Here we go again

Голд сидел за столом, потягивая «Хеннесси». Что ж, битва окончена, медальки и ордена розданы героям, но даже такой медной безделушки ему не обломилось. Впрочем, ему и не нужна была эта дешёвая благодарность. По сути он снова остался не у дел в отважной борьбе против тьмы, ибо все лавры по традиции достались уже полюбившимся толпе героям. Крюк трагически погиб, в последний момент поменяв приоритеты и резко начав загребать со всех сторон всё, что сам же и заварил. Но кому судить об этом? Весь город во главе с Эммой Свон скорбит по герою, по дороге вешая на всех уже привычные ярлыки. Надо же, Румпельштильцхену опять не досталось никакой чести и дифирамбов. И почему-то он не был огорчён. Мужчина отпил ещё немного и прополоскал рот прежде, чем сглотнуть. Он получил гораздо больше, чем ожидал. Да, всё это было чревато последствиями, ибо узнай его тайну теперь та же мисс Свон, она разнесёт лавку к чёртовой матери. Однако, кто теперь позволит ей сделать это? Румпельштильцхен усмехнулся своим мыслям, даже радуясь такому направлению. Да-да, снова приятный сюрприз. Всё же он остался тем, кем был всегда. Теперь ему незачем это скрывать. Нет нужды снова прятаться за маской героя — её никто так и не оценил. Нет смысла рисоваться перед Эммой, Прекрасными, Реджиной и всеми остальными. Они всё равно не поверят в то, что он способен измениться. Никто, кроме Белль, не верил в это. Да и она в конце концов тоже сдалась. Голд поставил стакан на стол. Больше у него не возникало желания притронуться к алкоголю. Странная всё-таки штука эта судьба. Ты делаешь выбор однажды, сожалеешь о нём, горько плачешь, желаешь всё вернуть. Затем у тебя появляется второй шанс. Потом третий, четвёртый. И в конце ты делаешь окончательный выбор, твёрдо стоя на ногах, готовый отбросить все былые предрассудки ради одной единственной цели, которая кажется тебе правильной. Но от тебя отмахиваются. Бьют пощёчину с оттяжкой, будто наслаждаются этим. А ты лишь безвольно подставляешь вторую щёку и грудь, которую вот-вот пронзят ядовитым льдом безразличия. Звякнул дверной колокольчик, и послышались торопливые шаги. Чёрт возьми, подумал Голд, устало потирая переносицу. Вероятно, у героев опять проблемки и они уже бегут, роняя тапки, за помощью к тому, кого после всего окрестят главным злодеем. Как банально. — Убирайтесь, мы закрыты, — нехотя крикнул мужчина и снова потянулся к стакану. Пожалуй, всё-таки стоит допить. — Румпель! Внутри него что-то резко оборвалось, с глухим звуком рухнув с сердца. Да как такое возможно? Что произошло? Он вскочил со стула, приготовившись к встрече с девушкой. Белль торопливо шагнула в комнату, одарив его взглядом, полный недоумения и торжествующей надежды. — Белль, — её имя привычно мягко слетело с его губ на выдохе. — Что ты здесь делаешь? Девушка остановилась прямо перед ним, неумолимо сократив дистанцию. Её грудь вздымалась от частых вдохов и выдохов, когда Белль старательно пыталась восстановить сбитое дыхание. — Мне звонил Генри, — начала она. — И он всё мне рассказал. Глубоко внутри Румпель запаниковал. Мало ли что мог ей рассказать мальчик. Да, с одной стороны, он не знал всей правды, но ведь и Белль не глупа. При неверной расстановке сил всё опять может перемениться и окончательно затрещать по швам. — Ты солгал мне, — она как-то странно пожала плечами, — опять. Голд ощутил, как тяжёлый груз вины накатывает на его плечи. Только не снова. — Белль, я… — попытался было возразить он, но так и не успел закончить свою фразу. Её мягкие губы коснулись его в порывистом поцелуе, отбивая малейшее желание спорить или возражать. Мужчина с энтузиазмом ответил ей, желая показать всем, что он не готов отступить. Лишь на несколько секунд он позволил ей отстраниться. — Ты впервые был так самоотвержен, — продолжила девушка, глядя ему в глаза. И он увидел в её взгляде то, что так хотел. Былое доверие и любовь. Да, она действительно готова была вернуться к нему. — Знаешь, мне не нужно путешествовать по миру, чтобы понять, чего я хочу. Его сердце, кажется, пропустило глухой удар. Вот так просто, да? Так просто она сейчас скажет это? — Всё, что я хочу, — быть с тобой, — выдохнула она и снова потянулась к его губам. В голове Румпеля промелькнула лишь одна мысль. Почему у неё всегда так просто получалось? Как она так легко могла это понять? Неужели всё, что ему нужно было сделать, — проявить заботу? Но ведь это не сработало прошлый раз! Впрочем, довольно скоро он отбросил все эти суетные мысли в сторону. У него ещё будет время подумать об этом. А пока есть дела поважнее. После длительного поцелуя мужчина резко подхватил девушку на руки и крепко прижал к себе. — Что ж, ты всё ещё миссис Голд, я надеюсь, — усмехнулся он. — Не успела поменять своего мнения на этот счёт? Белль задумчиво нахмурилась. Но уж Румпель точно знал, что это лишь наигранная театральная пауза. — Нет, знаешь. Нет, — наконец ответила она и широко улыбнулась. — Мне нравится быть миссис Голд. Принято. — В таком случае, миссис Голд, — мужчина выделил её имя и хищно усмехнулся. — У нас есть одно незаконченное дело. Девушка театрально вскинула брови. — Да что вы говорите, мистер Голд? Румпель тепло улыбнулся. — Домой? — спокойно спросил он, ласково поцеловав девушку в щёку. — Домой, — кивнула она и прижалась к его губам в новом поцелуе. Им предстояло ещё о многом поговорить, немало обсудить и решить, как жить дальше. Румпельштильцхен не станет раскрывать ей сразу все карты. Впрочем, он всё равно расскажет ей о своём секрете, наученный предыдущим горьким опытом. В любом случае, Голд найдёт способ преподнести эту новость Белль наиболее безболезненно. И сообщение от мисс Свон уже недвусмысленно намекало о том, что всё должно произойти в ближайшее время. Вот он - итог. Белль вернулась к нему. Он снова стал Тёмным. Румпельштильцхен остался сам собой. И вот оно снова, как в былые времена.