти стихли, доносились, будто из глубокой пещеры.       — Лу! Эй, Лу, — кто-то тряс его за плечо, казалось, уже несколько минут. Брюнет открыл глаза и посмотрел на звавшего, а потом и на всех остальных. Парни с опаской глядели на него, не понимая, что случилось.       — Всё нормально? Я думал, ты потерял сознание, — кареглазый обеспокоенно оглядывал товарища, дожидаясь ответа.       — Да, всё отлично. Просто голова болит, я ведь говорил, — устало ответил юноша.       Вернувшись в реальность, он снова стал слышать крики, к которым теперь ещё добавился звук рук, долбивших по стеклу и кузову автомобиля. На мгновение брюнет почувствовал себя маленькой рыбкой в аквариуме, по которому постоянно стучат пальцами всякие кретины, пытаясь привлечь внимание бедного существа.       Начало декабря, 2014 год.       Пара недель в дали от шумной толпы, от громкой музыки и слов песен, которые въелись в память так, что сможешь повторить их даже во сне. Каждое утро в своей постели дороже любых миллионов, как и возможность увидеть родных и близких. И всё было бы идеально, если бы не каждодневная мигрень, неутихающая с того самого утра. Таблетки уже не помогают, а может и помогают, но брюнет перестал их пить. Мама подозрительно поглядывала на него каждый раз, как он доставал аптечку, не хотелось её беспокоить, вот и решил смириться. Её дорогая и любимая Елеонор постоянно трогает лоб и задаёт вопросы о состоянии здоровья. Начинает надоедать…       К слову об этой темноволосой девушке… Голубоглазый быстрее всех остальных парней всегда бежал по аэропорту, нетерпеливо постукивал пальцами по коленке, сидя в такси. Он всегда безумно скучал по этой молодой особе, и она не отставала. При каждой встрече одаривала его нежным поцелуем, все свободное время днём они посвящали прогулкам или просмотру фильмов, а ночью наслаждались друг другом, сливаясь в единое целое. Они так давно знакомы, что могут закрытыми глазами найти друг друга в толпе, могут не раздумывая ответить на любой вопрос о своей второй половинке. И каждый раз, встречаясь, они счастливы просто быть рядом, но не сейчас…       Две недели тянулись неумолимо долго. Парень старался не думать ни о чём, чтобы не травмировать свой пульсирующий мозг, но каждый раз взвывал от новой волны боли, когда девушка дотрагивалась до его лба, чтобы проверить температуру. Голубоглазый старался избегать любого контакта с людьми, даже с родителями, но с каждым новым днём становилось всё сложнее.       Конец декабря, 2014 год.       Брюнет не торопливо шёл по улице, его голова была забита мыслями о списке покупок к вечерним посиделкам в кругу семьи. За ним по пятам незаметно, как они думали, крались две девушки лет семнадцати. Обе восхищённо разглядывали парня и хихикали. Подойти девушки не решались, поэтому им просто оставалось идти следом и надеяться, что голубоглазый сам их заметит, но он был полностью погружён в размышления и не обращал внимания на "хвост".       Мигрень почти не тревожила с утра, а вот под вечер виски пульсировали адской болью, что неблагоприятно сказывалось на общем состоянии и настроении. Юноша уже несколько раз срывался на сестру или ругался с мамой, а с девушкой и вовсе старался не разговаривать. Время от времени он всё же терял контроль и буквально рычал на свою возлюбленную, схватив её крепко за локоть. С его губ срывались слова, о которых он потом жалел, но недостаточно сильно, чтобы извиниться. Головная боль затмевала все чувства и эмоции. Если раньше можно было сослаться на усталость, то сейчас, после нескольких недель дома, это уже не было убедительным аргументом. Голубоглазый и сам не понимал причину своего состояния, не говоря уже о других, тех, кто пытался ему помочь. Элеонор смотрела с такой жалостью, когда её спутник глотал таблетки, а времена, когда он хватал её за руку в порыве злости, в её глазах читались неподдельные страх и паника.       Они скрывали свои размолвки от всех: от родственников, от друзей и, тем более, от прессы. СМИ раздували из обычных слухов грандиозные скандалы, что было крайне нежелательно для этой парочки. В своём трёхмесячном перерыве брюнет старался просто плыть по течению, не выделяться из общей серой массы, что довольно сложно с его статусом. Сейчас он скрывал свои каштановые волосы под чёрной шапкой, а глаза цвета неба опускал вниз, старался не встречаться взглядами с прохожими, но особо внимательные, вроде тех двух преследовательниц, узнавали в парне с улицы своего кумира и следовали за ним.       Из размышлений юношу вырвал телефонный звонок. Телефон противно зудел в кармане, издавая при этом громкий протяжный звук. Остановившись, владелец гаджета извлёк его из кармана и ответил на звонок, оглядываясь по сторонам. Особы, следовавшие за ним, стояли в нескольких метрах, как вкопанные, и пытались не привлекать внимания, но глупые улыбки на лицах сдавали их с потрохами. Заметив активность неподалёку, брюнет поспешно закончил разговор с матерью и нагло уставился на девушек.       — Я могу хоть пару часов побыть один? — вдруг выдал он, вскидывая руки вверх. — У меня есть личная жизнь. Прекратите меня преследовать хотя бы на несколько дней. Имейте совесть, — он почти кричал, а девчушки испуганно хлопали глазами. — Вы что кайф ловите от того, что следите за кем-то? — он окинул злобным взглядом фанаток, развернулся и зашагал в прежнем направлении.       Начало января, 2015 год.       — Эль, — парень вошёл в спальню, изучая меню доставки пиццы. — Как насчёт экзотической и грибной? — он поднял голубые глаза и обнаружил свою девушку у зеркала в одном лишь полотенце.       Брюнетка пальцами распутывала мокрые волосы. Молодой человек сделал несколько шагов вперёд, оставляя телефон на комоде. Он сзади подошёл к девушке и обнял за талию, запуская одну руку под полотенце, а губами касаясь шеи своей спутницы.       — Ты прекрасна в таком виде, — прошептал он.       — Лу, я не хочу сейчас, — негромко ответила девушка, пытаясь отстраниться.       — Да ладно тебе. Ты всегда так говоришь, а потом тебя невозможно остановить, — голубоглазый не отступал, покрывая шею девушки поцелуями.       — Сейчас я правда не хочу. Прекрати, — она рывком высвободилась из мужских рук и уставилась на собеседника. — Давай в другой раз, пожалуйста.       Брюнетка смотрела жалобными глазами, а парень лишь тяжело дышал, его ноздри раздувались при каждом выдохе. С каждой секундой голубые глаза становились всё темнее и темнее, казалось, что ещё чуть-чуть, и они станут совсем чёрными. Брюнет сделал пару шагов вперёд, а девушка начала пятиться в противоположном направлении, сжимая в руках большое белое полотенце.       Юноша, как огромная глыба, надвигался на подругу, его глаза жадно бегали по телу девушки, изучая каждый сантиметр её фигуры. Его губы исказились в ухмылке, когда Элеонор нервно поправила полотенце, прикрывая обнажённые ноги. Она продолжала пятиться до тех пор, пока её спина не упёрлась в дверь ванной комнаты. В этот момент на её лице отобразился самый настоящий ужас. Глаза заблестели из-за подступающих слёз, но брюнетка не позволила себе такую слабость, она стиснула зубы и моргнула несколько раз подряд. Юноша медленно шагал к ней с той же ухмылкой на лице.       — Лу, остановись, — умоляла брюнетка. — Что с тобой? В последнее время я тебя не узнаю, ты изменился.       — А может, я просто стал собой, — ответил он, делая очередной шаг. — Мне так надоело притворятся милым парнем с улицы. Тебе не приходило в голову, что это всё лишь образ, созданный агентами и продюсерами? Задавалась ли ты вопросом: какой на самом деле мой парень? — юноша глядел прямо в глаза собеседницы. — Ты уверена, что сейчас перед тобой не настоящий Луи Томлинсон? Насколько хорошо ты меня знаешь? Готова поставить на это свою жизнь?       Голубоглазый остановился в полуметре от девушки и уставился на неё, продолжая тяжело дышать. Беспомощная брюнетка не знала, куда ей бежать или где прятаться. Она оказалась зажата между дверью и человеком, которого она любила, но который сейчас был чужаком. За последние несколько дней он так часто хватал её за руку или отталкивал от себя, что на теле появились синяки. Все знакомые стали замечать резкую потерю веса до критического уровня, болезненный цвет лица и ослабшие волосы. Стресс давал о себе знать, но кареглазая всеми силами старалась не падать духом, верить в лучшее, она скрывала свои слёзы, говорила друзьям, что всё хорошо, но в этот самый момент она поняла, что врала не знакомым, а самой себе.       Последняя надежда умерла в то мгновение, когда руки девушки совсем ослабли, и полотенце выскользнула из них. Глаза парня вспыхнули непонятными эмоциями: страсть, желание, гнев, агрессия. Только он мог точно знать, что чувствует. Брюнетка поддалась слабости, и слёзы хлынули из глаз. Истерика охватила её, она сползла вниз по двери и беззвучно рыдала. Парень опустился на корточки, сцепляя руки в замок перед собой.       — Дошло наконец? — насмешливо спросил он. — Добро пожаловать в мой мир.       Он выпрямился и бросил презрительный взгляд на рыдающую девушку, прежде чем выйти из комнаты. В его сознании вырисовывался образ властителя, способного контролировать любые действия людей. Девушка, упавшая к его ногам, только подстегнула его азарт. Мигрень улетучилась, а на её место пришли злость и желание.       Конец января, 2015 год.       — У вас с Луи всё в порядке? — слышался голос на другом конце провода.       — Да, мам, всё хорошо. А почему ты спрашиваешь? — поинтересовалась девушка.       — Ты очень сильно похудела, а эти синяки... Я не хотела заводить эту тему при посторонних, а потом вы так быстро засобирались домой.       На несколько секунд повисла тишина. Девушка нервно кусала ногти, не зная, что ответить матери. Её отношения с некогда любимым парнем катились в бездну. Они не разговаривали, а брюнетка даже боялась смотреть ему в глаза. На публике она с трудом выдавливала из себя улыбку, парень настаивал на продолжении отношений хотя бы для СМИ. Но никто не спросил Эль, а хочет ли она продолжать эти отношения. Голубоглазый просто поставил её перед фактом, зная, что спорить она не станет.       — Мам, всё хорошо, правда, — продолжала она уверять женщину.       — Если что-нибудь случится, ты можешь со мной поговорить. Ты ведь знаешь об этом?       — Конечно, — девушка сдержала слёзы, чтобы не расстраивать мать. — Я ещё позвоню, пока.       Отложив сотовый, брюнетка прикрыла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Она сидела на полу в ванной, чтобы никто не мешал ей общаться с семьёй. Безмолвную тишину прервал внезапный и мощный стук в дверь.       — Элеонор! Я знаю, что ты там, открой дверь, — парень долбил кулаком по деревянной поверхности.       Девушка медленно поднялась на ноги и подошла к двери. Повернув ручку, она приоткрыла дверь и посмотрела в голубые глаза. Уже давно этот взгляд не выражал ничего, кроме злости или безразличия. Лёд во взгляде стал таким привычным, что брюнетка просто смирилась с этим.       — Я ухожу, — прервал тишину юноша. — Не знаю, когда вернусь. Будь дома. Очередной приказ, брюнетка лишь молча кивнула и прошла мимо парня к постели. Голубоглазый проводил безмолвную особу глазами, а когда она улеглась под одеяло, вышел из комнаты.       Пару часов спустя он прогуливался по ночному парку, скрывая лицо капюшоном толстовки. На улицах города почти не было людей. Лишь изредка мелькали силуэты клубных завсегдатаев или собаководов, выгуливающих своих питомцев. Парень остановился на несколько секунд и достал очередную сигарету. Закурив, он продолжил движение. Неподалёку послышалось шуршание листвы, голубоглазый обернулся к источнику шума. За небольшим кустарником виднелась чья-то фигура, а в руках мелькал телефон. Давно уже не было таких назойливых личностей, следующих по пятам и выискивающих пикантные ракурсы для фото.       Парень сделал вид, что никого не заметил и вновь зашагал в выбранном направлении. Листва снова зашуршала, означая, что шпион продолжил слежку. Сделав ещё пару затяжек, голубоглазый приблизился к ближайшей мусорке и выбросил окурок. Боковым зрением наблюдая за преследователем, юноша резким движением подскочил к кустарнику и обеими руками схватил шпиона, вытаскивая из густых ветвей. Перед ним стояла девушка лет двадцати и хлопала глазами. В руках она держала телефон, который продолжал снимать видео.       — Я что даже прогуляться один не могу? — прорычал брюнет, не выпуская девушку.       В её глазах внезапно вспыхнул страх, она попыталась ответить, но не смогла. Шатен крепко сжимал кожаную куртку блондинки.       — Каждый раз одно и то же, — не унимался парень. — Всем так хочется нарыть что-нибудь на меня. Все бегают с телефонами и щёлкают камерами. Я человек, а не обезьянка в зоопарке, — голос становился всё громче и грубее, его обладатель тряс девчушку своими огромными руками. — До вас когда-нибудь дойдёт, что всем нужно личное время?!       Девушка в руках брюнета тяжело дышала и пыталась что-то сказать, но он не давал ей шанса. Его глаза метали молнии в бедную блондинку, он кричал и продолжал трясти её, а закончив свою речь, отпустил края куртки, и преследовательница свалилась на асфальт, задыхаясь. Из новостей он узнает, что у неё был врождённый порок сердце. Этот важный орган просто не выдержал. Оно остановилось. Девушка умирала в его руках, но этот факт не вызывал страха или паники. Брюнет каждый день вспоминал её лицо, её тело, лежащее на асфальте, её последние вздохи. Сердце не справлялось с нагрузкой, переставая качать кровь и доставлять кислород в мозг. Порывшись в интернете, голубоглазый узнал о гипоксии, прочитал новости о найденной девушке, скончавшейся от сердечного приступа в таком юном возрасте. Её звали Мария. Мария Спенсер. Ей было девятнадцать.