Взрывоопасная смесь

Деймон с рычанием бросился на Сайлара. Тот поднял руки, но не успел ими взмахнуть. Клыки вонзились в шею. Сайлар закричал и изо всех сил оттолкнул от себя вампира. Стефан слегка оттолкнул от себя Елену, велел ей уходить вместе с Элль и встал рядом с братом. Елена с Элль, разумеется, не сдвинулись с места. - Деймон, - я все еще уверен, что мы можем решить все мирно, - спокойно сказал Стефан, не сводя взгляда с Сайлара. Рана на шее мгновенно затянулась. Его, вообще, можно убить? - А я все еще уверен, что нужно оторвать голову ублюдку, - не согласился Деймон. - А ты уверен, что сможешь? - Отозвался Сайлар. - Элль, я абсолютно бессмертен, а твой несдержанный друг только относительно. Я смогу защитить тебя и ребенка. Деймону эта фраза явно не понравилась, он снова двинулся на противника. Элль быстро окинула взглядом решительно настроенных мужчин и абсолютно растерявшуюся Елену. Она уже не была уверена, что Деймон может убить Сайлара. Если Деймон погибнет, то Стефан будет драться с Сайлором насмерть. Если Сайлар победит, он просто заберет ее с собой на своих условиях. Ну, не Елена же ему помешает, верно? Что она ему сделает? Сайлар не тот, кто ведется на невинные глазки. Выиграть она может только, если сама будет диктовать правила. Только так. Поэтому Элль резко вскрикнула и схватилась за живот. Ну вот, я уже использую своего ребенка. Вся в отца. Деймон на вампирской скорости бросился к ней. Сайлар остался стоять на месте, правильно понимая, что любое его резкое движение будет истолковано превратно. Но лицо его стало обеспокоенным. Стефан также буравил ее тревожным взглядом. Елена вытянулась в струнку, и кажется, была готова закрыть Элль своим хрупким тельцем в случае чего. Можно даже на секундочку представить, что они беспокоятся обо мне, а не о ребенке. Так приятно. И нет, я не ревную. Ну, может совсем чуть-чуть. - Деймон, не надо драк, пожалуйста, - как можно жалобнее попросила она, позволяя себе повиснуть на крепких руках. Деймон тут же закивал, взял ее на руки, бросил грозный взгляд на Сайлара и понес ее обратно в дом. Здорово думать, что, возможно, хоть одному человеку почему-то важна она, а не ребенок. Жаль, что это человек - психопат-вампир. Нож все еще торчал из позвоночника блондинки-пацифистки, но Кэтрин всегда была перестраховщицей. Поэтому-то и была до сих пор жива. Она крепко-накрепко завязала веревку на безжизненных запястьях. Ни пульса, ни сердцебиения. Остается только надеяться, что она все правильно услышала, и девчонка бессмертна. Если нет, то она пятнадцать минут тщательно связывала бесполезный труп. Кэтрин на секунду задумалась, а потом вытащила нож из позвоночника, оставаясь за спиной своей жертвы. Через некоторое время труп зашевелился. Значит, она не ошиблась. Кэтрин снова воткнула нож в позвоночник. Клэр не должна ее увидеть. Все должны думать, что похитила ее Элль. Пирс достала из косметички изящные ножницы и акуратно срезала белокурую прядь. - Я сильнее вас, если вы еще не поняли, - раздраженный Сайлар почти рычал. Вампиры были преградой между ним и ребенком. Он знал, что может убить их, но не знал, насколько сильный урон могут ему причинить они. А еще не хотелось волновать Элль. Не хватало, чтобы с ребенком что-то случилось. Сайлар сам врядли мог бы объяснить, зачем ему ребенок. Возможно, у него появился шанс показать, что он не такое уж чудовище. Даже если это и увидит только один человек. Стефан явно был не настроен вступать в драку, но до Элль тоже его допускать не хотел. Раза четыре он велел Елене отправляться домой, на что та послушно кивала и оставалась на месте, предпочитая испуганно пялиться на Сайлара. - Она совсем не похожа на Кэтрин, - подумал Сайлар и внезапно понял, в чем его козырь. - Кэтрин ведь ваш враг, верно? Но проблема в том, что вы не всегда можете отличить ее от Елены. А я могу. - Я могу различать их, - слишком быстро и неуверенно отозвался Стефан. Елена же изящно закатила симпатичные глазки. Кажется, он оказался прав. - Правда? Если Кэтрин выпрямит волосы и состроит невинное личико - а она умеет это делать - то ничего вы не отличите. И, наверняка, она вас уже обманывала. Смущенное лицо Стефана подсказало, что он попал в точку. Наверное, это жутко бесит Елену. Ее любимый человек путает ее с другой. - Даже мои родные не могут нас отличить, - недоверчиво отозвалась Елена. - Но я чувствую силу. От вампиров ею несет. У тебя же ее нет. Как только появляется Кэтрин, я ее чувствую. У нее нет шансов. Стефан и Елена переглянулись. - Я никогда не против взаимовыгодного сотрудничества, но моему брату ты явно не нравишься. И Элль тебя боится. - С Элль я договорюсь. Она знает, что я сейчас для нее лучший защитник. А куколка хочет выжить. - А я могу поговорить с Деймоном, - воодушевилась Елена, что явно не понравилось Стефану. Любовный треугольник? Нужно запомнить на будущее. Когда мы перестанем быть союзниками. - Убирайтесь из города, иначе Клэр не поздоровится, - Питер прочитал надпись, составленную из вырезанных из журнала букв, и злобно скомкал бумажный лист с приклеенным к нему белокурым локоном. - Ты что делаешь, - Паркман отобрал у него лист и бережно расправил, - это же улика. - Какая улика??? Мы все знаем, что это Элль. Пытается спасти шкуру любой ценой. - Нам нужно сделать вид, что согласны уехать, у нее ведь Клэр, - устало сказал Мохиндер. - Но Клэр бессмертна, - осторожно сказал Паркман и наткнулся на яростный взгляд Питера. - Это злобная стерва может пытать мою племянницу! - Клэр не чувствует боли, - рассудительно возразил Паркман, - смысл ее пытать? Дальше началась яростная перепалка.