Потаенные желания

       По окончании изнурительной тренировки Никита и Макс валялись на полу, тупо пялясь в потолок.        Хореографы уже ушли, оставив своих подопечных одних. Сейчас каждый думал о своём, находясь в полной тишине. Первый подал голос Макс: — Ну и что ты думаешь о нашем номере? — Интересная задумка, хорошая хореография, музыка ещё лучше. — Ты говорил то же самое о нашем предыдущем танце. — Нет у меня сил придумывать что-то другое, — раздраженно огрызнулся Орлов. — Нет так нет, что ж беситься-то? — невинно поинтересовался Нестерович.       Никита взбесился. Вся злость, гнев и раздражительность вот-вот выльются на собеседника. Вскочив, русоволосый повернул голову к брюнету и, глядя прямо в глаза, сказал: — Достал, — одно слово, всего лишь одно слово, способное передать всё то, что хотелось бы донести до собеседника.       Макс медленно поднялся и вплотную подошёл к танцору. М-да, рост сильно мешает им стоять лицом к лицу. Но это проблема решается быстро, когда мужчина приподнимается на носочки. Теперь возникла другая проблема. Что они делают? Но сейчас их это не особо волнует. Повинуясь какому-то неведомому порыву, Нестерович аккуратно приближается к лицу своего знакомого и невесомо касается его губ своими. Поняв, что за херь сейчас произошла, он развернулся на пятках и быстрым шагом, чуть ли не бегом направился к выходу из помещения.       Но достигнуть цели у него не получается. Его хватают за руку, резко разворачивают и впиваются в губы страстным поцелуем. Никита сминал губы товарища, как будто нуждался в них больше воздуха. Орлов провел языком по нижней губе Макса, побуждая его открыть рот. Нестеровичу оставалось только отдаться во власть партнёру. Языки сплелись в жарком танце. Мужчина простонал в поцелуй. Юноше уже безвозвратно снесло голову. Запустив руки под майку напарника, он начал исследовать его тело. Постепенно приподнимая футболку выше, он вовсе снял ее. К рукам присоединились губы. Спускались ниже, оставляли метки на своём Максиме. Тот в свою очередь стонал, выгибаясь навстречу требовательным поцелуям.       Мужчина отстранился, впиваясь в шею, исследуя каждый сантиметр, оставляя покраснения, постепенно становившиеся ярче. Никита резко стянул с брюнета нижнюю часть одежды и вошёл в него двумя пальцами, предварительно смочив их слюной. Послышался недовольный рык, но несколько секунд спустя сменился на блаженный стон. Орлов усмехнулся, снова надавливая на чувствительное место. Нестерович всё больше извивался, требуя разрядки.       Спускаясь ниже, добавляя третий палец, русоволосый провёл языком по всей длине члена своего партнёра. Волна удовольствия прокатилась по телу, заставляя выгнуться ещё больше. Никита вынул пальцы, получив в ответ недовольный стон, тут же вошёл в податливое тело во всю длину. Раздался болезненный вскрик. Виновник тут же прильнул к губам пострадавшего с нежным поцелуем. Через несколько толчков боль стихла, и её заменило резкое наслаждение. Никто не сдерживал стоны. Звуки шлепков одного тела о другое наполнили комнату. Орлов так сильно сжимал бёдра Макса, что точно останутся синяки. Но это потом. Сейчас они просто наслаждались друг другом, полностью отдаваясь друг другу.       Всё кончилось внезапно. С протяжным стоном Никита кончил в Макса, а тот сразу за ним. Оба обессиленные свалились на пол, прижимаясь спиной к холодному зеркалу. Тишину нарушил звук приближающихся шагов. Мужчина и юноша быстро, не говоря ни слово, засобирались. Звук стих, хлопнула дверь соседней студии. Секунда, и они заржали, понимая всю комичность ситуации.       Отсмеявшись, Орлов внезапно спросил: — Макс, ты как? — Бывало и хуже, — немного удивленно ответил тот. — Ну что, идём? — Иду.        Вот они уже подошли к комнатам. На прощанье, подарив друг другу нежный поцелуй, разошлись. Каждому надо было обдумать случившиеся и понять, что же делать дальше, а пока остается только провалиться в долгожданный сон.