Paradise Lost

      Очередной раскат грома приводит меня в себя. Что произошло? Что всё это значит? Запах свежести и мокрого асфальта врезается мне нос, и я закрываю глаза. Где-то глубоко в глотке стоит комок из соплей и слёз, от которого я никак не могу избавиться вот уже двадцать минут. Что это было? Вой сирен, кругом люди в халатах и форме, прохожие обеспокоенно спрашивают друг у друга по поводу произошедшего и показывают на меня пальцем. Всегда мечтала, что бы я, интроверт, оказалась в центре внимания, ага. Пытаюсь сунуть руку в задний карман, но резкая боль не даёт мне это сделать. Вдруг чья-то холодная рука ложится на моё плечо и рывком поворачивает к себе. - Северова Алёна Евгеньевна?- спрашивает женщина в полицейской форме, поочередно смотря то на меня, то на документ. - Да,- хрипящим, не своим голосом отзываюсь я.- Это я. - Автомобиль Ваш, да? - Да. Женщина кивает и заботливо хлопает меня по руке. Она что-то говорит мне, возможно, представилась, но я уже ничего не слышу. В голове стоит музыка. Она бьёт по ушам. Хочу её выключить, но не могу. Смех. Громкий, мужской, родной смех. Он перебивает музыку и заставляет судорожно глотать прохладный воздух. Почему это всё случилось именно с нами? - Врача!- кричит женщина, подхватывая меня.- Скорее! Ей снова стало плохо! - Не надо, пожалуйста,- шепчу я, слабо отбиваясь от четырёх крепких рук.- Отпустите меня, отвезите домой, прошу вас… Не надо… Их лица размываются перед моими глазами, и я пытаюсь найти хоть одну точку, чтобы сфокусировать зрение. Хотя бы попытаться. И она находится. Эта точка – капот моей красотки Мазды всмятку. Господи, почему всё это случилось именно с нами? - Где мой брат?- по-прежнему хрипло спрашиваю я, а затем после попытки прокашляться повторяю его громче и увереннее.- Где мой брат?! Шесть глаз в упор смотрят на меня, но ответа нет. Что за идиоты? Будто их молчание успокоит меня. Перевожу взгляд на только подошедшего молодого человека и хватаю его за руку. - Где мой брат? Северов Алексей Евгеньевич. Скажи мне, где он!- мой голос звучит крайне угрожающе, и если бы ко мне так обратились, я бы уже испугалась и рассказала бы всё. Но только не сегодня. Его ярко-голубые глаза будто в душу мне смотрят. В них столько света, что я притягиваю его ещё ближе, руководствуясь одной мыслью – он мне точно не соврёт. Я в этом уверена на все сто. Молодой человек отрывается от моих глаз и внимательно изучает мою руку, разглядывая ярко-красные ногти. - На, держи,- наконец произносит он и протягивает мне стаканчик из Старбакса.- Выпей это. - Что это?- глухо спрашиваю я, пытаясь понять, не дурак ли он часом. - Зелёный чай с жасмином,- пожимает он плечами.- Бери и не бойся: я ещё не пил его. Как по команде, я беру из его руки стакан, на котором чёрным по белому написано «Дима». Дима, значит. Парень скользит по мне взглядом, а затем окликает какую-то женщину в форме с просьбой доклада обстановки. Курсант или как это у них называется? Больше всего меня удивляет его реакция на меня. Точнее, её отсутствие. Вот это выдержка. Касаюсь губами стаканчика и тут же обжигаюсь. - Осторожнее, он ещё горячий,- сразу же реагирует Дима. - Спасибо,- бурчу я.- Уже заметила. - Хамка,- констатирует молоденькая девушка в халате, проходящая мимо меня. - Не хамка, а сломленная девушка,- протягивает он, вчитываясь в бумагу.- Алёна Евгеньевна, восемнадцать лет, я к Вам ещё подойду. Вы пока посидите, хорошо? - Да,- глухо отзываюсь я, и мой взгляд возвращается к машине. Запах дождя смешивается с запахом хлороформа. Ничего хорошего. А разве оно может быть? Очередная попытка залезть в карман проваливается, и я издаю звук похожий на собачий вой. Какая жалкая. И снова пустота. Снова комок в горле. Зачем мы ехали? Куда мы ехали? На горизонте появляются люди с камерами, и я вздрагиваю. Только не они… - Алёна Евгеньевна,- моё внимание вновь привлекает Дима.- Я готов ответить на Ваш вопрос. Мне жаль, но Ваш брат, Северов Алексей Евгеньевич, мёртв. Мне очень жаль. Вы в состоянии рассказать мне что-нибудь? Мёртв. Мёртв… Мёртв! Его больше нет! - Это я во всём виновата,- хриплю я, борясь с желанием разрыдаться.- Это всё я, я! Я должна была отговорить его садиться за руль, но я не стала! - Он был пьян? - Нет! Что Вы… Он бы никогда не сел за руль в нетрезвом состоянии! Лёша просто был немного не в себе, расстроен… А я не смогла убедить его. Это всё моя вина. Я не смогу себе простить этого… Никогда. - Алёна Евгеньевна, спокойнее,- обыденным тоном говорит курсант, заполняя бумаги.- Сейчас Вас отвезут домой, а может и в больницу. Лидия Васильевна, куда нам её? - Домой, пожалуйста,- шепчу я.- Я хочу домой.

***

      Агония. Отрицание. Боль. Страх. Нужное подчеркнуть, да? Понятия не имею, что мне вколола эта Лидия Васильевна, но то, что я спала как минимум три часа, мне вряд ли помогло. Сжимаю кулаки до хруста костей и окунаюсь в воспоминания. Он был не просто моим братом и другом. Больше. Он был куда больше. Он значил для меня больше, чем кто-либо другой. Как бы это дико не звучало, но я не нуждалась в парнях, потому что он был рядом. Мы всегда были вместе. Кто должен был погибнуть – я. Но никак не он. Поразительно, но моих родителей здесь нет. Что, в морге? Это я во всём виновата. Не надо было ругаться с Денисом, тогда бы не пришлось ехать к нему через весь город. И опять мне в нос бьёт запах дождя. Стоп, я дома. Лежу в своей кровати. Что происходит? - Вот я и на финишной прямой. Смех. Это ведь мой истерический смех. Я это ещё умею? И тишина. Снова агония, отрицание, боль, страх и мой нечеловеческий крик, который разрезает эту звенящую в ушах тишину. Второй. Мне больно! Его больше нет! Кто может излечить меня? Или что? - За что?- шепчу я сорванным голосом. - Почему всё это случилось именно с нами? Ощущаю себя сломанной куклой. Всё, мне больше незачем жить. Он должен жить, а не я. Кто я такая? Неудачница, опальная актриса, никчёмное создание и трутень. Красивый набор. И не спасут меня ни мои 170 с длинными чёрными волосами, которые так хотели заполучить модельные агентства, ни родители, которые ещё любят меня. Надеюсь. Попала я, попала. Медленно спускаю ноги на пол и приподнимаюсь. Идти вроде могу, но что с того? Там где-то в ванной лежала бритва. Найди её. Точно. Вот и решение. Уверенным шагом приближаюсь к ванной. Ну, всё. Опять запах дождя и… голубые глаза. Такие красивые. Рука сама по себе тянется к телефону, и я достаю его вместе с аккуратно свёрнутым листочком. Номер и «Дмитрий». Спасибо, Дмитрий. - Да,- раздаётся через несколько секунд бодрый голос парня. - Это Алёна,- начинаю я хрипящим голосом. - Здравствуй,- заинтересованно говорит Дима.- Я могу тебе помочь? - Я собираюсь покончить с собой, а что будешь делать ты?